МирС 2

Тем временем за городом, далеко от Мирстауна, близ Новиграда, среди табачных полей стояло поместье Литла Громмова. Само поместье выглядело так, будто его построили для какого-нибудь министра или миллиардера: колонны, широкие лестницы, дорогая черепица, ухоженные дорожки. Но стоило посмотреть чуть дальше, как впечатление резко менялось. Вдоль поля тянулись дешёвые деревянные лачуги, собранные из того, что попалось под руку. Там жили работники. За огромными окнами кабинета Литл сидел за столом и пил кофе. Напротив него развалился президент МирСа. Он курил толстую кубинскую сигару и лениво смотрел в окно. На поле десятки рабочих собирали табак под палящим солнцем. — Хороший урожай, — сказал президент. — Нормальный, — ответил Литл. — В прошлом году лучше был. — Ты всегда так говоришь. — Потому что всегда можно лучше. Президент усмехнулся. — Как дела с поставками? Литл поставил чашку на блюдце. — Идут. — Без проблем? — Если бы без проблем, было бы скучно. Президент рассмеялся. — Это у тебя скучно никогда не бывает. Он стряхнул пепел в дорогую пепельницу. В дверь постучали. — Войдите. В кабинет осторожно заглянул один из охранников. — Господин Громмов. — Что? — Прибыли отчёты. — Какие именно? — По банде коллекторов из Каламита. Президент заинтересованно повернул голову. — О, это уже интересно. Охранник подошёл и положил папку на стол. Литл открыл её. Несколько секунд он молча листал бумаги. Потом хмыкнул. — Что там? — спросил президент. — Странно. — Насколько странно? — Один их человек пропал. — И? — Последний раз его видели возле Мирстауна. Президент выпустил облако дыма. — Мирстаун опять. — Мирстаун опять. — И что думаешь? Литл закрыл папку. — Думаю, мне очень повезло, что я не занимаюсь коллекторами. В этот момент за окном раздался крик. Все трое повернулись. Один из работников зачем-то полез на трактор, который явно не умел водить. Трактор проехал метров десять, снёс забор и заглох. Наступила тишина. Литл посмотрел на президента. Президент посмотрел на Литла. Охранник посмотрел в окно. Литл сделал ещё глоток кофе, поставил чашку на блюдце и, будто тема о коллекторах вообще ничего не значила, махнул рукой в сторону окна. Рабочие медленно двигались между грядками, кто-то тащил ящики, кто-то спорил друг с другом, кто-то просто сидел в тени сарая, пока надсмотрщик орал на весь участок. Президент молча курил сигару. — Вот смотри, — сказал Литл. — Я недавно читал про Конфедерацию. Интересная была идея. Президент выпустил дым. — Опасная тема. — Да какая опасная? История есть история. Литл откинулся в кресле. — А вообще я тебе скажу честно. Я темнокожих терпеть не могу. Всех бы за границу выселил. Вон туда. Он ткнул пальцем куда-то вдаль. — К бандитам. Пусть сами между собой разбираются. Президент несколько секунд молчал. — Ты это уже третий год говоришь. — Потому что мнение не меняется. — А экономика? — Найдём других работников. — Каких? — Не знаю. Рыжих. Президент посмотрел на него. — Рыжих? — Да. — Это твой план? — Пока лучший из имеющихся. Президент покачал головой. — Иногда мне кажется, что ты специально говоришь первое, что приходит в голову. — Иногда? — Хорошо. Постоянно. Литл усмехнулся. — А тебе не кажется странным, что я плачу зарплату людям, которых не люблю? — Нет. — Почему? — Потому что ты любишь деньги больше. Литл задумался. — Знаешь... это хороший аргумент. Они замолчали. За окном один из работников случайно опрокинул ящик. С другого конца поля тут же раздался крик надсмотрщика. — ЯЩИК ПОДНИМИ! — ОН САМ УПАЛ! — НЕ СПОРЬ С ЯЩИКОМ! Президент невольно усмехнулся. — У тебя дисциплина как в цирке шапито. — Зато работает. В этот момент в дверь особняка постучали. Тук-тук. Литл нахмурился. — Кого ещё принесло? — Может, важное что-то. — Обычно важные люди не стучат. Они вламываются. Дверь открылась. Внутрь осторожно вошёл управляющий полем. — Господин Громмов... — Что? — Тут проблема. — Какая именно? — На складе табака. — Опять крысы? — Нет. — Опять пожар? — Нет. — Тогда что? Управляющий нервно сглотнул. — Кто-то украл трактор. В комнате повисла тишина. Президент медленно убрал сигару от лица. Литл несколько секунд смотрел на управляющего. — Как украл трактор? — Целиком. — Он большой. — Да. — Его сложно не заметить. — Да. — И как его украли? — Мы не знаем. Литл встал из-за стола. — Вы потеряли трактор размером с дом и не знаете как? — Примерно так. Президент начал смеяться. Сначала тихо. Потом громче. Потом уже откровенно ржал, держась за живот. — Не смейся, — буркнул Литл. — Простите... но это великолепно... — Ничего великолепного. — Литл, у тебя украли трактор. — Я заметил. — На охраняемой территории. — Я заметил! — Рядом с вооружёнными людьми. — Я ЗАМЕТИЛ! Президент вытер выступившую слезу. — И что теперь? Литл повернулся к управляющему. — Собирай людей. — Для чего? — Искать трактор. — А если не найдём? — Тогда будем искать того идиота, который умудрился потерять трактор. Управляющий быстро кивнул и исчез за дверью. Президент всё ещё посмеивался. Литл вернулся в кресло и взял чашку. — Иногда мне кажется, что я окружён профессионалами. — По твоему голосу не похоже. — Потому что это сарказм. За окном уже бегали люди, кто-то что-то кричал, кто-то показывал на следы колёс в грязи. Но тут разговор резко свернул в деловую плоскость, будто речь шла о каком-то обычном контракте. Президент, затянувшись сигарой, спокойно кивнул и ответил Литлу: — Я заметил, что преступность и цвет кожи подозрительно коррелируют: чем темнее, тем темнее дела. Если на территории есть вооружённые группы, они создают нестабильность. Их нужно выдавить за границы влияния МирСа, а ты знаешь кто у нас зачастую творит нестабильности. Литл отставил кружку кофе, чуть постучал пальцем по столу: — Конечно, темнокожие. Они постоянно мешают логистике. Лес — не лес, а проходной двор. Президент прищурился, глядя в окно на табачные поля: — Речь про группировку у лесной границы? — Да, — коротко ответил Литл. — Они там давно сидят. И слишком уверенно себя чувствуют. В комнате повисла короткая пауза, затем Литл вспомнил, что разговор вообще-то про деньги, и наклонился под стол. — Ладно, к делу. Он вытащил ящик, поставил его на стол с глухим стуком и открыл крышку. Внутри — аккуратно сложенные пачки купюр. Литл откинул несколько пачек в сторону президента: — На “решение вопроса”. Президент даже не пересчитал сразу. Просто положил деньги в сумку и спокойно ответил: — Тогда вопрос будет решён быстро. Литл задвинул ящик под стол, отпил кофе. — Главное, чтобы без лишнего шума. Мне тут лишние проблемы не нужны, — сказал Литл. Президент слегка кивнул, вставая: — Шума не будет. Будет результат. Он развернулся, поправил пиджак и направился к выходу. Минутой позже президент выезжал в сторону здания службы безопасности. Через час он уже был у здания службы безопасности, и президент, не задерживаясь ни на секунду у входа, прошёл в здание федеральной службы безопасности рядом с управлением полиции ВСПД так быстро, что охранник даже не успел задать стандартный вопрос — только проводил взглядом. Президент не стал ни с кем здороваться, сразу свернул к кабинету генерала и резко толкнул дверь. — У нас срочный вопрос государственной важности, — бросил он, даже не садясь. Генерал поднял глаза от бумаг, медленно снял очки. — Надеюсь, не очередная “инициатива сверху” без бюджета? Президент уже доставал папку, одновременно кладя её на стол. — Речь о наведении порядка в приграничных и криминально напряжённых зонах. В частности — территориях у леса между Мирстауном и Новиградом. Там слишком долго существует автономная зона влияния. Он сделал паузу и добавил: — Начать предлагаю с Ямайского сектора и связанных с ним группировок. Генерал слегка наклонился вперёд: — “Ямайского сектора”? Президент спокойно продолжил: — Да. База так называемых «Растаманов». Враждебные группы, не подчиняющиеся ни одному контролю. Постоянные конфликты, оружие, контрабанда. Это давно вышло за рамки локальной проблемы. Генерал молча смотрел, потом медленно кивнул, не выражая ни согласия, ни отказа. В этот момент дверь снова открылась — без стука. Литл вошёл в кабинет уже на полшага слишком уверенно — с термокружкой, будто он тут не гость, а один из владельцев здания. Но генерал даже не поднялся. — Ты кто такой вообще? — резко бросил он, не отрываясь от документов. Литл замер на секунду, посмотрел на президента, потом на генерала. — Я… — начал он. — Выйди, — отрезал генерал. — Без приглашения сюда не заходят. Пауза повисла короткая и неприятная. Литл молча кивнул, развернулся и спокойно вышел, аккуратно закрыв дверь за собой. За дверью он ещё секунду постоял, отпил кофе и ушёл по коридору так же невозмутимо, как и пришёл. В кабинете стало тише. Президент даже не отреагировал на эту сцену. — Продолжим, — сказал он спокойно. Генерал наконец поднял взгляд: — Ты говорил про стабилизацию регионов. Президент кивнул. — Да. Но формулировки можно упростить. Он положил ладони на стол. — Речь идёт о выселении враждебных групп с территории МирСа за пределы контролируемых зон. Генерал прищурился: — Конкретнее. Президент выдержал паузу. — В первую очередь — чернокожие криминальные группировки у лесной границы. Ямайские формирования. Они там закрепились и фактически не подчиняются структурам контроля. Генерал медленно откинулся в кресле. — Ты понимаешь, что это будет воспринято как этническая чистка, если формулировать так грубо? Президент не моргнул. — Формулировки — это вопрос документов. В реальности нас интересует безопасность границ и устранение вооружённых анклавов. Генерал постучал пальцами по столу. — И ты хочешь начать с ямайцев. — Да, — спокойно ответил президент. — Они наиболее организованы и ближе всего к лесной линии. Если не начать с них — всё остальное бессмысленно. Генерал несколько секунд молчал, потом открыл папку снова. — Это потребует приказа уровня выше обычных операций. — Я это обеспечу, — сказал президент. В коридоре за дверью было слышно, как Литл уже удаляется, его шаги постепенно затихают. Генерал перевернул страницу. — Хорошо. Я подготовлю варианты действий. Но ты понимаешь: после этого отката не будет. Президент слегка кивнул: — Откат и не планируется. После этих слов президент всучил генералу несколько пачек денег от Литла, после чего удалился из кабинета. Генерал пару секунд смотрел на деньги, потом молча убрал их в ящик стола и щёлкнул закрытием. После этого он нажал кнопку внутренней связи и коротко бросил: — Полковника и майора ко мне. Срочно. В системе общего чата СБ сообщение появилось почти мгновенно. Ответ не требовался — формат был понятен всем. Прошло меньше десяти секунд. Дверь распахнулась. Полковник и майор вошли почти одновременно, резко остановились у стола и синхронно отдали честь. — Товарищ генерал! — одновременно произнесли они. В голосе чувствовалась не столько уверенность, сколько напряжение: когда вызывают так быстро, хороших новостей обычно не бывает. Генерал не стал тянуть. — Садитесь. Они сели максимально ровно, почти не двигаясь. Генерал открыл папку и разложил карты региона. — Переходим к оперативному планированию по приграничной зоне у леса между Мирстауном и Новиградом. Майор сглотнул: — Это та зона, где… ямайская группа? — Да, — коротко ответил генерал. Полковник осторожно спросил: — Что они на этот раз сделали? Генерал посмотрел на него прямо: — Они? Ммм, просто существуют и досаждают всем. Будет операция по устранению враждебного вооружённого формирования и восстановлению контроля над территорией. Он постучал пальцем по карте. — Начинаем с их основной базы в лесу. Благо других не имеется. Майор наклонился вперёд, рассматривая схему: — Разведка подтверждает наличие вооружения и укрытий? Генерал промолчал. Майор чуть наклонился над картой и снова задал вопрос, уже более осторожно: — Товарищ генерал… по разведданным уточните. У них подтверждённое вооружение? Типы, количество, подготовка? В кабинете на секунду стало тихо. Генерал не сразу ответил. Он посмотрел на папку, потом на карту, потом куда-то в сторону стены, как будто там внезапно мог появиться недостающий отчёт. — Разведка… — начал он медленнее обычного. — Разведка проводилась. Пауза затянулась ещё на пару секунд. Полковник слегка приподнял бровь, но промолчал. — Данные… уточняются, — добавил генерал уже более уверенно, закрывая тему. — Но общая картина ясна. Вооружённая автономная группа, лесной сектор, высокая степень угрозы. Майор кивнул, хотя по лицу было видно, что он не до конца удовлетворён ответом. — Понял. Тогда работаем по допущению максимальной угрозы. — Правильно, — быстро подтвердил генерал. Он взял маркер и на карте резко обвёл лесной массив. — Кодовое название операции — «Шоколад», — сказал генерал. На секунду в комнате повисла тишина. Полковник моргнул. Майор замер. — «Шоколад»? — осторожно переспросил майор. — Да, — отрезал генерал. — Внутренний код. Полковник чуть повернул голову в сторону, и у него на лице на долю секунды мелькнуло что-то вроде нервной улыбки, мозг сам попытался сформировать неуместную шутку, но он быстро сжал губы. Он тихо кашлянул и просто сказал: — Принято. Генерал продолжил, не обращая внимания: — Основная задача: блокирование лесного сектора и ликвидация базы в первой фазе. Без самодеятельности. Без затяжных контактов. Майор снова кивнул: — Понял. Силы распределим по периметру, выдвинем группы перекрытия и штурмовую часть. — И быстро, — добавил генерал. Полковник снова чуть было не сказал что-то — по выражению лица было видно, что мысль уже почти оформилась в неудачную шутку, — но он вовремя опустил взгляд в папку. — Да, товарищ генерал. Быстро и… аккуратно. — Именно, — подтвердил генерал. Он закрыл папку, давая понять, что разговор окончен. Офицеры встали, отдали честь и вышли. Как только дверь закрылась, полковник тихо выдохнул: — «Шоколад»… конечно… Майор резко посмотрел на него: — Забудь. — Я уже забыл. Офицеры не стали терять время на лишние согласования. В тот же вечер началась сборка группы: двадцать бойцов, экипированных в штурмовое снаряжение, распределили по двум машинам и одному грузовому транспорту без опознавательных знаков. — Работаем тихо. Без лишнего шума, — коротко сказал полковник, проверяя список. — Понял, — ответил старший из бойцов. — Периметр, зачистка, вход по сигналу. Майор стоял рядом, просматривая карту на планшете. — Движемся не через официальную границу, — добавил он. — Обходим контрольные точки. Лесной сектор. Колонна выдвинулась ближе к ночи. Дороги сменились грунтовками, затем и вовсе исчезли. Машины оставили в нескольких километрах от цели, дальше группа пошла пешком — через лес, где фонари включали только на короткие промежутки, чтобы не выдавать себя. — До базы ещё сколько? — тихо спросил один из бойцов. — По координатам — около километра, — ответил майор. Но уже через несколько сотен метров группа остановилась. Впереди, между деревьями, появился массивный граничный забор. Высокий. Укреплённый. Каменный по структуре, с металлическими вставками. Полковник подошёл ближе, постучал по поверхности. — Обход займёт минимум час, — сказал полковник. Майор посмотрел вдоль стены. — Времени нет. Работаем тут. Полковник прищурился: — Подрыв? — Шумно, — коротко ответил майор. — Слишком рискованно. Он оглядел нижнюю часть забора, потом землю. — Начинаем подкоп. Бойцы переглянулись, но без обсуждений разошлись по точкам. Двое сняли снаряжение, ещё двое начали разметку грунта. — Лопаты, шанцевый инструмент — сюда, — скомандовал сержант. Земля была плотной, влажной после ночной сырости. Первые удары шли легко, но последующие комья поддавались неохотно. — Быстрее, — тихо сказал майор. — Не растягиваем. — Есть, — коротко ответили из темноты. Полковник стоял чуть в стороне, наблюдая за процессом и периодически проверяя карту. — Если у них там наблюдение с другой стороны… — начал он. — Тогда будем уже внутри, — спокойно перебил майор. Работа продолжалась без разговоров. Лопаты врезались в землю, постепенно формируя узкий проход под линией забора. Майор стоял у края начатого подкопа, когда на его телефоне коротко щёлкнул сигнал входящего сообщения. Он нажал кнопку, прочитал и на секунду замер. Полковник заметил это сразу: — Что там? Майор медленно поднял взгляд. — От генерала. Он ещё раз пробежал глазами по тексту и, чуть понизив голос, зачитал: — “Нужно как можно больше пленных. Сопротивляющихся ликвидировать. Светлокожих не трогать, но если будут сопротивляться — огонь на поражение.” На секунду в группе стало тише, чем было до этого. Полковник слегка дёрнул уголк ом губ, явно сдерживая реакцию, но вместо комментария просто выдохнул: — Понял. Хотя по взгляду было видно, что идея о том, что указания идут в обход него через цепочку, ему не нравилась. Он всё же сдержался и добавил: — Распространи по группе. Майор кивнул и повернулся к бойцам: — Новые вводные. Работаем аккуратно с пленными, но при сопротивлении — действуем жёстко. С светлокожими аккуратно, темнокожих — в наручники. Один из бойцов коротко переспросил: — То есть приоритет — захват? — Да, — ответил майор. — Но без риска для группы. — Принято. И именно в этот момент из темноты леса вспыхнул резкий свет. — Контакт! — мгновенно крикнул кто-то из бойцов. Реакция была автоматической. 18 стволов одновременно развернулись в сторону источника света. Раздалась плотная, короткая очередь. Магазины ушли за секунды. Свет дернулся, мигнул и рухнул в траву. Наступила резкая тишина. — Стоп! — резко скомандовал майор. — Проверить! Двое бойцов осторожно подошли вперёд, держа оружие наготове. Полковник стоял чуть позади, внимательно наблюдая. Через несколько секунд из темноты донеслось: — Это… гражданский. — Что за гражданский? — резко спросил майор. — Бомж… — ответили из темноты. Майор выдохнул, коротко, почти без эмоций: — Осмотреть. Оружия нет. Полковник помолчал и только сказал: — Плохое место для прогулок. — Да, — сухо ответил майор. — Очень плохое. И без дальнейших обсуждений группа вернулась к работе. Подкоп оказался узким и сырым, но достаточным, чтобы группа по очереди переползла на другую сторону укреплённой линии. Бойцы один за другим вытаскивали снаряжение, проверяли оружие и быстро собирались в плотную штурмовую цепь. — Без шума не получилось, значит работаем быстро, — коротко сказал полковник, поднимая руку. — Движение к базе. Майор кивнул: — Интервал пять метров. Контакт не провоцировать до команды. Группа двинулась через лес, стараясь не ломать ветки лишний раз. Тем временем на самой базе царила своя, совершенно другая жизнь. Где-то в глубине территории звучало регги — громко, расслабленно, будто за пределами этого места вообще не существовало проблем. Большая часть ямайцев занималась своими делами: кто-то сидел группами, кто-то курил самокрутки с характерным запахом сладкой травы, кто-то просто смеялся и играл в карты на перевёрнутых ящиках. У складских построек часть людей возилась с оружием — чистили, смазывали, проверяли магазины. В отдельном сарае, чуть в стороне, стояла более тихая работа. Там, за столом, аккуратно и методично работал мужчина с прозвищем Тигр. Шрам тянулся по его губе, а движения были точные и спокойные — он взвешивал и распределял белый порошок по маленьким пакетикам. — Ровнее, — бросил он помощнику. — Ты слишком много сыпешь. — Я стараюсь, — ответил тот, нервно сглатывая. Тигр даже не поднял глаз: — Стараться — это не работа. В этот момент снаружи раздался резкий хлопок. Тишина на базе появилась мгновенно, будто кто-то выключил звук. Кто-то у входа поднял голову: — Это что было? Ещё секунда — и ворота базы буквально вылетели внутрь. Снаружи раздались крики: — СДАВАЙТЕСЬ! — РАБОТАЕТ СЛУЖБА БЕЗОПАСНОСТИ! Внутрь ворвались бойцы — 18 человек, сразу рассредоточившись по периметру. Ямайцы среагировали мгновенно: часть бросилась в здания, часть к оружию. Первые выстрелы прозвучали почти сразу. Четверо ямайцев упали ещё у входной зоны, не успев скрыться. Остальные растворились между постройками. — Чистить строения! — крикнул майор. — Не давать им закрепиться! Бойцы начали методично продвигаться, вскрывая двери и зачищая помещения. И тут сверху раздался одиночный выстрел. Один из бойцов на секунду остановился — потом упал, не успев даже крикнуть. — Снайпер! — резко скомандовал полковник. — Вышки! Сразу несколько бойцов развернулись к верхним точкам. Но в тот же момент сбоку, из деревянного сарая, резко распахнулась маленькая форточка. И оттуда ударила очередь станкового пулемёта. Пули прошли низко, срезая землю и щепки. Бойцы мгновенно рассыпались в стороны. — В укрытие! — крикнул майор. — Прижать огневую! Штурмовая группа разбилась на две части: одна прижалась к зданиям, другая попыталась зайти с фланга. Тигр даже не дернулся, когда снаружи началась перестрелка. Он спокойно досыпал последнюю порцию порошка в пакет, потом резко остановился. — Всё, — коротко сказал он помощнику. — Это уже не мой день. Он одним движением смахнул почти всё содержимое стола прямо в открытый камин. Белый порошок вспыхнул в жаре, исчезая в огне без следа. Помощник замер: — Тигр… ты чего? — Молчи, — отрезал он. Следом он развернулся к гардеробному шкафу, резко распахнул его дверцу и вытащил оттуда металлический баллон с чёткой подписью: “Chlorine. Toxic gas!” Помощник побледнел: — Это же… — Не думай, — перебил Тигр. Он быстро схватил лежащий рядом противогаз, накинул его на себя, потом без лишних слов буквально “зафиксировал” баллон на голове помощника. — Открой, — сказал он. — Там же… стена… — начал тот. Тигр ударил ладонью по скрытому механизму, и часть стены с тихим щелчком ушла в сторону, открывая форточный проём наружу. После этого Тигр сорвал вентиль и из баллона начал травиться зеленоватый, удушливый газ. Снаружи как раз в этот момент один из бойцов службы безопасности пытался укрыться от пулемётного огня, прижавшись к стене. И первая же порция газа ударила прямо ему в рот. — КХА! — он резко согнулся, схватившись за горло, и рухнул на землю, захлёбываясь кашлем. — ГАЗ! — Начал кричать он в рацию. — ГАЗОВАЯ АТАКА! Майор резко поднял голову: — Газы! Надеть противогазы! Пауза. Ответов не последовало. — Повторяю! Противогазы! — крикнул он уже жёстче. Снова тишина. Один из бойцов, задыхаясь от дыма и паники, прокричал: — У нас их нет! Полковник резко повернулся: — Как нет?! — Вы сказали не брать! — ответили из укрытия. — “Последний раз газ был на Первой мировой!” Но газ уже начал распространяться по базе: сначала тонкой струёй, потом густыми облаками, стелящимися между зданиями и дворами. — Отступаем из низин! — крикнул майор. — Выше, на возвышенности! Бойцы начали хаотично менять позиции, кто-то прикрывал лицо тканью, кто-то пытался на ходу перезарядиться, но движение становилось всё менее организованным. Полковник стиснул зубы: — Это не планировалось. Майор резко ответил: — Уже всё, что происходит, не планировалось! Баллон в сарае издал длинный, срывающийся звук — протяжное “пшшшкрхх…” — и резко замолчал. Давление упало, газовая волна начала стихать, рассеиваясь по базе. Тигр на секунду прищурился, подошёл к форточке и уже почти дёрнул её, чтобы закрыть проём. — Всё, — коротко выдохнул он. — Закрыва… В этот момент внутрь, через тот же проём, что он пытался перекрыть, влетела граната. Тигр мгновенно среагировал — поймал её ладонью на лету. — Ты серьёзно?.. — только и успел сказать помощник. Тигр уже разворачивался, чтобы выбросить её обратно наружу. Но граната щёлкнула раньше. Взрыв разорвал сарай изнутри: дерево, стены и оборудование разлетелись в щепки. Ударная волна прошлась по ближайшим постройкам, и вместе с сараем исчезли и Тигр с помощником — оставив после себя только дым и обломки. Тем временем бой внутри базы уже превратился в хаотичную зачистку. Часть ямайцев успела организоваться и отступить, но к этому моменту бойцы службы безопасности уже взяли контроль над значительной частью территории. Несколько десятков человек были скручены и уложены на землю, им надели наручники и тёмные маски. Пулемётное гнездо, которое ещё недавно держало фланг, было подавлено — расчёт ликвидировали точечным огнём после короткой попытки сопротивления. Но последствия газа уже ощущались: — Пять бойцов… не подают признаков дыхания, — доложил один из медиков. Остальные, задыхаясь и кашляя, пытались хоть как-то очистить лёгкие — кто-то буквально окунал голову в местный фонтан, надеясь смыть остатки раздражающего газа с лица и горла. — Держимся! — прокричал майор, голос у него сам срывался от кашля. — Периметр не терять! Полковник махнул рукой в сторону крупного здания в центре базы: — Основное строение! Там командный узел или склад! Штурм! Десять наиболее боеспособных бойцов, уже с трудом выравнивая дыхание, сорвались с позиций и рванули к зданию. — СДАХХ… КРРРВАЙТЕСЬ!!! — раздался их хриплый крик, когда они вломились внутрь. Внутри их встретила почти мгновенная реакция. Один из ямайцев, не успев даже подняться полностью, выхватил автомат и дал длинную очередь с бедра. Три бойца упали сразу. Остальные отступили в дверной проём. — Гранаты! — рявкнул кто-то снаружи. И в окна, дверные проёмы и щели одна за другой начали лететь гранаты — без захода внутрь, методично, одна за другой. Взрывы глухо отдавались внутри здания, выбивая стёкла, двери и обрушивая часть внутренних перегородок, пока бойцы снаружи держали позицию, ожидая, когда сопротивление внутри окончательно ослабнет. После короткой паузы бойцы подошли к зданию, выждали ещё несколько секунд и только потом начали осторожно заходить внутрь. Взрывы сделали своё: помещение превратилось в хаотичную смесь обломков, дыма и разрушенных конструкций. Видимость почти нулевая. — Чистим по секторам, — тихо скомандовал один из штурмовых. Бойцы начали двигаться медленно, проверяя каждый угол, каждый завал, каждый проход между обломками. — Контакт визуально отсутствует, — сообщил другой. — Продолжаем, — ответил старший. И в этот момент сверху, из пробоины в крыше, что-то сорвалось вниз. Тёмный объект ударился о пол с металлическим звоном. — ГРАНАТА?! — крикнул один из бойцов. Но было поздно. Это была противопехотная мина, и она упала строго активаторной частью вниз. Раздался мгновенный, резкий взрыв. Ударная волна прошла по помещению, отбросив нескольких бойцов в стороны. Один оказался в эпицентре — его отбросило и разорвало взрывом, а ещё пятерых буквально швырнуло по полу и стенам. На секунду внутри здания стало полностью тихо. — Контакт сверху! — заорал кто-то снаружи. Оставшиеся в живых бойцы мгновенно развернулись вверх и открыли огонь по крыше. — ОЧИСТИТЬ ПЕРЕКРЫТИЯ! — крикнул командир группы. Они выпустили по несколько магазинов каждый, методично прошивая потолочные балки и пробоины, не давая никому закрепиться наверху. После этого, не задерживаясь, они начали выходить наружу, занимая периметр и проверяя друг друга. — Доклад! — снаружи рявкнул майор. Один из бойцов, задыхаясь и вытирая лицо, ответил: — Здание зачищено. Сопротивление подавлено. Потерь… — он запнулся, — значительные. Полковник коротко кивнул, глядя на разрушенное строение: — Принято. Фиксируем как успешную зачистку. Группа начала отходить от здания, перестраиваясь и занимая внешние позиции, пока база окончательно переходила под их контроль. Спустя примерно час после завершения активной фазы штурма база выглядела так, будто по ней прошёлся тяжёлый обстрел вперемешку с химическим заражением. Дым ещё тянулся между сломанными постройками, местами догорали остатки дерева и ткани. Растительность по периметру, где ранее был густой зелёный покров, теперь побелела и сморщилась. Из всей штурмовой группы в живых осталось немного: шесть бойцов, майор и полковник. Остальные убиты. Пленных собрали около пятидесяти — их держали под контролем на открытой площадке, уже в наручниках и под охраной. — Периметр держать, — хрипло сказал майор. — Проверить каждую постройку ещё раз. — Подтверждаю чистоту сектора, — ответил один из бойцов. Полковник стоял чуть в стороне, глядя на всё это с выражением усталой фиксации фактов, будто мысленно уже оформлял отчёт. Через тридцать минут к базе подошла колонна транспорта. Грузовики быстро распределились: одни занялись погрузкой пленных, другие — эвакуацией оставшихся бойцов службы безопасности. Медики проверяли состояние каждого, некоторых сразу отправляли в больницу без дополнительных разговоров, но в итоге в больницу отправились все шестеро штурмовиков. Операция переходила в административную фазу. Тем временем в другой части города Литл подъехал к зданию службы безопасности. Он вышел из машины спокойно. У входа его уже ждал генерал. — Рад вас видеть, — коротко сказал Литл, пожимая руку. — Взаимно, — ответил генерал. Без лишних формальностей Литл сразу перешёл к делу: — Хочу посмотреть на результат операции. Генерал кивнул и повёл его к одному из фургонов. Двери открылись. Внутри — восемь пленных. Наручники, подавленное состояние, злые взгляды. Все темнокожие ямайцы. Они молча смотрели на Литла, не отводя глаз. Литл выдержал взгляд спокойно. Потом он аккуратно закрыл дверь фургона и отошёл с генералом за угол здания. — Работа выполнена чисто, — сказал генерал. Литл кивнул и достал пачку купюр, передавая её без лишних жестов. — Нужно, чтобы их вывезли за границу МирСа, — сказал он спокойно. — В пустыню. Дальше — не моя зона ответственности. Генерал посмотрел на деньги, затем на Литла. — Понял. Он убрал пачку и коротко добавил: — Будет сделано. Через минуту после ухода Литла генерал подозвал старшего водителя колонны. — Задача уточнена, — сказал он сухо. — Какая именно? — спросил водитель. Генерал посмотрел ему прямо в глаза. — Вывезти пленных за границу МирСа. Дальше оставить. Водитель нахмурился. — Оставить где? — В пустыне. На секунду повисла тишина. — Это... законно вообще? Полковник, стоявший рядом, медленно повернул голову в сторону водителя. Тот увидел генеральские погоны, ряд наград на мундире и быстро решил не продолжать тему. — Понял. Колонна тронулась. Час спустя грузовики уже катились по песчаной равнине далеко за границей МирСа. Ни дорог. Ни домов. Ни линий электропередач. Только песок, редкие камни и раскалённый ветер. — Ещё дальше? — спросил один из водителей по рации. — Хватит, — ответил другой. — Если поедем дальше, сами увязнем. Машины остановились. Несколько секунд ничего не происходило. Затем автоматически начали открываться замки кузовов. Щёлк. Щёлк. Щёлк. Задние двери распахнулись. Платформы медленно поднялись. Пленные, всё ещё связанные наручниками, один за другим начали скатываться вниз. — Осторожнее, чёрт вас побери! — выругался кто-то из ямайцев, падая на песок. Через минуту около полусотни человек оказались свалены в одну большую кучу посреди пустыни. Двигатели грузовиков снова заревели. — Эй! — закричал один из пленных. — Вы серьёзно?! — Вернитесь! — Снимите наручники хотя бы! Но машины уже разворачивались. Вскоре последние огни скрылись за барханами. Наступила тишина. Только ветер гонял песок по земле. Некоторое время никто ничего не говорил. Потом из середины кучи послышался голос: — Ну и что теперь? — Для начала выбраться отсюда. — Отличный план, гений. Мы связаны. — Тогда сначала развязаться. Несколько человек начали возиться, пытаясь освободить руки друг друга. Один из старших ямайцев, высокий мужчина с седой бородой, сумел сесть и огляделся. — Кто-нибудь видит воду? — Нет. — Дорогу? — Нет. — Хоть что-нибудь? Ответом был только ветер. Кто-то нервно засмеялся. Кто-то выругался. А затем один из пленников неожиданно указал куда-то вдаль. — Эй... — Что? — Там. Все повернули головы. На горизонте, почти растворяясь в жарком мареве, виднелась какая-то тёмная точка. — Это мираж? — Не знаю. — Похоже на здание. — Или скала. Седой ямаец поднялся на ноги. — Проверим. — А если это ничего? — Тогда вернёмся и умрём здесь. После такого аргумента возражений не нашлось. И полсотни бывших пленников медленно двинулись через пустыню к неизвестной точке на горизонте. Пятьдесят ямайцев в потрёпанной одежде, многие всё ещё в наручниках, брели через ночную пустыню одной длинной цепочкой. Кто-то ругался, кто-то хромал, кто-то просто молча шёл вперёд. — Если я когда-нибудь вернусь домой, — проворчал один из них, — я подожгу грузовик службы безопасности. — Сначала воду найди, потом поджигай. — Тоже верно. Впереди темнела та самая точка, которую они заметили раньше. Спустя ещё некоторое время они наконец добрались до неё. Это оказался старый лагерь. Несколько шатров стояли криво, ткань была изрешечена отверстиями. В центре находилось кострище с давно остывшей золой. Рядом валялись какие-то ящики, половина из которых сгнила от времени. — Тут кто-то жил. — Или воевал. — Или и то и другое. Один из ямайцев подошёл к странному дереву. Ствол был перекручен так, словно кто-то взял его и пытался скрутить руками. Листьев не было вовсе. — Что за чертовщина... И тут он заметил кое-что ещё. Из дерева торчала старая ручная пила. — ЭЙ! Мгновенно десятки голов повернулись в его сторону. — Что там? — Пила! Через секунду вся толпа уже ломанулась к дереву. — Дай мне! — Я первый увидел! — Отойди! — Мне руку пережало уже три часа назад! Началась настоящая давка. Один из ямайцев всё-таки добрался до пилы и начал яростно пилить свои наручники. Скрип. Скрип. Скрип. — Быстрее! — Не мешай! — Ты мне локтем в глаз попал! Наконец металл лопнул. — Свободен! Он тут же попытался спрятать пилу за спину. Толпа посмотрела на него очень нехорошо. — Даже не думай. — Ладно-ладно! Следующий схватил инструмент. Потом ещё один. Затем ещё. Процесс пошёл медленно, но шёл. Пока одни освобождались, другие начали обыскивать лагерь. — Тут вода есть? — Нет. — Еда? — Нет. — Тогда зачем вообще лагерь? — Нашёл я кое-что! Из одного шатра высунулся молодой ямаец с пыльной картой. Сразу несколько человек окружили его. — Что там? — Не знаю. — Так открой! Они развернули карту прямо на песке. Большая часть надписей выцвела, но кое-что ещё читалось. — Смотрите. — Что это? — Похоже на старые маршруты. Седой ямаец присел рядом. — А вот здесь отметка. — Какая? — Посёлок. — Далеко? — Не знаю. Но это лучше, чем сидеть в пустыне. Тем временем последний человек наконец освободился от наручников. Пила прошла через руки почти всех пятидесяти человек. Кто-то потирал запястья. Кто-то разминал затёкшие плечи. Кто-то просто лёг на песок и несколько секунд смотрел в ночное небо. Седой свернул карту. — Отдых пять минут. — Потом? — Потом идём. — Куда? Он ткнул пальцем в выцветшую отметку на карте. — Туда. — А если там никого нет? — Тогда найдём следующую точку. — А если и там никого? Седой усмехнулся. — Тогда будем решать следующую проблему. Сейчас у нас есть только одна задача — выжить.