Моя погибель

За Киной не последовало какое-либо удивление, боязнь, странность или ещё что-либо. Он не начал необдуманно расспрашивать девушку или считать ее за сумасшедшую или опасной, как это представляла Харуко. Он делал ввид, будто все понимал, или либо они он на самом деле все знал. Глаза Кины откатились скрытым, но сильном испугом, он будто всеми силами не пытался показать, что сильно испугался из-за ее слов. – Демон.. – почти про себя повторил Кина, опуская голову вниз не зная, что делать дальше. – Вы мечница? – встречный вопрос задал Кина. – Верно. – Я до этого не видел, чтоб мечники могли самостоятельно гулять по своей воле. Может вы партизантка? – Нет, я не к кому не прикреплена –перебив Кина сказала Харуко. – Но хотелось бы... Большая озадаченность олицетворялась на лице милого парня, он наполнился кучей идей у себя в голове, после слов Харуко. – Вы знаете...я тоже мечник. Миловидная девушка в этот момент со кпукого лица перешла на восторг и ошеломление. – Правда? В одно мгновенье Кина встал со своего назначенного места и направился в единственную противоположную комнату медленным, но умеренным шагом. Через несколько минут он вышел из под угла с катаной, снова присев рядом с Харуко. Его меч, находившийся в руках, был более заострённым, но кончик в больше степени было в прямоугольной форме, а его цуба была овальной, на которой изображены различные рисунки в стиле нихонга, будто сбежавшие с картинок. Самое главное, что катана была чуть-ли не ярко голубого цвета, в ней было можно разглядеть все, словно она прозрачная. – Я ей не пользовался толком, только когда тренируюсь.– сказал Кина. Теперь то охотнице все стало ясно. По сравнению с ее катаной, потертой и старенько, катана Кины была словно новой. Харуко решила задать встречный вопрос из-за заинтересованности. – Вам ее кто-то подарил? Харуко наполнилась позитивом и счастливым моментом уединения. – Это катану мне подарил отец, на мой день рождение, почти сразу после того, как он ушел на долгую службу – умеренным, но достаточно грустным голосов сказал Кина. Это можно было почувствовать когда он говорил об этом. Но для Харуко не была преград для позитива в этот момент. – Как здорово, мне тоже! – сказала ярким , но тонким голосом от стеснения и улыбки, Харуко. Незаметно атмосфера прониклась тихим счастьем, тем самым весёлым моментом, которого не хватало долгое время всем, после тяжёлый моральных проблем, которые преследовали их на протяжении долгого времени. Смех был как обезболивающее лекарство. Отходя от смелого позитива взгляд Харуко снова упал на катану, которую Кина слабо держал у себя в руках, в горизонтальном положении. В ее узкий глазках начал просвечиваться некотролирующие странности, будто изображённые на мече у Кины. – Показалось ли мне? – послышалось в ее голове, однако сосредоточив свой взгляд, это было правдой. – Надписи на мечи... – обратилась Харуко к Кине. На грани его меча, прямо возле цубы были перемешанные различные углубление, будто выжитые скальпелем на стекле, кандзи. Определенное слово. Через некоторое время Харуко разобрала, что там написано. Справедливость. Так у него не просто мечь-это клинок. – У тебя клинок? – тихо произнесла Харуко. – Да... – сказал в ответ Кина, будто общаясь с пустотой. Харуко не знала какие звуки ей издать, чтоб описать свою реакцию.Слегка построенный мир у Харуко дрожа передвинулся на несколько сантиметров. В нем строились новые вершины. Одна приняла это за огромное должное у себя в голове. У Кины была настоящий клинок, как у нее. Неужели он тоже охотник? Тогда почему я о нем ничего не знала? Произнеся про тебя девушка снова и снова. Вечерние лучи напряженного неба плавно ложились на стены домов, деревьев и гор всего Токио, а потом уже и Японии, в это мимолётное, но красивое время. Постепенно город окутывался мраком ночи, а с маленького потертого дома, снова доносился запах только что приготовленого свежего риса, который лежал по округленным узорчатым тарелочкам. Двое подростков и не заметили, как маленькая сестрёнка давно была в доме, чтоб приготовить еды. Кружка маленькой сестры давно пустела в раковине. У нее была заметная привычка, делать все быстро таким способом, будто завтрашнего дня уже не будет. Таким темпом она наложила в тарелочки поесть и Кине с Харукой, преподнеся их на стол произнеся в след мимолётное «Приятное аппетита!». С того времени, как Кина и Харука отошли от обсуждений холодных орудий, взяв перерыв от поднятой темы, они прониклись в новую атмосферу. В то время Кина и Харуко дошли до откровенных разговоров за столом после достаточно долгого молчания. – Мой отец военный, достаточно почетный. Он никогда не рассказывал о своей службе и хотя бы о своем звании меня не уведомлял. Видимо считал, что я ещё достаточно маленькая, чтоб знать о таком... Отец мне часто рассказывал истории, особенно былицы. С самого детства я слышала истории об демонах и их сущности, их настоящей натуре, и как они убивают людей, словно звери, но они не звери, они что-то иное. В его молодости это было достаточной серьезной проблемой, чтоб объявить это на крупном национальном уровне, но всем было будто все равно. Ибо об этом никто толком не знал. По мой отец... она знал. И он знал, что существуют люди, которые борятся с этим. Вручая мне этот меч он сказал «наши прорадители сделали свое дело, теперь твоя очередь творить справедливость». С тех пор я начала обучаться этому дыханию по рукописной книге, который дал мне отец. Я могла овладеть всеми стилями за 2 года, я толком не знаю, их настоящую четкость, но они действительны, поэтому думаю, что я делаю всё правильно. После длительного рассказа Кина ушел в связанные мысли, которые смешались с устной речью Харуки и его внутренними. Эти мысли дополняли, будто хорошо пронзающие в голову Кины, и мысли Харуко в этот момент. Будто он предугадывал отчем она думает, он чувствовал настроение ее мыслей. Она опечалена. – Ты действуешь одна? – сказал тут же печальным, но с интонацией, полной надежд. – У тебя больше нет приятелей? – У меня никого нет. Кина расстроился от такой толскливой реакции и чрезмерного отрицательного настроения от девушки. Он прекрасно понимал все чувства, которые кружатся вокруг нее. – Ты боишься, что у тебя ничего не получится.– вдруг неожиданный и твердый вопрос задал парень. – Что? – Ты боишься, что все пойдет не так, как нужно? Харуко была жутко удивлена от его высказываний и одновременно недоумевала этого. Охотница не знала, как нужно точно и уместно среагировать. Но больше всего ее удивило настолько точно и четко он попал в самый центр всего её страха, будто понимал все изначально. А может это было случайностью? – Ты о чем? – резко спросила его мечника. – Ты боишься не выполнить свои обещание? Что ты после сказала своему отцу? Ты ведь согласилась стать мечницей? Тихо вдруг прошептала девушка. – У меня и выбора не было... – Но ты ведь все равно пошла. – Вы ведь тоже не пошли, хоть имели все возможности – задумчиво и слишком неуместно произнеся Харука фразу, понимая свою ошибку достаточно быстро. Уголки ушек Харуко вдруг наполнились краснотой, как и ее лицо, будто большая спелая помидорка. Никто так ещё не расставлял ее в расплох. Кина читал ее словно книгу. Ей было также неловко от своих предыдущих слов. Она из произнесла не задумчиво, лишь из-за того, чтоб попытаться защитить себя, чтоб Кина снова не смог одуматься до правды, которую ему не стоило бы знать. В это время Кина направился к небольшому шкафчику, расположенный прям около плиты. В этом же шкафчике лежали разные неуместные безделушки и одна большая книга. Это фотоальбом? Он был слишком потертым, и уже достаточно пыльным. Кина тут же взял его в руки, пытаясь не уронить все, что находилось рядом заодн,о ведь она была достаточно большой. Пытавшись не споткнуться об подушки, парень положил фотоальбом на стол, около чашек, раскрыв его на рандомной странице. На одном из фото, прям по середине, был изображен парень, одетый в светлое кимоно, с белыми потертыми штанишками, а на следующей фотографии был он же, но уже в другой одежде, в закрытом костюме...с таким же ремнем, как у Харуко. И даже мечем с левой стороны... Очень странным мечом – Твой отец был охотником? – громкой интонацией произнесла Харуко вдруг, заметив большие схожести вместе с героем на фото. Закрывая альбом Кина говорил. – Он прошел без финального отбора, но дальнейший путь был достаточно сложным. Хотя он и не был одним из сильнейших. Приходя в новейшее изумление Харуко в один момент наконец поняла всю суть предыдущего разговора. Она подозревала о том, что он настоящий охотник, но то, что он является прямым наследником, для нее было удивлением. У этого юноши есть прямые шансы стать настоящим охотником, ведь все самое основное уже лежит на блюдичке. Такой людей она встречала редко, точнее не встречала вообще. Однако только одна сфера мыслей крутилась на уме у девушки: Неужели у нее появился напарник? Несмотря на бурю странных эмоций она продолжала пытаться оставаться спокойной, не давая волю своей внутренней сущности. – А вы? – ? – А вы почему не пошли в охотников? Лицо Кины предало кислое и отпугивающее выражение. – Я не достаточно силён. В эту же секунду комната наполнилось мимолётным молчанием. Ей все снова стало неясно. Почему же? – У Кины правда не может быть шансов – подумала про себя Харуко. – Вы хотя бы пытались? – в шутку сказала Харуко с насмешкой. Однако было понятно, что шутка была неуместной, Харуко почувствовала неловкость от того, что веселой реакции за Киной не последовало. – Я пытался. – сказал вновь утвердительно Кина, вставая с места, направляясь к двери. Парень сел около невысокого крылечка своего же дома, приподнимая голову, чтоб насладится видом только разорждающихся в атмосфере белых звёзд ,на фоне потухающего, разноцветного неба от заката. Харуко понимая всю грусть от слов, которая она произнесла из своих усов подошла к Кине и села около него. В это время целая смесь чувств были у Кины в голове, однако он сумел собрать достаточное количество смелости.ю, чтоб сказать это. – Мне сказали, что я ничего не достоин. – продолжил Кина. – Когда был ещё достаточно мал, я часто подрожал отцу. Но мне часто напоминали, что я не способен ни к чему... Потом мне сказали это прямо в лицо, и я всячески потерял надежду, – закончил тут же Кина. Харуко сильно сочувствовала ему в тот момент, хоть она и не могла понять его по состояние настоящему . Она прежде не испытывала такие эмоции, что и у Кины. Из-за этого было очень сложно чувствовать свою натуру, чтоб сохранять спокойствие. – Охотники никогда не теряют надежды, она сидит в нас вечно. Кина резким движением головы вновь повернулся лицом с отчужденным удивлением, к лицу к Харуко. Он на сознательном уровне воспринял ее слова, совершенно не поверхностно, неудивительно, ведь они были очень важны для него прямо сейчас, в тот период. Несмотря на то, он не понимал всей важной сути. – И что же делать с этой надеждой? – тихо произнес Кина. Уже умеренно спокойное лицо девушки , превратилось в смесь грусти. – Не знаю. Вечер перелился в незаметную ночь и звёзды на небе, с этого момента, можно было разглядеть намного отчетливее, нежели тогда. Густая светлая пелена ушла вместе с закатом, а ее прежние остатки смешались с черным цветом мрака, только звёзды придавали всему этому не такой, до ужаса красивый, но жуткий вид. Двое молодых людей наблюдали за этим процессом в атмосфере призрачного отчаяния, разговор откровенности был хоть и приятным от того, что раскрываются все важные секреты, но и напряжённый. – Она приобретет смысл, если у нас будет опора.– мимолётное молчание прошлось после слов Харуко. – Охотники не теряли надежды потому, что у них была сильная любовь – продолжила девушка. Вдруг Кина озадачена сосредоточился на просмотре бегающего ветра по мелким камням, над его ногами. Очевидно, что он не наблюдал за действиями стихии, он сосредоточился на своих мыслях так, будто искал выход с какой-то ситуации или решал сложную задачу. Харуко почти сразу заметила состояние Кины, осматривая почти боковым взглядом его телосложением и то, как он себя введёт. Она пыталась разобраться в его сознании сквозь его же лицо, словно это было прозрачное полотно. С одной стороны она также сразу начала понимать смысл и ход мыслей Кины исходя из разговора. Она сопоставила весь вопрос в своей голове. – Когда я только училась, мне несомненно было интересно, кому принадлежит книга дыхания. На форзацах книжки, ничего не было написано, это просто большой блокнот с монотонными записями. Но ответ на вопрос я нашла только недавно. Я обратилась к многочисленным старцам и только один знал, что мне ответить. Кина буквально просыпаясь со своих замыслов резко очутил себя в реальном времени событий, внимательно сосредотачивавшийся на рассказе Харуко. – Еще целые тысячелетия назад была создана организация истребителей, но она действовала подпольно, поэтому она не была на глазу у всего общества в целом. Ещё ценность пропала совсем недавно, несколько лет назад, ведь смысле в ее существовании больше не было, в самом хорошем смысле. После финальной битвы организация прекратила свою деятельность. – Да... – вдруг почти шепотом сказал Кина рядом с Харуко. Мечница аккуратно не резко повернула свою голову в сторону парня, продолжая свой разговор уже смотря на землю. – В этой деятельности однажды стояла одна большая семья... Я не помню их имена. – с тонким голосом Харуко сказала. Через некоторое время застывшее тело, после пристального внимания на камни, которые лежали напротив их ног, Харуко медленно произнесла следующие слова. – Семья Убуяшики... – сказала девушка следом таким же загадочным и задумчивым голосом. Кина с большим воодушевлением смотрел на Харуко. От того даже зрачки сузились, наблюдая за всеми действиями разума девушка, которые она озвучивала в слух. Неловкое молчание слоно роникло в эти места. – Все хорошее, как и плохое, возвращается, – вдруг сказал Кина. – То, что продолжалось тясачалетиями просто так не закончится, тем более с такой обстановкой, как у нас. Кина медленно направлял свои глаза в чужую противоположность, куда именно, Харуко было неизвестно, лишь известно то, что он поменял свою изначальную позу на более удобную. Поздний вечер уже давно перелился в ночь, на улице осмеливались оставаться только маленькие цикаты, которые тихо и мирно издавали свои природные звуки. Этот момент будто был создан для размышлений, во что один вдвоём и погрузились, но ими было достаточно сложно управлять после тяжкого разговора, особенно Харуко. Ее большая фантазия и огромной подусторонний мир в ее сердце расставлял свою собственную историю, в которую она покружалась полностью, расставляя все события из реальности. Она успела поразмышлять о своем будущем в этот момент, о своих огромный планах, как бы она хотела стать опорой всей защиты, инициатором всех лучших моментов. Огромная потеря всего смысла и вкуса победы, которая произошло десятилетие назад. А ведь это прошло совсем не легко, нас было тысяча, тысяча погибших, которые сражались не только за себя, но и за честь своих близких, за честь всего мира в целом. Но обстановка закалялась, теперь у нас совершенно другие цели и планы, а ситуация не изменилась. Демоны повсюду, снова. Но теперь уже в недостаточно удобное время, мы должны уничтожать сразу с двух сторон, чтоб выжить. Для девушки все эти соображения не давали покоя, это переливалось в психосоматику. Скрещивая свои зубы милая девушка и не заметила состояние своих глаз, наполненные слезами, которые были готовы вот-вот выйти наружу. От того зрение ухудшилось, Харуко не видела перед собой прежних камней, которые находились в нескольких сантиметров от нее, ее глаза были полностью в солёной воде. Но ее было все равно, она не хотела двигаться до такой степени, что ее тело начало заливать бетоном. Не выдерживая своих же эмоций Харуко пыталась полностью скрыть свое состояние, но это только усугубило всю ситуацию. – Что случилось? – вполголоса Кина обратился к Харуко. Вдруг Харуко уже на серьёзе застыла на месте, остановив свою драмматическую ситуацию, она не совсем хотела-бы того, чтоб кто-нибудь видел ее в таком состоянии. Казаться слабой для нее было главным страхом. Но терпеть это было будто невозможно, слезы не переставали литься до тех пор, пока Харуко не произнесла первый всхлип. Крупная, но нежная рука в этот момент прикоснулось ее плеча и она почувствовала совсем близко находившее тело в этот момент, рядом с ней. Кина, несмотря на свою жутку непереносимость от наблюдения ярких эмоций от людей, очень сопереживал Харуко в этот момент. Он не собирался ее успокаивать или жалеть, эти действия были бы пустой тратой. Несмотря на непонятливость, Кина понимал смысл всей ее истории. – Только бы знать, где они могут находиться сейчас. – вдруг внезапно произнес Кина. Девушка не сразу поняла, что он имеет ввиду, от того даже не слезы перестали литься из глаз. Она уже задумчивым, но отчужденным видом стремилась понять его слова. – Если сейчас нужно сосредоточить все свои силы, чтоб действовать сплоченно. – следующими словами были у Кины. – Где сейчас эта семья? – Что? – тонким голосом от только что успокоившийся слез произнесла Харуко. – Ты точно не знаешь никакую информацию? Харуко теперь без какого-либо сомнения недоумевала от слов Кины на полном серьёзе. Какими будут его дальнейшие действия после этих слов? Зачем он спрашивает об этом? – Разве у нас есть хоть какие-то шансы. Кина, рука которого все ещё находилось на ее плече, начала поглаживать ее тонкую ткань формы. – Если мы уже имеем цель, нам нужно ее достигать. – сказал Кина. – Я не знаю, где они могут проживать, я даже никогда не думала об этом.–тихо произносила Харуко. – Харуко, у нас определенно есть шансы. Это нельзя так просто оставлять. Ее целеустремленность вдохновляла девушку. Пока она плакала от безвыходности, Кина уже предсказал все будущее, даже толком без слов, которые они редкостно произносили в слух. – Нельзя вечер плакать, нужно действовать – сказала про себя Харуко. Несмотря на все эмоции–именно они были тем качеством, которые мешали адекватно думать и девушка это понимала. В одно мгновенье она снова собрала все свои силы в кулак, сосредоточив свои мысли на всей информации, которую она только может знать. Она представила то время, того самого стардца. – ...База, на вершине горы..., «семья...– проносились в мыслях у Харуко. – Это было точно на Хонсю. Где точно происходили все действия? Прям около Токио... Где была высокая доступность... – снова думала про себя Харуко. – Это Хиэй... – резко произнесла вслух Харуко таким способом, что Кина едва услышал её. Однако благодаря большой внимательности он смог понять девушку. – Хиэй?А ведь правда... – в полуслова произнес Кина. Секретное место, вероятно оно будет расположено не там, где все остальные впринципе... Тем более она достаточно хорошее место, для секретной базы, благоприятное для жизни. Их догадки были разумными, неужели это может оказаться правдой. – Я помню, как старец мне сказал. Это место секретное, но далёкое от Токио, однако не слишком далёкое. Оно символизирует свою важность, но скрытно. Раз так, то это точно Хиджирижири. – размышляя сказала Харуко. – Завтра утром мы направляемся туда. – вдруг произнес внезапно и громко Кина. Харуко была достойно шокирована от его слов. Это достаточно далеко, подниматься тоже тяжело. Мы разве будет обходить все горы, не слишком ли это опасно? Куда мы пойдем. – Как? Это достаточно опасно. –сказала на эмоциях Харуко обращаясь к парню. – Нас довезут. – А? – Я попытаюсь это сделать. Харуко заметила, что юноша после этих слов был достаточно серьёз, нежели тогда. Когда она только познакомилась с парнем, она думала что Кина только имеет улыбаться, умеет только показывать хорошие качества, чтоб людям рядом становилось хорошо. Кина был прямым синонимом спокойствия. Но Кина мог быть и другим, когда это на самом деле нужно. Он был серьёзен, что было для Харуко непривычно. – Ну хорошо. – буквально с испугу произнесла девушка, не показывая этого. С одной стороны она была согласно с его высказываниями, и с его целеустремленностью. Нужно действовать самостоятельно, нам точно никто не поможет. Угрюмая ночь стало опасной, но ночь все сильне сгущалось. Пора погружаться в долгих сон, завтра снова настанет тяжёлый день. Ещё более тяжёлым, чем раньше. Завтра нужно преодолеть долгий путь, тот самый путь, на которое они решились сегодня ночью. Внезапно и странно, но призрачные задачи решались очень медленно, нужно было ускоряться, чтоб вся ситуация не переросла ещё во что-то более опасное как раньше. Нужно действовать быстро, сообща, только там мы повлияет на дальнейшую историю. Маленькая девочка с тем самый большим белым бантиком давно спала в своей кроватке, в то время как Харуко и Кина только собирались ложиться. Кина чуть не забыл про свою маленькую сестричку. Несмотря на то, что она всегда была самостоятельной, яркой и резкой, почти такой же, как и Кина, юноша все равно ухаживал за ней, как за самым любимым человеком. Он всегда читал ей сказки на ночь, но сейчас он этого не сделал совсем. Кина увлекся разговором с Харуко толком не заметив, как настала ночь. Подправляя волосы малышки, Кина произнес мимолётные слова очень тихо, рассчитывая на то, чтоб никто вокруг этого не услышал. – Спокойной ночи. – мимолётно произнес Кина. Харуко в это время давно лежала в своем назначенном месте, которое было постелено для нее маленькой сестрёнкой. Маленькое лёгкое одеяло лежало на тоненьком матрасе, расположенное в уголке комнаты, прямо рядом с Кино. – Спокойной ночи, Кина. – также нежным и тихим голосом произнесла Харуко. Кина снова приобрел то самое настроение полного спокойствия, которое изначально присуще ему, которое было привычно для Харуко. Ее счастья снова стало живым и таким же действующим в этот момент. Она плакала буквально пол часа назад, но сейчас она ощущает себя настолько окрыленно, как только может. Она очень редко ощущает на себе именно это чувство, чувство счастья.