Горькая калина

«Наконец-то!» — Облегчённым эхом пронеслось в голове. Звон школьного колокола, ознаменовавший окончание последнего урока, показался Алисе самым прекрасным звуком в мире. Листы ненавистного теста по математике в ту же секунду оказались на учительском столе, а синяя школьная сумка с металлическим лязгом застегнулась. Мозг медленно плавился от формул, а в животе уныло и требовательно заурчало. Накинув прямо поверх белой форменной рубашки свою любимую синюю олимпийку, Алиса вышла во двор. Хотя сочетание строгого японского дресс-кода, плиссированной серой юбки и русских трёх белых полосок на рукавах выглядело дико, девушке было откровенно плевать на устав школы. Голову наконец-то заполнило приятное ощущение свободы от нагрузки, а прохладный ветерок принёс долгожданное спокойствие после бурного учебного дня. Ученики шумно высыпали на улицу, оживлённо обсуждая планы на вечер. Калинина прислонилась спиной к тёплой кирпичной стене у ворот, засунула руки в карманы и, подставив лицо мягким солнечным лучам, зажмурилась. Ждать долго не пришлось. Низкое, трескучее тарахтение мотора послышалось издалека. Девчонки у ворот испуганно притихли, а парни начали взволнованно перешёптываться, когда прямо к школьной калитке, поднимая облако пыли, подкатил потрёпанный, но ухоженный байк. Манджиро, заглушив двигатель, небрежно опёрся одной ногой о землю. Его светлые волосы растрепались от быстрой езды, а на губах играла самая невинная и сияющая улыбка. — Привет, Лиси-чан! — Громко, на всю улицу крикнул он, активно помахав ей рукой. — Насчёт свидания ты погорячилась, но я всё равно приехал! Десятки удивлённых взглядов учеников мгновенно устремились на Алису. По толпе пронёсся испуганный шёпот : «Это же Сано... Тот самый главарь банды... Она что, с ним водится?» Алиса почувствовала, как её лицо заливает краска — одновременно от смущения и от дикого желания придушить этого белобрысого прямо здесь, на глазах у всей школы. Быстрым шагом она подошла к мопеду, без лишних слов схватила Майки за воротник футболки и угрожающе прошипела : — Манджиро, придурок! Ты зачем так громко орёшь? Тебе мало слухов обо мне?! — Ай-ай, Лиси-чан, задушишь! — Запричитал Майки, морщась и вцепляясь в её руки, хотя её хватка была совсем несильной. — Я вообще-то обещание выполнил! Кстати, смотри, что принёс. Он полез за пазуху своей свободной куртки и с торжествующим видом вытащил оттуда два онигири с тунцом, аккуратно завёрнутых в шуршащую плёнку. — Свежие! Сам покупал, честное слово.— Майки гордо выпятил грудь, сияя от собственной значимости и ожидая заслуженных восторгов. Взгляд Калининой мгновенно потеплел при виде еды. Она тут же отпустила его воротник, выхватила один онигири, ловко сорвала упаковку и с удовольствием откусила огромный кусок. Приятное ощущение сытости тут же начало заполнять опустевший желудок. — Оп, Майки!— Промычала она с набитым ртом, а затем со всей силы хлопнула его по плечу так, что парень едва не свалился с мопеда вместе со своим онигири. — Ты реально лучший! Знаешь, как спасти подругу от верной голодной и мучительной смерти. С меня завтра блины! Улыбка Майки мгновенно погасла. Он обиженно надул губы, уставившись на неё своими большими глазами, в которых плескалось искреннее разочарование. — Лиси-чан...«подруга»...— Недовольно пробурчал он, ковыряя пальцем кожаную обшивку руля. — Я вообще-то ухаживать пытаюсь! Хотя от блинов не откажусь... Люблю твои русские «приготовки». — Да-да, ухаживай лучше за своим мопедом, а то он тарахтит, как старая стиральная машина у Баджи.— Ласково усмехнулась Алиса, продолжая жевать. Она бесцеремонно потрепала его по светлой макушке, окончательно превращая его причёску в птичье гнездо. — У меня в России есть двоюродный брат Серёжка, ему пять лет. Вот ты сейчас дуешься точь-в-точь как он, когда ему машинку в магазине не покупают. Такой же мелкий и вредный. — Я не Сер... Неважно, короче! Я не он! — Майки попытался увернуться от её руки, но уши у него предательски покраснели. Он сердито выпрямился: — Я вообще-то глава «Тосвы»! Меня весь Токио боится! — Конечно-конечно, глава песочницы.— Алиса пихнула ему в руку оставшуюся половинку своего онигири. — На, ешь, гроза района. Нам поговорить надо. Серьёзно. Майки послушно откусил рис, мгновенно сменив гнев на милость, но его взгляд сразу стал более внимательным и сосредоточенным. — О чём? — Вчера ко мне завалился парень из моей школы. Весь избитый, живого места нет, пальцы фиолетовые. Он рассказал, что Киемаса устраивает подпольные бои на деньги. Ставит ставки на младших ребят, заставляет их драться, а проигравших забивает до полусмерти. И делает это всё, прикрываясь именем твоей «Тосвы». Майки замер. Онигири застыл у его рта. За долю секунды его лицо изменилось — расслабленный, капризный подросток исчез. Глаза Манджиро стали холодными и глубокими, как ночное озеро. В них промелькнула та самая пугающая, глухая тьма, которую Алиса всегда боялась увидеть. — Киемаса...использует имя моей банды для такой грязи? — Тихо, почти шёпотом спросил Майки. От ледяного тона его голоса у Алисы по спине пробежали мурашки. — Да. — Девушка нахмурилась, но не отступила. Она легонько дотронулась до него, заставляя сфокусировать взгляд на ней. — Эй. Не делай такое лицо, Манджиро. Тебе не идёт быть монстром. Надо сейчас поехать туда и разобраться. Сегодня, скорее всего, опять будет бой. Майки потёр лоб в том месте, где мгновением ранее были её пальцы. Тьма в его глазах чуть рассеялась, уступив место привычному упрямству. — Дракен поедет с нами? — Спросила она. — Да, напишу Кенчику, чтобы ждал на выезде с Сибуи.— Майки крутанул ручку газа. Мотор взревел, выбрасывая облако дыма. — Садись, Лиси-чан! Быстро поедем! Алиса, недолго думая, запрыгнула на байк сзади. — Газуй, только аккуратно. Если уронишь — убью лично.— Скомандовала она. CB250T с рёвом сорвался с места, унося их навстречу вечернему закату Сибуи. *** — Настало время драки, господа! — Завопил хриплый, насквозь прокуренный мужской голос, разрезая гул толпы на заброшенной спортивной площадке. — Давай уже покончим с этим.— Скалился рослый хулиган, презрительно глядя на своего длинноволосого оппонента. Такуя Ямамото стоял напротив него, бледный и осунувшийся. Всем присутствующим было очевидно, что в драке этот хрупкий парень мог победить разве что первоклассника. Такуя лишь болезненно сморщился, крепче сжимая кулаки и готовясь к неизбежному. — Погодите! — Вдруг раздался чей-то отчаянный, звонкий крик. Толпа зашумела. Из рядов смотрящих медленно вышел Ханагаки. В этот момент от него исходила какая-то запредельная, безумная уверенность. Он расправил плечи и уставился прямо на организатора боёв. — Король против раба... — Выплюнул Такемичи, и его лицо расплылось в дикой, почти маниакальной улыбке. Он вытянул руку вперёд, указывая разбитым кулаком прямо на вожака. — Киемаса, дерись со мной один на один! — Ханагаки так отчаянно надеялся защитить своего друга, что в этот миг совершенно не думал о том, насколько разнятся их весовые категории и возможности. — Убей его! Убей его! Забей до смерти! — Мгновенно взревела жаждущая зрелищ толпа гопников. Чудо не произошло. Тяжёлые, сокрушительные удары Киемасы не оставляли Ханагаки ни малейшего шанса. Громила бил методично, с жестокой ухмылкой, сбивая Такемичи со скользкой травы снова и снова. Но парень поднимался. Каждый раз, сплёвывая кровь, он цеплялся зубами за воздух и вставал. — Воу, а он силён духом...До сих пор не сдаётся.— Начали удивлённо шептаться хулиганы в толпе, наблюдая за бойней. — Убирайся оттуда, Такемичи! — Надрывая связки, кричал Аккун, безуспешно пытаясь прорваться к другу сквозь плотную стену зрителей. — Он же убьёт тебя! — Я нихуя никуда не убегу! — Завопил Такемичи, покачнувшись, но удержав равновесие на подкашивающихся ногах. Слезы хлынули из его глаз, мгновенно смешиваясь с тонкими багровыми струйками крови и слюны. — У меня есть ебучая причина не бежать! Слышь, Киемаса...Чтобы победить, тебе придётся меня убить! В воздухе витало удушливое напряжение, густо перемешанное с пылью, первобытным страхом и запахом дешёвых сигарет. На заброшенной спортивной площадке, окружённой плотным полукругом парней в чёрных школьных формах, воцарилась мёртвая тишина. Слово «убить» отрезвило толпу. Киемаса окончательно потерял самообладание. Его лицо перекосило от злости. Схватив лежащую неподалеку биту, он замахнулся для последнего, фатального удара. — Ну что, Ханагаки, готов сдохнуть? Внезапно этот гнетущий момент прорезал низкий, вибрирующий гул. Сначала один, затем второй. Звук работающих моторов приближался к площадке на бешеной скорости. *** Буквально за пять минут до этого на шоссе Сибуи Манджиро вовсю проклинал этот вечер. Он так мечтал о красивой поездке. Представлял, как Алиса сядет сзади на его байк, робко обнимет его за талию и прижмётся всем телом к его спине, спасаясь от порывов прохладного ветра. Романтика в чистом виде! Но Алиса Калинина романтиком не была.Она запрыгнула на байк, демонстративно проигнорировала его талию и уселась сзади, как заправский пацан-гопник — расставив колени в стороны и вцепившись мёртвой хваткой в железный багажник позади себя. — Эй, Лиси-тян, ты упадёшь так! — Недовольно прокричал Майки через плечо, пытаясь перекричать рёв мотора. — Обними меня нормально! Вместо нежных объятий Алиса левой рукой резко обхватила его за горло, беря в шутливый, но очень крепкий удушающий захват. — Вези давай и не умничай. — Сказала она ему прямо в ухо, пока её капюшон трепал ветер. — Рухнем — я тебя сама под этим асфальтом закопаю! Майки лишь тяжело вздохнул, чувствуя, как краснеют щёки. С этой девчонкой было решительно невозможно казаться крутым. Он счастливо зажмурился от её близости, пусть даже эта близость больше походила на захват заложника. *** Рёв глушителей мгновенно заставил притихнуть всю площадку. Бита в руках Киемасы замерла. Парни начали испуганно переглядываться, а затем плотная стена зрителей спешно, с каким-то благоговейным ужасом принялась расступаться в стороны. — Это же они!.. — Испуганно пронеслось по рядам. Из-за горизонта выкатились два байка. Золотистые лучи закатного солнца красиво отражались от хромированных деталей и лакированных баков CB250T и тяжелого Zephyr. — Эй, Киемаса, — Раздался ленивый, но невероятно тяжёвый бас. Высокий парень с татуировкой дракона на выбритом виске осмотрел побоище. — Да успокойся уже. Ты кого тут хоронить собрался? — Блондин... И с татухой на башке... Это же заместитель главы «Тосвы»! Дракен! — Ахнули друзья Такемичи. —«Кто это, ёпт?» — Пронеслось в голове у замершего Ханагаки. Сердце забилось где-то в горле. Первым с байка сошёл Кен Рюгудзи. Дракен возвышался над толпой как грозный титан: его выбритые виски со знаменитой татуировкой дракона и длинная коса внушали первобытный страх. Следом за ним, лениво засунув руки в карманы свободных штанов, шёл Сано Манджиро. На его губах играла лёгкая, полусонная улыбка, а в руке он держал надкусанный дораяки. — Эй, Кенчин! Я уронил свой дораяки.— Неловко улыбнулся тот, что пониже, и замахал ладонью. — Эй, не называй меня так при этих уродах. —«Да что с ним такое? Он разве не понимает, где находится?!» — С ужасом подумал Такемичи. Но в следующую секунду его заплывший левый глаз округлился от крайнего изумления. Прямо за спиной гиганта Дракена шла та самая Алиса, которая так «гостеприимно» приняла его недавним вечером. Она выглядела невероятно контрастно на фоне суровых парней в чёрном. На ней была застёгнута тёмно-синяя олимпийка Adidas, а из-под неё виднелась серая плиссированная школьная юбка, открывавшая вид на подтянутые ноги в высоких чёрных гольфах. Девушка с абсолютно скучающим видом держала руки в карманах куртки, словно все эти кланяющиеся хулиганы вокруг были для неё не более чем деталями уличного пейзажа. Она шла, пиная носком кроссовка комья грязи так, будто бы вышла на обычную прогулку за хлебом, а не на разборки опаснейшей банды Токио. — Здравствуйте, глава! — В один голос, хором взревели все хулиганы на площадке, одновременно сгибаясь в синхронном поклоне. Киемаса мгновенно согнулся в глубоком поклоне, его затрясло от страха. — Д-дракен... Глава... Я просто... Майки проигнорировал его. Он медленно прошёл мимо кланяющегося Киемасы, даже не удостоив его взглядом, и остановился прямо перед избитым Такемичи.Тот во все глаза смотрел на легендарного лидера. —«Неужели это он... тот самый "непобедимый Майки", лидер Тосвы Манджиро Сано?» — Билось в мыслях Такемичи. — Эй, — Майки склонил голову набок, уставившись на Ханагаки своими тёмными, бездонными глазами. — Как тебя зовут? — Х-ханагаки... Такемичи.— Пролепетал блондин, едва сдерживая дрожь. — Вот как. Такемитчи, значит. Ты и вправду в средней школе? — Майки вдруг мягко улыбнулся, и его взгляд потеплел. — С сегодняшнего дня мы друганы, ладно? Такемичи ошалело моргнул. «Чего?! Друганы?! С Непобедимым Майки?!» — Эй, Манджиро, хорош болтать, у нас тут вообще-то незаконные разборки под твоим именем.— Раздался сзади недовольный девичий голос. Алиса подошла ближе, бесцеремонно отодвинув плечом одного из застывших от ужаса парней Киемасы. Она окинула взглядом площадку, задержавшись на избитом Такемичи. — О, Ханагаки, — Подметила она, изогнув бровь. — А ты живучий. Я уж подумала, тебя тут по частям собирать придётся. Такемичи от удивления чуть не лишился дара речи. «Алиса-сан?! Она... она приехала с ними?!» Майки недовольно надул губы, поворачиваясь к Алисе. Его грозная аура непобедимого лидера, которая только что заставляла сотню парней задерживать дыхание, мгновенно испарилась. — Алиса, ты портишь мой пафосный момент! — Заворчал он. — Я тут вообще-то авторитет банды укрепляю! Та лишь фыркнула, без тени страха подходя к нему и, проведя ладонью по его подбородку, произнесла: — У тебя всё лицо в крошках от дораяки. Толпа хулиганов затаила дыхание. Кто-то из парней Киемасы даже тихо сглотнул слюну. «Она... она только что потрогала Непобедимого Майки?! Она бессмертная?!» Все ждали, что Сано сейчас отправит наглую девчонку в нокаут своим знаменитым ударом с разворота, но Майки лишь забавно нахмурился, убирая её руку от себя, и послушно вытер рот рукавом куртки. — Я же просил не делать так при подчинённых! — Пробурчал он, но в его голосе не было ни капли злости — только детская обида. — Кенчин, скажи ей! Дракен лишь тяжело вздохнул, прикрыв глаза рукой. — Сами разбирайтесь. Я в ваши непонятки не полезу. Калинина перевела взгляд на застывшего Киемасу. На её лице появилось брезгливое выражение. Майки мгновенно переменился. Стоило Алисе взглянуть на Киемасу, как его взгляд снова стал холодным и пронзительным. Он медленно повернулся к трясущемуся громиле. — Ты же организатор этих ставок? — Да, сэр. — Голос Киемасы задрожал, словно перед ним стоял самый страшный и опасный судья в его жизни. — Знаешь, Киемаса... — Тихо произнёс Майки, подходя к нему вплотную. — Лиси-чан устроила мне знатную головомойку. Жаловалась, что из-за каких-то идиотов, прикрывающихся именем «Тосвы», страдают обычные школьники. Я сначала не поверил... Но теперь вижу, что ты действительно заигрался в организатора боёв. Майки резко, без предупреждения, нанёс сокрушительный удар ногой снизу вверх, попав Киемасе прямо в челюсть. Раздался глухой хруст, и гигант рухнул на колени, пачкая грязь кровью. — Не смейте портить репутацию нашей банды.— Грозно прорычал Дракен. — Быстро все свалили отсюда! — Как же это тупо... Бои окончены, — холодно бросил Майки, вытирая обувь о траву. — Кенчин, Лиси-чан, пойдёмте. Алиса, ты обещала купить мне дораяки. — Когда это такое было?— Переспросила его девушка, разворачиваясь и направляясь к байкам. — И не смей ехать быстрее шестидесяти, я не хочу снова вспоминать все молитвы, которые когда-либо слышала. — Но так ведь веселее! — Майки побежал за ней, преданно заглядывая ей в лицо. — Лиси-чан, ну поехали быстро! Обещаю, я не буду сильно наклонять байк на поворотах! — Нет, Майки. Мой наряд не предназначен для полётов в кювет.— Отрезала девочка, запрыгивая на заднее сиденье его мопеда и демонстративно, напрочь лишила его возможности похвастаться скоростью. Майки тяжело вздохнул, заводя мотор, но на его лице играла самая счастливая улыбка. Такемичи стоял посреди пустеющей площадки, глядя им вслед. Его избитое тело ныло, но в голове крутилась только одна мысль: «Алиса Калинина... Кто же ты такая, раз можешь так легко управлять сердцем этого будущего монстра?» Вечер стремительно уступал место прохладной токийской ночи. Шумная трасса Сибуи осталась позади, и теперь CB250T Майки тихо урчал, петляя по узким, погружённым в полумрак переулкам спального района. Алиса по-прежнему сидела сзади, крепко держась за металлическую раму багажника, но её левая рука уже не сжимала шею Майки мертвой хваткой. Напряжение после драки спало, уступив место приятной физической усталости. Ветер слегка холодил лицо, заставляя убирать назад выбившиеся из хвоста тёмно-русые пряди. Наконец мопед затормозил у знакомой пятиэтажки. Майки заглушил мотор, и на улицу мгновенно опустилась тишина, нарушаемая лишь редким шелестом листьев и далёким гулом мегаполиса. Алиса легко спрыгнула на асфальт, поправила серую школьную юбку и подтянула гольфы. — Ну вот и приехали. Спасибо, что довёз.— Алиса легонько улыбнулась, засовывая руки в карманы. — И за то, что ехал ровно пятьдесят девять километров в час — отдельный респект. Майки не спешил слезать с байка. Он опёрся локтями о руль, положив подбородок на ладони, и снизу вверх уставился на неё своими тёмными глазами. На его лице больше не было той пугающей маски «Непобедимого Майки», которой он только что давил Киемасу. Сейчас перед ней снова сидел просто Манджиро — сонный, немного капризный и ужасно милый. — Моя шея до сих пор болит.— Картинно заворчал он, потирая горло. — Ты держала меня так, будто я особо опасный маньяк. — А с тобой по-другому нельзя, Манджи.— Алиса прислонилась спиной к бетонной стене. — Стоит мне ослабить хватку, как ты взлетаешь на заднее колесо. Мне моя жизнь ещё дорога. Майки тихо рассмеялся, а затем его взгляд скользнул по её лицу, задерживаясь на губах. Улыбка парня стала чуть мягче. — Ты сегодня была крутой. Дракен весь путь обратно молчал, но я же вижу — он зауважал тебя ещё сильнее. Не каждая девчонка решится приехать на разборки гопников. — Я просто не люблю, когда под именем моих друзей творят всякое дерьмо. — Алиса отвела взгляд в сторону, слегка смутившись от его похвалы. — Этот Киемаса… Он заслужил то, что получил. Спасибо, что выслушал меня вчера. И что вмешался. — Конечно, я вмешался!— Майки пожал плечами, переводя взгляд на свои кеды. — «Тосва» создавалась не для того, чтобы пугать слабых и вымогать деньги. Шиничиро всегда говорил, что сила нужна для защиты тех, кто дорог. Киемаса забыл об этом. Пришлось напомнить. Алиса внимательно посмотрела на него. В тусклом свете уличного фонаря светлые волосы Майки казались почти золотыми. На его плечах всё ещё висела безразмерная чёрная куртка лидера, которая делала его фигуру визуально шире и взрослее. Но Алиса видела тонкие ключицы, выступающие из-под выреза футболки, и понимала, насколько этот «король улиц» на самом деле хрупок. — И всё-таки... — Вдруг протянул Майки, и в его голосе снова послышались неуверенные нотки. — Я должен тебе кое-что сказать. — И что же? — Алиса изогнула бровь. —А.. Эм..Хм. Ну знаешь..Эмма. Да, Эмма сказала, что хочет встретиться с тобой на днях. Вы давненько не виделись. —Майки запрокинул голову вверх, отводя взгляд куда-то в сторону. —Ладно. —Пожала плечами Алиса. —А чего она мне сама не написала? —Не знаю.— Выдержав недолгую паузу, Майки повернулся на девушку. — Я не хочу быть твоим другом. —Его голос вновь приобрёл уверенность. —Что? —Робко произнесла она, медленно переводя свой взор на серьёзное лицо парня.— Манджиро, ну ты точно дурак! Ты же мой самый близкий.. —Она не успела договорить. — Я хочу быть не просто другом.—Тихо, но удивительно твёрдо произнёс Майки, перебивая Калинину на полуслове. Он слез с мопеда и сделал шаг к ней. Расстояние между ними сократилось до минимума. Алиса замерла, её сердце почему-то сделало лишний, нервный удар. Майки был ниже её, но сейчас, глядя на неё снизу вверх своим глубоким, пронзительным взглядом, он казался огромным. От него пахло бензином, ветром и сладким тестом дораяки. — Когда ты рядом, Лиси-чан… мне становится легче.— Его голос понизился до шёпота. Он протянул руку и аккуратно, кончиками пальцев, коснулся рукава её олимпийки. — Внутри меня часто… темно. Словно там всё выгорело после смерти Шиничиро. Но когда ты ругаешься на меня, взъерошиваешь мои волосы или смеёшься над моими глупыми шутками…эта тьма отступает. Ты — мой единственный тёплый угол. Не называй меня больше «просто другом». Пожалуйста. Алиса сглотнула вязкую слюну. В её груди разлилось странное, щемящее чувство — смесь нежности, жалости и непреодолимого желания защитить этого мальчика от всего мира. Ей хотелось обнять его, прижать к себе и пообещать, что она никогда его не оставит. Но её защитные барьеры, выстроенные годами одиночества, сработали быстрее разума. — Манджи… — Ласково вздохнула она, глядя в его погрустневшие глаза. — Ты слишком много думаешь для парня, который недавно защитил честь своей группировки.—Она поправила его растрескавшийся хвостик на макушке. — Эй! — Обиженно пискнул он, но уворачиваться от её тёплой ладони не стал, наоборот, неосознанно прижался головой к её руке, как ласкающийся кот. — Ты опять уходишь от ответа! — Я не ухожу.— Алиса убрала руку и легонько щелкнула его по носу. — Просто всему своё время, гроза Сибуи. Ты сначала стань настоящим мужчиной, перестань дуться как пятилетний ребёнок, а потом мы поговорим о свиданиях в парке Ёёги. Идёт? Майки забавно наморщил нос, потирая место щелчка, но в его глазах снова зажглись весёлые искорки. — Ладно. Ловлю на слове! Я буду самым крутым мужчиной в Токио, вот увидишь! — Он победно улыбнулся. — А теперь… самый важный вопрос. Насчёт блинов. Это правда? Завтра? — Правда, правда.— Рассмеялась Алиса, разворачиваясь к подъезду. — Приходи завтра. Я приготовлю блины. Сладкие, с вишней и яблоками, как ты любишь. Только Эмму с собой возьми, а то ты один всё сожрёшь и не лопнешь. — Обязательно приду и Эмму возьму! — Майки запрыгнул обратно на свой байк и весело помахал ей рукой. — Спокойной ночи, Лиси-чан, Не скучай! — Иди уже, гроза Токио. — Беззлобно крикнула она ему вслед. Мотор байка взревел, и Майки сорвался с места, скрываясь в темноте переулка. Алиса проводила его взглядом, пока звук двигателя полностью не стих вдали. Она вошла в подъезд, поднялась на свой третий этаж и открыла дверь квартиры, даже не обратив внимания на то, что на улице они с Сано были вовсе не вдвоём. Тень выглядывала из-за угла, пока ее обладатель внимательно наблюдал за подростками. Белая прихожая встретила девушку привычной тишиной, но теперь эта тишина больше не казалась удушающей. В сердце было тепло. Она знала, что завтра её обитель наполнится запахом сладких блинов, искреннем смехом Эммы и Манджиро. Алиса закрыла дверь на замок, стянула кроссовки и прошла в спальню. Серый кот, дремавший на её кровати, лениво приоткрыл один глаз, приветствуя хозяйку коротким «мяу». — Завтра у нас будут гости, Тимофей. — Прошептала Алиса, падая на кровать прямо в синей олимпийке и обнимая кота. — Так что готовься оборонять свою территорию от одного очень прожорливого человека. С этой тёплой мыслью Алиса Калинина сменила уличную одежду на пижаму и наконец-то закрыла глаза, засыпая спокойным, глубоким сном под мягкое мурлыканье своего кота.