Выжить и не сломаться

В доме давно стемнело. На первом этаже горела лишь небольшая керосиновая лампа, оставляя по углам мягкие тени. Остальные уже разошлись по комнатам, и только изредка старый дом отзывался тихим скрипом половиц. Ния лежала, глядя в потолок. Сон не приходил. Стоило закрыть глаза, как перед ней снова возникала улица, рычание заражённых, тяжёлые удары и лица друзей, если их можно так назвать. Она медленно села на кровати. Осторожно, чтобы никого не разбудить, вышла в коридор и спустилась на кухню. В темноте дом казался совсем другим — спокойным, почти таким, каким был когда-то. Ния налила себе немного воды и села за стол. За окном негромко шумел ветер. Она не сразу услышала шаги. — Тоже не спится? Ния подняла голову, в дверях стоял Кай. Он выглядел таким же уставшим, как и днём, только теперь на его лице не было привычной настороженности. — Нет, — тихо ответила она. — А тебе? — Решил проверить дом. Он подошёл к столу и сел напротив. Несколько минут они молчали. Для брата и сестры это было привычно. Не каждую тишину нужно заполнять словами. Кай задумчиво посмотрел на кружку в своих руках. — Сегодня... я испугался. Ния удивлённо подняла взгляд. — Когда ты побежала к Джею. Она опустила глаза. — Я не думала. — Вот именно. Его голос не звучал сердито, скорее устало. — Я увидел, как заражённый бросился на него... а потом ты оказалась между ними. Ния крепче обхватила кружку ладонями. — Я не могла иначе. — Знаю. Кай ненадолго замолчал. — И именно поэтому испугался ещё сильнее. В комнате снова повисла тишина. Лампа тихо потрескивала, отбрасывая на стол дрожащие отблески. — Знаешь... — наконец произнёс Кай. — Я ведь никогда не видел, как мама тебя тренирует. Ния удивлённо посмотрела на него. — Правда? Он кивнул. — Она всегда говорила: «Потом покажу». Или отправляла меня заниматься своими делами. На губах Нии появилась слабая улыбка. — Она говорила, что сначала должна научить меня правильно падать. Кай тихо усмехнулся. — Теперь понимаю почему. Он вспомнил, как сестра перекатилась по земле во время боя и сразу поднялась на ноги. Это выглядело так естественно, будто она делала так сотни раз. Наверное, так оно и было. Кай глубоко вздохнул. — Сегодня я наконец понял... Он встретился с Нией взглядом. — Мама готовила тебя не к тренировкам, она готовила тебя к тому, чтобы ты выжила. Ния молчала, горло вдруг предательски сжалось. Она столько раз вспоминала последние слова Майи. «Помни, чему я тебя учила». Но только сейчас до неё дошёл их настоящий смысл. Мама знала, что может не успеть защитить её сама. Поэтому сделала всё, чтобы однажды Ния смогла защитить себя. По щеке медленно скатилась слеза. Ния поспешно вытерла её, но Кай всё равно заметил. Он встал из-за стола, подошёл к сестре и осторожно положил ладонь ей на плечо. — Она бы тобой гордилась. Этих слов оказалось достаточно. Ния больше не пыталась сдерживаться. Она тихо заплакала, закрыв лицо руками. Кай молча обнял её так же, как когда-то это делала Майя. И впервые с того дня, как всё изменилось, Ния позволила себе просто побыть не бойцом, а младшей сестрой. На утро её разбудил раскат грома. Она медленно открыла глаза, несколько секунд не понимая, где находится. Сердце всё ещё билось чуть быстрее обычного — остатки вчерашнего боя никак не хотели отпускать. За окном шумел дождь. Крупные капли с силой ударялись о стекло, ветер раскачивал ветви деревьев, а серое небо не оставляло ни единого шанса солнечному свету. Комната утонула в прохладном полумраке. Ния села на кровати и невольно прислушалась. Дом жил своей обычной жизнью. Где-то внизу тихо звякнула посуда. Послышались шаги. Потом чей-то сонный голос: — Коул, это мой чай. — Неправда. Он стоял ближе ко мне. — Это не является доказательством. Ния тихо улыбнулась. Вчера ей казалось, что после такой вылазки никто не сможет даже разговаривать. Как же она ошибалась. Натянув кофту, она спустилась на первый этаж. На кухне было тепло. На плите негромко посвистывал чайник, а запотевшие окна скрывали двор за плотной пеленой дождя. Коул уже устроился за столом, обхватив ладонями кружку. — О, доброе утро! — заметив Нию, сказал он — Добро пожаловать в самый дождливый день года. — Доброе, — улыбнулась она. — Не обращай на него внимания, — спокойно произнёс Зейн, раскладывая по столу кружки. — По моим наблюдениям, самый дождливый день года был две недели назад. Коул театрально вздохнул. — Иногда мне кажется, что ты специально портишь красивые фразы. — Они должны быть ещё и правдивыми. — Вот именно поэтому с тобой невозможно спорить. — Ты всё равно продолжаешь. — Потому что однажды я выиграю. — Вероятность крайне мала. Ния тихо рассмеялась. В этот момент на кухню вошёл Джей, на ходу пытаясь пригладить растрёпанные волосы. — Доброе утро... Он зевнул и только потом заметил Нию. — О, уже проснулась. — А ты выглядишь так, будто только что победил подушку в честном бою, — усмехнулся Коул. — Она сопротивлялась. — Верю. Джей налил себе чай и сел рядом с Нией. — Как плечо? Она удивлённо посмотрела на него. — Всё нормально. Немного ноет. — Это уже хорошо. Он сказал это совершенно спокойно, словно спрашивал о погоде. Но Ния всё равно почувствовала, как внутри становится немного теплее. Тогда на кухню зашёл Кай. Он окинул взглядом собравшихся, подошёл к окну и отодвинул занавеску. За стеклом ливень и не думал заканчиваться. Ветер гнул деревья почти до земли, а где-то совсем рядом снова прогремел гром. Кай несколько секунд молча наблюдал за улицей. Потом отпустил занавеску. — Сегодня никаких вылазок. По кухне словно прокатился общий выдох облегчения. — Даже спорить не буду, — признался Коул. — Я тоже, — кивнул Джей. — В такую погоду я бы и без заражённых никуда не пошёл. Ния подошла к окну. По стеклу непрерывно стекали капли, превращая знакомую улицу в размытые силуэты. Ещё вчера там кипела борьба за жизнь. Сегодня же дождь будто смыл все следы. Но она знала, что стоит ему закончиться — мир снова станет таким же опасным, как прежде. За окном снова сверкнула молния. Через несколько секунд дом содрогнулся от раската грома. Коул задумчиво посмотрел в окно. — Знаете... если честно, я уже и забыл, каким шумным бывает дождь. — Привыкаешь к другому шуму, — тихо ответил Кай. Никто не стал спрашивать, что он имеет в виду. Все и так знали. Хриплое рычание, крики людей, которым не успели помочь. Дождь хотя бы заглушал всё это. Зейн поставил перед каждым кружку с горячим чаем. — Сегодня стоит немного отдохнуть. — С удовольствием поддерживаю это предложение, — сказал Джей, делая первый глоток. — После вчерашнего мои ноги решили, что больше не принадлежат мне. — Это называется усталость, — невозмутимо ответил Зейн. — Нет, это называется предательство собственного организма. Коул тихо усмехнулся. — Знаешь, а мне даже немного нравится такая погода. — Почему? — спросила Ния. — Потому что она заставляет сидеть дома. И впервые за долгое время не нужно думать, куда бежать дальше. Она посмотрела в окно. Слова Коула показались неожиданно правильными. Вчера она впервые сражалась с такой большой группой заражённых. Ещё вчера казалось, что мир снаружи вот-вот проглотит их. А сегодня...Сегодня можно просто сидеть на кухне, пить горячий чай и слушать дождь за окном. — О чём задумалась? Ния повернула голову. Джей смотрел на неё с лёгкой улыбкой. — Ни о чём... Она замолчала, а потом всё-таки призналась: — Хотя нет. О том, как быстро всё меняется. Ещё несколько дней назад нас с Каем осталось только двое. Она обвела взглядом кухню. — А теперь... Договорить она не успела. — А теперь тебе приходится терпеть нас пятерых, — с самым серьёзным видом закончил Коул. Ния не выдержала и рассмеялась. — Именно. — Вот видишь? — довольно кивнул он. — Уже почти семья. Кай поднял бровь. — Семья? — Ну а что? — Коул пожал плечами. — Мы живём под одной крышей, спорим, вместе ходим за припасами... Осталось только решить, кто моет посуду. — Даже не начинай, — предупредила Ния. — Поздно, — с невинным видом ответил он. — Ты сама показала, что порядок в доме для тебя — дело принципа. — Потому что жить в грязи неприятно. — А я думал, это новый закон. — Почти. — Тогда я официально протестую. — Протест отклонён, — спокойно произнёс Зейн. — Ты вообще на чьей стороне? — На стороне чистой кухни. Джей тихо засмеялся, опустив голову. Ния посмотрела на него и неожиданно поймала себя на том, что улыбается совершенно искренне. Не потому, что кто-то пошутил. А потому, что этот смех... Он звучал по-настоящему. Всего на несколько минут старый дом перестал быть убежищем посреди разрушенного мира, он снова стал просто домом. Дождь и не думал стихать. Капли мерно барабанили по крыше, иногда заглушая даже раскаты грома. После завтрака никто не спешил расходиться. Коул лениво растянулся на диване в гостиной, положив руки под голову. — Никогда бы не подумал, что скажу это... но мне скучно. — Поздравляю, — отозвался Кай, проверяя лезвие своего оружия. — Значит, сегодня хороший день. — Хороший? Мы заперты в доме, на улице ливень, а ты называешь это хорошим? — Именно. Коул обречённо вздохнул. — Я начинаю понимать, почему вы с Нией родственники. Ния, сидевшая на полу возле окна, вопросительно подняла голову. — Потому что вы оба слишком серьёзные. — Это неправда, — одновременно ответили Кай и Ния. На несколько секунд в комнате повисла тишина. Потом Джей не выдержал и рассмеялся. Следом засмеялся Коул. Даже Зейн едва заметно улыбнулся. Ния перевела взгляд на брата. — Мы что... правда сказали это одновременно? Кай устало прикрыл глаза. — К сожалению. — Вот видишь! — довольно заявил Коул. — Я же говорил. Ния только тихо фыркнула, смех постепенно стих. Каждый снова занялся своим делом. Джей машинально вертел в руках небольшой складной нож, то раскрывая его, то снова закрывая. Ния заметила это не сразу. — Ты всегда так делаешь? Он поднял голову. — Что? — Когда о чём-то думаешь. Джей посмотрел на нож, словно только сейчас понял, что держит его в руках. — А... наверное. Он пожал плечами. — Есть такая привычка. Ния улыбнулась. — У меня тоже. — Правда? Она кивнула и достала из кармана тонкую голубую ленту. — Когда нервничаю, начинаю завязывать узлы. Джей с интересом наблюдал, как её пальцы быстро складывают ленту в аккуратную петлю. — Красиво получается. — Мама научила. На мгновение Ния замолчала, потом осторожно распустила узел. — Она говорила, что если руки чем-то заняты, голове легче успокоиться. Джей ничего не ответил. Лишь задумчиво посмотрел на свои пальцы, всё ещё сжимавшие нож. — Тогда, наверное, моя голова никогда не отдыхает. Ния снова усмехнулась. — Похоже на то. Их разговор был совсем негромким, а таким, который легко потерялся бы среди шума дождя. Но именно поэтому казался особенным, будто они разговаривали так уже очень давно. — Ну всё, — неожиданно протянул Коул, даже не поднимая головы с дивана. Ния и Джей одновременно посмотрели на него. — Что? — Ничего. Он хитро улыбнулся. — Просто вы так тихо разговариваете, что мне теперь ужасно любопытно. — Подслушивать нехорошо, — спокойно заметил Зейн. — А я и не подслушивал. — Тогда откуда знаешь, что они разговаривали тихо? Коул открыл рот, подумал и снова закрыл. В комнате раздался дружный, громкий смех. Разговор постепенно сошёл на нет. За окном всё так же шумел дождь, ветер время от времени ударял в окна, а раскаты грома становились всё реже. Коул лениво покрутил кружку в руках и вдруг поднял голову. — Раз уж мы сегодня никуда не идём... предлагаю узнать друг о друге хоть что-нибудь. Кай вопросительно посмотрел на него. — Например? — Ну не знаю... — Коул пожал плечами. — Мы живём под одной крышей уже несколько дней, а я до сих пор почти ничего о вас не знаю. Он перевёл взгляд на Нию. — Кроме того, что ты любишь порядок. — И умеешь заставить других этот порядок поддерживать, — с улыбкой добавил Джей. Ния тихо фыркнула. — Кто-то же должен. — Вот именно, — серьёзно кивнул Коул. — Иначе некоторые личности уже построили бы себе крепость из грязных кружек. — Это был эксперимент, — возразил Джей. — Конечно. — Научный. — Несомненно. Даже Кай не удержался от короткой усмешки. Коул довольно улыбнулся. — Вот, уже лучше. Он задумался на секунду. — Ладно... Начну с простого. Какое у вас самое первое воспоминание? В комнате стало неожиданно тихо. Зейн первым нарушил молчание. — Я помню снег. Все посмотрели на него. — Совсем немного. Мне было около пяти лет. Мы с родителями лепили снеговика возле дома. Он ненадолго задумался. — Почти ничего больше не осталось. Коул кивнул. — А я помню качели. — Качели? — переспросила Ния. — У нас во дворе были старые качели. Отец постоянно говорил, что однажды они развалятся. — Развалились? — Нет. Начался апокалипсис раньше. Он усмехнулся, но в этой улыбке не было веселья. Наступила короткая тишина. — Джей? Тот медленно провёл пальцем по краю кружки. — Помню велосипед. — Велосипед? — оживился Коул. — Мне обещали, что летом снимут дополнительные колёса. Он усмехнулся. — Так и не сняли. Ния внимательно слушала. Ей вдруг стало немного грустно. У всех были какие-то воспоминания. Пусть и маленькие, но были. Коул повернулся к ней. — А ты? Ния опустила взгляд. — Не знаю... Она задумалась, очень долго. Потом тихо покачала головой. — Почти ничего. В комнате стало совсем тихо. — Мне было три года, — едва слышно сказала она. — Я мало что помню. Она улыбнулась уголками губ. — Хотя.. мамина колыбельная. Джей ничего не сказал, лишь украдкой посмотрел на неё. Он впервые по-настоящему задумался, что Ния не просто младше остальных, она практически не знала другого мира. Школы, праздников, друзей. Для неё жизнь всегда была опасной. Кай медленно поставил кружку на стол. Некоторое время никто не произносил ни слова. Дождь всё так же мерно стучал по крыше, словно заполняя собой повисшую тишину. Коул первым нарушил молчание. — Странно... Все посмотрели на него. — Мы почти не помним тот мир. Он слегка пожал плечами. — А иногда кажется, будто он был вчера. — Память часто сохраняет не события, а ощущения, — спокойно сказал Зейн. — Особенно если человек был совсем маленьким. Ния задумчиво провела пальцем по краю кружки. — Я почти не помню лиц... Она ненадолго замолчала. — Но иногда мне кажется, что если услышу ту самую колыбельную... сразу всё вспомню. Кай опустил взгляд, он помнил эту мелодию. Майя часто пела её вечерами, когда Ния никак не хотела засыпать. Иногда к ней присоединялся и он сам, хотя потом делал вид, что это было случайно. Джей осторожно нарушил молчание. — Моя мама тоже пела. Он улыбнулся, но улыбка быстро исчезла. — Только я совсем не помню слов. — Я тоже, — тихо признался Коул. — А я никогда не слышал, как поют мои родители, — неожиданно сказал Зейн. Все посмотрели на него. — Почему? — Не знаю. Он спокойно встретил их взгляды. — Возможно, не успел запомнить. Ответ прозвучал так просто, что от него стало ещё тяжелее. За окном снова прогремел гром. Ния перевела взгляд на окно. — Интересно... — Что? — спросил Джей. — Если всё это когда-нибудь закончится... Она не сразу нашла нужные слова. — Каким будет мир? Вопрос повис в воздухе. Никто не ответил сразу. Коул задумчиво смотрел на дождь. Кай молча сцепил руки в замок. Зейн опустил глаза. Первым заговорил Джей. — Не знаю. Он усмехнулся уголками губ. — Но очень надеюсь, что в нём снова будут слышны детские голоса. Ния посмотрела на него, он не говорил громко, не пытался кого-то вдохновить, просто сказал то, во что сам хотел верить. Она впервые поймала себя на мысли, что тоже хочет увидеть такой мир. Тишину нарушил Коул. Он шумно выдохнул и хлопнул ладонями по коленям. — Всё. Ещё пять минут таких разговоров, и я сам начну реветь. Джей усмехнулся. — Кто бы мог подумать. — Не дождёшься. — Уже почти дождались. — Это дождь за окном, а не я. По комнате прокатился тихий смех. Напряжение понемногу отпускало. Коул поднялся с дивана и потянулся так, что хрустнули плечи. — Всё. С меня хватит философии. — Продержался дольше обычного, — заметил Джей. — Целых... сколько? Минут десять? — Одиннадцать, — спокойно ответил Зейн. — Вот видишь. Почти рекорд. Коул обвёл комнату взглядом. — Значит так. Продолжаем, но теперь никаких вопросов про прошлое. Хочу что-нибудь весёлое. — А если не получится? — спросил Кай. — Тогда будем делать вид, что получилось. Он без раздумий ткнул пальцем в Зейна. — Если бы ты мог оставить себе только одну вещь из этого дома, что бы это было? — Инструменты. — Даже не думал? — Уже подумал. — Скучный. — Практичный. — Это ещё скучнее. Все тихо засмеялись. Ния ненадолго задумалась, переводя взгляд с одного на другого. — А если бы завтра всё закончилось... совсем. Что бы вы сделали первым? На этот раз никто не ответил сразу. — Поел бы, — первым нарушил тишину Коул. Все удивлённо посмотрели на него. — Что? Нормально поел бы! Горячий борщ, пирожки, чай... Чтобы не думать, сколько ещё осталось крупы. — Узнаю Коула, — усмехнулся Джей. — А ты? Джей пожал плечами. — Наверное... просто пошёл бы гулять. — Гулять? — переспросила Ния. — Без оружия. Без того, чтобы каждые десять секунд оглядываться. Просто идти куда захочу. Кай едва заметно кивнул. — Я бы наконец перестал проверять каждый шорох. — А я, — спокойно произнёс Зейн, — хотел бы увидеть, как люди снова начинают жить, а не выживать. Ния опустила взгляд. — А я... Она улыбнулась совсем чуть-чуть. — Наверное, достала бы гитару. Все посмотрели на неё. — Просто села бы где-нибудь на улице... и играла. — У тебя есть гитара? — удивился Коул. — Есть. — Настоящая? Ния тихо рассмеялась. — А бывают ненастоящие? — Ну... не знаю. — Папа подарил её маме ещё до моего рождения. Она ненадолго замолчала. — Потом мама учила играть меня. Коул задумчиво покачал головой. — Неожиданно... Он немного помолчал, а потом улыбнулся. — Слушай... а сыграешь как-нибудь? Ния удивлённо подняла на него глаза. — Если захочешь, конечно. — Мы не торопим, — добавил Джей с лёгкой улыбкой. — Просто... было бы здорово послушать. Ния перевела взгляд на лестницу, ведущую на второй этаж. Гитара всё ещё стояла там, где она оставила её несколько дней назад. Дождь всё ещё не прекращался. Крупные капли с равномерным стуком разбивались о стекло, ветер покачивал верхушки деревьев, и где-то совсем рядом лениво прокатился очередной раскат грома. — Может... как-нибудь и сыграю, — наконец тихо сказала она. Коул улыбнулся. — Уже неплохо. Он не стал настаивать. Почему-то ему показалось, что если попросить ещё раз, то Ния окончательно откажется. В комнате снова воцарилась спокойная тишина. Такая, в которой каждый был занят своими мыслями. Кай продолжал точить лезвие, размеренными движениями проводя точильным камнем по металлу. Джей машинально перебрасывал из руки в руку складной нож, но теперь делал это гораздо медленнее, словно сам не замечал своих движений. Зейн сидел у окна с раскрытой книгой. Страницы давно не переворачивались. Даже он иногда просто слушал дождь. Ния наблюдала за друзьями исподтишка. Странно...Ещё неделю назад она не знала никого из них. Если бы тогда кто-нибудь сказал, что однажды они будут просто сидеть в одной комнате, спорить, смеяться и пить чай, она бы не поверила. Мир слишком долго учил её никому не доверять, но несмотря на это именно она позвала их. — О чём задумалась? Голос Джея прозвучал совсем негромко. Ния чуть вздрогнула. — Ни о чём. Он прищурился. — Врёшь. — Почему сразу вру? — Потому что у тебя такое лицо бывает только тогда, когда ты слишком много думаешь. Она удивлённо посмотрела на него. — Ты уже успел это заметить? — Конечно. Джей пожал плечами, будто ничего необычного не сказал. — Ты всегда смотришь в одну точку и начинаешь крутить что-нибудь в руках. Ния опустила взгляд и только сейчас поняла, что её пальцы уже несколько минут завязывают на голубой ленточке новый узел. Она тихо усмехнулась. — Значит, привычка всё-таки заметная. — Очень. — А я думала, никто не обращает внимания. — Обращают. Короткий ответ прозвучал так просто, что Ния на мгновение растерялась. Она осторожно распустила узел и спрятала ленту обратно в карман. — Спасибо. — За что? — Не знаю... Она улыбнулась. — Просто спасибо. Джей хотел что-то ответить, но его перебил Коул. — Так! Он хлопнул ладонями по подлокотникам дивана. — Я официально заявляю: если мы просидим здесь ещё часа два, я начну разговаривать с чайником. — Он хотя бы не спорит, — спокойно заметил Зейн. — Это потому, что ты ещё не пытался доказать ему, что вода закипает недостаточно научно. Джей тихо рассмеялся. Кай покачал головой. — Иногда мне кажется, что тебе просто нравится слушать собственный голос. — Конечно нравится. — Это многое объясняет. Коул театрально приложил ладонь к груди. — Какой сегодня тяжёлый день... В него никто не верил. Именно поэтому через секунду в комнате снова раздался смех. За окнами по-прежнему шумел дождь. А старый дом, переживший слишком многое, стал просто домом. Смех постепенно стих. Дом снова наполнился привычным шумом дождя. За окнами всё так же шумел ветер, а по стеклу медленно стекали крупные капли. Несколько минут никто не говорил. Коул лениво крутил кружку в руках. Джей сидел, откинувшись на спинку дивана, и без особого интереса наблюдал, как по оконному стеклу бегут дождевые дорожки. Зейн наконец перевернул страницу книги. Кай всё так же проверял своё оружие. Ния честно попыталась ничего не делать. Хватило её примерно на две минуты. Она ещё раз посмотрела в окно. Потом на потолок. Потом снова на окно. Тяжело вздохнула. — Мне скучно... — Добро пожаловать в клуб, — тут же откликнулся Коул. — Нет... мне прям очень скучно. Она поднялась с пола и медленно прошлась по комнате. Остановилась возле стены. Задумчиво посмотрела наверх. Джей проследил за её взглядом. — Что ты делаешь? — Думаю. — Это опасно, — невозмутимо сказал Коул. Ния даже не обернулась. — Сейчас проверим. Она положила ладонь на один из выступающих кирпичей. Потом на другой и, прежде чем кто-либо успел что-то спросить, легко подтянулась. — ... В комнате стало подозрительно тихо. Ния будто совсем не замечала удивлённых взглядов. Она уверенно переставила ногу на следующий выступ, ухватилась рукой выше и уже через несколько секунд оказалась почти под потолком. — Ния? Она посмотрела вниз. — Что? Джей несколько раз моргнул. — Как... Он снова посмотрел на стену. Потом на неё. — Как ты туда забралась? Ния удивлённо наклонила голову. — По стене. Коул тихо хмыкнул. — Нет, это мы уже поняли. Он поднялся с дивана и подошёл ближе. — Меня больше интересует вопрос... почему? Ния пожала плечами. — Потому что можно. Кай даже не поднял головы. — Логично. Все одновременно повернулись к нему. — Ты... знал? — спросил Джей. — Конечно. Кай наконец убрал точильный камень в сторону. — Она так с детства делает. — Что?! — Лазает по стенам. — Просто однажды решила попробовать. Ния невинно улыбнулась сверху. — Получилось. Коул снова посмотрел на неё, потом на Кая. — И ты... ничего не сделал? — А что я должен был сделать? — Ну... хотя бы сказать: «Ния, не надо». Кай пожал плечами. — Говорил. — И? — Не помогло. — Совсем? — Совсем. Ния села прямо на широкий выступ под самым потолком и свесила ноги. — Зато мама потом перестала запрещать. — Подожди... — медленно произнёс Джей. — Она разрешала? — Не сразу. Ния улыбнулась, вспоминая. — Сначала очень ругалась. Потом сказала: если уж я всё равно буду лазить, то лучше научиться делать это правильно. Кай тихо усмехнулся. — После этого в её комнате стало ещё больше этих выступов. — В твоей комнате тоже есть? — удивился Коул. — Конечно. — Зачем?! Кай посмотрел на сестру. — Если честно... Он пожал плечами. — Мы до сих пор не знаем, зачем их когда-то сделали. Ния решила, что они нужны именно для этого. — И никто не смог её переубедить, — закончил он. Несколько секунд стояла тишина. Потом Коул медленно покачал головой. — Я живу с вами всего неделю... Он посмотрел на Нию, спокойно сидевшую почти под потолком. — И с каждым днём вопросов становится всё больше. — Привыкай, — усмехнулся Кай. — Даже не знаю, хочу ли. — Уже поздно. Джей всё ещё не сводил глаз с Нии. Он покачал головой и тихо рассмеялся. — Знаешь... Ния вопросительно посмотрела вниз. — Теперь я вообще перестал чему-либо удивляться. Она лукаво улыбнулась. — Не спеши, я не только это умею. После этих слов Коул обречённо закрыл лицо ладонями. — Вот этого я и боюсь...