Every Little Thing/Каждая деталь

— Меня сейчас вырвет, — сказала Гермиона, меряя шагами гостиную Блэк-мэнора и заламывая руки, пытаясь глубоко дышать. Сегодня был день, к которому она шла с момента своего несчастного случая. Новый Министр магии должен был быть избран сегодня днём перед Визенгамотом, и сказать, что она нервничала, было бы преуменьшением. Если она проиграет, её жизнь продолжится как обычно: через неделю она выходит замуж за любовь всей своей жизни, но она будет крайне разочарована. Отказ не был нов для Гермионы, но она также не любила его испытывать. Нервы брали своё по мере приближения дней, предшествующих выборам, и сегодня ей казалось, что она может упасть в обморок. — Меня сейчас вырвет, — повторила она, останавливаясь и глядя на женщин, сидящих в креслах гостиной и наблюдающих за ней. — Вся эта затея была ошибкой, — она снова заходила. — Любовь моя, — сказала старшая сестра Блэк, — тебе нужно расслабиться. Ты оставишь следы на полу, если продолжишь в том же духе. — Гермиона метнула на неё испепеляющий взгляд, и она отступила: — Сейчас не время для шуток. — Она повернулась к сестре: — Прекрати шутить. — Я? — прижала руку к груди Энди. — Я всё утро ни черта не сказала. — Она посмотрела на сестру: — Примерное поведение, как всегда, дорогая сестра. Гермиона, милая, — каштановолосая ведьма перестала мерить шагами и посмотрела на сестёр, — всё будет хорошо. Больница готова и великолепна. У тебя так много любви и поддержки в креслах Визенгамота. Не буду говорить, что дело в шляпе, но, — она улыбнулась и пожала плечами. — Как бы мне ни было неприятно это признавать, — фыркнула Белла, — она права, милая. Ты так усердно работала над этой кампанией. Не считая Скитер, Малфоя и Долохова, это твоя победа. — Я не знаю, — вздохнула она и села рядом со своей невестой, спрятав лицо в ладонях. — Я так боюсь провала. Если я проиграю, я буду зацикливаться на этом вечно. Что я могла бы сделать иначе? Почему я им не понравилась? Это потому, что я маглорождённая? Что я не смогла предложить людям волшебного мира? — Гермиона, — Белла подставила палец под её подбородок и приподняла голову Гермионы, пока они не встретились глазами. — Ты беспокоишься о том, «что, если». Я знаю, каково это — чувствовать себя неудачницей. Я также всем своим существом знаю, что тебе не о чем беспокоиться. Если бы я не думала, что ты способна на это, я была бы честна с тобой с самого начала. Я давно на этом свете, милая. Ни у одного министра никогда не было той страсти, драйва, ума и понимания, которые ты можешь принести людям. Чистокровные, полукровки, маглорождённые… чёрт, даже маглы будут счастливы иметь тебя своим Министром магии. — Щёки Гермионы покраснели, и она попыталась отвернуть голову, но Белла остановила её, заглядывая глубже в глаза. — У тебя всё получится. Все болеют за тебя. Не позволяй статьям Скитер лезть тебе в голову. Если случится что-то неожиданное и этот придурок будет избран, я сожгу Министерство дотла, — она усмехнулась. — Почему мне кажется, что это не шутка? — Она вытерла одинокую слезинку, вырвавшуюся во время речи Беллы. — Потому что наш Лорд никогда нас не подведёт, — усмехнулась Энди. — Андромеда, — предупредила Белла. — Сделай себе одолжение, добавь что-нибудь конструктивное или отвали. — Она права, Гермиона. — Энди увидела, как Белла кивнула. — Они были бы глупцами, если бы не избрали тебя. Только посмотри, чего тебе удалось достичь с Мунго меньше чем за год. Волшебному миру нужны твой драйв и изобретательность. — Гермиона смогла слабо улыбнуться. — Плюс, — улыбка Энди стала угрожающей, — я планирую ударить Скитер, независимо от того, изберут тебя или нет, но если всё пойдёт не по-твоему, я помогу Белле сжечь это место дотла. — Пожалуйста, не сжигайте ничего от моего имени, — попыталась подавить смех Гермиона. — О нет, — покачала головой Белла. — Если возникнет нужда в поджоге, я не собираюсь её подавлять. — Справедливо, — пожала плечами Гермиона. — Вот это моя девочка. — Белла притянула её к себе и поцеловала в лоб. — А теперь надевай свой костюм и собирайся, нам нужно выходить через двадцать минут. Нельзя опаздывать. Наверняка это не одобряется.       Гермиона уже направилась к выходу из комнаты, но обернулась: — Дом Блэк. — Что такое, милая? — Не знаю, почему я не сопоставила это раньше. Как я могла быть такой глупой? У всех древних и благородных домов есть места в Визенгамоте. Значит, у Дома Блэк есть место. Ты будешь там со мной. — Улыбка Гермионы тут же померкла, когда она заметила выражение лица Беллы. — Почему ты так на меня смотришь? — Ну да, — провела рукой по лицу Белла. — У Дома Блэк действительно есть место в Визенгамоте. — Значит, ты будешь со мной? — Нет. — Она увидела, как лицо Гермионы омрачилось. — После того как меня восстановили в правах как законную наследницу Дома Блэк, мне сказали, что моё место открыто. Я сказала им засунуть это место себе в задницу и что я не хочу иметь ничего общего с Министерством. Это было за много лет до того, как я начала на них работать, но мои настроения остались прежними. Пусть идут к чёрту. Я отреклась от своего места. — В чью пользу?       Энди улыбнулась: — Увидимся в суде, котёнок. — Иди собираться. — Белла подтолкнула Гермиону из комнаты, а затем повернулась и покачала головой. — Котёнок? — Что? — Ты вообще когда-нибудь отсюда съедешь? — Ты бы слишком по мне скучала, если бы я уехала, — расхохоталась Энди. — Это спорный вопрос.

***

      Энди уже отвезла Тедди в школу, так что не нужно было беспокоиться о няне, когда женщины переместились из камина в Блэк-мэноре в главный зал Министерства. — Ладно, меня точно сейчас вырвет, — объявила Гермиона, когда они вышли из камина и увидели Люциуса и Риту в дальнем конце главного этажа, разговаривающих с Долоховым, который только что оглянулся и ухмыльнулся им. — Они не будут улыбаться через несколько минут, — расхохоталась Белла. Люциус уже был в своей мантии Визенгамота и повернулся, чтобы посмотреть на них троих, прежде чем отвернуться, не удостоив их вторым взглядом. — Это будет так великолепно, когда он проиграет и ему придётся выходить из зала суда, поджав хвост. — Пожалуйста, можно я её сейчас ударю? — Пока нет, Энди. Дай Гермионе шанс победить, прежде чем ты её убьёшь. — Никто никого сегодня не убьёт, — напомнила им Гермиона, отводя взгляд от нежелательного трио в углу. — Можно спросить, почему ты так её ненавидишь? То есть я тоже её ненавижу, но твоя ненависть, кажется, подпитывается совсем по-другому. — О, милая, — вздохнула Белла. — Это не лучшая история для сегодняшнего дня. Поверь мне.       Гермиона посмотрела и увидела, как Энди трясёт от злости. Она потянулась, чтобы попытаться успокоить свою почти свояченицу. — Энди? — Всё в порядке, — покачала она головой. — Я ударю её позже. — Она повернулась и направилась к лифтам, Белла и Гермиона последовали за ней. — Больная тема, — прошептала Белла на ухо Гермионе, когда они устроились в лифте. — Лучше не вдаваться в это прямо сейчас. Сегодня день посвящён тебе, любовь моя. — Она поцеловала её в висок, когда лифт спустился в залы суда.       Когда они спустились к залам суда, все трое увидели Нарциссу, стоящую снаружи и нервно грызущую палец, вглядываясь в открытый зал суда. — Цисси? — Гермиона была немного удивлена, когда блондинка подошла и заключила её в объятия. — Что ты здесь делаешь? — То, что я не могу войти внутрь, не значит, что я пропущу твой большой день. Я видела мисс Лавгуд и ещё несколько знакомых лиц в коридорах здесь, внизу. Ты очень популярный кандидат, — подмигнула она каштановолосой ведьме.       Белла заглянула через плечо сестры: — А где другая?       Нарцисса выпрямилась, скрестила руки и закатила глаза: — Авия работает. — Она повернулась к Гермионе: — Честно говоря, она тоже хотела быть здесь в твой большой день, но кому-то из нас нужно было остаться на работе. — Она наклонилась, чтобы прошептать Гермионе: — Она сказала, у тебя всё получится. В больнице стало намного лучше со всей помощью и поддержкой, которую ты обеспечила. — Передай ей спасибо, — улыбнулась в ответ Гермиона. — И спасибо, что пришла. — Она повернулась и заглянула в зал суда. — Мерлин, это выглядит пугающе.       Энди фыркнула: — Подожди, пока я надену свою мантию и займу место. Ты ещё не видела ничего пугающего. — Министр Грейнджер! — Она обернулась и увидела приближающихся Драко и Асторию. — Удачи. — Он заключил её в крепкие объятия. — Что бы там ни было, лучшая часть дома Малфоев болеет за тебя. — Мы уже гордимся тобой, Гермиона, — улыбнулась Астория и быстро чмокнула её в щёку. — Спасибо, ребята, но вам не обязательно было спускаться сюда ради этого. — Ты теперь семья, Грейнджер. Мы бы это не пропустили. — Ладно, хватит этой сентиментальной чуши. Я пойду готовиться, — объявила Энди. — Ты, — повернулась она к Гермионе, — тебе, наверное, стоит зайти внутрь минут через пять. — Она увидела, как Гермиона кивнула и сглотнула. Энди подмигнула ей: — Ты отлично справишься. Когда придёт твоя очередь говорить, не приуменьшай свои достижения. Они говорят сами за себя. — Поняла, — снова сглотнула Гермиона, прежде чем повернуться в объятия Беллы. — Мерлин, я сейчас в обморок упаду там. — У тебя всё получится, — она начала проводить руками вверх и вниз по рукам своей невесты. — Я знаю, у тебя получится. Просто иди туда и будь собой. Они были бы чёртовыми глупцами, если бы не выбрали тебя. — Гермиона! — Все обернулись и увидели Гарри, идущего по коридору рука об руку с Полумной. Он уже был одет в свою мантию Визенгамота. — Ты готова? — спросил он, заключив её в крепкие объятия. — Нет, — раздался тихий приглушённый ответ каштановолосой ведьмы. — И я не могу дышать. Ты меня сжимаешь. — Извини, — он немного ослабил хватку. — Ты станешь следующим Министром. У меня нет сомнений. — Он не ошибается. Я не вижу никакой необычной активности мозгошмыгов вокруг тебя. Сегодня хороший день для твоей ауры на выборах, — улыбнулась блондинка. — Видишь, — расхохоталась Белла. — Никаких мозгошмыгов, милая. Ты в дамках. — Она не сказала «никаких мозгошмыгов», — поправила сестру Цисси, за что получила приподнятую бровь. — Она сказала «никакой необычной активности мозгошмыгов», так что я предполагаю, что с мисс Грейнджер её обычное количество мозгошмыгов. Верно? — О да, — просияла Полумна. — Много мозгошмыгов на удачу. — Ты справишься, Гермиона, — улыбнулся Гарри своей лучшей подруге. — Помни… — Я знаю, — вздохнула Гермиона. — Не недооценивай свои усилия. — Именно. Увидимся внутри. — Он повернулся и вошёл в большой зал суда. — Спасибо вам всем, что пришли, — остановилась Гермиона, чтобы улыбнуться и помахать Артуру Уизли, который кивнул ей, прежде чем войти в зал суда. — Я очень ценю любовь и поддержку от вас всех. Могу я побыть минутку наедине с Беллой, прежде чем зайти туда? — Конечно, милая. — Нарцисса коснулась её плеча. — Мы увидимся после твоей победы.       После громкого хора пожеланий удачи Гермиона осталась одна перед залом суда со своей невестой. — Я не уверена, что смогу это сделать, — волновалась она, закусив нижнюю губу. — Всё будет хорошо, любовь моя. — Она притянула Гермиону вплотную к себе и мягко коснулась её губ своими.       Она всхлипнула от нежного жеста и прижалась лбом ко лбу Беллы: — Ты говоришь как Боб Марли. — Кто? — Обещай мне, что никогда не изменишься. — Гермиона тихо засмеялась.       Белла выглядела смущённой, когда Гермиона полностью отстранилась, но улыбнулась, прежде чем сказать: — Я люблю тебя и удачи. Хотя она тебе не понадобится. — Она увидела, как её невеста покраснела. — А теперь иди туда. Наверное, не стоит опаздывать. — Она слегка нахмурилась, увидев, как Люциус входит в зал суда в своей мантии Визенгамота, а за ним следует самодовольный Долохов. — Эта победа твоя. Увидимся скоро, Министр Грейнджер-Блэк. — Я тоже тебя люблю. — Она снова наклонилась для последнего поцелуя, прежде чем повернуться и медленно войти в зловещий на вид тёмный зал суда. Зал суда выглядел точно так же, как когда она была там во время кражи крестража-медальона у Амбридж. Она была просто благодарна, что с территории убрали всех дементоров. Это делало атмосферу менее пугающей, но не менее устрашающей. Она увидела Долохова в одном кресле и кресло, отведённое для неё напротив него. Гермиона на мгновение задержалась, чтобы оглядеть Визенгамот. Было много знакомых лиц, включая Гарри, Энди, Артура, бабушку Невилла, нескольких коллег и некоторых других, кого она узнала по школе, больнице и просто по Министерству. Она также увидела несколько человек, похожих на Люциуса. Носы задравшиеся вверх, и она знала, что до них будет трудно достучаться.       Кингсли сидел во главе Визенгамота. Он не был в Министерстве с тех пор, как ушёл в отставку в январе, но в это время он был исполняющим обязанности Министра. Гермиона слегка улыбнулась ему, прежде чем занять своё место. — Ведьмы и волшебники, пожалуйста, займите свои места, мы начинаем. Сегодня мы будем обсуждать кандидатуру следующего Министра магии. Наши кандидаты — Антонин Долохов и Гермиона Джин Грейнджер. В течение последних шести месяцев кандидаты усердно работали, чтобы продемонстрировать свои способности, и достигли значительных успехов в улучшении Волшебного мира. Я уверен, что у каждого была возможность познакомиться с кандидатами поближе за эти месяцы. Сегодня, перед голосованием, каждый кандидат получит несколько минут, чтобы рассказать нам, почему он был бы лучшим выбором для нового Министра магии. Я должен напомнить всем присутствующим сохранять непредвзятость и помнить, что это работа, которая затрагивает каждого — не только в этой комнате, но и каждую ведьму, волшебника и магла в Британии. — Среди толпы послышался ропот, прежде чем Кингсли продолжил: — Антонин, мы начнём с вас. У вас есть до пяти минут. Время начинается, как только вы начнёте говорить.       Гермиона подняла взгляд и увидела, как Энди раздражённо закатила глаза, а затем подмигнула ей, когда Антонин начал свою речь. Ей было трудно сосредоточиться на том, что он говорил, хотя она отметила его снисходительный тон и отвратительную ненависть к маглам и маглорождённым. Он на самом деле произнёс фразу «сохранение чистоты магии», что вызвало слышимое фырканье со стороны Визенгамота. — Мадам Блэк, — поправил её Кингсли. — Мы ожидаем, что каждый в Визенгамоте будет сохранять самообладание во время речей. Я знаю, что материал может быть щепетильным, но я ожидаю, что все, сидящие здесь сегодня со мной, проявят ту вежливость, которую они ожидали бы, если бы были на месте кандидатов. — Извиняюсь, — усмехнулась Энди. — Я буду держать свои чувства при себе. Пусть расист продолжает. — Ещё одна вспышка, мадам Блэк, и ваш голос будет исключён из суда.       Энди подняла руки и уступила, но снова подмигнула, когда Кингсли переключил внимание обратно на Долохова. Гермиона была внутри своей головы, пытаясь вспомнить всё, что хотела сказать, и не слышала ни слова из остальной речи Долохова.       Когда Кингсли вызвал Гермиону, она встала со своего места и прочистила горло: — Ведьмы и волшебники, спасибо за ваше время сегодня днём. Было приятно даже просто рассматриваться на эту выдающуюся должность. Мне не раз говорили, что я должна прийти сюда и расхваливать себя, но те из вас, кто меня знает, знают, что это не я. Я также могла бы прийти сюда и применить подход моего соперника и осуждать всё, что не соответствует моим убеждениям, но это тоже не я. Я верю, что все ведьмы и волшебники заслуживают одинакового обращения, независимо от их обстоятельств. Равенство должно быть главным приоритетом, и я считаю, что моим первым шагом к эффективному внедрению этих изменений стало слияние больницы Святого Мунго с магловской западной медициной. Сотрудничество в больнице уже дало положительный результат для нескольких волшебных людей, страдающих магловскими недугами. После моего несчастного случая я знала, что должна что-то сделать. Маглы, возможно, не являются частью нашего мира, но у них есть много изобретений и идей, которые могут принести пользу нам в целом. Я уже говорила с директрисой Хогвартса и счастлива сообщить, что в следующем учебном году магловские врачи будут делать обходы вместе с мадам Помфри. — Она подняла взгляд и сглотнула, осознав, что все уставились на неё, внимательно слушая. — Моя невеста — наследница Благороднейшего и Древнейшего Дома Блэк. Ещё несколько лет назад она была убеждённой сторонницей чистоты крови, правой рукой Волан-де-Морта, пытала меня и убивала таких, как я. Я не говорю, что все должны жениться на маглорождённых, — засмеялась она, — но если Беллатрикс Друэлла Блэк смогла изменить некоторые свои убеждения, я думаю, это возможно и для Волшебного мира в целом. Я хочу видеть мир, где, когда мои дети пойдут в школу, ко всем будут относиться с одинаковым уважением, независимо от их кровного статуса, пола или факультета в Хогвартсе. Я чувствую, что могу помочь улучшить Волшебный мир, сокращая разрыв между волшебниками и маглами, сохраняя традиции и обеспечивая всем равные возможности для успеха. Если я выйду из этой комнаты в качестве вашего нового Министра магии, знайте с полной уверенностью, что я вас не подведу. Если Антонин будет избран, знайте, что я не откажусь от попыток сделать наш мир лучше и более инклюзивным. Спасибо. — Она закончила свою речь и села обратно, пытаясь не показывать своих нервов, пока совет накладывал «Муффлиато» для обсуждения.       Гермиона даже не была уверена, нормально ли она дышала в течение того времени, которое потребовалось совету для принятия решения о её судьбе. Ей казалось, что прошли годы, но на самом деле, вероятно, меньше пятнадцати минут. — Кандидаты, Визенгамот хотел бы поблагодарить вас обоих за вашу работу на данный момент в отношении Министерства и за всё, что вы сделали для поддержки Волшебного мира. Хотя у всех нас разные мнения о том, кто лучше всего подходит на роль Министра, мы все считаем, что Волшебному миру повезло бы с любым из вас. — Гермиона увидела, как Энди и Гарри качают головами в знак несогласия. — Во время нашего обсуждения не было принято чёткого и единогласного решения, поэтому, как всегда, всё решит голосование. Большинство побеждает, и этот человек станет следующим Министром магии с немедленным вступлением в должность.

***

      Снаружи, за закрытой дверью зала суда, Белла всё это время мерила шагами пол, а Нарцисса пыталась её успокоить. — Нет, Цисси. Гермиона заслуживает этой победы. Она так усердно работала для всего, и если она не победит, мне, возможно, придётся убить всех внутри. — Не уверена, что убийство — это эффективный способ донести свою точку зрения. — Нет ничего эффективнее смерти. — Белла перестала расхаживать, когда они услышали приглушённый голос Кингсли, призывающий к голосованию. — Чёрт. Вот и всё. — Время пришло, — присоединился нежеланный голос к сёстрам Блэк у двери. — Заявление от Тёмного Лорда перед объявлением результатов? — Белла просто выставила средний палец перед лицом Риты и не потрудилась обернуться, чтобы посмотреть на неё. — Как всегда, классно. А что насчёт тебя? — Она повернулась и посмотрела на Нарциссу. — Хочешь прокомментировать? — Думаю, в твоих интересах убраться отсюда, пока Энди не вернулась. Независимо от исхода, не думаю, что она сдержится на этот раз. — Как всегда, угроза. Типично, — закатила глаза Рита. — Мам! — крикнул Драко от лифтов, когда он, Астория и Полумна присоединились к группе. Как только они подошли к трём женщинам, из зала суда раздался громкий взрыв аплодисментов и радостных возгласов. — А, видимо, мы как раз вовремя. — Гермиона победила. Я это чувствую. — И откуда вы это знаете, мисс Лавгуд? — спросила Рита с пером, занесённым для заявления. — Не отвечай ей, Полумна. Просто скажи ей отвалить, как мы все делаем. — Белла расхохоталась, а затем сразу же смертельно затихла, когда шум приблизился к ним, и двери зала суда магически распахнулись, и из них хлынули члены Визенгамота. Живот Беллы подпрыгнул к горлу. Она знала, что Гермиона способна победить, но не могла избавиться от назойливого голоса Скитер, проникающего в её мозг. Она встряхнула головой, проясняя мысли, и направилась внутрь. — К чёрту, я больше не жду. — Она бросилась в зал суда, а за ней последовали все, кто ждал вместе с ней в коридоре. Сначала она увидела кучку членов Визенгамота, всё ещё сидящих на трибунах, а затем свою невесту. Она не знала, что и думать о выражении её лица, поэтому бросилась к ней. — Гермиона? — спросила она, когда молодая женщина уставилась в пространство. — Милая? — Она потянулась и коснулась её плеча. — Думаю, она в шоке, — подошла к ним Энди. — Что? — повернулась Белла к сестре, прежде чем услышала тихий голос Гермионы. — Я победила. — Она медленно перевела взгляд на тёмную ведьму и улыбнулась. — Я победила.       Белла рванулась вперёд и обняла свою невесту, поднимая её с земли и кружа. — Я, чёрт возьми, знала это. — Она поцеловала её в шею, прежде чем опустить ноги обратно на землю. Она прошептала ей на ухо: — Я так чертовски горжусь тобой, любовь моя. — Она притянула её к поцелую, который, вероятно, был немного слишком откровенным для зала суда, полного членов Визенгамота, но это не имело значения. Гермиона стала новым Министром магии. Когда дышать стало трудно, Белла отстранилась и прижалась лбом ко лбу Гермионы. — Ты изменишь мир, Гермиона, и я просто счастлива, что могу быть частью этого. — Примите поздравления. — Женщины расступились, когда к ним подошёл Кингсли. — Не хочу прерывать празднование, но мне нужно отвести мисс Грейнджер в кабинет Министра и привести её к присяге. После этого она официально станет Гермионой Джин Грейнджер, Министром магии. — Она начинает сегодня? — спросила Белла, широко раскрыв глаза. — Немедленно, — объявил бывший министр. — Это священная церемония, поэтому, боюсь, она пройдёт только между мной и мисс Грейнджер и несколькими избранными членами Визенгамота.       Белла кивнула в знак понимания: — Пошли мне своего патронуса, когда всё закончится, и мы начнём праздновать. Я отправлю своего патронуса Джеку и Кэтрин. — Она поцеловала её в щёку, прежде чем Кингсли увёл Гермиону из зала суда. — Она победила, — улыбнулась Белла, качая головой, гордость переполняла её лицо. Она быстро наколдовала своего патронуса и отправила маленькую голубую выдру к Грейнджерам, чтобы сообщить им хорошие новости. — Как прошло голосование?       Энди усмехнулась: — Более семидесяти процентов в её пользу. Дерзкая маленькая ведьма произнесла потрясающую речь.       Белла указала на свою голову: — Могу я посмотреть? — Конечно. — Энди прервал громкий шум, раздавшийся с другой стороны комнаты. — Она сжульничала, — объявил Долохов, приближаясь к Белле с Люциусом и Ритой следом. — Это единственное объяснение. — Ступай осторожно, Антонин, — практически прорычала Белла, когда трое остановились перед ней и Энди. — Она использовала твоё имя, и это единственная причина, по которой её избрали. Ничтожная маленькая грязнокровка никогда не могла сравниться со мной. Я был бы величайшим министром, которого когда-либо видела Британия, но нет, эта грязная маленькая грязнокровка поразила их своей грустной историей о несчастном случае и тем, как она переманила правую руку Волан-де-Морта. Тупая сука. — Его фраза оборвалась, когда звук ломающихся костей разнёсся по всему залу суда.       Белла отдёрнула свой окровавленный кулак, встряхивая его: — У неё больше таланта в мизинце, чем у тебя было за всю твою жалкую маленькую жизнь. Отвали, и если я ещё раз увижу тебя здесь, я тебя убью. — Она сломала мне нос! — закричал от боли Долохов. — «Пророку» это понравится, — сказала Рита, делая знак своему фотографу сделать снимок. — Тёмный Лорд поразила свою первую жертву.       Белла повернулась и метнула испепеляющий взгляд на женщину: — Энди, если тебе не трудно, — она кивнула в сторону Риты. — С удовольствием, — сказала Энди, замахиваясь и нанося громкий удар по носу Риты, отчего её очки слетели с лица. Блондинка отшатнулась, хватаясь за нос. — Мерлин, это было потрясающе. — Она встряхнула своим таким же окровавленным кулаком. — Вы за это заплатите, — начала говорить Рита, суетливо подбирая очки. — Что ты собираешься делать? Рассказать моим родителям, что я встречаюсь с маглорождённой пуффендуйкой? О, подожди, ты уже это сделала, и мои родители мертвы, и Тед тоже мёртв. Ты больше ничего не можешь мне сделать, Рита. Тед. Не. Хотел. Тебя. — Она выделила каждое слово. — Это было больше тридцати лет назад. Переживи это. Если я прочитаю хоть одну унизительную статью в «Пророке» обо мне, моих сёстрах или Гермионе, я тебя убью. Азкабан будет того стоить. Не. Испытывай. Меня. — прорычала она. — Что случилось? — спросила Нарцисса, подбегая к сестре, а Драко и Астория следовали за ней. Она уже вытаскивала палочку, чтобы начать лечить их руки. — Я как раз звонила Авии, чтобы сообщить хорошие новости. — Люциус фыркнул и закатил глаза. — Есть что сказать, Люциус? — Она убрала палочку обратно в карман и скрестила руки, поворачиваясь к бывшему мужу. — Ничего, — пожал он плечами. — Я всё слышал о твоём увлечении этой женщиной. — Слова вылетели из его рта как яд. — Увлечении? Люциус, сейчас 2005 год. Не думаю, что кто-то использовал это слово для описания отношений с начала 1900-х. — Отношений? Ты думаешь, у тебя это с этой… этой… — он остановился и посмотрел на Драко и Нарциссу, которые уставились на него. — Этой девушкой? Пожалуйста. Это не отношения. Честно говоря, полукровка? Ты не могла выбрать кого-то получше для отскока? Тебе всегда было суждено быть позором для всей своей семьи. Сигнус бы перевернулся в гробу, если бы узнал, что две его дочери стали лесбиянками.       Третий удар разнёсся по залу суда, когда Люциус упал на землю, хватаясь за нос. Энди и Белла обернулись и увидели свою младшую сестру, встряхивающую окровавленным кулаком. — Единственный позор здесь — это ты, отец, — стоял Драко над Люциусом. — Тебе лучше убраться. Наша семья больше не будет иметь с тобой ничего общего. Если, — продолжил он, — ты когда-нибудь снова используешь такие выражения в адрес мамы или тёти Беллы, я сам тебя убью. Они обе счастливы и влюблены. Жаль, что у тебя не хватает сердца впустить в себя кого-то, кроме себя самого. А теперь, — он вытащил палочку, — убирайтесь отсюда, все трое, пока это не закончилось иначе. — Он подошёл и обнял мать за талию. Тихое «спасибо» было передано от матери к сыну.       Долохов, Люциус, Рита и её фотограф уже начали двигаться к двери, когда Белла крикнула им вслед: — Я слышала, в больнице Святого Мунго есть магловские врачи, которые могут помочь вам вылечить эти сломанные носы, — расхохоталась она, когда три фигуры исчезли из зала суда.       Маленькая голубая выдра Гермионы пронеслась по комнате: — Я приняла присягу. Я Министр магии. маленький визг поднимайтесь, когда сможете, и приводите своих сестёр и всех, кто хочет прийти. Кто-нибудь может сходить за моими родителями? — Я схожу за Грейнджерами. Я был там, когда с Гермионой случился несчастный случай. Я помню это место, — улыбнулся Драко группе. — Спасибо, Дракоша, — кивнула Белла. — И спасибо за то, что сказал своему отцу. Я часто тебя достаю, но ты тоже очень много для меня значишь. — Я могу пойти с тобой, — сказала Астория своему мужу. — Отлично, — хлопнула в ладоши Белла. — Кто бы ни делал парную аппарацию с Джеком, держите его крепко. Он приходит в восторг. Не хочу, чтобы его расщепило в большой день Гермионы. Ах да! И Кэтрин укачивает. Повеселитесь! — крикнула она, выходя из залов суда, а её сёстры следовали за ней.       Белла, Энди и Нарцисса вместе зашли в лифт и направились в новый кабинет Гермионы. — Это было чертовски эпично, — усмехнулась Энди, глядя на их кулаки. — Честно, я не знала, что ты на такое способна, Цисси. — Конечно, способна, — одарила Белла свою младшую сестру гордой улыбкой. — Люци заслуживает этого и гораздо большего. — Он меня так разозлил тем, как говорил о нас. Я не ожидала, что ударю его. Это был мой первый удар. Я правильно это сделала?       Три сестры засмеялись, когда вошли в новый кабинет Гермионы. — Ты проделала похвальную работу. — Белла похлопала сестру по плечу. — Действительно достала его. — Кто кого достал? — развернулась Гермиона в своём большом кресле, и её лицо омрачилось, когда она увидела состояние рук трёх сестёр. — Что случилось? — она бросилась к ним и сразу же начала залечивать порезы и синяки на их руках. — Нет. Оставь их. — Гермиона остановилась, и все повернулись, чтобы посмотреть на Цисси. — Я хочу показать Авии. Она мне никогда не поверит, если я не покажу ей это. — Она подняла свой кулак. — Плюс, это выглядит довольно круто, не так ли? — Лучше оставить их все, милая, — засмеялась Белла. — Нет ничего лучше одинаковых ран от ударов, чтобы скрепить сестёр. — Я оставлю раны Цисси, но если твои и твои, — она посмотрела на Беллу и Энди, — не закроются к свадьбе, я их залечу. — Чёрт, — фыркнула Энди. — Она держит всё в ежовых рукавицах. — Посмотрела бы ты на неё в спальне, — расхохоталась Белла. Обе её сестры застонали, а Гермиона покраснела. — Да, первый румянец в твоём новом кабинете. Это заняло две минуты. Должно быть, какой-то рекорд. — Я вообще хочу знать, что случилось внизу? — Наверное, нет, но я покажу тебе позже. Просто знай, что они все это заслужили. — Белла обошла комнату и села, устраиваясь поудобнее в кресле Гермионы. — Я могла бы к этому привыкнуть. — Кажется, это Гермиону избрали, а не тебя, — закатила глаза Энди. — Это, возможно, и так, но через неделю я стану Беллатрикс Друэллой Блэк, наследницей Благороднейшего и Древнейшего Дома Блэк, официальной женой Министра магии. — Почему это мы всегда остаёмся прежними, а её титул только растёт? — спросила Цисси другую сестру. — Её титул растёт вместе с раздуванием её эго, — невозмутимо ответила Энди. — Жена Министра магии? — вопросительно переспросила Гермиона с amused выражением лица. — О да, — расхохоталась Белла. — Уверена, с этим титулом связана куча скрытых привилегий.