Волшебный мир Этерии

Всех учеников без исключения собрали во внутреннем дворе академии. Каменные стены, видавшие не одно поколение магов, отражали гул голосов. Солнце стояло в зените, заливая площадь ярким, почти давящим светом. Директор поднялся на возвышение, и его голос, усиленный магией, разнёсся над толпой: — Уважаемые студенты! Я рад сообщить, что наш ежегодный турнир пройдёт на следующей неделе. Все учащиеся будут распределены в группы по три выступающих, к которым будет прикреплен один целитель. При формировании команд мы учтём ваши пожелания, но не гарантируем их исполнение. С началом турнира вас! Ропот прокатился по рядам учеников, смешиваясь с возбуждённым шёпотом и смехом. Кто-то сразу же начал искать себе союзников, разбиваясь на группы; другие стояли в стороне, настороженно оглядывая толпу. Фламма, решив не терять ни секунды драгоценного времени, одним прыжком вскочил на каменный стол и, привлекая внимание всех собравшихся, громко хлопнул в ладоши. — Уважаемые ученики Академии Четырёх Башен! Я хочу, чтобы вы все стали свидетелями этого момента, — его голос прозвучал звонко и уверенно, перекрывая шум толпы. — Я Фламма Игнис, воин клана Фульгур, предлагаю Эларе Квинн стать моим целителем. Элара! Элара почувствовала, как кровь приливает к лицу. На неё устремились сотни взглядов — любопытные, насмешливые, завидующие. Ей пришлось выйти из толпы, каждый шаг давался с трудом, словно она пробиралась сквозь сугроб. Она остановилась перед Фламмой, который сиял, стоя на столе, и чувствовала, как земля уходит из-под ног. Фламма спрыгнул со стола, приземлившись легко, словно кошка. Он протянул ей руку, слегка поклонился и произнёс: — Элара Квинн. Будешь ли ты моей целительницей? Элара, смущённая и взволнованная, протянула ему руку и присела в неловком книксене. — Я твоя целительница со дня нашей встречи и до конца наших дней, Фламма. Рокот одобрения прошелся по ученикам, словно волна. Кто-то засвистел, кто-то захлопал. Фламма засиял своей самой лучезарной улыбкой, наклонился и поцеловал Элару в лоб, а затем, подняв кулак вверх, начал скандировать: — Це-ли-тель! Це-ли-тель! Его энтузиазм оказался заразительным — толпа подхватила ритм, и двор наполнился гулким, почти боевым скандированием. Элара стояла в центре внимания, чувствуя, как внутри смешиваются неловкость и тепло. Лео стиснул зубы. Он был зол — на себя, на Фламму, на внезапно рухнувший план. Он сам хотел предложить Эларе эту роль, но Фламма опередил его. Теперь оставалось только молча наблюдать. Теперь учеников ожидало распределение по группам и усиленные тренировки. Каждого будут обучать защищаться и нападать, а целители отправятся в кабинеты — поглощать теорию, запоминать схемы магических полей и учиться стабилизировать состояние бойцов в экстренных ситуациях. Их практика будет проходить только в рамках тренировок боевых групп — и то, если бойцы не успеют нанести друг другу смертельные раны до того, как целитель вмешается. Такие турниры проводятся ежегодно, с древних времён. Говорят, первый был устроен ещё до основания Академии, когда маги пытались доказать, чья стихия сильнее. Традиция не прерывалась. Турниры помогают ученикам получить практические знания о своих сильных и слабых сторонах, а победитель становится президентом Академии. Звание — помпезное, но на практике почти ничего не даёт. Никакой реальной власти, ни права голоса в Совете. Только имя в списке, которым можно гордиться... или которое можно использовать. Особенно если ты из низшего сословия. Для таких, как Элара, это шанс — единственная возможность выделиться, заставить аристократов посмотреть на тебя иначе. Поступить на службу в знатную семью, получить рекомендацию в Совет, перестать быть просто «ещё одной целительницей». Но сейчас Эларе было не до этого. Когда толпа рассеялась, она присела за стол в тени старого дуба и развернула листок, на котором вчера, дрожащей рукой, срисовала руну. Она спрашивала у Лео, но его ответ был слишком размытым: «Это древний символ. Я не уверен. Похоже на подавление, но нужно смотреть в источниках». Он посоветовал ей прошерстить пару книг, но у самой Элары не было доступа к тем архивам. Она сидела, глядя на линии, которые не понимала, и чувствовала, как внутри нарастает глухое раздражение на собственную беспомощность. Пальцы сжимали край листка так сильно, что бумага начала мяться. Внезапно рядом с ней кто-то опустился на скамью. Она вздрогнула — настолько была погружена в свои мысли. Люк сидел вполоборота, положив руку на спинку скамьи, и смотрел на неё с той же лёгкой насмешкой, которую она уже научилась не замечать. — Уже готовишься к турниру? — спросил он, чуть помедлив, словно смакуя каждое слово. — Хорошая девочка. Элара тяжело вздохнула и протянула ему листок с рисунком. — Ты знаешь, что это? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я спрашивала у Лео. Он не смог сказать точно — только что древняя и связана с подавлением. Люк взял листок, мельком глянул на него, и на его губах появилась кривая усмешка. — Дилетант, — сказал он с лёгким презрением. — Это руна подавления магии. Одна из самых старых, известных ещё до разделения кланов. Элара почувствовала, как сердце пропустило удар. — А как её снять? — спросила она, не в силах скрыть дрожь в голосе. — Вариантов два, — Люк откинулся назад, смотря в небо, как будто перечислял очевидные вещи. — Первый: попросить снять её того, кто наложил. Второй: сойти с ума при сильнейшем эмоциональном потрясении. Второе — не рекомендую. Даже если выживешь, обратно тебя уже никто не соберёт. — Откуда ты… — начала она, чувствуя, как внутри закипает смесь страха и раздражения. — Знаю? — перебил он, и в голосе его послышалась та самая усталая снисходительность, от которой ей хотелось его ударить. — Элара, я — единственный наследник целого клана Аэтэрис. С самого детства у меня были лучшие учителя, воспитатели и охранники. У меня не было варианта не знать. Он сказал это так, будто объяснял ребёнку пример в десятый раз — устало, почти без эмоций. Элара почувствовала, как внутри что-то щёлкает. Она подняла на него взгляд, и в голосе её зазвенела холодная сталь: — Ну, если ты такой крутой, Ваше Высочество, чего же ты тогда водишься с такой простолюдинкой? Она смотрела на него с вызовом, ожидая очередной колкости, очередной насмешки. Но Люк не отвёл взгляда. Он посмотрел на неё так, как смотрят на что-то, что не могут понять, но что уже давно не отпускает. Он медленно поднял руку и дотронулся до пряди её волос, убрав её за ухо. — Потому что ты мне нравишься, — сказал он, и в голосе его не было обычной насмешки. — Ты красивая. Умная. От тебя исходит необычная энергетика, которую я не могу объяснить. Ты мне просто нравишься. Он говорил без пафоса, без игры. Просто факт. И от этого факта у Элары перехватило дыхание. Она смотрела на него, чувствуя, как в груди разливается что-то тёплое, незнакомое, почти пугающее. Она не знала, что ответить. Вместо этого она лишь хмыкнула, пытаясь спрятать замешательство за привычной колкостью. — В это тяжело так поверить? — спросил Люк, и его голос стал тише. — Чего ты боишься? Элара подняла на него взгляд. Она хотела снова отшутиться, но слова застряли в горле. Она чувствовала его близость, чувствовала, как он смотрит на неё — и от этого становилось трудно дышать. — Тебя, — сказала она тихо, и в голосе её не было прежней уверенности. — Разницу наших миров. Ты — наследник, а я сирота из другого клана. К чему это всё развивать, если в конечном итоге мы не будем вместе? Люк смотрел на неё, и его глаза потемнели. — Не очень уж ты и задумываешься о балансе, флиртуя с Лео, — сказал он, и в его голосе появилась ревнивая нота. — Он просто рядом, — ответила она, и голос её стал твёрже. — И ничего больше. — Она сделала паузу, собираясь с мыслями. — То, что было в твоей комнате... Был напряжённый день. Ты был пьян. Ты ничего мне не должен, ровно как и я тебе. Давай забудем это и будем просто жить свои жизни. Она сказала это так, будто отрезала что-то важное. Но внутри всё дрожало. Люк не отвел взгляда. Он смотрел на неё с той же настойчивостью, что и раньше, но теперь в его глазах была не насмешка, а что-то более тёмное и тягучее. — Я пытался забыть, Элара, — сказал он, и его голос стал хриплым. — Но правда в том, что я не могу перестать думать о тебе. Я осознал свою ошибку в библиотеке. Я заставил парней извиниться. Чёрт, я даже сделал ту вечеринку для тебя и твоих друзей. Я порвал с Вивьен. — Он замолчал на мгновение, и его дыхание стало глубже. — Это всё было для тебя. Тишина повисла между ними, тягучая и напряжённая. Элара чувствовала, как его слова проникают в неё, как они разрушают её защиту. Она не знала, что ответить. Она только смотрела на него, чувствуя, как внутри неё поднимается волна страха и надежды. Её губы приоткрылись, чтобы сказать что-то — она ещё не знала, что именно, — но в этот момент послышался топот, и из-за поворота вылетел Фламма, запыхавшийся, но сияющий от счастья. — Элара! Люк! — заорал он, размахивая большим листом пергамента. — Вы где тут прячетесь? Предварительные списки команд уже вывесили! Я только что видел! У нас будет отличная компания! Он подбежал к ним и, не обращая внимания на напряжённую атмосферу, сунул лист им под нос. — Смотрите, смотрите! — он ткнул пальцем в строки. — Группа «Феникс». Фламма Игнис — боец, Мендакс — боец, Люк Клариссимус — стратег. А целитель, — он поднял глаза на Элару, и его улыбка стала ещё шире, — Элара Куинн. Мы в одной команде! Элара уставилась на список. Её имя стояло рядом с его именем. Люк. В одной команде. Она перевела взгляд на него. Он смотрел на неё с той же настойчивостью, что и секунду назад, но теперь в его глазах мелькнула лёгкая усмешка. — Похоже, нам придётся работать вместе, — сказал он тихо, так, чтобы слышала только она. Элара почувствовала, как её сердце пропустило удар. Она хотела сказать что-то острое, отстранённое — но не могла. Внутри неё всё перевернулось. «Он будет рядом», — поняла она. — «Каждый день. Каждую тренировку. В каждом бою». И от этой мысли у неё перехватило дыхание. — Ну что, команда! — Фламма хлопнул Люка по плечу, не замечая напряжения между ними. — Надеюсь, ты умеешь держать удар, наследник. Потому что я собираюсь выложиться по полной. Люк усмехнулся, но его взгляд всё ещё был устремлён на Элару. — Я умею, — ответил он. Фламма повернулся к Эларе и протянул ей руку. — Ну что, целительница, — сказал он с широкой улыбкой. — Готова к тому, что тебе придётся возвращать нас к жизни? Элара взяла его руку, чувствуя, что её пальцы всё ещё дрожат. Она посмотрела на Люка — он стоял в двух шагах, и между ними снова была та самая тишина, которая начиналась где-то в груди и не заканчивалась. — Я всегда готова, — ответила она. Но она знала, что это неправда. Она была совершенно не готова к тому, что будет рядом с ним.