МирС 2

Через некоторое время Стар и Стеф дошли до банка. Двери банка были открыты, внутри горел яркий свет. — Ну наконец-то, — выдохнул Стеф. — Сейчас за пять минут всё решим и домой, — кивнул Стар. Они вошли… и оба сразу остановились. — Это что ещё за хрень? — тихо сказал Стеф. В банке была очередь. Настоящая. Плотная. Из старушек и дедов. Они стояли змейкой, занимая почти весь зал. — Ты считай, — сказал Стар, прищурившись. — Уже считаю… — Стеф огляделся. — Мы… где-то двадцатые. — Отлично, — вздохнул Стар. — Просто отлично. Они встали последними. Очередь почти не двигалась. Кто-то долго искал карту, кто-то не понимал, где расписаться, кто-то просто стоял и смотрел в одну точку. Прошёл час. Потом второй. Стар уже успел дважды проверить рюкзак с деньгами. Стеф — пересчитать плитку на потолке. И тут началось. У банкомата какая-то бабка вцепилась в тонкого, худого менеджера банка. Вид у него был такой, будто он здесь живёт. — Я ТЕБЕ ГОВОРЮ, ОНО НЕ РАБОТАЕТ! — орала бабка. — Пожалуйста, — почти шёпотом говорил менеджер, — карту нужно вставлять… вот этой стороной… — Я ТЕБЯ ЩАС ВСТАВЛЮ! Бабка замахнулась тростью и ударила его по плечу. Менеджер дёрнулся, но всё равно продолжил объяснять. Стеф скривился, наклонился к Стару и тихо, почти себе под нос, пробурчал: — Пенсионный фонд… В банке повисла тишина. Такая, что стало слышно, как где-то в углу жужжит кондиционер. Все обернулись. Все бабки. Все деды. Бабка с тростью. Менеджер. Паспортомат даже выглянул из своей стойки, будто почувствовал нарушение порядка. Стар тоже посмотрел на Стефа — автоматически — и тут же понял, что это плохая идея. — Стеф… — начал он тихо. Но было поздно. — ЧТО ТЫ СКАЗАЛ?! — выкрикнул один дед из середины очереди. — Он нас оскорбляет! — заорала другая бабка. — Экстремист! — завопил кто-то ещё. — Грубиян! Менеджер, которого минуту назад били тростью, вдруг пожал бабке руку. — Я… я тоже считаю это недопустимым, — сказал он дрожащим голосом. Стар и Стеф переглянулись. — У меня ощущение, — медленно сказал Стар, — что мы попали не в банк. — А в дурку, — кивнул Стеф. Толпа начала шевелиться. — ВЗЯТЬ ИХ!!! — вдруг заорал кто-то из очереди. И этого было достаточно. — БЕЖИМ! — рявкнул Стар. Они рванули к выходу. За ними тут же увязались: три деда на инвалидных колясках, которые бешено крутили колёса; — два деда и две бабки с тростями, почти бегущие, лупя тростями по полу; — и один накачанный дед, который двигался подозрительно быстро. — ОН БЕЖИТ БЫСТРО! — крикнул Стеф, оглядываясь. — НЕ ОБОРАЧИВАЙСЯ! — ответил Стар. Двери банка распахнулись, они вылетели на улицу, едва не сбив охранника. — СТОЙТЕ! — орал кто-то сзади. — МОЛОДЁЖЬ ОБОРЗЕЛА! — Я В ВАШИ ГОДЫ… — ОН МЕНЯ ДОГОНИТ! — Стеф запыхался. — СВЕРНЁМ! — Стар резко дёрнул его в сторону. Когда они свернули за угол и влетели в узкую тропу между домами, Стеф на автомате обернулся. — Не оборач… — начал было Стар. Но уже поздно. — ТВОЮ МАТЬ… — выдохнул Стеф. Сзади почти догонял качок-дед. Рукава закатаны, кулаки сжаты, лицо такое, будто он не пенсию получает, а срок мотает. За ним — три деда на колясках, бешено крутя колёса, дальше — бабки и деды с тростями, которые всё ещё не сдавались. — Он явно не за автографом! — заорал Стеф. — БЕЖИ! — рявкнул Стар. Перед ними вырос забор. — БАК! — крикнул Стар. Они одновременно подпрыгнули на мусорный бак, бак заскрипел, перевернулся, но они успели — с бака на забор, с забора вниз. — Всё, — Стеф приземлился и обернулся. — От…орвались? Грохот. Стена просто развалилась. — НЕТ! — заорал Стар. Качок-дед выбил стену плечом и, тяжело дыша, рявкнул назад: — СЮДА! И вся эта пенсионерская орда рванула следом. — Я В ЖИЗНИ БОЛЬШЕ НЕ СКАЖУ ПРО ПЕНСИОННЫЙ ФОНД! — орал Стеф на бегу. Стар краем глаза заметил, как один из дедов с тростью резко остановился. Тот воткнул трость в плечо, достал финку и срезал часть ствола. — СТЕФ! — заорал Стар. — ТРОСТЬ! — ЧТО?! — ОНА — ВИНТОВКА! Дед прицелился… и тут у него слетели очки. — ААА! — дед прицелился куда-то «примерно туда». Выстрел. Качок-дед завыл. — АААААА, СУКА! Он рухнул, держась за ногу. Дед с тростью подбежал к нему и вместо помощи начал лупить его тростью. — ТЫ МНЕ ВСЁ ИСПОРТИЛ! — Я НЕ ВИДЕЛ! — ЛЕЖИ! Стар и Стеф уже не смотрели. Они влетели в парк. — Сколько их?! — задыхаясь, спросил Стеф. — ДВА! — крикнул Стар, оглянувшись. — ДВА НА КОЛЯСКАХ! Остальные отстали. Прохожие шли мимо. Один из дедов почти догнал их. Стар резко остановился, развернулся, размахнулся рюкзаком и со всей силы ударил по коляске. — ЛОВИ! Коляска перевернулась, дед улетел в кусты. — КРАСАВЧИК! — выдохнул Стеф. Они побежали дальше. — Остался один… — сказал Стар. Последний дед на коляске вдруг злобно выругался, дёрнул какой-то рычаг. — ЧТО ОН ДЕЛАЕТ?! — заорал Стеф. Раздался рёв, как от мотоцикла. Из-под коляски повалил дым, и дед поехал быстрее. — ОН ПСИХ! — истерично закричал Стеф. — У НЕГО ТУРБО-КОЛЯСКА! — НЕ ОСТАНАВЛИВАЙСЯ! — Стар рванул ещё быстрее. Коляска ревела позади, расстояние то сокращалось, то увеличивалось. — ЕСЛИ ВЫЖИВЕМ, — заорал Стеф, — Я ПЕРЕСТАНУ ШУТИТЬ ПРО СТАРИКОВ! — ВРЁШЬ! — крикнул Стар, но сам уже не был уверен. Забежав за поворот, они на секунду сбавили темп. — Он… отстаёт? — Стеф обернулся, хватая воздух ртом. — Да… — Стар тоже посмотрел назад. — Смотри, матерится. Дед на коляске действительно удалялся, яростно крутя рычаги. — ТВОЮ МАТЬ, ТОПЛИВО КОНЧАЕТСЯ! — доносилось издалека. — Фух… — Стеф уже почти улыбнулся. — Кажется, всё. — Не говори «всё», — автоматически сказал Стар. — Никогда не говори «всё». — Да ладно, что он ещё… — И НЕ ТАКИХ Я ГОНЯЛ! — взревел дед. — …может сделать, — закончил Стар уже тихо. Дед резко развёл ручки коляски в стороны. Что-то щёлкнуло, заскрежетало — и из подлокотников выдвинулись два компактных ПП. — …ОХРЕНЕТЬ, — выдавил Стеф. Дед достал двумя руками две финки и двумя руками срезал по половине стволов каждого ПП. — ЗА УКРЫТИЕ! — заорал Стар. Дед вдавил рычаги. — АААХАХАХА! Очереди полоснули по асфальту. Стар и Стеф нырнули за мусорный бак, бак задребезжал, как будто по нему били ломами. — Он серьёзно?! — Стеф прижался спиной к баку. — У НЕГО ПУШКИ, СТЕФ! — Стар выглянул и тут же убрал голову. — НЕ ВЫГЛЯДЫВАЙ! Пули прошивали металл, бак вмялся внутрь. — Он его ПРОШИВАЕТ! — Пока держит! ТИНЬ — одна пуля прошла насквозь, просвистела над плечом Стара и врезалась в стену. Они оба замерли. — Всё… — тихо сказал Стеф. — Он уже не держит. Очередь прекратилась на секунду — дед подъезжал ближе. — СЕЙЧАС Я ВАС… Стеф судорожно огляделся и вдруг увидел баллон, валявшийся у бордюра. — Стар. — Что? — Я сейчас сделаю глупость. — ДЕЛАЙ! Стеф схватил баллон и, даже не прицеливаясь, кинул его за бак, прямо туда, откуда летели пули. — ТЫ ЧТО КИНУЛ?! — заорал Стар. Очередь снова хлестнула — и вдруг пули ударили в баллон. ПШШШШШ! Из баллона повалил густой белый дым. Баллон, подпрыгивая, ударился о бордюр, потом о бак, потом ещё раз — и полетел прямо в коляску. — ЧТО ЭТО ЗА ХРЕНЬ?! — заорал дед. Баллон ударил в переднюю часть коляски. БАХ. Коляска заглохла и резко встала. — НЕТ! — дед дёрнул рычаги. Инерция сделала своё. Деда выкинуло вперёд. — АААААААА! Он пролетел прямо над Старом и Стефом, описал идеальную дугу и исчез в кустах с глухим шмяк. Тишина. Дым медленно рассеивался. — …ты это видел? — первым прошептал Стеф. — Видел, — Стар медленно выпрямился. — Он ПРОЛЕТЕЛ. Они осторожно выглянули. Коляска стояла, дымясь. ПП молчали. Из кустов — ни звука. — Он жив? — Мне плевать, — сказал Стар. — Я не иду проверять. — Согласен, — Стеф кивнул. — Абсолютно. Они шли к банку уже почти на автомате. — Ты оглядывайся, — буркнул Стеф, — мне кажется, за каждым углом дед. — Если ещё один выскочит, — Стар потер виски, — я просто лягу и сделаю вид, что меня нет. — Не вариант, они тогда тебя тростью добьют. Они шли, каждые пять метров оборачиваясь, прислушиваясь к шагам, к скрипам, к любому кашлю. Пару раз Стар резко дёргался, принимая обычного прохожего за пенсионера-терминатора. — Спокойно, — шептал себе Стеф. — Это просто мужик. Просто… обычный мужик. Банк показался неожиданно быстро. — Всё, — сказал Стар. — Если сейчас и тут что-то начнётся — я официально сдаюсь. Они зашли внутрь. Тишина. Ни очередей. Ни бабок. Ни дедов. Ни тростей. Ни боевых колясок. — …Подозрительно, — сказал Стеф. — Молчи, — Стар кивнул на стойку. — Пока он тут. За стойкой стоял Паспортомат. Абсолютно спокойный. Как будто сегодня тут не пытались устроить линчевание. — Здравствуйте, — сказал Стар. — Здравствуйте, — отозвался Паспортомат ровным, механически-вежливым голосом. — Цель визита? Стеф молча вытащил рюкзак, развязал его и начал выкладывать пачки денег на стойку. — Погашение кредита, — добавил Стар. Паспортомат наклонился, открыл боковую панель. — Подтвердите подлинность наличных, — сказал он и включил грохочущую машинку. ТРРРР—КЛАЦ—ТРРР—БЗЗЗ—КЛИК. Купюры по одной исчезали внутри. Стар и Стеф переглянулись. — Мы час тут будем? — тихо спросил Стеф. — Если он каждую так… — Стар вздохнул. — Да. Они сели на диванчик у стены. Минут через десять: — Я засыпаю, — сказал Стеф. — Не спи, — ответил Стар. — Проснёшься — окажется, что мы должны ещё больше. Через полчаса: — Слушай, а если он сейчас скажет, что купюры пахнут подозрительно? — Я тогда натравлю на него пенсионный... — И тут стеф закрыл руками рот, оглядываясь по сторонам, — ну его нафиг. Через сорок минут Паспортомат закашлялся. — Ошибка? — сразу напрягся Стеф. — Обработка, — спокойно ответил Паспортомат. Через час ровно он выключил машинку. — Операция завершена, — объявил Паспортомат. Стар и Стеф почти одновременно вскочили. — Ну?! — сказал Стеф. — Сколько? — добавил Стар. — Часть кредита погашена, — сказал Паспортомат. — Остаток: 100 тысяч. Секунда тишины. — СТО ТЫСЯЧ! — Стеф резко хлопнул Стара по плечу. — Ты понимаешь?! — Понимаю, — Стар выдохнул. — Мы почти закрыли это дерьмо. — Я говорил, что прорвёмся! — Ты говорил это раз двадцать, — Стар усмехнулся. — Но сейчас — да. Почти. — Четыре дня — и всё, — радостно сказал Стеф. — Купим, закроем, забудем! Паспортомат наклонил голову. — Уточнение, — сказал он. — В случае непогашения остатка в течение четырёх дней, с учётом процентной ставки… Он сделал паузу. — …сумма к оплате составит 2 миллиона. Стеф застыл. — Чего? — Подожди, — Стар медленно повернулся к Паспортомату. — Повтори. — Два миллиона, — безэмоционально повторил Паспортомат. — Правила кредитного договора. Стеф медленно сел обратно на диван. — Стар… — Я слышу. — Нам только что дали выбор: либо сто тысяч за четыре дня… — …либо снова ад, — закончил Стар. Паспортомат уже отворачивался. — Хорошего дня, — сказал он.