Люби Меня Нежно

— А всё-таки, почему именно Аделаида? Ни Сидней, ни Мельбурн, почему именно этот город? — в очередной раз спросил я Гермиону. — Во-первых, Гарри, именно Сидней и Мельбурн пришли бы в голову человеку, который , — тут она сделала паузу, — хотел бы причинить моим родителям зло, во-вторых, если по каким-либо причинам родителей не окажется по тому адресу, где они должны быть: то, в Аделаиде их будет легче найти, этот город намного меньше, ну а третью причину, ты, думаю, сам прекрасно знаешь. — В смысле? — Ты действительно не знаешь? — Гермиона, в своей обычной манере, закатила глаза, показывая, как она поражена моим невежеством. Я не смог сдержать улыбку, как приятно видеть старую добрую Гермиону. После похорон Фреда она была сама не своя. Всем нам было очень тяжело. — Я, вероятно, сказала что-то смешное? — Нет, я, правда, не знаю, — сказал я, стараясь не рассмеяться. — В Аделаиде сосредоточена основная часть магического сообщества Австралии, надеюсь мне не надо объяснять, чем это может нам помочь. Гермиона отвернулась, взяла газету и сделала вид, что ничего кроме статьи о глобальном потеплении её абсолютно не волнует. Обиделась. Я вздохнул и посмотрел в окно самолета. Мы летим уже минут сорок, нам остались какие-то восемь с половиной часов. Нет, не до Австралии, а только до Токио, где мы сделаем пересадку. Мой первый полет на самолете, но никакого страха я не испытываю, возможно потому, что у Гермионы, в её безразмерной сумке, были наши метлы (правда пассажиров, боявшихся летать, это обстоятельство вряд ли бы сильно успокоило), а возможно, потому что за свои семнадцать лет на чем мне только не приходилось летать: на мотоцикле Сириуса, на машине мистера Уизли, Клювокрыле, фестралах, драконе и, конечно же, на метле. Самолет — не худший вариант, не правда ли? Я поудобней расположился в кресле и закрыл глаза. * * * "Потрепанный фордик. На переднем сиденье, у руля Фред, справа от него Джордж, рядом со мной Рон. Я счастлив. Дом на Тисовой улице остался далеко позади. Наконец мне удалось убежать отсюда, что может быть лучше? Рассказываю братьям о Добби. Они удивлены.— Очень странно, — протянул Фред. Вдруг машину начало трясти, все сильнее, сильнее и ..."Гарри проснулся. Где я? Перед глазами все расплывалось. Ну, конечно, на мне же нет очков, интересно, где они. Затем он сразу всё вспомнил. Прощание в "Норе", аэропорт, разговор с Гермионой. — Разве можно так долго спать? — раздался голос справа от меня. — Слушай, ты не видела... — Вот, — она взяла меня за руку и вложила в неё очки. Неужели до сих пор дуется, пронеслось у меня в голове, пока я их надевал. Гермиона смотрела и улыбалась. — Когда я проснулась, они лежали на полу, да и ты тоже был готов составить им компанию. Увидев мой озадаченный вид, она рассмеялась.— Это был первый раз, когда мы попали в воздушную яму, и самолет затрясло так, что ты чуть не свалился с кресла, продолжая при этом крепко спать, а твои очки упали. Я немного тебя подвинула, чтобы вернуть в нормальное положение и решила положить очки, на всякий случай, к себе, надеюсь, ты не против? — Нет, конечно... спасибо, — я слабо улыбнулся, неловкое положение, что и говорить. — Не советую опять погружаться в сон, через час мы будем в Токио, — слегка поддразнивающим тоном сказала Гермиона. Я кивнул, спать мне теперь совсем не хотелось.