Белая роза твоего сердца

— Быть может, мисс будет интересно попрактиковаться в новом лечебном отваре? — уши Эльды выглянули из-за приоткрытой двери, а глаза весело заискрились. — Конечно, Эльда! — Арнесс резко обернулась, едва не скинув все школьные пергаменты, хаотично разложенные на столе, которые она перечитывала весь последний час.       Эльфийка одним коротким рывком протолкнула в комнату ящик, в котором грохотали котелок, медные весы, каменная ступка и пестик, ножи, ложки, черпаки и ещё множество инструментов для зельеварения. Арнесс мигом подскочила, подхватывая коробку на ходу у запыхавшейся Эльды. Сверху горы вещей Арнесс увидела корзинку с плодами бадьяна. — Осторожнее, мисс! — Эльда встревоженно залепетала.       Эльфийка бережно прижала к груди потрёпанную книгу, расписанную странными знаками и витиеватыми узорами. Она с облегчением водрузила фолиант на стеклянный столик возле камина. — Когда Эльда варила отвары во время учебного года, Эльда всё время вспоминала то время, когда она делала это с мисс Арнесс, — смущённо, а оттого и быстро произнесла эльфийка. — И я, правда, Эльда, ты не представляешь, как мне тебя не хватало!       Глаза эльфа ещё ярче заискрились, а голос дрогнул в улыбке: — Этот отвар мисс ещё не пробовала делать, он достаточно сложный, но интересный! — открыв нужную страницу, она ткнула узловатым пальцем. — Вот! Очень занимательно: столько свойств. Он залечивает самые ужасные раны!       Арнесс с удовольствием принялась вынимать скользкие семена из плодов бадьяна, а Эльда измельчала в ступке фиолетовые листья. — Я думаю, не помешает взять пару пузырьков в Хогвартс, — хмыкнула Арнесс, — особенно если учитывать, какие звери обитают за плохо запертыми дверями.       Эльда вдруг серьёзно кивнула, начав ещё усерднее выдавливать фиолетовый сок из мягких листьев. В предвкушении, Арнесс подкинула брёвен в камин. — С зельеварением у меня дела получше, чем с трансфигурацией и заклинаниями... Отец мне вчера об этом напомнил. Прямо после Рождества! Поэтому в этом полугодии мне срочно нужно исправить отметки, а то в следующем году Хогвартса мне не видать.       От услышанного Эльда слишком резко надавила лопаткой на какой-то зелёный плод, и вместо того, чтобы расколоться, он отлетел вперёд и ударился в висящий над огнём котелок. Арнесс нарезала травы, не отрывая напряжённого взгляда от ловко снующего вверх и вниз острого лезвия ножа, а потому ничего не заметила. Даже удивлённого взгляда Эльды. — Отец говорит, какой смысл мне там учиться, если даже самое простейшее освоить не могу? Только фамилию позорить. — Но ведь Арнесс ещё до школы умела колдовать волшебство и даже в некоторых аспектах опережала сверстников! — воскликнула, совсем уже возмущённая Эльда, но сразу же стушевалась. — Да, Эльда, ты права, но так тоже бывает. Видимо, бывает... К тому же, ты не сомневайся: я ещё всё нагоню и даже больше! Я занимаюсь, не переживай. — О-ох! Эльде так больно, так больно, что она не может помочь! — неожиданно взревела Эльда. — Эльфы имеют другую магию, отличную от волшебников. Но мисс Арнесс, это, конечно, знает, мисс Арнесс умница-умница. У неё всё так славно получается, всё учится-учится... — Эльда! Эльда, не переживай! Это мелочи... Смотри, уже пар пошёл, пора добавлять измельчённые семена бадьяна, — Арнесс была поражена бурной реакцией эльфийки, но после этих слов Эльда взревела ещё громче, указывая дрожащей рукой на котёл: — Вот! Вот о чём Эльда и толкует: мисс Арнесс умница-умница. Помоги Мерлин ей!       Арнесс не на шутку перепугалась за эльфа. — Эльда, ты чего? Ну правда, ерунда. Мне мама сказала, что поможет в заклинаниях, всё славно будет! Вот увидишь: выучу Вингардиум левиоса и тебя к потолку подниму, чтобы ты не ворчала из-за пыли на карнизах, — Арнесс улыбнулась.       После этих слов Эльда резко успокоилась и продолжила педантично выдавливать соки из зелёных плодов. — Ну раз миссис Бонвилль поможет мисс Арнесс, то Эльда может быть спокойна, — она немного помолчала, и как ни в чём не бывало сказала. — Пора уже добавлять бадьян, зелье кипит и пар нужного цвета.

***

      В оставшиеся дни Рождественских каникул Арнесс под руководством миссис Бонвилль усердно занималась трансфигурацией и заклинаниями. Поднять перо над столешницей ей удалось с самых первых попыток, и Арнесс искренне недоумевала, почему у неё не получалось этого раньше. Под конец каникул Арнесс успела нагнать школьную программу и даже разобраться в новых темах. Амнесия очень радовалась маленьким победам дочери, не без удовольствия отмечая её природную одарённость. — Отлично-отлично, — миссис Бонвилль удовлетворённо откинулась на мягкую спинку дивана, когда Арнесс превратила очередной фарфоровый сервиз в мышей с белой шерсткой, — молодец. Вот видишь, милая, тебе не хватало лишь немного практики. С тобой всё в порядке, и даже не вздумай сомневаться в этом. — Я хорошо сдам экзамены и поеду в следующем году в Хогвартс, — твёрдо произнесла девочка, упрямо вглядываясь в прозрачные глаза матери. — Ну конечно, конечно ты поедешь. Насчёт отца не переживай, — Амнесия раздражённо махнула рукой в неопределённом направлении, — с ним всё решено.

***

      Каникулы кончились. Арнесс уже собрала свой чемодан и спешно натянула школьную форму. Эльда, сетуя, ловкими движениями пальцев исправила кривой узел галстука. — Не пристало юной мисс в таком виде ехать... — Эльда бережно разгладила ворот мантии, в последний раз провела гребнем по волосам волшебницы, — заросли такие, будто и с расческой никогда не встречались.       Арнесс послушно ожидала окончания махинаций с её волосами, про себя отметив, что за время первого триместра они немного отросли, что было для неё как-то несвойственно: она уже давно привыкла, что длина её локонов вообще не меняется. Но родители и Эльда всегда списывали это на её слабое здоровье.       Ворчания Эльды Арнесс нисколько не смущалась, она знала все привычки домовика наизусть и сейчас понимала, что эльфийка просто очень не хочет, чтобы она уезжала.       Через некоторое время после того, как Арнесс и Эльда тепло попрощались, девочка уже заходила в прогретый вагон Хогвартс-Экспресса. Тёплый воздух сдавил грудь, сладкие запахи волшебных лакомств тонкими струйками мгновенно проникли в нос. Пол мягко покачивался под ногами, убаюкивая. Запотевшие окна едва пропускали сквозь себя лица провожатых, стоящих на перроне. Ученики выводили пальцами простенькие фигурки и рисунки на стекле, смеялись и наперебой махали ладонями на прощание родителям. Арнесс с видимым безразличием отвела от них взгляд.       Драко занял то же купе, что и в первый раз. Арнесс быстро нашла нужные места и сразу же отступила в сторону, давая дорогу выходящим из купе Креббу и Гойлу. Они, как всегда, глупо скривили раскрасневшиеся рожицы, пытаясь изобразить дружелюбие, и приветственно кивнули Арнесс. Бонвилль не стала смотреть им вслед, поздоровалась с Драко и с тихим щелчком закрыла за собой дверь.       Друзья большую часть дороги предпочли молча смотреть в окно на заснеженные пейзажи, каждый думал о своём, поочерёдно засыпая в качающемся вагоне.       По мере приближения к Хогвартсу Драко становился всё нервознее и даже несколько раз подправил манжеты на рукавах мантии, проверил волшебную палочку во внутреннем кармане. Арнесс видела, что он морально готовится к прибытию в школу, продумывая в голове что, кому и как сказать. И лишь когда он в пятнадцатый раз с очень аристократичным видом откашлялся, прочищая горло, Арнесс не выдержала, с улыбкой сказала, прерывая тишину: — Волнуешься? — Драко, не замечавший до этого её пристального взгляда, вздрогнул. — Не больше чем ты, — резко ответил блондин, почему-то услышав в её голосе издёвку. Он бросил на подругу мимолётный взгляд и мгновенно стушевался.       Арнесс, намеренно не замечая колкого ответа Драко и его внезапного смущения своей резкости, продолжила: — Я тоже волнуюсь. Вообще, на каникулах мне удалось подтянуть трансфигурацию и заклинания, но теперь ещё предстоит новый триместр... — Главное, хорошо сдать экзамены. А у нас уж точно есть все шансы с ними справиться, даже не переживай, — куда более дружелюбно ответил Драко. — Да, но только если никуда не ввязываться и полностью погрузиться в книги, — словно напоминая самой себе, строго погрозила пальцем Арнесс, — а на коридор третьего этажа — ни ногой. — Точно! А я и забыл уже про эту зверюгу, — осенённо произнёс Драко, — в следующем письме домой надо будет как-то аккуратно спросить отца об этом. Может быть, он что-нибудь знает. Хотя, скорее всего Попечительский совет Хогвартса об этом не в курсе... — Не нужно, — тон Арнесс был серьёзен. — Почему? Покрываешь секреты Поттера? — на этот раз Драко не смог сдержать яд в своём голосе. Арнесс возмущённо фыркнула. — С какой радости? Сам подумай: откуда ты или я могли об этом узнать? Не нужно ни твоему отцу, ни Попечительскому совету знать о том, что я, пусть и с этой компашкой, была вне гостиной во время отбоя.       Малфой согласно кивнул и откинулся на спинку сидения. Возразить было нечего, а ставить под угрозу Арнесс, разумеется, он бы не стал. Но всё же маленький червячок любопытства и какой-то странной досады, начал копошиться где-то глубоко внутри его души.       Поезд издал последний гудок и остановился. Малфой и Бонвилль вместе покинули вагон поезда, а затем потоки учеников Слизерина и Гриффиндора разделили их, вынуждая каждого присоединиться к ученикам своего факультета.

***

      Из бледной дымки неба наконец вышло солнце. Снег вскоре растаял, превращаясь в юркие ручейки, которые теперь испещряли все лужайки в округе. Замок начинал пропитываться ещё совсем слабым весенним теплом. С крыш покатились капли воды, а меж черепиц зазеленел свежий мох.       Погода не могла не радовать. Но это, конечно, не значит, что можно расслабляться. Арнесс постоянно это помнила и всё глубже погружалась в учебу, откидывая из головы все мысли, связанные с монстрами в лице однокурсников и трёхголовых псов.       Библиотека стала её постоянным пристанищем. Тишина и спокойствие высоких сводов, стен, заставленных пыльными фолиантами, благоприятствовали подготовке к экзаменам. Только огромные часы под потолком мерно отмеряют секунды и миссис Пинс до скрипа трёт свои близорукие очки с погнувшейся оправой, метая строгие взгляды на каждого, кто издаст хоть какой-либо звук.       Дверь с гулким грохотом отворилась, оповестив о вошедших. — Молодые люди, сохраняйте, пожалуйста, тишину, — сварливо заскрипела библиотекарша.       Быстро отдаляющиеся шаги в сторону книжных стеллажей послужили ответом на замечание миссис Пинс. Бонвилль, не признаваясь себе в возникшем любопытстве, краем глаза проследила за вошедшими.       ...И снова Поттер, Грейнджер, Уизли. В последнее время Арнесс стала слишком часто тут их видеть. Чуть ли не каждую перемену они беспокойно забегают сюда, бесцельно шныряют по рядам с полками книг, а затем также быстро испаряются. И все это под аккомпанимент раздраженного ворчания библиотекарши. Арнесс, в свою очередь, твердо решила не совать нос в их дела.       Часто здесь она могла заметить Невилла. Он тоже, видимо, начал заблаговременную подготовку к экзаменам. Долгопупс, по обычаю, занимал место через несколько стульев от нее. Во всяком случае, его тихая возня нисколько не отвлекала Арнесс, и к его обществу она довольно быстро привыкла.       Оставшееся время, ближе к вечеру, Арнесс почти всегда проводила со слизеринцами. Все-таки это была наиболее привычная для нее среда, да и Драко, к тому же, очень щепетильно относился к тому, чтобы Арнесс не отрывалась от его компании. Развалившись на диванах, в своем узком кругу, все словно подражали манерам собственных родителей или старались вести себя как старшекурсники. Обычно редкие комментарии по поводу игры в магические шахматы очень живо перетекали в увлеченное обсуждение сплетен, всевозможных событий и неугодных личностей.       Арнесс быстро заняла определенное место для слизеринцев. Из пассивного наблюдения и зажатости, которые она всегда прикрывала деланным высокомерием, Бонвилль стала вливаться в общие обсуждения. Стоит ли говорить, в какой восторг ее приводило дружественное и благосклонное отношение, которое она ощущала на себе в этой компании. Разумеется, ее фамилия всегда делала за нее свое дело, но как только Арнесс обнаружила, какой интерес публика питает к ее красочным пересказам сплетен из башни Гриффиндора, то она сразу же стала желанным гостем и неотъемлемым компонентом этого едкого коктейля.

***

      Где-то с середины второй недели нового семестра Снейп назначил Арнесс парочку дополнительных занятий. Ещё на том злополученном рождественском ужине он пообещал миссис Бонвилль проследить за успеваемостью девочки. Но за эти пару занятий выяснилось, что вопросов у волшебницы со школьной программой нет, а для чего-то большего знаний первокурсницы пока недостаточно. Именно поэтому Снейп отменил постоянные индивидуальные занятия, решив просто с методичной периодичностью заваливать Арнесс дополнительными домашними заданиями и проектами.       В один из очередных вечеров, которые она проводила в библиотеке, описывая свойства лунного остролиста в качестве дополнительного трактата для профессора Снейпа, к ней снова подсел Невилл. Ножки стула осторожно скрипнули по полу, когда как сам Долгопупс водружал на столешницу стопку свитков и пергаментов. Как ни пытался Невилл не побеспокоить всеобщего покоя, его бумаги при малейшем нерасторопном движении полетели в разные стороны. Один из скрученных в тугую трубку свитков покатился по столу прямо к Арнесс. Гриффиндорец, бормоча неловкие извинения, потянулся за ним. — Лунный остролист?       Арнесс раздосадованно отняла от своей писанины глаза. Несколько смущённый Невилл пролепетал: — Извини. Не хотел помешать, — он немного помолчал, наблюдая за тем, как однокурсница молча возвращается к письму, — просто моя бабушка их выращивает. У них столько свойств, — нескладно дополнил Долгопупс. — Мне нужно описать тридцать свойств этого растения. Я остановилась на девятнадцати, — заинтересованно приподняла бровь Арнесс. — Могу... ну, помочь могу. Наверное.       Арнесс подтолкнула свиток ближе к Невиллу. Слегка прищурившись, он вчитался. — Самые основные ты описала... но есть ещё кое-что, — он резво начал перечислять оставшиеся свойства.       Арнесс, схватив перо, быстро застрочила вслед за его голосом. Невилл продолжал: — Вот... ну, ещё можно использовать как средство от бессонницы. — Добрый вечер, — чистый ровный голос разрезал тишину. Отовсюду послышались недовольные шепотки. Невольно вздрогнув, ребята обернулись, наткнувшись взглядами на Драко.       Не теряя самоуверенности в голосе, Малфой заговорил: — Арнесс, — приветственно кивнул девочке, даже не глядя на Невилла, — уже семь часов, мы же договорились встретиться у горгульи.       Арнесс повернулась в сторону часов. Действительно: семь часов двадцать минут вечера. При Долгопупсе извиняться ей почему-то не захотелось. — Задержалась из-за домашки по зельеварению.       Драко наклонился поближе, пробегаясь глазами по ровно выведенным строчкам. — Лунный остролист, — вслух прочёл блондин, затем повернулся к Арнесс, — и ты думаешь, что этот знает хоть что-то путное? — Малфой наконец-то взглянул на Невилла, одарив его просто водопадом сочившегося из него презрения.       Арнесс все это время молча сидела. Хорошо зная Драко, она могла только ожидать предстоящего представления. — Долгопупс, что ты тут вообще забыл? Или ты решил со всеми делиться россказнями своей маразматичной бабки?       Губы Невилла невольно мелко задрожали, и он не решился что-либо ответить. Малфой тем временем гордо задрал голову и одним движением собрал со стола свитки Арнесс в свои руки. — Пойдём, — тихо заворчал Драко, легонько касаясь плеча подруги, — Крэбб и Гойл стащили в гостиную все кексы, тебе понравятся выражения их разожравшихся морд.       Выходя за двери библиотеки, Малфой метнул последний презрительный взгляд в сторону Невилла, оставаясь полностью довольным собой. — Вот уж не думал, что ты предпочтёшь нам общество этого Долгопупса, — фыркнул Драко, когда они отошли далеко от библиотеки, — Или я вам помешал? Быть может, вы нашли общий язык? — ядовито продолжал слизеринец.       Арнесс в ответ лишь закатила глаза. — У меня просто возникли сложности с домашкой, и я забыла о времени. — Ты бы могла попросить помощи у меня! — на этот раз высокомерие в его голосе не смогло скрыть обиды.       Арнесс молча улыбнулась. Не смотря ни на что, эта ситуация ей показалась очень забавной. — В следующий раз спрашивай у меня... И кстати у нас в оранжерее растёт лунный остролист, хочешь, я попрошу маму прислать тебе семена?       Теперь уже Арнесс не смогла сдержать смех, пока Драко в непонимании корчился.       Вечер прошёл отлично. Крэбб и Гойл действительно стащили просто кошмарное количество шоколадных кексов в гостиную, оставив всю эту гору прямо на столе у камина. Когда Арнесс и Драко вошли в тёмные подземелия, то увидели эту комичную картину: староста Слизерина уже отчитывал Крэбба и Гойла за учиненный беспорядок. Но как только они одарили пятикурсников во главе со старостой "взяткой" в виде одной трети всех этих сладких богатств, в гостиной тут же воцарился мир.       Выяснилось, что эти несчастные кексы громилы отобрали у ещё более несчастных пуффендуйцев. За игрой в волшебные шахматы Пэнси рассказала о новости: Снейп будет судить предстоящий матч по квиддичу. И для всех слизеринцев это, безусловно, счастливая сенсация. Обсудив ещё огромное множество разных вещей, Арнесс вернулась в башню своей гостиной ближе к девяти.       В гриффиндорской башне ещё никто не спал, но в самой гостиной было не так много человек. Проходя мимо горячо пылающего камина, Арнесс ощутила на себе гневный, осуждающий взгляд. Она обернулась. На нее смотрели три пары глаз. "... И снова Поттер, Грейнджер, Уизли", — пронеслось в голове Бонвилль.       Рядом с троицей на полу у камина сидел поникший Невилл. Он скрутился в комок и даже не смотрел на вошедшую. — Я надеюсь, ты довольна собою и своей компанией, — сложив руки на груди, гневно отчеканила Гермиона.       Сейчас — стоя к камину спиной, в свете его огненного света, её волосы ещё больше походили на гриву разьярённого льва. На секунду Арнесс показалось, что с ней говорит уменьшенная версия МакГонагалл. Она моргнула, наваждение спало.       Бонвилль поняла, что эти слова адресованы ей. Окинув всех взглядом, внутри у волшебницы все почему-то похолодело. Ожидая продолжения, она остановилась напротив, идентично повторяя позу Гермионы. — Что? Хочешь сказать ты не в курсе? — продолжала Гермиона, — ну тогда я тебя уведомлю: Малфой применил на Невилла заклинание, околдовывающее ноги.       Арнесс нахмурилась: когда это Драко мог успеть? Ах да, точно... В перерыве между шахматной партией он надолго выходил... ну и что же?       Арнесс не нашлась что ответить. Её ноги просто приросли к каменному полу, с каким-то внутренним для себя усилием она гордо задрала подбородок. Гермиона перестала ждать от неё ответа, заговорив сама: — Гриффиндорцы всегда заступаются за своих!       Кровь отлила от лица Арнесс после этих слов. — Я должна за вас заступаться? — собственный голос показался Арнесс каким-то чужим и грубым, — я не ищу вашего одобрения.       С этими словами волшебница резко развернулась и ушла к себе в спальню. Пока она поднималась по винтовой лестнице, то ощущала на себе тяжесть брезгливых взглядов. Но это не помешало ей достичь последней ступеньки и скрыться в тёмном проходе.       Все это время, последние слова колоколом стучали в виски Арнесс. Ей было ясно, что этой ночью наволочка её подушки снова будет влажная. Но не сейчас. Сейчас она не проронит ни единой слезы.