00.00

Ты можешь убежать от кого угодно, но не от себя. Ruelle — The other side — По результатам жеребьевки напарником Чон Чонгука становится Пак Чимин. Мир вокруг замирает, будто все что происходит вокруг — нереально. Чимин буквально умолял вселенную дать ему шанс пожить спокойно, помочь в выборе нормальной пары для проекта, сделать так, чтобы все это не превратилось в очередную нерешаемую задачу. Но вселенная будто не хотела его слышать. Ну или наоборот — услышала и решила сделать все по своему. Взгляды Чонгука и Чимина встретились, но даже на расстоянии можно было заметить присутствие напряженности между этими двумя. Никто из них результату, определенно, рад не был. И такая возникшая реакция — вовсе не потому что они абсолютно не знали друг друга. Наоборот — теперь они знали друг про друга слишком много. Слухи, в основном. Но чаще всего этого вполне достаточно, чтобы сложить общую картину о человеке и заочно начать относиться к нему с пренебрежением. Ведь они явно никогда в жизни не начали бы общение. Слишком разные — полные противоположности и совершенно из не пересекающихся миров. Остаток дня прошел как в тумане, но близилась последняя пара и момент, когда за свое ментальное состояние придется побороться. Занятие по совместному проекту нарочно поставили в конец, чтобы студенты продолжали работу и после, если это будет необходимо. Такой подход отлично давал свободу распоряжения своим временем, самостоятельной постановке задач и целей. Чимин сидел как обычно за своим местом, один, смотря в ноутбук с открытым чертежом. Он не был уверен в том, как лучше себя вести, чтобы сразу не вызвать у напарника чувства отвращения к нему. Но он мысленно пообещал, что сделает все возможное, чтобы после их первой встречи тот в ужасе не убежал. Вообще, Чимин был абсолютно нормальным, реально простым, обычным парнем, но первое впечатление — обманчиво, да и репутация у него сомнительная, так что изначально расположения к себе ждать точно не стоило. Чонгук зашел в аудиторию под последние звуки звонка. Вряд ли специально, чтобы не сидеть лишние минуты с Чимином, но все вполне могло быть. Чон подсел молча, лишь достал свой ноутбук и стал громко что-то печатать. Неловкая тишина между ними двумя повисла в воздухе, но никто не решался первым ее нарушить. Благо, вошедший в кабинет преподаватель смог взять этот геройский удар на себя. Профессор выключил презентацию и облокотился на стол. — Итак, начинаем подготовку к выпускному проекту. И я хочу, чтобы вы сделали что-то большее, чем просто красивую визуализацию. Для этого мы и объединили два разных факультета. По аудитории прокатился тихий, но недовольный вздох. Все уже понимали: если произнесено условие «что-то большее» — работы будет действительно вдвое больше. Преподаватель взял маркер и аккуратным почерком написал на доске: «Пространство». — У каждого из вас будет возможность выбрать концепцию самостоятельно. Это может быть общественное пространство, центр для молодёжи, творческий кластер, — он на секунду задумался, подбирая идеи в голове, — Или, например, дом будущего. У кого-то уже возникли представления о проекте? Парень с заднего ряда поднял руку, намереваясь рассказать о своих мыслях. — Да, молодой человек, пожалуйста. — Нас с напарником заинтересовала ваша последняя идея — дом будущего, футуризм сейчас как никогда актуален, наверное, мы будем работать в этой области. — Отлично, и как вы планируете объединить дизайн и музыку? — Когда люди вспоминают дом, они вспоминают не только картинки. Они вспоминают звуки: умные холодильники и голосовые помощники. Или, например, в комнатах автоматически включается музыка для отдыха или концентрации. — Люди думают, что будущее — это технологии. А мы подойдем иначе. Будущее — это когда дом начинает понимать человека, — произнес парень, которых сидел рядом с тем, кто вел диалог с преподавателем. — Отлично, — профессор довольно улыбнулся и скрестил руки на груди, — Вы думаете в правильном направлении. Но вот вам моя личная рекомендация: прежде чем начать работу, ответьте себе на один вопрос. Что для вас в принципе значит дом? На пару секунд стало тихо. Парень, до этого уверенный в своих словах, немного замешкался: — Думаю, это место, где можно отдохнуть. — Хорошо. Ещё варианты? По залу раздались тихие ответы: — Место, куда хочется возвращаться. — Безопасность. — Семья. Профессор повернулся к доске и начал записывать прозвучавшие вслух ассоциации. Безопасность. Семья. Тепло. Уют. — А для меня, — кто-то подал голос с заднего ряда, — Дом будущего — это место, где всё сделано для удобства человека. — Допустим, — кивнул профессор. — Я думаю, что с архитектурой вы справитесь без особого труда. Меня больше интересуют чувства, как вы передадите это в своем проекте? Чонгук лениво вертел ручку в пальцах, слушая ответы вполуха. Пока не посмотрел на человека, сидящего рядом с ним. Чимин ничего не записывал, он просто завороженно смотрел на доску. На слова, написанные черным маркером. Дом. Безопасность. Семья. Тепло. Слова за словами будто отдалялись. Перед глазами Пака вдруг возникла другая картина. Тёмная прихожая. Хлопок входной двери. Голос отца. Слишком громкий. Напряжённый. Ощущение, будто воздух в квартире становился тяжелее. Парень моргнул. Потом ещё раз. «Место, куда хочется возвращаться». Странно, он никогда не думал о доме так. Никогда. Для него дом был... Обязанностью? Привычкой? Клеткой? Он даже не знал ответа. — Пак Чимин? Он вздрогнул. В аудитории стало подозрительно тихо. Все смотрели на него, а профессор улыбнулся. Но, не дождавшись должного ответа, продублировал свой вопрос: — А что думаете вы? Несколько секунд Чимин просто сидел, не понимая, что сказать. В голове было пусто. Настолько, что это почти испугало. Он открыл рот, намереваясь что-то озвучить, но мысли, которые устроили бы всех сидящих в этой аудитории, совсем не лезли в голову. И слава всем Богам, профессор не настаивал, а просто терпеливо ждал. Наверное, парень слишком затянул с ответом, что кто-то уже начал оборачиваться. Чонгук нахмурился. Это было странно. Образ Чимина буквально кричал о занудстве и всезнайстве, такие как он всегда отвечали первыми. Всегда. А сейчас это все выглядело так, будто он не только прослушал вопрос, но и то, что он вообще был задан на незнакомом языке. Наконец парень отвёл взгляд и спокойно произнёс: — Я предпочитаю оставлять свои идеи в тайне. В аудитории послышались смешки и довольно нелестные комментарии в его адрес, которые были слышны всем. Но Чимин никак не отреагировал. Только снова опустил хладнокровный взгляд в ноутбук, будто разговор закончился. Профессор усмехнулся. — Хорошо, господин Пак. Будем считать, что вы нас ещё удивите, — и продолжил обсуждение. Чонгук уже почти не слушал. Потому что человек рядом выглядел... Не высокомерным. Не раздражённым. Не скучающим. Он выглядел потерянным. И впервые за всё время в его голове возникла мысль о том, что, похоже, этот парень рядом действительно не знал ответа на, казалось бы, простой вопрос. Не знал, что такое дом. Преподаватель закончил пару раньше, оставляя возможность поработать студентам наедине. Зал погрузился в шуршание, оживленные беседы, обсуждения, дискуссии. Но ни Чонгук ни Чимин не решались сказать ничего друг другу. Они молча просидели до конца занятия, уткнувшись в экраны ноутбуков, и в таком же молчании покинули университет. Тема проекта так и повисла в воздухе, как и понимание того, что в скором времени им все же придется нарушить тишину. В квартире было темно и спокойно, когда Чимин вернулся домой. Парень пришел раньше обычного: все члены семьи еще были на работе. От этого факта заметно становилось легче на душе, и Чимин без обычного напряжения успел принять горячий душ и перекусить тостом с вареньем. Анализируя сегодняшний день, он все же решился назначить обсуждение проекта на завтра, потому что совместных пар у них с Чонгуком в ближайшее время не ожидалось. Да и каши с ними обоими, по всей видимости, было не сварить, поэтому оставалось брать все в свои крепкие руки и начинать встречаться сверхурочно. Листая мессенджер Чимин наткнулся на интересующий его аккаунт. Удивительно, как много было фотографий в этом профиле. В основном, это какие-либо мероприятия, где Чон выступал с группой, танцевал, пел, может быть, посещал мастер классы. Понятно, почему парень привлекал всех подряд, он был звездой, и эти кадры тому доказательство. Пальцы быстро проехались по клавиатуре, вырисовывая небольшие предложения в сообщениях: «Предлагаю встретиться завтра в 15.30 в библиотеке» «Обсудим тему проекта» Ответ долго ждать не пришлось, потому что на экране почти сразу появилась надпись «печатает...» «Завтра не могу» «Давай послезавтра в 17» «До этого времени у меня репетиция» «Хорошо» Что ж, в планы Чимина не входило задерживаться после пар допоздна в университете. Но раз его напарник был таким занятым, то придется пойти на встречу, иначе проекту придет конец, даже не начавшись. Спустя пару мгновений, входная дверь тяжело хлопнула, сотрясая звуком люстру на потолке. Чимин замер в странном оцепенении, но мышечная память дала вовремя сориентироваться: выключил напольный торшер, отложил телефон и отвернулся, планируя прямо сейчас быстро заснуть. Так было проще, чем выносить еще один вечер со своими родителями. Всегда было проще просто испариться, сделать вид, что тебя не существует, чем раз за разом испытывать совершенно ненужные негативные эмоции. За свои двадцать два года Чимин уже пытался сбежать из этого дома. Причем, буквально сбежать. И не раз. Иногда, в порыве скандала, скрываясь подальше от неуравновешенных людей, иногда, его просто выгоняли, как ненужную собачку. Когда-то побег был его осознанным и бесповоротным решениям, но и это в итоге сложилось не лучшим образом, приведя к тому, что мы сейчас имеем. Как бы Чимин не хотел, он всегда возвращался в этот ад, и выхода из него не было. Все его счета были в руках у родителей, весь его заработок через онлайн проекты, стипендия и иные поступления регулировались ими. Он был полностью зависим от них. Постоянный контроль, звонки, допросы по списанием с карты, допросы из-за задержек... Год назад Чимин в тайне открыл новый банковский счет, но это не привело ни к чему хорошему, об этом почти сразу узнали, и тогда он в очередной раз пожалел, что вообще попытался сломать систему. Из-за влиятельности его отца, он всегда был под прицелом, любой его шаг, любое его действие. И, к сожалению, этому никогда не было границ. Два дня Чимин думал над идеей проекта. Он понимал, что, скорее всего, Чонгук вряд ли уже начал думать над этим, учитывая его загруженное расписание. Не то чтобы у Чимина тоже было много свободного времени, но тем не менее, новых онлайн заказов на дизайн ему пока что не поступало, поэтому ресурсы нужно было тратить с пользой, пока они были. Время близилось к пяти. Пары дизайнера закончились больше трех часов назад, поэтому он просто сидел в библиотеке и ждал своего напарника. На планшете уже были выведены едва заметные линии — примерный макет того, что он бы хотел показать. Два пустых стакана из под кофе стояли на столе рядом. Чимина уже клонило в сон, как телефон внутри кармана завибрировал. И его содержимое ощущалось, будто тупой удар по голове. «Сегодня не получится» Сначала Чимин сильно разозлился. Его задело то, что он потратил свое свободное время на ожидание того, кто даже не удосужился предупредить об отмене встречи. Он не хотел ничего отвечать, понимая, что ничего хорошего написать не сможет. Но немного подумав, все же решил высказать свое недовольство. «Мог бы заранее предупредить, а не за десять минут до встречи» «Сорян» И это все извинения? А вообще, что Чимин еще ожидал от этого высокомерного типа. Он мысленно выругался и принял для себя решение, что несмотря на то, что ему достался такой непутевый напарник, проект они все равно должны были сделать. Поэтому, как бы то ни было, придется просто брать все в свои руки.

***

Прошло почти четыре недели. Проект продвинулся ровно настолько, насколько его мог продвинуть один человек. То есть достаточно далеко. На столе Чимина уже лежали готовые эскизы, несколько вариантов планировки и список идей, которые с каждым разом становились всё длиннее. Второй участник проекта, кажется, существовал только в переписке. И то не всегда. Телефон снова завибрировал. И Чимин уже мог в точности предугадать, что именно, а главное от кого он получил сообщение. «Прости, сегодня опять не смогу» «Подготовка к концерту затянулась» Это была пятая или шестая попытка за месяц встретиться для работы. И снова неудачная. Чимин несколько секунд смотрел на сообщение, потом коротко ответил: «Хорошо» Но ничего хорошего не было. Было грустно от того, что судьба опять была несправедлива к нему. Если бы в тот день, когда распределяли людей для совместного проекта, ему бы достался другой напарник, то все могло бы быть по-другому. Чимин заблокировал экран и тяжело вздохнул. Почему-то больше всего раздражало даже не отсутствие Чонгука, а его удивительное спокойствие по всему этому поводу. Будто проект существовал сам по себе и обязательно как-нибудь сделается. Следующее сообщение пришло через несколько дней. «Сегодня тоже не получится» Ещё через три дня: «У меня репетиция» Ещё через неделю: «Мы все успеем, обещаю» Но успевать пока что было нечего, потому что делать всё продолжал Чимин. Один. Стало известно, что за это время Чонгук ещё и почти перестал появляться на парах. Иногда приходил на одну лекцию и исчезал до конца дня. Иногда не приходил вовсе. Иногда появлялся настолько неожиданно, что казалось, будто он вообще здесь не учится. Может быть, так было всегда? Чимин не в курсе, ведь обычно, его это никогда не касалось. Но почему-то именно сейчас все поменялось, и это беспокоило больше всего. К концу второго месяца Чимин уже искренне не понимал, зачем вообще ему дали напарника. Он пытался делать все один, уже выбрал концепцию, послав к черту Чонгука, выбрал направление работы, сделал основные чертежи, наброски. Парень даже перестал интересоваться о встречах, ведь понял, что это было бесполезно. Ответ всегда приходил один, к сожалению, совсем неудовлетворительный. Было такое, что они пересекались иногда в коридорах университета, но даже так, обычно встречи друг с другом игнорировались, потому что Чонгук не считал себя обязанным, а Чимин попросту смирился со своим положением и перестал предпринимать попытки наладить контакт. Потом поздним вечером телефон снова завибрировал. «Мы ведь не сильно отстаём?» На этот раз Чимин смотрел на сообщение очень долго. А потом впервые за всё время написал: «Нет» «Мы не отстаём» «Потому что я делаю проект один» Ответа на сообщения не последовало. Что-то внутри больно кольнуло, наверное, несправедливость во всей ее проявлении. Парень искренне не понимал, за что ему свалился такой подарок на голову, но по привычке принимал все проблемы с достоинством, буквально прожевывая все негативные эмоции и закапывая их глубоко-глубоко внутри.

***

Аудитория опустела. За окнами уже давно стемнело. Настенные часы показывали без десяти восемь. Из открытого окна просачивался холодный ноябрьский ветер, он едва колыхал страницы тетради, лежавшей на парте. Было немного зябко, из-за чего нос Чимина стал розовым. Но парень не собирался покидать помещение. Он терпеливо ждал восьми, чтобы со спокойной совестью уйти. У них с Чонгуком была договоренность встретиться в семь, никаких отмен и предупреждений о задержках дизайнер не получал, поэтому просто ждал. Сегодня на потоковых практиках были подведены промежуточные итоги проектов. Все студенты с таким воодушевлением защищали свои работы, что в моменте Чимину стало завидно. Наверное, мечта обрести друзей так и останется мечтой, раз он даже со своим напарником общего языка не нашел. Но ведь это не было поводом его кидать и даже не придти на защиту... Чимину пришлось одному отдуваться и придумывать оправдания, почему он выступал без Чонгука, и почему проект находился на такой сырой стадии. Чимин просто сидел за ноутбуком и правил все недочеты, на которые ему тыкнули пальцем эксперты проверяющей комиссии. Он не привык проигрывать. Правда, на фоне окружающих их проект так и выглядел. Но у всех у них было преимущество в виде двух человек, в виде команды. Он же пытался вывезти один. Один и потонул. Перед носом на столе лежали: три варианта планировки, наброски фасада, концепция проекта, список материалов, целая стопка страниц заметок. Фактически половина проекта уже была готова. Да, в сыром варианте, но оставалось лишь придать этому всему огранку. Чимин устало потёр глаза и посмотрел на телефон. Время восемь. Ни одного нового сообщения. Ещё пять минут. Потом он уйдёт. И он уже потянулся за сумкой, когда дверь аудитории открылась. — Я пришел! Раздался громкий голос. Чонгук влетел внутрь, запыхавшийся, с рюкзаком на одном плече. — Прости, репетиция затянулась. Чимин медленно поднял голову. Несколько секунд молчал, а потом без эмоционально сказал: — Ты пришёл. Чонгук улыбнулся будто все было в порядке вещей. — Ну да. Что-то в его улыбке вдруг подсказало, что он даже не подозревает, насколько всё плохо. Парень подошёл ближе и замер. Потому что на столе лежало слишком много работы. Очень много. — Это... Он взял один из листов. Потом второй, потом третий. — Ты всё это сделал сам? — А должен был кто-то ещё? Улыбка медленно исчезла с лица Чонгука. — Я думал, мы только начнём сегодня. — Сегодня была защита промежуточных итогов, что бы ты показал комиссии? Чимин закрыл ноутбук. Очень спокойно. Даже слишком. — Мы начали два месяца назад, — устало произнес парень, закрывая глаза. — Я знаю, просто... — Просто был занят. Чимин знал ответ. Хотя, наверное, правильнее всего было сказать: «просто было плевать». Тишина в ответ капала на больную голову. В голосе Чонгука не было раскаяния, не было извинений, не было ничего. Казалось, что для него все это было нормальным. И это добивало. — Слушай, я правда не специально, — продолжил Чон, садясь рядом за парту. Он нахмурился, потому что ожидал раздражения и обвинений, но спокойный голос Чимина раздражал гораздо сильнее. — Ты сейчас злишься? — Нет, разве есть повод? — дизайнер повернулся к собеседнику лицом, невинно хлопая глазами. — Как же ты сдерживаешься. — Ну а зачем ты задаешь тупые вопросы? Чонгук вздохнул: — Ладно, да, я виноват, — но никакой реакции в ответ не последовало, лишь презрительный взгляд. — Ты всегда такой? — Какой? — Будто весь мир тебя раздражает. — Меня раздражаешь только ты. — фраза вылетела быстрее, чем ожидалось, но, пожалуй, это было именно то, о чем Чимин по-настоящему думал последнее время. Несколько секунд стояла тишина. Потом дизайнер выдохнул и снова открыл ноутбук. — Введу тебя в курс дела. А то, вдруг, в следующий раз мы опять встретимся только через два месяца. Через полчаса Чонгук понял две вещи. Во-первых, Чимин действительно невероятно талантлив. Во-вторых, он совершенно не умеет отдыхать. Несмотря на то, что, очевидно, он был на ногах весь день, он все равно работал быстро. Сосредоточенно. К десяти вечера аудитория была всё ещё освещена. — Мы вообще домой собираемся? — простонал Чонгук. Вообще-то, он тоже весь день на ногах, пусть и без особой нагрузки на голову, но усталость все равно чувствовалась. — Скоро. — Ты сказал это час назад. Но Чимин ничего не ответил. Только посмотрел на телефон, на время и на пропущенные звонки... И впервые за вечер его лицо изменилось. Совсем немного. Но Чонгук заметил: — Что? — Ничего, — бесшумно произнес Чимин. — Ты выглядишь так, будто тебе сообщили конец света, — заметил брюнет, расслабленно расплываясь на парте. — Не отвлекайся, нам нужно закончить этот блок сегодня. — До завтра не подождёт? Пауза. — Нет. На самом деле подождало бы. Но Чимин уже понимал, что слишком поздно. Слишком.

***

Когда они наконец вышли из университета, было одиннадцать. На улице было тихо, спокойно. Автобусы в такое время уже не ходили, поэтому до дома придется добираться пешком... — Прости ещё раз. В следующий раз обещаю прийти вовремя. Чонгук виновато потер затылок, отвлекая Чимина от своих мыслей. Блондин лишь качнул головой и произнес тихое «угу». — Ты мне не веришь? — Нет. Чон неожиданно усмехнулся. Но собеседник уже почти не слушал. Он смотрел на экран телефона. Восемь пропущенных вызовов. Все от отца. В груди неприятно сжалось. — Эй? Чонгук махнул рукой перед его лицом. — Всё нормально? Чимин нервно поднял взгляд и слишком быстро убрал телефон. — Да. — Тогда увидимся завтра. Как просто Чонгуку разбрасываться словами, зная, что они ничего не значат. Дизайнер качнул головой в ответ, провожая напарника взглядом: тот звякнул ключами от припаркованной недалеко машины и пошел в ее сторону. Всю дорогу домой Чимин шёл быстрее обычного. Телефон снова завибрировал, но он не ответил. Не смог. Ключ повернулся в замке. Дома было тихо. Пугающе тихо. Он также бесшумно снял обувь. И сразу услышал: — Ты решил вообще не приходить? Отец появился в коридоре. Его лицо было спокойно, но вены на руках выдавали возбужденное состояние. В воздухе витал какой-то знакомый металлический привкус. Привкус страха. — Я был в университете, — так себе оправдание, но это было так. — До двенадцати ночи? — До одиннадцати, — тихо поправил парень, защищаясь, — мы занимались проектом. — Мы? Чимин решился поднять глаза. Очень зря. — Да. — И ради какого-то проекта ты не смог ответить на телефон? — отец сделал шаг вперед, сокращая дистанцию и накаляя нервы до предела. В груди сердце заметно ускорило темп, парень сглотнул, все его тело замерло. Этот разговор, как прогулка по минному полю — один неверный шаг и все взлетит к чертям. — Я работал, — первый шаг. — Не повышай голос. Голос Чимина даже не изменился. Парень только сильнее сжал ручку сумки. — Я не повышаю, — второй шаг. — Тогда почему мне кажется, что ты начинаешь забываться? В груди уже давно поднималось знакомое чувство тревоги. — Я просто задержался, — третий шаг. Тишина. — Просто? То есть, ты считаешь нормальным заставлять родителей ждать? — Мне двадцать два, — детонатор взрывается со словами, вылетевшими раньше, чем он успел подумать. Атмосфера стала ещё тяжелее. Отец медленно поднял голову. — Что ты сказал? И именно в этот момент Чимин понял, что совершил ошибку.