Кто сказал, что омеги не могут быть такими же взрывными, как альфы? (谁说Omega就不能A爆了)

      Как только Лу Цзиннин поднялся со своего места, все взгляды тут же устремились на него.       Четверо Альф из его группы остались совершенно незамеченными, и с этим ничего нельзя было поделать. Такова участь единственного Омеги в окружении Альф — повышенное внимание ему было гарантировано в любом случае.       На пути к платформе Цзян Луань тихо пристроился рядом с Лу Цзиннином и вполголоса произнес:       — Во время теста держись ближе ко мне. Не переживай, я сделаю все возможное, чтобы сдержать натиск чужих феромонов. Так тебе будет немного легче.       Такая забота была вполне естественной: в реальных боевых условиях они с Лу Цзиннином успели скрепить свою дружбу кровью, пройдя рука об руку сквозь огонь и воду.       Однако Лу Цзиннин лишь небрежно похлопал друга по плечу:       — Спасибо, конечно, но лучше позаботься о себе.       Цзян Луань опешил:       — А? Да я же ради твоего блага!       Лу Цзиннин ответил ему понимающей улыбкой:       — Вот и я исключительно ради твоего.       Цзян Луань лишь беспомощно смотрел, как Лу Цзиннин ленивой, покачивающейся походкой обходит сцену по широкой дуге, направляясь в самый дальний от него угол. В душе Цзян Луаня бушевал ураган мысленного протеста:       «Эх, разве современные Омеги не должны быть хрупкими и нежными созданиями? Как можно быть настолько самоуверенным? Разве тебе не нужна защита и временная метка? Или ты просто решил держаться от меня подальше?»       Покачав головой, Цзян Луань тоже занял свое место.       «Тьфу, не нравится мне все это!»       Заметив, что все приготовились, преподаватель Цзи Хань заглянул в свой планшет и спокойно скомандовал:       — Начнем.       Как только прозвучал приказ, студенты последней группы, пусть и с легким замешательством, быстро собрались и начали высвобождать свои феромоны.       Хотя четыре Альфы на арене не могли сравниться с Вэнь Синчэнем, их показатели все же были выше среднего уровня ранга. Одновременный выброс их феромонов заставил зрителей на трибунах ощутить невидимое, нарастающее давление.       Лу Цзиннин до этого вел себя невозмутимо, но одно дело — наблюдать издалека, и совсем другое — стоять в самом эпицентре. Все невольно устремили взгляды на него, единственного Омегу на поле.       На мгновение в зале воцарилось напряженное затишье. Невидимые силы сталкивались и уравновешивали друг друга, ведя яростную борьбу в глубине этого безмолвия.       Пока остальные изо всех сил демонстрировали свою мощь, Лу Цзиннин стоял неподвижно. Он не то что не выпускал феромоны — он даже позу не сменил.       Кое-кто на трибунах уже взволнованно приподнялся с мест.       «Неужели ему так плохо? Или его парализовало давлением чужих феромонов?»       В конце концов, каким бы стойким он ни был, находиться под перекрестным влиянием нескольких Альф на таком близком расстоянии — слишком тяжелое испытание для Омеги, верно? Но стоило кому-то всерьез задуматься о том, чтобы броситься на арену и спасти его, как замерший Лу Цзиннин медленно поднес руку к лицу и сладко зевнул.       Зрители: …       Зрители: ???       «Какого черта?! Он что, засыпает?!»       Как раз в этот момент Цзи Хань закончил делать записи. Увидев эту картину, он нахмурился:       — Лу Цзиннин, ты вообще собираешься высвобождать феромоны?       Прикрыв рот ладонью, Лу Цзиннин сморгнул выступившие от зевка слезы, разгоняя легкую дремоту, и спросил:       — Учитель, все остальные уже закончили замеры?       Цзи Хань потерял дар речи от такой беспечности:       — О себе лучше подумай.       Лу Цзиннин слегка усмехнулся:       — Понял-понял. Тогда я начинаю.       Альфы на арене, уже изрядно вымотавшиеся в противостоянии друг с другом, поначалу беспокоились, как бы не навредить хрупкому Омеге. Но, увидев, что тот вообще ничего не почувствовал, они едва не подавились от возмущения.       Однако после его слов все мгновенно подобрались.       В конце концов, за ними наблюдал весь класс. Если феромоны Омеги окажутся слишком притягательными и кто-то из них потеряет контроль на глазах у всех, о будущей военной карьере можно забыть — позора не оберешься.       «Нет! Ни за что!»       В результате все четверо, включая Цзян Луаня, напряглись так, словно готовились к смертельной схватке.       Лу Цзиннин, казалось, не обращал внимания на их панику. Он лишь лениво приподнял веки.       В тот же миг витавшие в воздухе феромоны Альф будто застыли.       Безветренное пространство пронзила невидимая, колоссальная сила. Сила гравитации словно резко возросла, прижимая все к полу, а воздушные потоки мгновенно замерли.       И те, кто стоял на арене, и те, кто наблюдал с трибун, ощутили странную растерянность. Это было невиданное ранее чувство: казалось, невидимые путы намертво сковали их конечности, лишая возможности пошевелиться.       Спустя две секунды мертвой тишины аура, мягко окутывавшая Лу Цзиннина, внезапно взорвалась сокрушительной волной. Вокруг него поднялся яростный вихрь, мгновенно разнесшийся по всему залу.       Все Альфы рефлекторно втянули носом воздух, уловив терпкий, освежающий аромат, напоминающий кисло-сладкий соус из зеленой сливы.       Запах был невероятно притягательным.       На мгновение Альфы опешили, но ожидаемого животного вожделения не возникло. Вместо этого по их телам пробежал мощный электрический разряд, отозвавшийся резким покалыванием в мышцах. На уровне инстинктов у них зародилось недоброе предчувствие.       Насыщенный аромат ворвался в пространство и в мгновение ока поглотил, подавил и растворил в себе тяжелое дыхание Альф. С абсолютной, непререкаемой силой он заполнил каждый сантиметр аудитории.       Сейчас никто и думать не мог о влечении или течке. В этот момент их сознание пронзила пугающая ясность: дело было не только в отсутствии похоти — их подавляла настолько первобытная, непреодолимая мощь, что даже просто стоять на ногах требовало титанических усилий.       Курсанты-Альфы в ужасе уставились на Лу Цзиннина.       Что это, черт возьми, за монстр в теле Омеги?!       Его влияние в корне отличалось от давления Вэнь Синчэня — Альфы S-ранга. Сила Вэнь Синчэня была подобна власти абсолютного монарха, правящего миром, перед которой хотелось склониться из уважения и страха. Но сила Лу Цзиннина… Она была подобна капризной и властной королеве. Под этим двойным физиологическим и психологическим гнетом рождалось лишь одно дикое, унизительное желание: пасть ниц у ее ног и преклонить колени.       «Что?! Нам, Альфам, хочется преклонить колени перед Омегой?! Что за бред!»       Эта мысль заставила присутствующих покраснеть от стыда. Им казалось, что либо мир сошел с ума, либо они сами потеряли рассудок.       Пытаясь сохранить остатки мужской гордости, они упрямо цеплялись за свое достоинство, но от раскалывающейся головной боли их ноги начали предательски дрожать.       Те, кто стоял на сцене, приняли удар первыми. Один за другим послышались глухие хлопки — не выдержав давления, Альфы начали падать на колени.       Цзян Луань продержался чуть дольше остальных, но и его упорства хватило лишь на пару секунд, прежде чем он рухнул на пол.       После этого сцена превратилась в кадры из киноленты на ускоренной перемотке. Даже на трибунах курсанты ранга «А», отчаянно цеплявшиеся за парты, начали массово оседать на пол. Самые гордые стискивали зубы, пытаясь выпрямиться, но их сопротивления хватало от силы на пару мгновений. В итоге они даже не успевали присесть — колени сами подгибались под тяжестью чужой воли.       Окна и двери аудитории были плотно заперты. Проходи кто-нибудь мимо в этот момент, он бы решил, что стал свидетелем какого-то массового культа коленопреклонения.       Лу Цзиннин, вовремя поняв, что цель достигнута, мягко убрал свои феромоны.       Первым делом он огляделся. Вокруг царил полнейший хаос, но среди поверженных тел его взгляд выхватил одну непоколебимо стоящую фигуру. В глазах Лу Цзиннина промелькнуло удивление, сменившееся довольной ухмылкой.       «А Вэнь Синчэнь все-таки устоял. Действительно крут!»       Удушающее давление отступило. Почувствовав долгожданную легкость, Альфы едва не расплакались от облегчения, словно пережили конец света.       Поддерживая друг друга, они со стонами поднимались с колен. На лицах читалась гамма сложных чувств, но все молчали, не решаясь задавать вопросы.       Целая толпа элитных Альф была уложена на лопатки одним-единственным Омегой. Если об этом узнают за пределами академии, от их репутации не останется и мокрого места.       Они стыдливо перевели взгляды на Вэнь Синчэня.       «Все-таки разница между обычным рангом «А» и элитой S-ранга колоссальна!»       Вэнь Синчэнь кожей ощущал эти взгляды и прекрасно понимал их немые вопросы. Он слегка опустил ресницы, скрывая покрасневшие уголки глаз.       Этот феромон казался обманчиво легким и свежим, но его концентрация была запредельной. Слишком концентрированный, слишком притягательный.       Впервые в жизни его собственные инстинкты взбунтовались, едва не лишив его контроля. К счастью, они стояли далеко друг от друга, иначе… ему бы точно понадобилась ударная доза ингибиторов.       В этот момент виновник торжества, совершенно не осознавая своей разрушительной привлекательности, вернулся на место. С самым непринужденным видом он хлопнул Вэнь Синчэня по плечу:       — Ну как, Вэнь Синчэнь? Нормально перенес?       Вэнь Синчэнь скользнул взглядом по его ладони, улавливая шлейф оставшегося аромата. Пользуясь моментом, он незаметно подался вперед, вдыхая манящий запах, и с полуулыбкой ответил:       — Это лучший аромат, который я когда-либо чувствовал. Как перед ним вообще можно устоять?       Цзян Луань, едва доковылявший до своего места на ватных ногах, услышал эту реплику и в ужасе округлил глаза.       «Лучший аромат?! Ты серьезно?! Да будь он хоть трижды прекрасен, тут выжить бы!»

***

      Поскольку большая часть класса все еще пребывала в состоянии грогги, продолжать практические занятия не имело смысла. Цзи Хань оперативно свернул практику и перевел остаток урока в лекционный формат.       Когда прозвенел звонок, измученные курсанты вяло потянулись к выходу. Казалось, это занятие выжало из них все соки.       Собирая планшеты и документы, Цзи Хань заметил уходящего Лу Цзиннина и окликнул его:       — Лу Цзиннин, задержись на секунду.       Тот удивленно обернулся:       — Да, учитель? Что-то еще?       Цзи Хань слегка нахмурился и после недолгой паузы серьезно произнес:       — Пообещай мне, что впредь ты не будешь без крайней необходимости высвобождать свои феромоны.       Лу Цзиннин беззаботно улыбнулся и махнул рукой:       — Расслабьтесь, учитель, я все прекрасно понимаю!       — Свободен.       Цзи Хань проводил его задумчивым взглядом.       Сам он обладал силой квази S-уровня и стоял в полушаге от высшего ранга, но под влиянием феромонов Лу Цзиннина его спасла только опора на трибуну, иначе он и сам бы не удержался на ногах.       Этот первокурсник-Омега S-ранга определенно превзойдет любые ожидания. __________ Автору есть что сказать: Аромат феромонов всегда выдает истинную сущность героя ~ Кисло-сладкий, освежающий соус из зеленой сливы — безумно притягательный запах, доказано на практике! (И нет, автор вовсе не нарцисс!)