Second chance

... Следующее утро встретило их безнадежно серым, мокрым Берлинским небом. Карл проснулся первым. Он сидел на стуле, прислонившись к стене и держа пистолет на коленях. Ночью он практически не спал — только дремал, прислушиваясь к каждому шороху. Швайгер всю ночь ворочался на диване, иногда бормотал что-то на немецком и вздыхал во сне. Фейрберн потянулся, размял шею и посмотрел на учёного. Швайгер лежал на спине, прижимая раненую руку к груди. Карл встал, бесшумно прошёл к плите и поставил чайник. Звук закипающей воды разбудил ученого. Тот заворочался, открыл глаза, нащупал очки и надел их. — Доброе утро, — хрипло пробормотал он. — Не сказал бы, — ответил Карл, разливая кофе по кружкам. — Как рука? Швайгер осторожно пошевелил пальцами и поморщился. — Болит, но жить можно. — Хорошо. Карл протянул ему кружку. Швайгер взял её здоровой рукой, сделал глоток и его лицо немного расслабилось. — Я думал, что умру вчера, — сказал он неожиданно. — Там, на складе. Когда они стреляли. Я думал, что это конец. — Не дождёшься, — хмыкнул Карл. — У меня на сегодня другие планы. — И какие же? — Нам нужно больше информации. Ты говорил, что вёл исследования. У тебя сохранились какие-то записи, чертежи? То, что они не нашли? Швайгер задумался. — Есть одно место, — наконец сказал он после минутного раздумья. — Заброшенная лаборатория в пригороде. Я её снимал под чужим именем два года назад. Там я оставил резервные копии расчётов. Не на серверах, а на физических носителях. Они не должны были их найти. — Ты уверен? — Уверен. Я был очень осторожен. Карл залпом допил кофе и поставил кружку на стол. — Тогда собирайся. Едем туда. ... Дорога заняла около часа. Фейрберн взял старую машину, которую он держал в гараже неподалёку— серый, неприметный универсал. Швайгер сидел на пассажирском сиденье, молчал и смотрел в окно. Город сменялся пригородами, потом— промышленной зоной. Лаборатория оказалась заброшенным зданием бывшего завода. Серые стены, битые окна, ржавые ворота. Карл припарковался в пятидесяти метрах, оглядел территорию. — Никого, — сказал он. — Давай быстро. Они вошли через боковую дверь, которую Швайгер открыл старым ключом. Внутри пахло пылью, машинным маслом и сыростью. Швайгер уверенно прошёл вглубь здания, повернул направо, потом налево, открыл ещё одну дверь и оказался в небольшой комнате, заставленной старыми столами, стеллажами и коробками. — Вот здесь, — сказал он, подходя к одному из стеллажей. — Я оставил их в сейфе за панелью. Карл стоял у входа, держа пистолет на готове и осматривал комнату. Взгляд скользил по стенам, столам, по старым плакатам с формулами, которые он не понимал... И остановился на фотографии, висевшей на стене, слева от входа. Групповой снимок, сделанный, судя по всему, в этой же лаборатории. На нём были несколько учёных в белых халатах, Швайгер в центре, чуть моложе, чем сейчас и ещё несколько человек. А в углу — за колонной — виднелась ещё чья то фигура. Высокий мужчина в тёмном костюме, почти полностью скрытый тенью, но Карл почему-то задержался на нём взглядом. Что-то знакомое... — Нашёл! — раздался голос Швайгера. — Я нашёл их! Карл резко повернулся к нему, отвлекаясь от фотографии. Эфрам стоял у открытого сейфа, держа в руках несколько папок и коробку с жёсткими дисками. — Это все? — спросил Карл, подходя ближе. — Все, — кивнул Швайгер. — Здесь полные расчёты ПИРЦ, данные экспериментов, всё. Если они попадут не в те руки... — Не попадут, — перебил Карл. — Мы их заберём. Потом решим, что делать. Учёный засунул папки в рюкзак, после чего они быстро покинули лабораторию. ... — Поехали, — сказал Швайгер, садясь в машину. — Я не хочу здесь оставаться. Карл завёл мотор. Они покинули пригород, оставляя старую лабораторию позади. ... Они вернулись в квартиру к обеду. Дождь наконец прекратился, и в комнате стало светлее — даже сквозь заклеенные газетами окна пробивался тусклый, но живой свет. Швайгер высыпал содержимое рюкзака на стол. Папки, диски, какие-то старые распечатки, блокноты. Он уселся на диван и начал их методично перебирать. Карл стоял рядом, скрестив руки, и наблюдал. — Ну что? — спросил он через минуту. Швайгер не ответил. Он листал одну из папок, хмурился, перечитывал какие-то строчки, потом отложил её и взял другую. Молчание затягивалось. — Док, — сказал Карл настойчивее. — Ты меня слышишь? Немец поднял на него полные растерянности глаза. — Здесь… Нет компромата на «Феникс», — сказал он медленно. — В том виде, в каком я ожидал... — В каком смысле? — Карл подошёл ближе. — Ты говорил, что у тебя есть полные расчёты. — Расчёты есть, — согласился Швайгер. — Я вижу все стадии разработки ПИРЦ, от теории до первых полевых испытаний. Но в документах нет ни одного упоминания о военном контракте. Нет подписей или приказов. Только сухая наука. — То есть… — Это лабораторные журналы, — вздохнул Швайгер. — Исследовательские отчёты. Формулы. Графики. Идеальная чистая технология, которая может спасти мир. — Он замолчал, потом тихо добавил: — Я могу доказать только то, что я ее создатель. А кто заказывал оружие на её основе здесь не написано. Карл выругался про себя. — Значит для полиции эти бумаги бесполезны. — Не бесполезны, — поправил Швайгер. — Они доказывают, что технология существует и что она может быть перепрофилирована в оружие. Но они не доказывают, что «Феникс» это делал. Любой может сказать: «Мы работали над мирной энергией, а этот учёный всё придумал сам». — То есть они могут сделать вид, что ничего не знали? — Именно, — кивнул Эфрам. Карл нахмурился. Он надеялся, что эти бумаги станут тем самым ключом, который откроет дверь к правде. Но вместо ключа они нашли только схему замка. Без отмычки. — Значит, нам нужно что-то ещё, — сказал он. — Что-то, что связывает «Феникс» с этим проектом напрямую. — Был один человек, — негромко произнес учёный. — Финансовый координатор между лабораторией и «Фениксом». Он знал все детали. Видел все подписи. Если он жив, то сможет выступить в роли свидетеля. — И где его искать? — Он работал здесь же, в лаборатории. Но после того как я ушёл, его уволили и он уехал. Кажется переехал в другой город. Мюнхен, если память не изменяет. Карл посмотрел на папки, разбросанные по столу. Потом на Швайгера. Тот выглядел уставшим, но глаза всё ещё горели. — Хорошо, — сказал он. — Значит, завтра мы едем в Мюнхен. А сегодня — отдыхаем и готовимся. Швайгер открыл было рот, чтобы возразить, но Карл опередил его: — У тебя рана, ты плохо спал, и я не хочу тащить тебя на себе, когда ты будешь падать от усталости. Ты понял меня? Швайгер захлопнул папку и немного кивнул. Карл отошёл к окну, отодвинул угол газеты и выглянул на улицу. — Готовься ко встрече со старым знакомым, Док. — сказал он не оборачиваясь. — Надеюсь, он всё ещё жив.— ответил учёный и опустил глаза.