история одного книжного

Пролог.

И как, глядясь в живые струи,

Не увидать себя в венце?

Твои не вспомнить поцелуи

На запрокинутом лице?

Жара наконец-то спала, и Азирафель смог найти в себе силы на уборку книжного магазина. Раньше было как-то не до этого: во-первых, душно и неудобно; во-вторых, пляж с Кроули сам себя не посетит! Теперь же можно было потратить время на разбор старых вещей и книг, выкинуть пустые коробки из-под книжек и мебели, протереть везде пыль. Азирафель начал с холла — привел в приличный вид ту часть лавки, которая была у всех на обозрении. Затем он протер пыль на полках, расставил некоторые издания по местам. Следом принялся за наведение порядка в своей комнате. Комната Азирафеля была небольшой, но уютной. В ней почти не бывало гостей: людей он сюда не пускал, и единственным, кому иногда везло оказаться здесь, был Кроули. Он, безусловно, наслаждался своими привилегиями. Особая роль была у него и в доме ангела, и в его жизни — так уж сложилось. Азирафель привел в порядок свое спальное место, разобрал книги, лежащие стопками на полу, и тогда-то его взгляд упал на стену с фотографиями в рамках. Стоит вернуться к вопросу об особой роли Кроули в жизни Азирафеля: почти каждый снимок на стене — совместное фото Азирафеля и Кроули. А снимков было немало! Ази окинул стену взглядом, и на него нахлынули воспоминания.

***

Когда Азирафель только обдумывал идею открытия книжного магазина, он даже не представлял, насколько сильно будет отличаться процесс обдумывания от процесса действия. К великому счастью, Кроули вызвался ему помочь, когда Ази заикнулся о своих планах во время одного из их многочисленных ужинов. — Хочу посмотреть, как Азирафель, хранитель восточных врат Рая, будет горбатиться над тяжелыми коробками с книгами и проклинать все на свете. О да, я бы с удовольствием на это посмотрел. Тогда Кроули недалеко ушел от правды: Азирафель действительно горбатился над тяжелыми коробками, только его занятие разделил и сам Кроули, который, завершая высказывание, проклинал все на свете. Во всяком случае, началось все с мебели. Азирафель сделал заказ в известном мебельном магазине Лондона, и на следующее же утро, словно из-за чуда, у дверей еще не обустроенного книжного магазина стояли запечатанные детали рабочего стола, дивана и десяток книжных полок. Кроули, когда это увидел, присвистнул и сказал, что сборкой мебели он точно собираться не занимается: это скучно и нудно. Через час уговоров он втянулся и вовсю корпел над книжными полками, пока Азирафель читал ему инструкцию (Кроули кучу раз говорил, что ангел может не утруждаться в прочтении, но Азирафель все равно настоял) и параллельно сам собирал свой стол. Меньше чем через сутки они собрали и поставили все вещи на те места, где они, по мнению Азирафеля, должны были стоять. В то время как ангел, молясь, чтобы на полу не было царапин, вручную передвигал свой стол к окну чуть ли не из центра холла, Кроули использовал чудеса на полную: он поднял диван и все собранные им книжные полки в воздух и, глупо махая руками, расставлял все по своим местам. Однажды он заигрался и чуть не развоплотил Азирафеля, но быстро нашел оправдание в том, что опция «молитва» ему, как демону, недоступна, поэтому он и поднял мебель в воздух и совершенно случайно чуть не попал одной из книжных полок по Ази. Вечером, когда сложная работа была завершена, настало время для заслуженного отдыха. Прямо в книжном магазине Азирафель и Кроули накрыли праздничный стол: вкусный ужин, десерт в виде блинчиков и, конечно, вино. Вино было, скажем так, позаимствовано у ресторана, который находился недалеко от лавки. Как только несколько бутылок чудесным образом оказались в центре книжного, Азирафель не удивился природе их появления и просто обрадовался ужину в приятной компании. За ужином они много пили и болтали обо всякой ерунде: — И я посетил собрание торговцев Уикбер-стрит! — радостно делился Азирафель. — Но я не понял суть мероприятия, откровенно говоря. Все на что-то жаловались, к тому же на сборе не было вина или блинов. Наверное, больше не буду туда ходить. Всё-таки я не торговец, я — коллекционер! — он деловито поднял палец вверх и поправил галстук, на что Кроули усмехнулся. Он с удовольствием наблюдал за ангелом, наслаждающимся десертом. — А на что жаловались, если не секрет? — Кроули вальяжно отпил вина. Он сидел, развалившись в кресле и закинув ногу на ногу, и выглядел прекрасно. — На все подряд! — он опустошил бокал. — Налей еще, пожалуйста, — и Кроули, как мальчик на побегушках, наполнил стакан Азирафеля. — Спасибо. Многие недовольны низкими продажами. Многие ворчат на более успешных. А в том ресторанчике, где мы с тобой недавно ужинали, неожиданно стали исчезать продукты! Особенно часто пропадает дорогое вино. Забавно. Видимо, у воришек есть вкус. Их разговор перетек в другое русло, и они провели еще пару часов, потребляя запасы алкоголя. Когда Азирафель и Кроули вновь ненамеренно вернулись к обсуждению розничной торговли, Кроули, ни на секунду не задумавшись, выпалил: — Погоди, а где пропадает вино? Ази назвал полюбившийся им с Кроули ресторан. — Ааа, так это я оттуда вино ворую! — с гордостью сообщил Кроули, сверкая белоснежной улыбкой. Он был рад так, как будто поделился историями о победах над армией Наполеона, а не признался в краже. Пьяный Азирафель сначала просто кивнул, однако потом резко посмотрел на Кроули: — Постой! Это ты воруешь вино? И тебе не стыдно? — он махнул рукой в сторону Кроули, выражая свое негодование. — Это стыд и срам! Позор! Ты — серьезный демон, а воруешь вино, как будто мальчишка! — начал читать мораль ангел, на что Кроули лишь закатил глаза. — Ангел, спокойно, не учи меня жизни. Я — серьезный демон, мне положено воровать по при-ро-де, — выговорив последнее слово по слогам, Кроули икнул. Все-таки некий градус в их беседе присутствовал. — Да и тебе вино нравится, чего уж скрывать. Только так и пьешь, — он кивнул в сторону бокала Азирафеля. — Мы сейчас пьем украденное вино?! — воскликнул Азирафель и уронил бокал. Тот разбился, и Кроули лишь прикусил губу, как бы показывая, что здесь можно и нужно хорошо проматериться, да только Ази не одобрит. — Какой ужас! Я, ангел, наслаждался не просто вином, а вином украденным… — он заметно распереживался, а Кроули почувствовал долю вины за содеянное. — Кроули, ты должен вернуть вино и извиниться! Но сначала было бы неплохо… протрезветь. Не по своей воле Кроули сосредоточился, и его накрыло неприятное чувство, когда алкоголь начал заполнять бутылки обратно. По позвоночнику пробежал холодок, а во рту появился неприятный горький привкус. Азирафель тоже воспользовался чудом и вернул вино в бутылки, став трезвым. — Больше никаких посиделок с краденным вином, — строго сказал ангел. — Кроули, ты понял? Сейчас идешь и возвращаешь вино в ресторан. Лично! Я сам проконтролирую. — Ангел, заниматься всякой скукотищей — это прошлый век, — Кроули потянулся, щелкнул пальцем, и вино пропало. — Всё, я вернул вино. — Честно? — Клянусь! Вино у хозяина, компенсация за причиненные неудобства — там же. — Ну хорошо, я верю тебе на слово, злой демон, — серьезно сказал он. — В отчете напишу, что предотвратил массовую кражу хлеба, которую проводили люди под командованием Ада. — Я тогда напишу, что смог заставить людей совершить кражу вина! — с детским восторгом сказал Кроули, обрадовавшийся, что появилась идея для отчета. — Что ж, это нужно отметить. — Вина? — предложил Азирафель. — С удовольствием, — улыбнулся Кроули.

***

По большей части Азирафель заполнял полки в книжном магазине уже имеющимися у него изданиями. Таких книг было немало: в коллекции Азирафеля были и раритеты, и новые издания, и книги с автографами — чего у него только не было! И всем он гордился. Однако, как позже выяснилось, многого у Азирафеля все-таки не было. Он был расстроен, когда узнал, что по человеческим меркам его коллекция большой не считалась. А он, дурак, думал, что он — настоящий коллекционер! После разговора с одним из пафосных коллекционеров, который поведал о действительно стоящих коллекциях, Азирафель долгое время был расстроен. Старенький, слеповатый и кривоватый дядька объяснял Азирафелю, что нынче модно собирать совсем не те книги, которые собирал Азирафель, поэтому «его жалкая коллекция ничего не стоит». Ну как так можно! Услышав пересказ разговора, Кроули захотел лично познакомиться с тем, кто сказал Азирафелю всё это. Кроули, конечно, в книгах не разбирался и последний раз читал лет триста назад, но это не отменяло того факта, что он считал коллекцию Азирафеля идеальной. Книг у него было много, все они разные, редкие и красивые! И потому видеть подавленного из-за дядьки Азирафеля Кроули не мог. Понял, что нужно что-то делать. — И че он сказал? Каких именно книг не хватает, чтобы твоя коллекция была достойной его профессионального взгляда? — Кроули старательно делал вид, будто спрашивает без особого интереса. — В основном тех произведений, которые сейчас на слуху: Руссо, Монтескьё, ну, все, что сейчас выходит и распродается сразу же. Я не покупал такое, потому что авторы еще во время написания одалживали мне их незаконченные рукописи, и я читал произведения еще до выхода, а купил бы позже, когда цена чуть спадет, знаешь… Все древние-то рукописи у меня есть… — А у коллекционера твоего вообще есть те издания, которые есть у тебя, а? — Кроули наклонил голову и посмотрел на Азирафеля поверх очков. Тот пожал плечами. — Все понятно, наебка для уебка. — Не говори так! Он наверняка разбирается в том, что говорит! И вид у него серьезный! — возмутился Азирафель. — Матом ругаться будешь у себя дома. Кроули высоко поднял брови, выражая свое удивление. Вот от кого-кого, а от Азирафеля он такого не ожидал: обычно они матом ругаются вместе… — Позволь узнать, а почему ты решил, что он разбирается в том, что говорит? — сначала Кроули выдохнул и потом очень спокойным голосом задал вопрос. — Если что, серьезный вид — это не критерий, — в ответ — тишина. — Понятно. Ангел, ты же такой умный, как ты можешь быть таким наивным?.. Азирафель с огорчением вздохнул, и это запустило один из самых сложных мысленных процессов, который когда-либо доводилось обдумывать Кроули. Через пару недель, когда Азирафель шел в свой магазин после книжной ярмарки в центре города, что-то сподвигло его зайти в кофейню по пути. Он никогда раньше здесь не был, да и атмосфера внутри кафе казалась отторгающей, но он решил, несмотря ни на что, заказать какао. Чтобы не стоять столбом на проходе и не мешать другим покупателям делать заказы, Азирафель занял один из многочисленных свободных столиков и стал ждать. Он разглядывал все вокруг себя, но, когда его взгляд зацепился за свободный диванный пуфик — точнее за то, что на нём лежало, — Азирафель уже не смог отвести взгляд. Удостоверившись, что никто не обращает на него должного внимания, Азирафель пересел на пуфик и стал разглядывать книгу, которая на нём лежала. На обложке красивыми буквами красовалось название: «Гипнэротомахия Полифила» — и больше никакой информации. Азирафель с восхищением смотрел на книгу и выглядел как маньяк, потому что в его глазах появился тот самый азартный блеск, который бывает, когда срываешь большой куш. Он даже не с первого раза отреагировал на то, что назвали его имя, чтобы он забрал какао, — настолько был увлечен новой находкой. Он вышел из кафе и не заметил, как добрался до книжного: ноги несли его сами, пока он в который раз перечитывал аннотацию. В книжном Азирафель при помощи чуда закрыл все шторы, щелчком пальца зажег свечи и положил книгу на рабочий стол. Выглядел ангел взволнованным. Перед открытием книги Ази несколько раз посмотрел по сторонам, чтобы убедиться, что никто не подсмотрит за ним, и наконец открыл книжку. Только он приготовился читать — дверь в книжный распахнулась, а на пороге магазина появился Кроули. Он выглядел непринужденно. В глубине души Азирафель надеялся, что тот походит между полок, полежит на диване и уйдет, чтобы сам Ази уже смог приступить к чтению, но, чтобы не показаться невежливым, он все же отложил книгу и выжидающе уставился на Кроули. — Ангел, вечер добрый. Читаешь что-то? Есть идея поинтереснее. Предлагаю скоротать вечерок за бокальчиком-другим, — с нескрываемым удовольствием протараторил Кроули. — Ну? Что скажешь? — При всем уважении, Кроули, следующие несколько часов я буду страшно занят, — Азирафель показушно нагнулся к книге и прочитал пару первых строк, — так что, я не сомневаюсь, ты сможешь найти себе компанию получше в этот вечер. Кроули фыркнул и приземлился на диван, закинув ноги на подлокотник. — Так неинтересно, — он откинул голову и начал разглядывать потолок. — Что за книга-то хоть? — «Гипнэротомахия Полифила», — Азирафель закрыл книжку и с гордостью показал Кроули обложку с названием посередине. Тот сдержал смешок, когда Азирафель бросил на него грозный взгляд. — Нашел ее в кафе сегодня. Лежала одна, никто не забирал… — Погоди, ангел, ты забрал лежащую в кафе книгу? И не потрудился найти хозяина? Так ты, получается, своровал! — пошутил и сам посмеялся Кроули, позабыв, что Азирафель не ценитель таких шуток. — Точно! — начал переживать Азирафель. Его взгляд метался по всему магазинчику, видимо, ища место, куда можно было бы спрятать книгу. — А если в Раю узнают.? Что же будет, что же будет… и какой я после этого ангел? — Погоди, угомонись! Я пошутил, — Кроули понял, что пора спасать ситуацию. — Скажу по секрету, я давно видел эту книгу в кафе. Видимо, если ее кто-то потерял, этот кто-то не торопится искать. Так что оставь себе свою «Гипнэротомахию Полифила». Не крал ты ничего, а просто забрал вещь, которую потерял безответственный хозяин! — выкрутился он. Кажется, даже слегка вспотел, пока нес эту чушь. Азирафель благодарно ему улыбнулся. — Но это не значит, что сейчас мы не будем пить вино! Азирафель посмотрел на книгу последний раз, с тяжёлым, обреченным вздохом положил её на стол и развернулся к Кроули. — По бокалу? — Узнаю своего ангела! Да, пойдем, бахнем по бокальчику, — Кроули подал Азирафелю руку, играя джентльмена, и они пошли в ресторан, смеясь и обсуждая новости уходящего дня. В итоге Азирафель дочитал книгу. Она стала одной из любимых и самых ценных в его коллекции и неоднократно перечитывалась. Кроули же считал, что Азирафелю не стоит знать, как книга, о прочтении которой он и мечтать не мог, оказалась в нужном месте и в нужное время. Кроули так же думал о других книгах, которые волшебным образом появлялись у Азирафеля. Таких книг было много, и о каждой ангел мечтал. Здорово, когда мечты сбываются. Чудеса, да и только!

***

С самого утра Азирафель был на нервах: он несколько раз померил парадный костюм, протер пыль, которая не успела появиться, и отрепетировал свою торжественную речь. Причиной такой тревоги стало открытие его книжной лавки. На протяжении всей жизни на Земле Азирафель коллекционировал книги, написанные людьми, и вот настало время поделиться ими с кем-то, а не хранить их только для себя. Открытие библиотек стало для него стимулом: он осознал, что людям нравится читать так же, как и ему, так что почему бы не поделиться своими эксклюзивными находками с кем-то? Хотя Азирафель знал, что Кроули не горит любовью к книгам и чтению в принципе, однажды он на свой страх и риск поделился с ним книгой, надеясь, что он оценит человеческую литературу. И Кроули действительно оценил: он почти ежедневно приходил к Азирафелю и делился мыслями о прочитанном. Кроули придумывал теории, переживал за героев, находил отсылки и выписывал цитаты — одним словом, был увлеченным читателем. Азирафель был искренне рад, что смог привить любовь к чтению даже демону. Но Азирафель не знал, что Кроули сохранил тот томик Шекспира и за год ежедневных перечитываний выучил все сонеты наизусть. Да и сам Кроули никогда бы не рассказал о таком: не дай бог Азирафель решит, что ему такое интересно, и даст еще больше книг. Открытие книжного магазина было важным шагом и потому, что означало остановку в Лондоне. Азирафель давно поймал себя на мысли, что устал путешествовать по всей Земле и хотел бы на столетие-другое остановиться в одном месте. Сегодняшний день же означал, что пути назад нет. Азирафель уже пригласил некоторых своих знакомых, которые тоже интересовались книгами; некоторых торговцев с Уикбер-стрит, которых он встречал на собраниях, и других личностей. Еще он пригласил художника: Ази очень хотел запечатлеть момент открытия его магазина письменно, но, к сожалению, умные людишки еще не изобрели такого средства, так что приходилось довольствоваться тем, что было и есть. Пытаясь сделать свой внешний вид идеальным, Азирафель в очередной раз поправлял костюм перед зеркалом. Кроули, который сидел на диванчике позади и наблюдал за всеми сборами, неожиданно спросил: — Ангел, а зачем тебе все это? Азирафель задумался: вдруг все весомые ранее причины стали незначительными, поэтому он сказал единственное, в чем точно был уверен: — Мне просто нужен был дом. — А как же Рай? — Встречный вопрос: почему ты все еще здесь, а не в Аду? — перевел стрелки Азирафель и развернулся к Кроули лицом. Тот скривился. — Ладно-ладно, понял, — Кроули поднял руки, изображая поражение. — Ты мне лучше скажи, не напоминает ли тебе здание магазина одно местечко. — Ты заметил? — Такое не пропустишь! — хмыкнул Кроули, закинув ноги на подлокотники диванчика. — Скажи честно, специально выбирал? Азирафель смутился, когда понял, что они с Кроули думали об одном и том же — об Эдеме. — Нет! Приехал в Лондон, увидел помещение и узнал, что оно продается. Решил, это знак, что пора остановиться в одном месте и все-таки открыть магазин, — признался Азирафель. — Уж очень похоже на Эдем. Так что не я выбрал здание, а оно выбрало меня! И, вообще, это непостижимый план: Она за нами наблюдает, и ты это знаешь. Кроули не сдержал улыбку. — Интересно, конечно. Сколько времени? — Половина седьмого, — непринужденно ответил Азирафель, взглянув на свои карманные часы. Через мгновение он уже побежал в другую часть магазина. — Половина седьмого! — Черт, ангел, давай быстрее! — спохватился Кроули и побежал за ним. Гости потихоньку собирались на улице: некоторые стояли перед магазинчиком, пытаясь заглянуть внутрь (ничего у них, конечно, разглядеть не получалось: окна были завешены темными шторами), некоторые дожидались мероприятия в кафе напротив. Азирафель взглянул на толпу собравшихся из окна своей спальни и тяжело вздохнул. — Всё отлично будет, ангел, не переживай. Пойдем, — Кроули подал Азирафелю руку, и тот взял ее в свою. Они вместе спустились на первый этаж. Перед открытием дверей Ази посмотрел на Кроули, и они кивнули друг другу. Вместе толкнули двери магазина, и те распахнулись. Азирафель, широко улыбаясь, поприветствовал всех пришедших и начал читать свою отрепетированную тысячу и один раз речь. Кроули отступил немного в сторону, чтобы не загораживать вид на сногсшибательные двери, которые разглядывали и гости, и проходящие мимо зеваки. Когда настало время разрезать ленту, Кроули заметил, как рука Азирафеля, в которой тот держал ножницы, несильно дрожала. Он перехватил свободную руку ангела и крепко её сжал, хоть в душе все противилось выражению эмоций на людях. Рука Азирафеля волшебным образом дрожать перестала. Художник, пишущий их портрет, кажется, засыпал в процессе, поэтому Кроули, щелкнув пальцами, ускорил процесс рисования в сотню раз, и через несколько минут их портрет был уже готов. Вручая его, рисовавший их парниша шокировано смотрел на свою руку, которая только что сделала невозможное. — Отличная работа, юнец, — бормотал Кроули, внимательно рассматривая портрет. — Неплохо вышло, — он наколдовал чуть больше нужной суммы и вручил ее парнише. — Держи. И работай побыстрее в следующие разы, — слишком мило улыбнулся Кроули. Он забрал портрет, уменьшил его и спрятал в свой пиджак. Потом отдаст Азирафелю: пока не было времени возиться с картиной. Гости тем временем в хаотичном порядке разбрелись по всему магазину: кто-то книжки разглядывал, кто-то аннотации читал — в общем, в книжном магазине не то чтобы много чем было заняться, кроме взаимодействия с книгами. Кроули опустился на кресло за рабочим столом Азирафеля и стал ждать, пока тот ответит на все глупые вопросы и пообщается с важными людьми. Сегодняшняя атмосфера в магазине совсем не вписывалась в то представление, которое Кроули составил себе за все прошлое время, проведенное здесь: сейчас было слишком много людей, которые создавали слишком много шума. Все это слегка утомило Кроули: если бы это мероприятие не было важным для Азирафеля, он давно бы ретировался отсюда. Желательно с самим Азирафелем. И вином. Ладно, нет, сегодняшний вечер надо провести в трезвом состоянии, чтобы как минимум не разочаровать Азирафеля, а как максимум — услышать много интересных и бесполезных историй. Внезапно сам Азирафель подошёл к Кроули и вручил что-то красное. — Слушай, пока я разговариваю, не мог бы ты быстренько поставить в рамку ленточку? Я бы очень хотел ее сохранить, — с какой-то даже нежностью в голосе сказал Азирафель, — а, и картину тоже. — В рамку? — удивился Кроули. — Но она же еще не высохла!.. — Воспользуйся чудом, — намекнул Азирафель, развернулся и убежал к кучке посетителей, которые рассматривали какие-то книги в холле. Ну а Кроули что, мелкий девственник, что ли? Чудесами не пользовался никогда? Сейчас он сбацает и ленту в рамке, и сухой лакированный портрет — да он хоть сальто назад крутанет. Поэтому он без вопросов отправился в комнату Азирафеля. И в этом нашел одни плюсы: и от шума спрятался, и Ази поможет. Кроули не сразу увидел рамку, в которую нужно было положить ленту: дело в том, что комната, в которую Азирафель заселился совсем недавно, уже была наполнена разными вещицами. Здесь лежали и письма, и книги, и перья, и газеты — чего только не было. Но Кроули все-таки заметил то, что искал, и приступил к выполнению просьбы Азирафеля. Как бы он ни старался сам расположить ленту красиво, каждый раз ему не нравилось: то складка лишняя появлялась, то лента лежала совсем не так, как ему хотелось. В конечном счёте он сдался и, щелкнув пальцами, отдал эту задачу в руки судьбы. В итоге лента легла как влитая. Кроули приподнял рамку, покрутил ее и поставил на место. Он был очень доволен собой и проделанной работой. Достав картину из кармана и вернув ей нормальную величину, Кроули решил, что не будет даже заморачиваться: чудом облил её лаком, высушил, добавил на задней стороне подпись «А. от К.» и повесил на стену. Спустя несколько часов, когда торжество закончилось и книжный был приведён в порядок, Азирафель и Кроули выбрались на прогулку по утреннему Лондону. — Знаешь, я так проникся Лондоном! И очень рад, что все-таки решился открыть лавку, — признался Азирафель, пока они плелись по улицам города, раскрашенным лучами рассвета. После затянувшегося праздника оба были уставшими, но все равно счастливыми. — Думаю, стоит задержаться здесь лет на десять. У тебя не было планов в других частях мира? — поинтересовался Ази. — Тут, конечно, здорово, но одному будет скучно. У Кроули, возможно, и были планы, но после слов Азирафеля они резко пропали. — Я тоже не против посидеть в Лондоне парочку десятилетий. Городок хороший. Утки есть. — То есть ты хочешь остаться здесь? — Ну да, — пожал плечами Кроули. Азирафель внезапно обнял его, и Кроули удивился, но обнял ангела в ответ. — К чему такие нежности? — Просто радуюсь, что нашелся демон, который готов таскать коробки с книгами и помогать с ремонтом, — съехидничал Азирафель, прячась в пальто Кроули. — Я так и понял, — Кроули с довольной улыбкой посмотрел на светлое небо.

***

За окном взвыли сирены, когда лакированная Бентли припарковалась у книжного магазина в Сохо. В ту ночь ей ничего не грозило: она была предварительно защищена всеми возможными чудесами. Стоило Кроули оказаться в книжном магазине, он огромными шагами добрался до дивана и без лишних прелюдий разлегся на нем, закинув ноги на подлокотник. Он больше не мог игнорировать острую боль в ступнях, которая появилась после прогулки по церкви. Азирафель забежал за ним следом: он задержался на пару секунд на улице, чтобы защитить чудом свое и все соседние здания: неизвестно, что будут бомбить в эту ночь, так что лучше перестраховаться. — Сильно больно? — встревоженно спросил Азирафель, садясь на подлокотник диванчика, рядом с чужими ногами. — Ангел, представь, что ты пробежался по раскаленному песку босиком. Примерно те же ощущения, — поморщился Кроули. Увидев, что Азирафель поник, понял, что ляпнул лишнего. — Извини. Терпимо. Ази лишь кивнул: он прекрасно понимал, что Кроули на эмоциях и не желал его обидеть. — Слушай, — Азирафель встал со своего места, встрепенулся, — у меня есть мазь одна, она от ожогов, давай я сейчас принесу и подлечим твои ноги? — Неси, — Кроули махнул рукой, — это во всяком лучше, чем молитвы… Быстро сбегав на второй этаж и обратно, Азирафель принёс, видимо, лекарство. Кроули очень хотел спросить, какого года эта самая мазь (потому что выглядела она, мягко говоря, не очень), но воздержался: боль была сильнее, чем желание выпендриться и остаться с ожогами. — Кроули, сними ботинки, — с ноткой строгости в голосе сказал Азирафель, присев у кофейного столика. Кроули сразу же положил туда ноги. — Последние ботинки с меня снять хочешь, ангел? — несмотря на язвительный ответ, Кроули начал снимать обувь и зашипел: на ногах были раны, потому любое прикосновение к ним было крайне болезненным. Ази мгновенно отреагировал на шипение Кроули: он аккуратно развязал шнурки и снял чужую обувь. По встревоженному виду Азирафеля Кроули понял, что все плохо, и сам на свои ступни смотреть забоялся. — Ну че, ампутация? — пытался шутить Кроули. — Прекрати, — Ази зло на него посмотрел. — Сейчас вылечим тебя — и всё хорошо будет. И без ампутации, — он встал и открыл лекарство. — Возможно, будет слегка щипать. — Как страшно, как страшно, — размахивал руками Кроули. Азирафель выдавил небольшую каплю лекарства и размазал ее по пятке. Кроули заорал и дернул ногу к себе. — Ангел! Ты сказал, что будет слегка щипать! Слег-ка! А не сожжет мне полноги нахуй! — Я еще даже основную часть ожога не задел, а ты кричишь как петух на заре… — О, книжные метафоры, мне это нравится, — Кроули недоверчиво вернул свою ногу на место, а Азирафель, закатив глаза, начал очень аккуратно втирать мазь. Кроули кусал губы, чтобы не закричать опять. Выглядел он так, будто готов вот-вот расплакаться. — Кроули, ты был когда-нибудь в человеческих больницах? Слышал, как кричат малыши у стоматолога? Ты сейчас себя так же ведешь, — ворчал Азирафель, хотя на самом деле очень переживал за Кроули. Старался обрабатывать рану как можно нежнее и дул на обработанные места, чтобы щипало менее сильно. — Ангел, честно, и без тебя тошно, — буркнул в ответ Кроули, опять сморщившись. Дышал он тяжело. Азирафель устало вздохнул, поднялся со своего места и пересел на диван, прямо рядом с Кроули. Положил его ногу на свои колени, погладил ее, пытаясь успокоить. Потом опять принялся за работу. Когда стало особенно больно, Кроули нашел свободную руку Азирафеля и крепко вцепился в нее. Ази ничего на это не сказал — значит, против не был. Таким образом удалось обработать правую ногу: и помазать, и хорошенько забинтовать. Осталась левая. Приноровившись, точными и аккуратными движениями Азирафель обрабатывал левую ногу. Ожог здесь не был более серьезным, чем на правой. Но почему-то Кроули отвёл взгляд и долго смотрел в окно. Ази решил, что Кроули так отвлекался от боли. Вдруг с его стороны послышался всхлип, и Азирафель, на секунду испугавшись, посмотрел на Кроули и увидел, как у того по щеке катится слеза. — Немного осталось, совсем чуть-чуть, — Азирафель бормотал себе под нос, пытаясь успокоить Кроули и самого себя. Он закончил, аккуратно перебинтовал ступню и погладил забинтованную ногу. — Вот и все, милый, ну чего ты… Кроули резко повернулся к нему. В глазах застыли слезы. Он выглядел уязвимым, и Азирафель боялся сделать что-то не так. — Почему ты?.. — Усталость, не обращай внимания, — отмахнулся Кроули, а Азирафель виновато зажевал губу, — просто больно очень, так еще и вся эта война сейчас, и мы с тобой повздорили из-за святой воды… — Кроули потер глаза свободной рукой. — Знаешь, как меня отчехвостили в аду после 1827? Азирафель помотал головой, и Кроули грустно усмехнулся. — Я прошел все круги ада. Пешком. Без хорошего вискаря и под нытье грешных душ. Только разница в том, что от них под конец остались кости и надежда на исцеление, а меня отправили дальше работать. И в те годы я хотел одного: облить нахрен там все святой водой, чтобы уничтожить это место к херам. Ну или кто-нибудь как минимум поскользнулся и сломал себе что-нибудь. — А если без шуток? Что происходило, пока ты был в Аду? Кроули замолчал на несколько секунд. — Ангел, давай не будем обсуждать это? Как-нибудь в другой раз, хорошо? — было видно, что для Кроули тема была больной. Ази закивал головой в знак согласия: если Кроули не хочет обсуждать что-то — значит, правда не стоит. — Что-то как-то спокойно сидим, может, музычку? Он щелкнул пальцами, и граммофон, стоящий на рабочем столе, заиграл. Как только прозвучали первые ноты, Кроули сморщился и недовольно посмотрел на Азирафеля. — Серьезно, Шостакович? «Афоризмы»? Ничего лучше не было? — Что есть, Кроули, что есть, — Азирафель грустно улыбнулся, а потом резко перевёл на Кроули удивленный взгляд. — А ты откуда знаешь, что это «Афоризмы»? — А ты думаешь, кто название помог придумать? — Кроули фыркнул, щелкнул пальцами. Зазвучало что-то другое. — Ну, конечно, Прокофьев — еще лучше. Ты никого кроме модернистов не слушаешь? Азирафель нахмурился. — Не нравится — не слушай! Можно подумать, у тебя идеальный музыкальный вкус, — он сложил руки на груди и отвернулся. Кроули виновато вздохнул и щелкнул пальцами. — Эй, ангел, хватит дуться. Нормальные твои модернисты, ты только не обижайся. Просто мне больше романтики и… американский джаз нравится, — Кроули смущенно улыбнулся и увел взгляд в сторону, когда послышался гобой, предвещающий «рапсодию в стиле блюз» Гершвина. Ази перестал дуться и повернулся обратно к Кроули. — Ладно, я прощаю тебя, — сказал он деловито. — Может, лучше потанцуем? — А давай! — радостно подскочил Кроули. На секунду он замер, ожидая столкнуться с дикой болью, но ни через секунду, ни через десять ничего не почувствовал: видимо, подействовала мазь. Как истинный джентльмен, он подал руку Азирафелю, и как только тот за неё ухватился, Кроули потянул его за собой в холл и закружил в быстром танце, ритмично двигаясь под мелодию. Они успели и повеселиться, и разбить вазу, и оттоптать друг другу ноги, но в итоге просто встали в обнимку посреди книжного магазина, пытаясь отдышаться. Не обращая никакого внимания на музыку, они покачивались из стороны в сторону в своем ритме. Кроули почувствовал покалывание в области груди и отстранился, чтобы поправить галстук. Ази несколько секунд смотрел на происходящее, а потом взял всё в свои руки: — У тебя криво получается. Дай-ка я, — с ноткой строгости в голосе сказал Ази. Он не спрашивал разрешения и просто начал быстро и умело завязывать галстук. Кроули не сопротивлялся: он любовался Азирафелем и старался лишний раз не дышать, чтобы не испортить момент. Азирафель, улыбнувшись, разгладил чужой галстук и посмотрел в глаза Кроули. Те не были прикрыты очками (с Азирафелем Кроули очки не носил), потому Ази видел его огромные глаза. Кроули не выдержал первым: наклонился и поцеловал Азирафеля. Но на мгновение страх оказаться замеченными перед Раем и Адом накрыл с головой, и Кроули отстранился. Азирафель непонимающе на него посмотрел. — Тебе не нравится?.. — Нравится, — Кроули обдумывал, как себя оправдать, но в моменте не нашел ни одну мысль хоть сколько-то важной. — А тебе? — Я тоже боюсь, — ответил Азирафель, меняясь в лице. — Но мне тоже понравилось. Кроули улыбнулся. Правда, что им уже терять? Рай и Ад уже наверняка обо всем знают, так что смысла скрывать правду больше нет. Он положил руки Азирафелю на талию, притянул к себе и поцеловал второй раз: на этот раз вдумчиво, не спеша и не торопясь. Азирафель, отвечая на поцелуй, взъерошил волосы Кроули и потянул его на диван.

***

наши дни

К вечеру с уборкой было покончено: где-то в середине дня в книжный заскочил Кроули и помог доприбираться. Кроули хотел быстро убраться и утащить ангела на ужин, но в итоге они оба увлеклись разбором коробок с разными памятными вещами. Долго листали фотоальбомы, вспоминали глупые истории и не менее глупых знакомых. Много смеялись и иногда грустили. Увлеклись настолько, что потеряли счет времени и очнулись только тогда, когда время перевалило за шесть. Кроули щелкнул пальцами, и все вещи разлетелись по своим местам моментально. Выглядел таким довольным, будто собственными руками убрался в книжном. — Слушай, Кроули, а ты свободен вечером? — невзначай спросил Азирафель, разминая поясницу. — О, боюсь у меня планы, ангел, — Кроули важно посмотрел на запястье, где могли бы находиться наручные часы (но их не было), а затем на расстроившегося Азирафеля. — Хотя все зависит от того, куда мы идем… — Мы идем в «Ритц», — Азирафель внимательно посмотрел на Кроули, и тот сразу перевёл взгляд на запястье. — Ладно, ради такого, я думаю, планы можно и перенести… — задумчиво произнес Кроули, но Азирафель все равно поник. — Что такое? — Теперь ты свои планы из-за ужина переносишь. — Да шутка это! Нет никаких планов: я на твое лицо посмотреть хотел, — Кроули улыбнулся, на что Ази фыркнул, — не обижа-айся, я оплачиваю стол. — По рукам!

*

Стоило им оказаться в «Ритце», как внезапно их любимый столик освободился, а на кухне появились ингредиенты, необходимые для приготовления любимых блюд Азирафеля и Кроули. Бывают же чудеса! Азирафель с удовольствием уплетал вторую порцию блинчиков, параллельно рассказывая Кроули новости и сплетни. Как-то они затронули Уикбер-стрит. Ази спохватился: — Кроули! — он положил ножик и вилку. — Сегодня годовщина открытия моей лавки! — Предлагаю отметить это чрезвычайно большим количеством алкоголя… — А еще сегодня метеоритный зонд и с крыши книжного его будет прекрасно видно, — будто не заметив ничуть не менее заманчивое предложение Кроули, продолжил Азирафель. — Хорошо. Что насчет чрезвычайно большого количества алкоголя на крыше книжного? — Кроули вальяжно закинул ногу на ногу. Азирафель на это лишь загадочно улыбнулся.

*

Крыша книжного магазина стала отличной смотровой площадкой. Азирафель и Кроули обустроили её за пару минут и теперь наслаждались открывшимся видом на ночное небо. — Еще винца? — предложил Кроули, приподнимая бутылку, когда увидел, что бокал Азирафеля был пустым на протяжении минуты. — Не откажусь, — и Кроули наполнил бокал Азирафеля. — Как думаешь, — спустя минуту молчания вдруг подал голос Кроули, — они скоро нас поймают? — Я думаю — надеюсь, — им нет дела до нас, — Азирафель пожал плечами и пригубил вино. — После нашего трюка с обменом телами вряд ли кто-то при первой возможности ринется нас искать и наказывать. — В чем-то ты прав, — Кроули отпил прямо так — из бутылки. Он взглянул на небо. Красиво. Вернул взгляд на Ази. Очень красиво. С улыбкой опустошил бутылку. — И, думаю, если они очень захотят с нами пообщаться, мы сможем дать им отпор. Ну или просто спрячемся, — он кивнул вниз — на книжный. — Чудо-другое — и они нас не достанут. Но я очень сомневаюсь, что мы им нужны. От нас проблем больше, чем пользы. Они рассмеялись. Слова Ази действительно успокоили Кроули. Он понял, что никакой Ад и никакой Рай не смогут их остановить. — Ладно, скоро начнется! — восторженно сказал Ази и придвинулся ближе к Кроули. Он, в свою очередь, взял Азирафеля за ладонь и переплел их пальцы. Метеоритный дождь начался, и с первой упавшей «звездой» каждый загадал, чтобы любовь победила.