Всё, что нас удивляет

20 декабря 2008 года - Гарри, мне кажется, тебе нельзя так идти в кино про себя самого. Твои мега-узнаваемые в обоих мирах очки и шрам, ну ты серьёзно? Гарри Поттер в лёгком раздражении посмотрел на неумолимо логичную подругу, без которой он не выдержал бы каждое встреченное им испытание. Рон тем временем облокотился на раму дверного проёма: - Хм, Гермиона, твои и мои волосы тогда тоже под подозрением. И мой рост… Не само всё это по себе, конечно, но если мы собираемся идти туда, как неразлучное трио. Хотя, люди могут подумать, что мы – группа фанатов, и мы старше ребят-актеров лет на 15, если не больше? Но всё равно можем выглядеть подозрительно. - И правда, - подтвердила она. – Но так не хочется прибегать к перевоплощению. Мне кажется, мы уже достаточно с этим наигрались. - Так себе игры были, - проворчал Гарри. - Ну я для красного словца, - примирительно улыбнулась Гермиона. – Я могу применить чары гламура. Ну и нос, волосы можно поменять. - И зубы, - ухмыльнулся Рон. - Спасибо, напомнил! – в притворном гневе воскликнула девушка. – Но при безошибочном наложении, а не как тогда в детстве, у этой магии не очень продолжительный эффект. Не хочется во время кино-сеанса отвлекаться на обновление чар. Тем более с этим заклинанием у вас обоих проблемы. Мне тогда придется какую-нибудь сцену пропустить, а вот не хочется. - Я сейчас тут подумал, - сказал Гарри, - и вспомнил, что у Малфоя… - У кого? – недоверчиво спросил Рон. - У Драко Малфоя… - С каких пор ты удостаиваешь его называться по имени? - С таких, что аврорат обращался в его лабораторию, и он на удивление оказал отличные (и не разглашаемые) услуги и предоставил превосходные зелья. Вообще не я с ним взаимодействовал. Я что хотел сказать: у Малфоя из свежих разработок (вроде он его еще не запатентовал) есть модернизированное обезболивающее, но если его выпить просто, без признаков ранений, он вызывает метаморфозы в качестве побочки. - А сколько держится эффект? – спросила Гермиона. - До суток. Но там непредсказуемо. Малфой пробовал его на себе и ходил с волосами, как у Рапунцель, отстригал их каждый час, а они всё росли. Эта байка у нас уже давно ходит, неужели Леонардо не упоминал? - Что за Рапунцель, - уточнил Рон. Гермиона засмеялась: - Это принцесса с длинными светлыми волосами из сказки, а волосы обладали волшебной силой. И нет, Лео не говорил, но ему благодаря твоим, дорогой Гарри, заданиям как-то вообще не до рассказов сейчас. Не умори мне мужа! – пригрозила она. – Сейчас вот эти драконы в Южной Америке, когда вы с ними разберетесь вообще? - Собралась сильная команда, они справятся. Ты же знаешь, мы большей частью распределяем задания жребием, - виновато смотрел Гарри на подругу. - Ну что, как вам идея обезболиться? Правда, сделает ли нас это менее узнаваемыми… Скорее, менее симпатичными, - прыснул он обаятельным смешком. - Мне вот интересно, результат применения зелья каждый раз иной на одном и том же человеке? И всегда ли что-то отрастает. Может, рост меняется, и вообще, что нам ещё известно? – задумалась Гермиона. - Я в детали сильно не вдавался, хотя, думаю, стоит узнать все мелочи. - Я бы хотела побывать в лаборатории Малфоя. Я о ней что-то слышала. А еще - посмотреть на него самого, насколько с ним теперь адекватно взаимодействовать – мне периодически в работе требуются нетипичные зелья, но часто всё должно быть конфиденциально, словом, нужен надёжный зельевар с креативным мышлением. Хотя, даже не знаю… Малфой… - Гермиона, тебе это не надо. Пусть этот хорёк останется в прошлом, - строго сказал Рон. – Мэри как-то встретила его в Косом Переулке – он был угрюмым и пьяным. Хотя… это было три года назад… - С тех пор, кажется, что-то изменилось, - рассмеялся Гарри, - Робардс с ним нормально общался. - Хорошо, напишу ему и завтра же зайду, если будет на месте, - подмигнула Рону Гермиона. – Не переживай за меня. Мне сейчас не до воспоминаний о моём растревоженном Малфоем детстве. А что до его прошлого… Он, кажется, сейчас приносит пользу. Да и мы знаем, что в войне он оказался, по сути, пленником своего отца… - Хорош пленничек, - буркнул Рон. - Так, ребята, - прервала его подруга, - тогда встречаемся на точке аппарации около Лестер-сквер в субботу? Мэри и Джинни пойдут с нами, они говорили? - Мэри всю неделю утверждала, что хочет. - Джин тоже, а Джеймс уж посидит в Норе вечерочек. - Мама будет только рада, - улыбнулся другу Рон. – Так, но на девочек зелье не бери. - Может, за компанию? – подмигнула Гермиона. – Влюблённые с большими ушами… Будет романтично! - Ну не-е-ет, - синхронно протянули её друзья, демонстративно морщась и смеясь. - И почему я одна из нас, леди, должна так страдать!.. - Потому что ты героиня с орденом Мерлина первой степени, и, наверное, его, как звезду Мишлен, надо переподтверждать! – блеснул нетипичной для себя информацией Рон. - Принимается, - рассмеялась девушка.   Вернувшись домой, Гермиона написала Драко Малфою недлинное письмо, в котором кратко изложила суть их с друзьями запроса, поинтересовавшись, будет ли он завтра в лаборатории и могла бы она зайти. Ответ пришёл через два часа. В нём утвердительно сообщалось, что зелье есть, и он также будет на месте до восьми вечера, чтобы ответить на её вопросы.

***

  Драко немного нервничал. Он был удивлён вчерашнему письму Гермионы, и пусть не было причин отказывать, но он прождал час, прежде чем дать сове ответ. Она уже какое-то время возмущённо ухала и разбрасывала орешки по полу. Зачем ей нужно видеть его, почему нельзя решить все вопросы по почте? Ладно, пусть. Ей повезло, что он на месте. Его временное возвращение домой было обусловлено заказом, и через два дня снова нужно было вернуться в Париж. У него всегда был запас успешно разработанных им зелий, которые выпустила его лаборатория и о которых так или иначе было заявлено публично. В полную силу он разойдётся, когда окончательно вернётся в Лондон, но пока и без того задач хватало. Уже пять часов вечера, когда же она собирается прийти? Он посмотрел на подготовленные для гостьи зелья, окинул взглядом комнату, в которой он или помощник принимал посетителей. Не среди котлов же с ними разговаривать. Взгляд упал в угол на столик. О, эта маггловская капсульная кофеварка – раздражает. И невероятно удобное при этом устройство! А его юному помощнику с неволшебными родителями, выросшему среди именно таких предметов быта, нравилось наливать клиентам кофе из машинки, его забавляла нередко удивленная реакция гостей-волшебников, поэтому Драко решил потешить смешливую душу юноши. Главное, чтобы не забывал проверять наличие кофе. Сегодня опять был какой-то сливочный, когда эта пачка уже закончится… В стеклянной двери возник силуэт, дверь открылась, и в комнату вошла она. Драко стоял посередине комнаты, словно поджидал. А ведь так оно и было. - Малфой! Здравствуй. Её пушистые волосы, стройная фигура под объёмным тёмно-красным пальто. Такая же, как в прошлый раз, что он видел её - не изменилась. - Добрый день, Гермиона. - О! Я, кажется, первый раз слышу моё имя от тебя! – удивилась она. Его самого сбило с толку, что он так сказал. Пожал плечами и, придав себе невозмутимый вид, ответил: - Это было, наверное, неправильно – не говорить его. Пауза. - Проходи, присядь. Вот твои зелья, - он указал на стол. Она села напротив него, выжидающе подняв брови. Почему она ничего не спрашивает? - Хочешь кофе? - Не против, спасибо. – Она покосилась на машинку. – А есть со сливками? - Только с ними и есть, - усмехнулся он, послав невербальное заклинание к кнопке, и левитировал через несколько секунд чашку к Гермионе. Пока кофе лилось, он смотрел на шипящую струйку, не на гостью. Она сделала глоточек, видимо, собираясь с мыслями. Они одновременно сказали: - Так как ты… - Так зачем же вам… - начал Драко, - нет, продолжай, у тебя же были вопросы. Она улыбнулась немного кривой улыбкой. - Так как ты занялся этим? Зельями на заказ. Еще и секретными порой, судя по всему. Он усмехнулся её прямолинейности. - Это теперь то, что я делаю. Что у меня выходит лучше всего и в чём я могу преуспеть как запятнавший репутацию. – Он смотрел нанеё прямо, но она не отводила глаз, интерес в них светился огоньками. – Ко мне обращаются, зная, что я сохраню анонимность или просто постараюсь хорошо исполнить заказ, так как это в моих интересах. - Но – почему? Что было причиной? Не деньги же, – она, кажется, не смутилась от того, что он упомянул, кем и в каком положении был после войны. Как прямо и спокойно она спрашивает! Но зачем ей знать… Не рассказывать же о смысле чистых листов, искуплении своих и отца грехов и дороге из желтого кирпича. Или… - Это всё книга о Поттере. О вас, наверное. Обо мне. Там об этом упоминалось, хотя и косвенно. Что я с детства был неплох в зельях. Даже, я бы сказал, очень хорош. Это моё видение, моё место. Она смотрела на него с легкой усмешкой удивления и не возражала. - Честно говоря, для меня было неожиданностью, когда ты написала о том, что вы хотите что-то провернуть с помощью моего зелья, немного замаскироваться. Вы втроём снова что-то замышляете, - улыбнулся он краешками губ. - А меня удивило, что ты стал читать книги этой Роулинг, - улыбнулась Гермиона, - я помню, как мы пересеклись в книжном. Ты и двух слов нам тогда не сказал, - усмехнулась она. Драко опустил глаза. Снова поднял их. Гермиона смотрела с интересом. - Ты, кажется, хотела узнать о побочных свойствах этого зелья. Она перестала улыбаться, и только во взгляде затаилось что-то задорное. - Да, у меня есть несколько вопросов. Она перечислила их, и Драко объяснил, что эффект у каждого человека проявляется всякий раз по-разному, но препарат влияет только на длину, цвет или прямоту волос, форму и оттенок глаз, а также на вес в пределах десяти килограммов. Немного изменений, кажется. И да, он с помощником пробовали его несколько раз. Сперва, конечно, он сам, Драко, и не единожды, хотя был уверен в безопасности. Но он бы не подверг риску того, за кого в ответе. - Нам как раз подходит. Ты спросил, зачем. Мы идём на экранизацию книги о Гарри. О нас всех, - снова усмехнулась Гермиона, - и не хотим, чтобы, когда нас увидят втроём, у людей возникли хоть какие-то отдалённые ассоциации. А ты не хочешь посмотреть на маленького себя? - Я его уже видел в зеркале. – Отрезал Драко и поднял одну бровь. Гермиона рассмеялась и немного расслаблено откинулась с чашкой на спинку дивана. - Посмотрел бы на нас под этим зельем, может быть, и не узнал бы, - улыбаясь, сказала она и осеклась. Драко дёрнулся. Он бы узнал… Как и одиннадцать лет назад, он узнал бы. Руки опять вспотели. - Я… - Я знаю, - тихо сказала она. Конечно, она знает. Он, как мог, уходил тогда от ответа, но, возможно, именно его нерешительность, неявность отрицания, когда затравленных друзей притащили с магически искаженными лицами в поместье, дала сумасшедшей тётке повнимательней рассмотреть Гермиону, признать её по кудрявым волосам и подвергнуть пытке. - Гермиона. – Он не знал, что сейчас скажет, но стало так больно в груди и так жарко. Он нервно расстегнул пуговицу рубашки. Она пришла к нему после всех этих лет, такая красивая, естественная, смеётся на его голубом диване, словно не было всех отвратительных гадостей с его стороны, о которых она тоже перечитывает теперь в книгах. Как она может ему улыбаться? – Я хотел бы… - снова пауза, но недлинная, и удивительная девушка перед ним не успела прервать его порыв, - прости за всё, что я тебе сделал и чего не сделал. Если бы я тверже сказал тогда, что не узнаю вас, тебя бы… Она, может, не стала бы… Прости за то, каким я был с тобой. Ты счастлива теперь, ты должна быть счастлива. Больше, чем кто-либо. Блин, просто… Я не знаю, просто… Ты счастлива? Как удивленно теперь она смотрела на него. Ни следа расслабленности, она сгруппировалась, словно чувствуя некую опасность. Такой личный вопрос от него, её бывшего недруга, застал её врасплох. Взгляд скользнул вниз, вбок, задержался там. Она вскинула глаза, в них стояла задумчивость, посмотрела прямо. - Да, я счастлива. Я тоже на своём месте. - Я рад! – искренне и с облегчением выпалил он, как очень давно он не говорил ни с кем, кроме, может быть,матери, но и то, были ли поводы проявлять эмоции... Он встал. – Если тебе понадобится помощь с зельями… - Я, честно говоря, хотела об этом спросить на будущее для моего агентства, - согласная улыбка осветила лицо. - Я пришлю типовой договор по оказанию услуг, - кивнул Драко. - Не медли, интересно, что за условия, - подмигнула она. Что? - Типовые, - хмыкнул он. Она тоже поднялась, сделала последний глоток из чашки. - Неплохие капсулы, мне нравится эта фирма. Ладно, пусть Малькольм покупает их дальше. - Сколько мы должны за зелья? - Мм, нисколько, я кое-что должен Аврорату - усмехнувшись, сказал он. - Гарри мне ничего не говорил. - Не бери тогда в голову. Гермиона согласно пожала плечами. - Хорошо, спасибо. Драко не хотелось, чтобы она уходила. Волнение немного улеглось, по телу разлилось тепло. Он хотел спросить её о чем-нибудь, но о чём? О работе? О том, почему ушла из Министерства? Или о книге… - Кстати, я всё хотел узнать у кого-то, кто близок с властью, - зачем он так сказал? Гермиона снова вскинула брови. - Я хотел сказать, книга о Поттере. Ты не знаешь, почему Министерство не вмешалось в неволшебный мир, когда всё стало известно? Теперь вот фильм… Я заграницей сейчас в основном, и может, пропустил какие-то официальные комментарии. Знаю только, что вход из немагического Лондона в Косой Переулок теперь осуществляется иначе. А что они придумали с вокзалом? И что вообще считает Министерство? Если ты знаешь, конечно. Теперь она снова улыбалась. - Да, они не сильно комментировали, почему решили не вмешиваться. Хотя у общества, конечно, были вопросы. Официально – слишком много магглов уже задействовано в процессе, и писательница сделала наброски всех семи книг по возможности сразу, как они ей пришли на ум. Поздно, мол, было вмешиваться. Надо только принять меры по «заметанию следов», как это теперь называется. Отдел по связи с магглами теперь увеличен втрое. Но неофициально – они посчитали, что так лучше для контроля. Они на связи с премьер-министром немагической Великобритании и считают, что знание о том, что в нашем сообществе есть много сил, способных значительно повлиять на миллионы простых граждан, звучит потенциально угрожающе, и лучше пусть волшебников боятся. Тоесть премьер-министр чтобы боялся. Драко нахмурился. Ему было неприятно, что Министерство Магии ведёт себя так… По-слизерински? Но не в этом разве смысл политики…  - И еще они думают, что лучше пусть магглы играют в волшебников, наряжаются, фанатеют – так, мол, проще спрятать истину, когда она становится сказкой средь бела дня. Очень политическое решение… Честно говоря, мне такой подход не по душе, да мне много что не по душе, поэтому я и ушла. А что касается вокзала – теперь вход на платформу экспресса осуществляется через стену слева за углом от касс, только в маггловской одежде - это обязательное условие – и без животных. Птиц и прочих хвостатых друзей надо заранее за день отправить в школу специальной службой, даже офис открыли. Выглядит как очень неопрятное бюро доставок, никто здравомыслящий из маглов не доверит им свою посылку, это такая форма маскировки, - со смешком закончила она. Драко слушал, не перебивая. Вот и поговорили… Теперь на кофе бы её позвать, чтобы продолжить наблюдать, как подпрыгивают мягкие кудри, как меняется лицо при рассказе. Он посмотрел на её руку, и аккуратный камушек на безымянном пальце сверкнул с неумолимой очевидностью. - Спасибо, не знал. Но догадывался, - вскинул он голову в своем заносчивом стиле, но вышло не раздражающе, надеялся он, а, может, просто элегантно? - А я только хотела сказать, что вот, мол, какие бывают длинные ответы на короткие вопросы, а ты всё и так знаешь, - поддразнила она. – Хорошо, жду тогда сову с договором. Он кивнул, слегка задержав подбородок в нижней точке наклона, как подобает человеку с аристократическим воспитанием. Подошел и галантно приоткрыл ей дверь. И Драко, - помедлила она, взявшись за поручень двери с внешней стороны. Он посмотрел на неё, всё тело отреагировало на произнесённое ею имя ярким импульсом с макушки до пяток и осело в груди, - я действительно счастлива, и вижу, что у тебя тоже всё хорошо. Я уже давно простила тебя.