Кто сказал, что омеги не могут быть такими же взрывными, как альфы? (谁说Omega就不能A爆了)

      Аудитория Юй Цинцана оказалась по соседству. Как только прозвенел звонок, он тут же примостился на корточках у дверей. Увидев выходящих Лу Цзиннина и остальных, он взволнованно замахал руками:       — Сюда, сюда!       Лу Цзиннин шел впереди, за ним ленивой походкой следовал Вэнь Синчэнь, а замыкал шествие Цзян Луань, передвигавшийся на удивление легким шагом.       На самом деле у Цзян Луаня так ломило все тело, что казалось, каждая клеточка его организма вот-вот отключится. Никогда еще он так искренне не жалел, что не родился хрупким омегой, о котором все заботятся. Тогда бы он сейчас не умирал на ходу, всеми позабытый.       Обычно Юй Цинцан казался парнем беспечным, но сейчас проявил чуткость. По дороге в столовую он заметил, что Цзян Луаню тяжело идти, и дружески приобнял его за плечи, помогая опереться на себя.       Почувствовав, что ноги наконец перестали дрожать, Цзян Луань с благодарностью посмотрел на него:       — Спасибо, бро.       Юй Цинцан дружелюбно улыбнулся, украдкой скосился на идущую впереди парочку и, наклонившись к самому уху друга, заговорщицки прошептал:       — Слушай, ты видел, какими полумертвыми выползли альфы из вашего класса? Что там у вас стряслось? Было что-то интересное?       Цзян Луань: …       «Кому-то нравится собирать сплетни, да? Этот парень просто ходячая жажда слухов!»       Под пристальным взглядом друга Цзян Луань попытался тактично его проигнорировать:       — Знаешь, почему дедушка Сяо Мина дожил до ста лет?..       Не успел он закончить фразу, как Юй Цинцан нетерпеливо перебил его, так и сияя от любопытства:       — Неужели Лу Цзиннин выпустил свои феромоны?!       Цзян Луань опешил:       — Откуда ты, черт возьми, знаешь?!       — Так он реально их выпустил?! — Юй Цинцан едва сдерживал смех. Наконец он с глубоким сочувствием похлопал Цзян Луаня по плечу: — С твоими коленями-то все в порядке?       От этого дружеского похлопывания и без того слабые ноги Цзян Луаня подкосились. Он чуть снова не рухнул на колени, но вовремя вцепился в руку Юй Цинцана. Его лицо мгновенно потемнело:       — По-твоему, я похож на человека, с которым все в порядке?       Если бы он знал заранее, то напросился бы в пару к Вэнь Синчэню. Кто вообще способен выдержать такой феромоновый удар в упор?!       Юй Цинцан наконец не выдержал и расхохотался:       — Да ладно тебе, ладно! В следующий раз будет уже привычнее. Добро пожаловать в мир кошмарного доминирования Лу Цзиннина!       Цзян Луань закатил глаза и в сердцах рявкнул:       — Отвали!       Услышав шум позади, Лу Цзиннин удивленно спросил у Вэнь Синчэня:       — Когда это они успели так подружиться?       Вэнь Синчэнь даже головы не повернул:       — Наверное, только что.       В столовой они вчетвером нашли свободный столик.       Перед тем как приняться за еду, Юй Цинцан мысленно зажег поминальную свечу за всех пострадавших альф из третьего класса, а затем вспомнил кое-что важное:       — Слушайте, поговаривают, что скоро в академии пройдут соревнования по классическому баскетболу. Говорят, наш факультет тоже участвует. Вы двое ведь точно пойдете? Вы же S-ранги, как-никак.       Вэнь Синчэнь молча отправил в рот ложку риса. По его виду было ясно, что эта затея его совершенно не вдохновляет.       Впрочем, слова Юй Цинцана предназначались не ему.       И действительно, Лу Цзиннин тут же оживился:       — Классический баскетбол? Зачем Дихай проводит такие древние игры?       — Ну как же, чтобы первокурсники быстрее влились в коллектив, — пояснил Юй Цинцан. — Я узнал об этом по своим каналам, официальный анонс будет только завтра. Послушай, Лу Цзиннин, ты ведь единственный омега S-ранга во всей Галактике! Если ты пропустишь такое событие и не окажешься в центре внимания, это будет совсем не в твоем стиле.       — Кто сказал, что я не пойду? — усмехнулся Лу Цзиннин. — Разве это не звездный час для альф? Обожаю играть против альф! Как выйду на площадку, как выпущу свои феромоны, хе-хе…       Цзян Луань, который до этого тихонько уплетал еду, при этих словах поперхнулся, а его колени снова предательски задрожали.       «Опять?!»       — Ты о чем вообще? Какие феромоны на матче? — Юй Цинцан кашлянул. — Это же классический баскетбол, там всё по старинке. Если каждый начнет давить феромонами, мы же просто сорвем игру к чертям собачьим.       Лу Цзиннин разочарованно вздохнул:       — Эх, жаль. Ну ладно, мне и без феромонов скучно не будет.       Юй Цинцан воодушевленно продолжил:       — Старшекурсники говорят, что этот ежегодный турнир — отличный шанс для альф показать себя перед омегами. Там соберется вся элита. Надо воспользоваться моментом и закадрить парочку милых омег с других факультетов!       Лу Цзиннин выгнул бровь:       — В нашей «монашеской обители»? Думаешь, это так просто?       — Да ладно тебе, тебя ведь тоже можно считать оме… — Юй Цинцан осекся на полуслове, почувствовав, как инстинкт самосохранения бьет тревогу, и поспешно исправился: — Да-да-да! Ты, конечно, самый прекрасный Омега во Вселенной! Но куда нам, простым смертным, до тебя? Нам только и остается, что искать кого-то попроще.       Лу Цзиннин снисходительно кивнул:       — И то верно. Мое присутствие для вас — недосягаемая мечта.       Вэнь Синчэнь, до этого безучастно созерцавший свою тарелку, вдруг поднял взгляд и выразительно посмотрел на Лу Цзиннина.       Цзян Луань тем временем продолжал тихо, как мышка, жевать рис, но его глаза заблестели.              «Классический баскетбол? Трибуны, крики болельщиков, милые омеги!..»       Да! Сейчас ему жизненно необходим очаровательный, нежный омега, который спасет его измученную душу от дамоклова меча ужаса, нависшего над ним в лице этого дьявольского Лу Цзиннина.       Эта игра — именно то, что доктор прописал!

***

      Как и предсказывал Юй Цинцан, новость о турнире быстро облетела первокурсников.       Лу Цзиннин, Юй Цинцан и Цзян Луань подали заявки в первых рядах. К общему удивлению, Вэнь Синчэнь, который раньше не проявлял никакого интереса, тоже записался на игру.       Когда Жэнь Цзинь заглянул в комнату Лу Цзиннина и узнал об этом, он пришел в такой восторг, что тут же выбежал в коридор с коммуникатором наперевес. Он кричал, что должен срочно собрать группу поддержки, запустить стрим и зажечь «Омега-лайты» в честь их кумира.       Сам Лу Цзиннин не придавал этому особого значения. В день матча он преспокойно стоял у скамейки Четвертого факультета в новенькой спортивной форме.       Проходившие мимо студенты других факультетов то и дело косились на них. Сначала их взгляды задерживались на Вэнь Синчэне, а затем переключались на Лу Цзиннина — легендарного омегу S-ранга.       Лу Цзиннин лениво сощурился. Заметив повышенное внимание, он слегка наклонился к стоявшему рядом другу:       — Чего они все вылупились? Разведывают тактику соперника?       Вэнь Синчэнь скользнул взглядом по его ярким светлым волосам и небрежно бросил:       — Скорее всего, ты просто слишком бросаешься в глаза.       Лу Цзиннин накрутил на палец светлую прядь, оценивающе разглядывая её, и нахмурился:       — Серьезно? Может, перекраситься в какой-нибудь другой цвет?       — Не нужно, — отозвался Вэнь Синчэнь. — Светлый тебе идет.       Лу Цзиннин довольно кивнул:       — Ну ладно, тогда оставлю так!       Вэнь Синчэнь был парнем дотошным и требовательным, так что если уж он сказал «идет», значит, действительно смотрится отлично.       Пока они непринужденно болтали, игроки из других команд наблюдали за ними со сложной гаммой чувств на лицах.       Судя по заявке, от Четвертого факультета набралось всего восемь человек. На фоне других факультетов, выставивших по тридцать игроков, они выглядели скромно. Однако все понимали: пусть Четвертый факультет малочисленен, там собралась чистейшая элита. Если на поле и были ключевые фигуры, то именно эти парни.       К тому же в этом году у Четвертого факультета было сразу два монстра S-ранга. Хоть это и была оценка концентрации феромонов, она напрямую влияла на физические показатели, что давало колоссальное преимущество даже в обычном баскетболе.       Давление на соперников было огромным. Но в то же время у каждого альфы втайне горел азарт: если удастся обыграть команду Четвертого факультета — пусть даже в классическом баскетболе — этим можно будет гордиться до конца учебы!       «Я умыл S-ранг» — звучит как отличный повод для хвастовства.       Кроме того, на трибунах сегодня собралось непривычно много милых и изящных омег. В Имперской военной академии, где соотношение полов было катастрофическим («на одного омегу — толпа голодных альф»), такое зрелище заставляло кровь бурлить, а инстинкты — рваться наружу. Вдруг удачный бросок или красивый финт помогут завоевать чье-то сердце?       Зрители занимали свои места, и альфы на площадке уже едва сдерживали нетерпение, готовые показать себя во всей красе.       В зоне разминки Четвертого факультета Цзян Луань усердно делал растяжку, стараясь принимать максимально эффектные позы и то и дело стреляя глазами в сторону трибун. Шоу началось.       Лу Цзиннин разминаться не любил. Он просто стоял, скрестив руки на груди, и лениво наблюдал за суетой. Заметив, что Вэнь Синчэнь тоже сидит неподвижно, он спросил:       — А ты чего не разминаешься?       Вэнь Синчэнь откинулся на спинку стула:       — Ни к чему. Не факт, что я вообще выйду на площадку.       Лу Цзиннин рассудил, что в этом есть логика, и отвернулся. Случайно взглянув на проход к трибунам, он увидел заходящую толпу и удивленно присвистнул:       — Ого!       На стадион организованной группой заходили омеги. Их появление произвело эффект разорвавшейся бомбы: все альфы на поле синхронно повернули головы, затаив дыхание.       Вот она — весна пришла! Баскетбол — определенно лучший вид спорта!       В этот момент прозвучал свисток судьи, призывающий команды первых двух матчей выйти на площадку. Игроки Четвертого факультета поднялись. Почувствовав на себе сотни взглядов с трибун, они синхронно расправили плечи.       Они шли к центру поля, гордо задрав подбородки и стараясь казаться еще мужественнее и привлекательнее.       Вокруг нарастал гул голосов. Пришедшие омеги выглядели очень оживленными. Но стоило замыкающему игроку Четвертого факультета лениво шагнуть на паркет, как на трибунах словно сработал невидимый переключатель. Омеги в зрительном зале как один повскакали со своих мест.       Звуковая волна оглушительного визга мгновенно накрыла стадион:       — А-а-а-а! Брат Лу, посмотри на меня! Брат Лу, я люблю тебя!       — Брат Лу, ты лучший! Размажь этих альф!       — Да здравствует Сияние Омег! Брат Лу, я твоя навеки!       — О Боже, он такой крутой! Я сейчас упаду в обморок!       — Брат Лу, возьми меня в жены!       Альфы, которые только что гордо маршировали по площадке, споткнулись на ровном месте и чуть не пропахали носом паркет.       Обернувшись, они увидели Лу Цзиннина. На нем была черная спортивная куртка, одну руку он небрежно держал в кармане, а второй лениво помахал трибунам.       Этот простой жест вызвал новую бурю восторженных криков.       Альфы впали в ступор:       «Какого черта?!»       Где же нерушимая связь между А и О? Где восхищенные вздохи омег, привлеченных их мужественным видом? Почему все эти прекрасные крошки визжат от восторга при виде другого омеги — да еще и требуют, чтобы он «размазал» несчастных альф?!       Соотношение полов в Военной академии и без того было жестоким, но теперь им приходилось конкурировать не только друг с другом, но и с Лу Цзиннином, который вел себя как самый альфистый альфа из всех существующих!       Жизнь простых альф в этой академии определенно легкой не назовешь… __________ Автору есть что сказать: Лу Цзиннин: Ну и как мне прикажете скрывать это чертово обаяние?