Я куплю тебе новую жизнь

— Не берите в голову, Нанами-сан, — тихо посоветовала Азуми, когда он сел в машину и завёл мотор. Пальцы против воли стиснули кожаную оплётку руля. Хотя сказать, что Нанами зол, пожалуй, было бы не совсем верно. Скорее, предельно сосредоточен. Но это совершенно не означало, что слова, брошенные Хироки с целью оскорбить, его не задели. Между ним с Кэтсуми ещё толком ничего и не было, а он уже дважды за последние сутки вынуждено выслушивал отповеди и предостережения разной степени тактичности. А вот это уже начинало выводить из себя.       Нанами привык всегда сам решать, как ему поступить в той или иной ситуации, ни на кого не оглядываясь и уж тем более не спрашивая разрешения. А тут его второй раз отчитали как несмышлёного ребёнка за то, чего он, в общем-то, и не сделал. И форма, в которой ему указали на его место, не имела особого значения. Нанами злил именно факт того, что едва ли не впервые в жизни его пытались заставить поступить вопреки собственному мнению.       Руки на руле сжались ещё сильнее, выдавая крайнюю степень негодования. — Хироки-сан отыгрался на вас, потому что не смог выразить своё недовольство напрямую госпоже. И если вас это порадует, то его нападки говорят о полном бессилии, и как-то повлиять на сложившуюся ситуацию он просто не в состоянии, — стараясь тактично поддержать и утешить, пояснила она. — Я это понимаю, — ровно отозвался Нанами. — Всё в порядке, Азуми. Спасибо за заботу. — Он включил первую передачу и выехал из гаража. Напоминать ей о том, что она сама немногим ранее советовала ему сделать ровно тоже самое, смысла не имело. Как, впрочем, и озвучивать, что подобные предложения привели к ровно противоположному результату. У Нанами ещё не было конкретных планов в отношении Кэтсуми, но такое противодействие однозначно распаляло чувство противоречия. Он считал, что никто, кроме самой Кэт, не в праве вмешиваться в их взаимоотношения.       Когда он подъехал к крыльцу, Кэтсуми уже ждала его внизу. Собранная и серьёзная, в деловом костюме светло-серого цвета. Он припарковался рядом, но не успел выйти, чтобы открыть ей дверцу, потому что она сама быстро села на пассажирское сидение впереди. Нанами слегка удивился такому решению, но заострять на этом внимания не стал, а молча вырулил к воротам. Не заметить, что она расстроена и нервничает, было сложно.       Первые десять минут пути прошли в полной тишине. Её настроение разительно отличалось от утреннего настроя. Визит Хироки и ей доставил немало отрицательных мгновений. Он не просто по обыкновению вывел Кэтсуми из себя, а заставил задуматься. Возможно, даже немного напугал. И самым неприятным было то, что испугалась она не за себя. А вот это уже точно не оставило её равнодушной. Кэтсуми, безусловно, в определённой степени переживала за всех своих сотрудников, особенно тех, кого считала ценными специалистами и уважала за профессиональные качества. Но всегда её эмоции носили сугубо деловой характер. Никогда и ни к кому она не испытывала личной заинтересованности. А сейчас выходило, что она даже себя не могла убедить в том, что Нанами важен для неё исключительно как персонал: хороший водитель, надёжная охрана. И это тоже пугало. Подобные чувства в отношении наёмного работника Кэтсуми считала недопустимыми и опасными. Опасными в первую очередь именно для него.       Вот только напряжённый профиль Нанами, его сосредоточенный взгляд, устремлённый на дорогу, и затянувшееся молчание наталкивали её на мысль, что Хироки наговорил ему гадостей. И ей, вопреки всем своим принципам и убеждениям, очень хотелось сгладить неприятные впечатления, объяснить, что не стоит принимать его слова близко к сердцу. — Кэтсуми-сан? — Нанами? — Они позвали друг друга одновременно и оба замолчали.       Нанами хмыкнул и отвернул к обочине, посчитав, что разговор будет долгим. Заглянув ей в глаза, он ласково улыбнулся. Она напоминала сейчас взъерошенного, растерянного зверька, которому и страшно, и в то же время он готов атаковать любого, кто приблизится. — Не стоит беспокоиться обо мне. Что бы ни сказал Хироки-сан, ему даже в теории не удалось бы меня задеть. — Догадываясь о причине её нервозности, первым начал Нанами. — Да с чего ты взял, что я об этом?! — буркнула Кэтсуми, но взгляд отвела и поджала губы. — Я ошибся? — чуть прищурившись, самоуверенно усмехнулся он. — Что ж, в таком случае, прошу простить мне мою самонадеянность. Вы хотели спросить меня о чём-то ещё? — Нет! — психанула она и почти сразу отвернулась. Расправив плечи и сев ровно, Кэтсуми уставилась вперёд, на дорогу. — Разговор окончен. Двигай! — Извини, Кэт, — тихо сказал он, а она дёрнулась и удивлённо на него посмотрела. — Я не хотел. Видимо, слишком привык постоянно с тобой бороться. Кхм… Хироки-сан сказал, что я всего лишь твоё очередное увлечение, игрушка. Чтобы я знал своё место, потому что скоро тебе надоест, и я быстро исчезну в том же направлении, откуда появился. Вот и всё. И знаешь, у него скудная фантазия. Меня не впечатлило. — Не бери в голову, — опустив глаза, она ненамеренно повторила слова Азуми, сказанные в гараже. Она предполагала, что именно мог сказать Хироки, но это не отменяло того факта, что поступок мерзкий. — Ты его нервируешь. Он не знает, чего от тебя ожидать. Вот и бесится. — Я это понял, — спокойно кивнул Нанами, а затем, протянув руку, аккуратно обхватил пальцами её подбородок и приподнял голову, вынуждая посмотреть на себя. — А ты? — Что я? — нахмурилась Кэтсуми, отчего-то испытывая замешательство. Она вдруг снова испугалась, как тогда, утром в коттедже. Сердце вновь помимо воли забилось быстрее в предчувствии беды или же чуда. — А ты знаешь, — Нанами наклонился и приблизился настолько, что она ощутила тепло его дыхания на свой щеке, — чего от меня ожидать? — и нежно провёл большим пальцем по приоткрытым в изумлении губам. — Что-то уже не уверена. — Она отпрянула, силясь понять, какого чёрта он вытворяет. А заодно пытаясь подавить совершенно неуместное желание податься вперёд и поцеловать растянутые в лёгкой улыбке губы. — Да что ты… — Тогда я поясню, — перебил её Нанами и, опустив руку, сел ровно. — Мне абсолютно наплевать на то, что думает обо мне твоё окружение. Тем более среди них не так уж много тех, кто, на мой взгляд, достоин уважения. Поэтому я считаю себя в праве игнорировать их мнение. Я буду рядом до тех пор, пока этого хочешь ты. И только твои слова и желания имеют для меня значение. — Вот как? — Кэтсуми мотнула головой и убрала упавшую на лицо прядь волос, а затем ядовито усмехнулась. — Ну, раз я, по твоим же словам, имею такое исключительное влияние на твои действия, то будь добр, заткнись и поехали уже! У меня, знаешь ли, есть дела поважнее твоих закидонов! — После чего сердито отвернулась к окну, показав, что разговор окончен. — Как прикажете, моя госпожа, — хмыкнул Нанами, наблюдая за тем, как она стиснула зубы. — Ты зарываешься, мальчик! — не оборачиваясь, процедила Кэтсуми. — Ещё одно слово и я… — Слушаюсь. — Прервав её, Нанами выехал на проезжую часть, всё ещё слегка улыбаясь.       Кэтсуми невидяще смотрела сквозь стекло на проносящиеся мимо пейзажи, а в груди с бешеной скоростью колотилось сердце, перекачивая кровь, обжигающую щёки. «Да что он о себе возомнил?! — злилась она. — Можно подумать, что случайный перепихон на пляже даёт ему хоть мизерный шанс на нечто большее! С чего бы вдруг?! Он всего лишь один из, и точка! Волнуюсь я за него?! Ха! Да как же! Он просто мне полезен!»       Когда за очередным поворотом дороги показались первые очертания плотной городской застройки, она разве что не кипела, успев накрутить себя до состояния тихого бешенства. Зато неудобные и пугающие мысли о Нанами, которые она панически гнала от себя прочь, потонули в вихре негодования.       Машина замерла на парковке. Кэтсуми украдкой выдохнула и повернулась, посчитав, что совсем ни к чему показывать ему, насколько сильно её задели его слова. «Он и так уже навыдумывал себе всякой ереси», — подумала она. — Пока жди. Через час передам документы, и их нужно будет доставить в офис Такэда, — перейдя на привычно-деловой тон, распорядилась Кэтсуми и села ровно, ожидая, пока он её выпустит. — Хорошо, Игараси-сан, — так же в рабочем режиме ответил Нанами и вышел из машины.       Кабинет встретил её прохладой, тихим гудением кондиционера и лёгким ненавязчивым запахом моря. Но, несмотря на привычно-комфортную обстановку, она не могла успокоиться и сосредоточиться хоть на чём-то. С тоской посмотрев на зелёные цифры электронных часов, Кэтсуми едва не застонала от безысходности. Скоро прибудут деловые партнёры, а она бесится из-за того, что какой-то там водитель замечает и понимает гораздо больше, чем ей того бы хотелось. — Да что за чёрт! — Зажмурившись и наклонив голову вниз, Кэтсуми вцепилась руками в спинку ближайшего стильного офисного кресла, со скрипом стиснув пальцами кожаную обивку. — Выброси эту дурь из головы! — Госпожа? — раздался из динамика подозрительно учтивый голос Азуми. — Ваши партнёры уже в пути. Договор подготовлен. А ещё со мной связал господин Курасава-сан и сообщил о своём согласии на встречу. Он ждёт вас послезавтра в восемнадцать ноль-ноль в «Морском бризе». — Ку-ра-са-ва… Твою ж мать! — она развернула кресло, в спинку которого мгновением ранее пыталась вонзить ногти, и обессиленно в него рухнула, прижав ладони к лицу. Но спустя минуту, когда Кэтсуми опустила руки, на нём отражалось выражение крайней задумчивости, а неуместные переживания отошли на второй план. На горизонте нарисовались проблемы посерьёзнее душевных терзаний, как и перспективы, от которых напрямую зависел успех одного чрезвычайно важного для неё проекта. — Чёрт бы побрал заносчивого ублюдка! Какому бы демону продать свою душу, чтобы выдавить из него согласие на сотрудничество. Проклятье!       Нанами опустил книгу на колени и посмотрел в окно, с недоумением наблюдая, как, торопясь к машине, приближается Кэтсуми. Спрятав томик в бардачок между сидений, он поспешил выйти навстречу и открыть дверку. Она автоматически села на сидение, никак на него не отреагировав. Нанами нахмурился. Вряд ли она на него до сих пор злилась. Скорее всего, намечались какие-то внеочередные неприятности. В груди всколыхнулось чувство тревоги, а на плечи тяжким грузом навалилось осознание того, что он снова будет не в силах ей помочь. — К Такэда, — рассеянно сказала она. — Потом в центр исследований.       Посещение головного офиса холдинга прошло на удивление спокойно и быстро, а вот потом выверенное расписание полетело в пекло. Кэтсуми перенесла встречи на вечер и утро следующего дня. Сама же всё оставшееся время провела в одной из лабораторий. Но, видимо, безуспешно.       Покидая в четыре часа дня здание исследовательского центра, Кэтсуми была мрачнее тучи. А на лицах спустившихся её проводить Укё и Хикару и вовсе отражалось отчаянье. — Мы всё подготовим к завтрашнему вечеру, — нервно поправив съехавшие от быстрого шага на переносицу очки, заверил её Укё, остановившись чуть позади. Кэтсуми обернулась.       Он бросил быстрый взгляд на замершего рядом Хикару. Тот энергично закивал головой, тряхнув длинными рыжими волосами, завязанными в высокий хвост, и на мгновение опустил виноватый взгляд вниз, рассматривая носки своих ботинок, но затем вскинул голову. — Может, мы всё же попробуем провернуть трюк с MS-6/739. Я бы мог попросить помощи у одного из своих братьев, — неуверенно предложил Хикару. — Он умеет быть очень убедительным. Я за это ручаюсь. — Спасибо, мальчики, — Кэтсуми отрицательно покачала головой. — Но ничего не выйдет. Я слишком хорошо знаю Курасаву. Он не купится. Не забивайте себе голову. Это не ваши проблемы. На вас техническое обеспечение и коды доступа к системе безопасности. С остальным я разберусь сама.       Они низко поклонились и понуро поплелись к дверям комплекса, а Кэтсуми, тяжело вздохнув, нырнула в спасительный полумрак салона. «Что-нибудь придумаю? Легче сказать, чем сделать». Она как будто даже съёжилась на заднем сидении и замерла, безуспешно пытаясь придумать способ выкрутиться.       Нанами вернулся за руль и тихо ждал распоряжений. По-хорошему, им бы стоило уже выдвигаться в сторону офиса. До первой из перенесённых встреч осталось не слишком много времени. Но он видел, что ей необходима передышка, и решил пренебречь расписанием, прикинув, что успеет доставить Кэтсуми вовремя, несмотря на задержку. — Нам пора, — тихо, но твёрдо произнёс он, когда часы показали, что уже половина пятого. — Игараси-сан? — Её застывшее восковой маской лицо в зеркале заднего вида дрогнуло, а губы поджались. — Поехали. Я в порядке. Просто немного задумалась, — согласилась Кэтсуми и откинулась на спинку.       Он ей не поверил. Она была далеко не в порядке. А его в который раз окатило чувством беспомощности. К этому невозможно было привыкнуть. За всю свою жизнь Нанами, пожалуй, всего однажды испытал похожее ощущение, но тогда изменить что-либо было уже нельзя. И он очень не хотел повторения. — Прибыли. — Его голос вывел её из задумчивости, когда машина остановилась у здания холдинга. — Успели, — отозвалась Кэтсуми и распахнула дверку. — Отдыхай пока. И спасибо, — не уточняя, за что, поблагодарила она. Нанами прикрыл глаза и подумал, что лучше бы наорала за самоуправство.       Минуты растянулись в бесконечность. Ленивое ожидание в компании новой книги, уже седьмой по счёту из его библиотеки, не принесло удовольствия. Он вообще едва понимал, о чём читает. И, не находя себе места, всё больше нервничал. Чувствовал, что она снова вляпается в неприятности, потому что не может получить желаемое напрямую. Поэтому, сидя в машине, он раз за разом прокручивал в уме способы возможной помощи.       Насколько Нанами понял из обрывков разговоров, у Кэтсуми возникли сложности с одним из поставщиков какого-то важного для исследований компонента. И ей никак не удавалось договориться. Что это за исследования и чем они так ей дороги, он даже вникать не стал. Всё равно, скорее всего, не разобрался бы, даже объясни Азуми ему суть. Но одно он уяснил чётко — она собиралась сделать что-то не совсем, видимо, законное, а значит, он должен её защитить от возможных последствий. Вот только для начала в необходимости его участия нужно было убедить саму Кэтсуми. А это тоже было непросто. — Что же делать? — взъерошив немного отросшие волосы, вслух выдохнул он. — Ничего, — ответила ему Азуми. — Думаю, госпожа в любом случае найдёт выход из сложившейся ситуации. А я прослежу за тем, чтобы с ней ничего случилось. — О чём шепчетесь? — К ним присоединилась Кэтсуми. — О том, что я бы очень хотел вам помочь. В чём бы эта помощь ни заключалась. Вид у вас совсем потерянный, — честно признался Нанами. — Вот только вы же скорее надорвётесь, чем обратитесь ко мне за поддержкой? — попенял он ей. Изворачиваться Нанами не умел, поэтому и высказал всё, что думает, в лоб. — Я не совсем понимаю, почему вы не можете воспользоваться рычагами давления холдинга, но раз уж дело настолько важное, то, может быть, моё участие не окажется лишним. Хотя бы в случае проблем я смогу вас прикрыть. — Значит, хочешь помочь? — Кэтсуми как-то странно на него посмотрела. С сомнением, но очень уж задумчиво. Словно вертела в руках нестандартный кусочек пазла, прикидывая, куда его можно максимально выгодно пристроить. — Да, — без лишних слов кивнул Нанами. — Всем, чем смогу. Вы можете мне доверять. — Хорошо, — вдруг согласилась она, окинув взглядом его строгое лицо и широкий разворот плеч, будто прицениваясь, а достаточно ли он хорош для задуманной ею аферы. — Это значительно упростило бы мне задачу. — Придя к только ей известным выводам, она усмехнулась. — Азу, набери Укё. Планы изменились. — Да, госпожа. — Отчего-то Нанами показалось, что та не слишком обрадовалась согласию Кэтсуми. И это было несколько странно. Обычно Азуми приветствовала любую посильную помощь её госпоже. — Хотя я бы вам не рекомендовала впутывать Нанами-сана, — подтвердила она его предположение. — С вероятностью в девяносто три процента, в случае успеха у вас возникнут проблемы другого рода, к тем, что спрогнозированы изначально, — сухо прокомментировала она. Нанами нахмурился. — Он сам предложил. Ведь так? — уже более уверено возразила Кэтсуми и взглянула на него, получив кивок в знак согласия. — Да, но… — Ещё слово, и я отключу голосовой, — пригрозила Кэтсуми. — Уверен, что не пожалеешь? — усмехнувшись, уточнила она у Нанами. — Уверен. Если в моих силах вам помочь, я согласен. Но от деталей, в чём именно она будет заключаться, не отказался бы. — Он не питал иллюзий в том, что задача будет простой или хотя бы законной. Раз уж Кэтсуми со всеми своими возможностями не смогла добиться желаемого раньше. Но считал, что вправе знать, во что ввязывается. — Поедешь со мной на встречу в качестве сопровождения, — пожала она плечами. — Я буду играть не по правилам. А точнее, очень грязно. А ты мне в этом поможешь. По большому счёту, тебе и делать особо ничего не придётся. Только присутствие и твоя впечатляющая сдержанность, что бы ни произошло. — Кэтсуми с самым серьёзным видом заглянула ему в глаза. — Как думаешь, справишься? — То есть, если повторится ситуация, подобная случившейся на рауте, мне не вмешиваться? — неодобрительно уточнил Нанами. — Что-то вроде того. Во всяком случае, пока я сама тебя об этом не попрошу, — подтвердила она его опасения. — Хотя не думаю, что мне будет что-то угрожать. Не дёргайся раньше времени. Ты там нужен скорее для отвлечения внимания и не более. — Хорошо, — с явной неохотой вздохнул он. — Нет, ты не понял. Мне мало твоего условного согласия, — прищурилась она. — Дай мне слово, обещание, не знаю — клятву, что ты без моего разрешения даже пальцем не пошевелишь. Что при любых обстоятельствах ты будешь сдержан, невозмутим и выполнишь любое моё, даже самое безумное распоряжение. Абсолютно любое! — Даю слово. — Нанами так стиснул челюсти, что на скулах появились желваки. Условие ему совершенно не понравилось, но он счёл, что при таких раскладах её точно нельзя отпускать одну.       Она с минуту пристально рассматривала его недовольно-озабоченное лицо, а затем вдруг звонко рассмеялась. — И всё-таки ты неподражаем! — чуть успокоившись, широко улыбнулась Кэтсуми. — Расслабься. Мы поедем в клуб, я поговорю с заносчивым мудаком, которого очень постараюсь раскрутить на сделку, попутно протестировав на нём одну из наших новых разработок. Ну а ты просто устрашающе посидишь рядом. — Пояснив детали предстоящей операции, она снова хмыкнула, глядя в недоверчивые глаза Нанами, и, всё так же улыбаясь, махнула рукой вперёд. — Поехали домой, помощничек. Устала, как собака. — Укё-сан на связи, — вмешалась в их диалог Азуми.       Кэтсуми быстро с ним переговорила, импровизируя на ходу и подстраиваясь под изменившиеся обстоятельства, дала указания по смене стратегии и попросила заменить некий препарат на экспериментальный. О чём шла речь, Нанами не понял, а на попытку уточнить она, отмахнувшись, обронила, что это не более чем технические детали и его они волновать не должны. После чего с головой погрузилась в изучение чего-то на планшете, попросив не беспокоить. Времени осталось слишком мало.

***

      Утро началось со звонка курьера, который привёз запакованный в защитный чехол костюм для встречи. Посмотреть или примерить его не вышло, так как в одно время с курьером с Нанами связалась Азуми, чтобы ознакомить его с новым расписанием.       Список дел на некоторое время ввёл Нанами в ступор. Ему предписывалось весь день посвятить себе. Точнее, если принять во внимание едкие комментарии Кэтсуми, привести себя в божеский вид. И стрижка в этом списке была, по его мнению, самой адекватной процедурой. Но протестовать он не решился, так как сам пообещал выполнять даже самые дикие распоряжения.       Впрочем, на следующий день он понял, что погорячился насчёт окончательных выводов о сумасбродстве своей работодательницы. Вояж по салонам не шёл ни в какое сравнение с тем, что его ожидало дома. Костюм.       Стоя перед зеркалом, Нанами отчаянно боролся с желанием сорвать к демону с себя новые вещи, сжечь их, не взирая на стоимость, и спрятаться в каком-нибудь бомбоубежище, чтобы оправиться от полученной психологической травмы.       Это всё ещё был строгий мужской костюм, на чём и заканчивалось его сходство с привычным гардеробом.       Белоснежные брюки на семь восьмых длины с простроченными стрелками облегали ноги, словно вторая кожа, из-за чего Нанами постоянно хотелось оттянуть тонкую ткань в районе паха и на ягодицах. Невесомая ало-красная рубашка с рукавом в две третьих из мокрого шёлка также плотно прилегала к телу, выгодно подчёркивая рельеф фигуры, бликуя в искусственном свете всполохами на тонких серебристых нитях отстроченного отлёта воротничка, манжетах и полочки. А привычный пиджак заменил белый приталенный жилет с U-образным вырезом, застёгивающийся сразу под грудными мышцами на манер корсета. Ну и дополняли образ красные лакированные туфли со сложным витиеватым рисунком на тон темнее рубашки.       Нанами смотрел на себя и боялся пошевелиться, не понимая, как вообще смог натянуть всё это. Он ощущал себя куском мяса в вакуумной упаковке, выставленным на витрине. — Нанами-сан, нужно выезжать. — На столе ожила портативная колонка. — Я не могу, — без тени эмоций отозвался Нанами, не отрывая взгляда от отражения в зеркале. Разве что отчётливо выделяющиеся желваки выдавали его истинное настроение. — Если я пошевелюсь в ЭТОМ, оно просто расползётся по швам. Может, проще пойти на встречу голым? — Нанами-сан, вам… — Не вздумай сказать, что мне идёт, — едва ли не с угрозой процедил он. — Вам пора, я хотела сказать, — как ни в чём не бывало, невозмутимо продолжила Азуми прерванную фразу. — В противном случае вы рискуете опоздать. — С вероятностью в девяносто девять процентов, ты лжёшь, Азуми, — ядовито огрызнулся Нанами и тяжело вздохнул. — А рискует сейчас только твоя обожаемая госпожа, — мрачно закончил он.       Азуми благоразумно промолчала, понимая, что в уговорах нет необходимости. Он всё равно поступит должным образом.       Нанами на пробу осторожно повернулся к зеркалу боком с полной уверенностью, что услышит треск ткани. Но его опасения не оправдались. Костюм выдержал. Ещё раз взглянув на своё отражение с другого ракурса, он скрипнул зубами. Вид определённо лучше не стал. Скорее наоборот. В зеркале отражался то ли условно похожий на него мужчина с замашками престарелого стриптизёра, то ли жертва безумного модельера. — Как павлин, — зло выдохнул он. — Или скорее — клоун. — Но выбора не было, и он, засунув поглубже своё недовольство, направился к двери.       Несмотря на то, что при первом шаге костюм всё также не собирался рваться, он безотчётно старался идти плавно и размеренно. Каждое движение отдавалось неприятным давлением в паху и натяжением ткани по всему телу. Сейчас Нанами сам себе напоминал марионетку в руках неопытного кукловода, обряженную в нелепый наряд и веселящую толпу неуклюжими ужимками. И это до крайности бесило. Он не понимал, для чего был нужен весь этот маскарад. Они ведь ехали на деловую встречу, чтобы заключить важный контракт, а не в квартал красных фонарей поразвлечься. — Даже учитывая, что вы воспримите мои слова негативно, я всё же озвучу своё наблюдение: Вам очень идёт. Вы выглядите эффектно, — ровно сказала Азуми, когда он практически вполз на водительское сиденье, позволив просочиться в голос лишь малой толике сочувствия. — Главное — произвести впечатление. Господин Курасава — человек весьма экстравагантный. Богатый, влиятельный, а ещё привыкший к эпатажу, излишествам и роскоши во всём.       Нанами молча завёл мотор. Обсуждать свой внешний вид, встречу, да и вообще хоть что-то, связанное с предстоящим вечером, он был не готов.       Кэтсуми появилась на крыльце ровно в тот момент, когда он затормозил у ступеней. Она слегка улыбнулась, излучая уверенность и невозмутимость, а Нанами с отвисшей челюстью уставился на неё, забыв, что по инструкции должен выйти и открыть дверку. В сравнении с нарядом Кэтсуми, его костюм вполне можно было счесть приличным.       Платье, если можно так сказать, представляло собой сложную конструкцию из переплетённых полос белого и красного шёлка, едва прикрывающих стратегически важные участки тела. Ассиметричный подол не скрывал стройные ноги, а дерзкий разрез до бедра, в котором, будоража воображение, виднелся край ажурных чулок, создавали впечатление, что она бросила вызов всем канонам делового стиля.       Отвести взгляд удалось далеко не сразу. С одной стороны, его немного шокировал её выбор одежды для встречи. С другой — он не мог не признать, что выглядела она потрясающе.       Спустившись по ступеням на умопомрачительной высоты каблуках и соблазнительно прогнувшись в спине, Кэтсуми заглянула в салон через открытое окно и постучала пальцем с дорогим маникюром по боковой стойке дверки, напомнив о его прямых обязанностях. Нанами захлопнул рот и выскочил из машины, совершенно забыв о том, что старался не делать резких движений. — Прошу прощения, — скомкано извинился он.       Всё недовольство на время улетучилось. Его вытеснили яркие впечатления от увиденного. Тем более, что пока Кэтсуми грациозно садилась на сидение, он, словно загипнотизированный, смотрел на её спину. В глубоком вырезе, доходившем практически до ягодиц, обнажённую кожу в немыслимом хаосе оплетали тонкие полосочки ткани, соединяющие, видимо, верхнюю и нижнюю части белья. — Слюни подбери и поехали, — беззлобно поддела его Кэтсуми, и хотя в голосе слышалась изрядная доля иронии, она осталась довольна его реакцией. — Ты тоже шикарно выглядишь. Пожалуй, стоило бы пересмотреть фасон твоей рабочей униформы. — Нанами поперхнулся, спустившись с небес на землю и пытаясь понять, пошутила она или нет. — Не объясните, к чему этот маскарад? — с недовольством спросил он, когда они выехали за черту города. — Встречу перенесли в бордель, а расплачиваться за вход придётся натурой? — Боги, ну ты и ханжа! — рассмеялась Кэтсуми. — Мы едем в один из самых шикарных клубов Японии, а ты бурчишь, как старый дед. Я и так подобрала для тебя наиболее простенький и скромный костюм. Побоялась, что останусь без водителя, потому что его разобьет паралич, в чём-то более откровенном. Этот клуб — любимое детище Курасавы, и никто в строгой униформе телохранителя тебя туда не пропустит, чтобы не напугать гостей. Расслабься. — Я не могу расслабиться. Во-первых, я на работе. Во-вторых, до сих пор не знаю, чего ожидать от самой встречи. Но наш внешний вид наталкивает на совсем уж нехорошие мысли. — пробурчал он. — И в-третьих, я теперь практически не сомневаюсь, что придётся защищать вашу честь. А то, может, ещё и свою. — Можешь подождать меня в машине, — фыркнула она, забавляясь его непривычной нервозность, пусть он и пытался её спрятать. — Насильно не потащу. — Нет. Исключено, — Нанами стиснул челюсти. — Тогда не ной и веди себя согласно уговору: сдержано и невозмутимо, как серьёзный мальчик. Иначе это будет последний раз, когда я позволю тебя меня сопровождать, — резко отбросив веселье, предупредила его Кэтсуми. — Не вздумай испортить мне игру!       Нанами кивнул. Он и так уже успел подумать о таком варианте развития событий, ещё на примерке своего костюма. Поэтому и не стал звонить ей с претензиями по поводу выбора одежды.