Я заблудился

      Гарри вернулся в отель в Нью-Йорке, где снял номер, когда прилетел. В машине он стёр все напоминания о себе и, при помощи магии, отправил её прямиком в Школу Сальваторе. Теперь Хоуп знает где он, но сможет ли найти среди тысячи таких же обычных мальчиков, которые выглядят как ботаники у магглов? Вряд-ли. Он решил не звонить брату и сёстрам, а заняться... Собой. Да. На следующий день он записался на борьбу, стрельбу и танцы. Тренер на бальных танцах оказалась женщина лет сорока, а на Pole Dance девушка моложе двадцати и на один и от же вопрос от обеих: «Зачем?», — он просто отвечал: «В фильмах хореографы очень круто ставят постельные сцены и я хочу, чтобы мой секс выглядел также сногшибательно», — они умилялись и готовы были поверить в любые слова этого юного, застенчивого девственника. Нет ничего лучше пытаться сесть на шпагат и параллельно пялиться на множество женских тел, которые стонут от боли в мышцах. Также, он стал учиться водить автомобиль, с механической коробкой передач. С Мустангом просто повезло. Гарри хотел большего — дрифт. Словом, ему хотелось окунуться во все крутые маггловские штуки, которые не только давали расслабление после победы в войне, но и приносили наслаждение, которое он ни разу не испытывал ни в этой жизни... Ни в прошлой.       Парни на борьбе и стрельбе учили не только правильно держать оружие и удар, но и грамотно вести себя с девушками. Тренеры по танцам подсказывали ему, как лучше одеваться, чтобы, несмотря на молодость, его воспринимали всерьез: больше всего подходил стиль «Old Money» и Гарри сразу закупил себе несколько классических костюмов и разноцветных рубашек, которые можно по-разному сочетать друг с другом. Менять прическу и очки на линзы он не хотел, слишком забавляло играть в наивного мальчишку.       От азартных игр он также не стал отказываться. В те века азартом были только войны, а казино и прочие забавы хорошо развивают хитрость, дерзость и отсутствие страха брать своё здесь и сейчас. Волшебный мир иногда казался скучным по сравнению с мироустройством магглов, с психологией современного человека. Книги Гарри тоже читал, потому что ещё с древности понял, что красивым телом можно манипулировать, а умным — завоевать мир.       Ему нравился гедонизм, который он сам себе организовал, но хотелось большего. Чего?

***

      Финч отчитала Хоуп, когда та рассказала о том, что незнакомец сбежал. «Ты в своём уме?! Мало того, что ты повела его в сторону Школы, о чем я тактично промолчала, так ещё и дала сбежать! Не могла попробовать усыпить обычным человеческим снотворным, вдруг бы помогло?!», — но Хоуп уже давно отвыкла работать с вещами простых людей и слова парня о том, что сверхъестественные существа стали ленивы не вылезали из головы. Она уговорила Финч не рассказывать никому о произошедшем и решила поговорить об этом с семьёй.       Групповой звонок. Дядя и тётушки радостно поприветствовали Хоуп. Фрея заметила странный фон: — Ты к кому-то из нас приедешь? — Нет. Я выехала за город, не хочу чтобы кто-то слышал, — Хоуп сидела в машине. — Что случилось? — нахмурился Кол. Хоуп рассказала: — Почему вы не говорили, что дом нашей семьи находится у меня прямо под носом?! Я закончила Школу Сальваторе, но в Мистик Фоллс или где-либо ещё у меня ни дома, ни квартиры нет, поэтому приходится жить там и помогать с новыми учениками. А могла бы отстроить это место и вы бы приезжали на семейные встречи! — Ты всегда можешь приехать жить в Новый Орлеан, — вставила Фрея. — Это — твой дом, тётя Фрея! Я хочу иметь своё личное пространство, что-то, что будет напоминать мне о папе! — Не вздумай ничего делать с этим местом! — воскликнул Кол. Хоуп никогда не слышала, чтобы он говорил на повышенных тонах с ней. — Этот участок является местом нашей семьи, нашей истории, которая зародилась задолго до твоего рождения и я требую, чтобы оно оставалось в своём «естественном» состоянии! — он гневно смотрел на племянницу. — Не смей с ней так разговаривать! — возмутилась Фрея. — Хоуп, — начала Ребекка, но в её голосе было что-то странное, — твой дом — Новый Орлеан, ты там родилась и там мы помогли вернуть тебе человечность, там погибли твои родители и Элайджа, которые любили это место также, как и ты. Но есть вещи, которые действительно лучше оставить в прошлом, потому что... — она подняла взгляд на племянницу. — Потому что их уже не вернуть, — горечь, в её голосе звучала горечь. — И... Пусть это место служит памятником... Всем нам, — посмотрела на брата. — Финч его охраняет, боится, что парень устроит засаду. Кол тяжело вздохнул: — Только оборотней там не хватало, — и двумя пальцами потер переносицу. — Просто посчитай это обычным совпадением, — продолжила Ребекка. — Нас знает весь сверхъестественный мир и он мог точно также спросить о нашей семье в Нью-Йорке, куда отправился. Хоуп гневно смотрела на семью: — История Майклсонов началась в Мистик Фоллс, когда папа с дядей Хенриком... — Ради дяди Хенрика и не лезь в это место, и оборотня оттуда убери! — перебил Кол. — Когда незнакомец спрашивал о всех Майклсонах, он и Хенрика имел ввиду? — Невозможно, — сказала Фрея. — Даже я с ним не знакома. — Конечно, не знакома, тебя Далия забрала даже до рождения Элайджи, — Ребекка была расстроена. — Если кто-то ещё раз заинтересуется этим местом, то прямо можешь сказать, где я живу и пусть разбираются со мной, ясно? — сказал Кол. — А как же тётя Давина? — Я смогу её защитить. Мы вдвоём отличная команда. — Что будет, если я полезу туда? — Хоуп распирало от любопытства и обиды, что дядя и тётя так остро отреагировали. — Я увезу тебя и больше ты туда никогда не вернешься! — Кол злился. — Сможешь остановить трибрида? Посмотрим! — Не забывай, что я могу попросить жену изготовить кинжал и усыпить тебя на долгие годы! — Кол! — вмешалась Ребекка. — Не стоит прибегать к фишечкам нашего брата. — Хочешь, чтобы я прибегнул к фишечкам Хенрика?! Давину я просить не стану, но вот руками какого-нибудь глупенького колдуна смогу такое вытворять, что вам и не снилось! — Чтобы потом этот наивный дурак погиб от переизбытка темной магии и у нас началась война с какой-нибудь семьёй? — Ребекка ударила себя по лбу. — Я помню каждое заклинание, каждую выходку, каждое последствие и если ты, Хоуп, хоть пальцем приблизишься к вещам, делам и прочим штукам, которые связаны с Хенриком... — Что?! — перебила та. — Что будет если мы с подругой просто там походим и посмотрим? Ну потрогаем пару камешков и что с того?! История кишит рассказами об ужасных Майклсонах, но я не думаю, что Хенрик чем-то отличался от всех вас вместе взятых! Он умер тысячу лет назад и вряд-ли его враги остались живы! — Это место, может быть, заколдованно до сих пор! — хором проговорили Кол и Ребекка. Фрея молча наблюдала за происходящим и вспоминала, как когда-то Далия рассказывала ей о том, что очень жалеет, что для заклинания надо забирать первенца из семьи, а не последнего ребёнка, который может оказаться в разы сильнее первого. — Хенрик был очень силен, постоянно практиковался в магии, просил первую ведьму обучить его тёмными ритуалам. Одно время Эстер и Майкл пытались бороться, чтобы тьма не заволокла его сердце, но он показал им отличный самоконтроль и они оставили попытки. Даже Кол побаивался пробовать некоторые заклинания. — Дружил с первой ведьмой, а бессмертие себе не обеспечил, — хмыкнула Хоуп, — иронично. — Никто не знал, что он погибнет и уж тем более, что мы станем вампирами, — отрезал Кол. — Мы пытались его вернуть, даже первая ведьма использовала самые ужасные заклинания, от которых её физическое здоровье страдало, но было поздно. Он потерял слишком много крови, которая растворилась в земле. В нём было столько магии, что я, какое-то время, был уверен, что он сам к нам вернётся, не знал как, но все его тело выглядело так, будто раны вот-вот затянутся, как у вампира. — Ты не знаешь эти заклинания, а мы не станем тебе о них рассказывать, — говорила Ребекка. — Неизвестно, как магия себя повела в мёртвом теле. — Разве магия может продолжать существовать без тела? — Фрея подняла бровь. — Что за бред? Если Хоуп любопытно, я могу приехать и сходить с ней по всем семейным местам. Сделаю на могиле Хенрика какие-нибудь особенные цветы, защитный магический барьер и... — Не говори ерунды, — перебил Кол. — Любая магия на могиле первой ведьмы сопровождалась пожаром или чем-то ещё, как и на её доме, на всем, что ей принадлежит. С вещами Хенрика может случиться точно также и никто не захочет тушить этот огонь и при этом погибнуть от влияния темной магии на здоровье. Хоуп трибрид, но давайте не будем забывать, что совсем недавно появилось оружие, которое способно её убить. Если темная магия её не убьет, то сможет ранить не меньше, чем это орудие. Хоуп позвонила Финч и она присоединила её к звонку: — Всем здравствуйте! — поздоровалась брюнетка. — Я осматривала территорию и нашла кое-что, — она увидела, как дядя Хоуп ударил себя по лбу, но не стала акцентировать на этом внимание. — Этот парень говорил за дом, я осмотрела каждый камень, подняла огромные глыбы и нашла перстень старого образца с маленькой гравировкой «М», как на кулоне Хоуп. Я спрятала его в карман и пошла искать дальше, но почувствовала, как кольцо вернулось на прежнее место. Я обыскала ещё несколько мест по периметру, но кроме украшения ничего не обнаружила. Вернулась к кольцу, взяла его снова, но оно меня так сильно обожгло, что я его выронила и оно упало на прежнее место. Только теперь светится ярко-красным цветом. А ещё, — девушка подняла ладонь, — рана от ожога не заживает. Хоуп, вернись пожалуйста, мне нужна твоя кровь. — Ты больше ничего не трогала?! — Кол пришёл в ярость. — Вы обе в своём уме?! Надо было любопытство засунуть в задницу и сразу позвонить нам, а не принимать тупые решения! Мне плевать, что это был за парень, но раз теперь кольцо горит, всему Мистик Фоллс и вашей чертовой Школе придётся ждать гостей! — Всё под контролем! — воскликнула Финч. — Прости, Хоуп, но мне пришлось рассказать об этом Дориану и Аларику. — Ещё лучше, два старых придурка. Человека! — Кол направился к машине. — Зачем ты им рассказала?! — нахмурилась Хоуп. — Потому что я нашла тело! Когда кольцо упало, я стала рыть вокруг него и наткнулась на что-то мягкое, тогда позвонила нашим преподавателям. Аларик сказал дождаться тебя, чтобы ты помогла вылечить руку. Они с Дорианом выкопали тело, по их словам, молодого викинга. Кольцо всё это время оставалось приклеенным к земле, а когда тело выкопали, то само оделось ему на палец. — Тело? — удивилась Фрея. — Может кто-то недавно убил какого-то переодетого фанатика и закопал по-быстрому? — Ребекка пристально посмотрела на сестру. — Да, он может быть колдуном и что? Ролевые игры не отменены! — Учителей и меня больше всего удивило то, — продолжала Финч, — что тело действительно выглядит как недавнее захоронение, но при этом на свету кожа очень бледная, словно мраморная. Как будто вся кровь вышла и оставила одну оболочку... — Поздравляю, Хоуп, ты познакомишься со своим дядей быстрее, чем ты думаешь! — Кол выехал в Мистик Фоллс.

***

      Гарри развивался во всех направлениях: изучал естественные науки, медицину, искусство и прочие прелести мира. Фраза про то, что в жизни надо попробовать всё с каждым днём расширяла свои горизонты. Он грамотно инвестировал в себя и безумно наслаждался этим. Стоя на одной из экскурсий и смотря с высоты на простирающийся Нью-Йорк, он вдруг увидел, как люди падают вниз: на них надеты шлемы, а ноги обвязаны плотной верёвкой.       Первый полёт навсегда убедил его в том, что сверхъестественный мир ничто по сравнению с жизнью обычного человека. Когда находишься на краю смерти, но при этом не умираешь. Умирает всё плохое внутри, ведь экстрим — хороший эмоциональный тренажер. Можно лететь и кричать одновременно от радости и печали. Круто.       Так он попробовал быть руфером, но начинал со скалолазания, попробовал под водой лазать в пещерах и прочих узких пространствах, научился водить не только автомобиль, был в роли каскадёра, катался на лошадях, кормил с руки льва в цирке. Как же он любит львов, они напоминают ему о Гриффиндоре и о том, как Хогвартс сделал его сильным. Сильным во всех смыслах этого слова. А сейчас его задача совершенствовать своё могущество.

***

      Кол первым приехал в Мистик Фоллс и встретился с Хоуп. Через пару часов Ребекка и Фрея также были на месте. Аларик с недоверием отнёсся к внезапному визиту сразу всех живых Майклсонов, но Кэролайн убедила его показать находку. Она помнила, как Клаус когда-то рассказывал ей о младшем брате. Она провела их в отдельную комнату, на которую предварительно Эммой было наложено скрывающее заклинание.       Войдя в комнату, они увидели на кровати молодого парня. Длинные чёрные волосы мягко разливаются на плечах, правильные черты лица, по которым смело можно определить золотое сечение, отдавали спокойствием. Он как будто спал. Перстень на руке горел алым цветом, словно капля крови растаяла на его руке. Белоснежное одеяние сливалось с бледной кожей, только чёрные сапоги, помимо кольца, были ещё одним ярким элементом во всей сложившейся картине.       Ребекка прикрыла рот и тихо заплакала. Кол подошёл и присел рядом на кровати. Фрея вместе с Хоуп решили держаться около двери в спальню, чтобы не мешать «встрече». — Брат... — Кол пустил слезу. — Прости, что потревожили тебя, я все исправилю, обещаю! — Кол, Хенрик мёртв! — воскликнула Ребекка. Кол хотел что-то возразить, но тут вмешался Дориан: — Вообще-то, есть предположение, что нет. Его перстень горячий, а глаза... Откройте и посмотрите: они полностью чёрные, даже намёка на глазное яблоко нет. — Что ты с ним делал? — под глазами Кола выступили вены. — Н-ничего, — проговорил Дориан. — Я лишь проверил пульс, когда понял, что кольцо тёплое, дыхание, ну и глаза, как делают со всеми людьми, когда констатируют смерть. Д-дыхание о-отсутствует. — Мы сейчас же перевезем его в Новый Орлеан! — Кол аккуратно прикоснулся к руке брата. — Я никогда не верил, что ты мёртв. — То есть ты высказывал Хоуп за их с подругой ошибку, а сейчас вместо того, чтобы заново похоронить брата, просто берешь и увозишь его? — Фрея была в недоумении. — Похоронить в другом городе? Что это изменит, если за ним все равно придут? Или за нами придут? — Мы заберём тело, чтобы жители Мистик Фоллс и ученики этой Школы не пострадали. — И тогда пострадает Новый Орлеан. Здорово! План надежный, как швейцарские часы! — Фрея всплеснула руками. — Предлагаю Хоуп вызвать её друга Лэндона и через него пообщаться с Хенриком. Думаю, что если с его телом происходит что-то странное, то он точно не обрёл покой и сидит где-нибудь в Лимбо. — Это не странность, — Ребекка вытерла слёзы и села рядом с Хенриком с другой стороны, также прикоснувшись к его руке. — Эстер не хотела, чтобы тело разлагалось, а кольцо служило напоминанием для нас всех о том, где находится могила. При жизни Хенрик его никогда не снимал, — она слегка приоткрыла его веко. — Глаза чёрные, потому что всегда становились такими, когда он колдовал. Клаус принёс его с открытыми глазами, но тогда они были нормальные. Этот эффект, скорее всего, как остаток магии, такой же, как хранится в кольце, — опустила веко. Ребекка аккуратно легла ему на грудь, — как же я скучаю, младший братик. — Он не мёртв! — настаивал Кол. — Просто... В своеобразной магической коме. — Если это так, то почему ты никогда не пытался его вернуть?! До появления Хоуп было много времени! — Я половину своей вампирской жизни провёл в гробу, благодаря одному нашему брату, который и Хенрика туда загнал! Ты находилась в живом состоянии гораздо чаще меня и делала ровным счетом ничего! — А сейчас настал мир во всем сверхъестественном мире, Хоуп выросла, почти вся семья мертва и обрела покой, и у вас появилось много свободного времени, чтобы заняться Хенриком, — Фрея относилась ко всей ситуации также спокойно, как и Хоуп, потому что не знала Хенрика живым. — Если вы тогда не потратили время с умом, чтобы разобраться в его смерти, то советую сделать это сейчас, а не соревноваться в том, кто больше виноват! — Очевидно, что вы бы и дальше не вспоминали о нём, если бы я не завела эту тему, — Хоуп сложила руки на груди. — Я думаю о нем всегда! — Ребекка посмотрела на неё с недовольством. — Но каждый раз прихожу к выводу, что он обрёл покой и там, — взглядом указала наверх, — у него всё хорошо, что он воссоединился с твоим отцом и остальными членами нашей семьи! Он их ждал много лет и наконец перестал быть одиноким. — Замечательная теория вероятности, — Кол с улыбкой положил руку себе на грудь, — прямо за душу берёт! — и в миг стал серьёзным. — Только подошла бы она в том случае, если бы Хенрик был обычным человеком, а не тем, кем являлся при жизни. Если Хенрик все-таки мёртв, то я уверен, что при виде Никлауса в Лимбо, он сполна надрал ему задницу за то, что тот струсил и не спас его, как сделали мы, как сделали наши родители, особенно Майкл. Ты, — ткнул пальцем сестру, — совсем забыла характер нашего брата. — Да ну тебя, — та закатила глаза. — Он был добрым, по-своему, но был! — Вы точно больше ничего не находили? — Кол повернулся к Дориану. — Нет.       В комнату вошли Кэролайн с Алариком. Они привели Лэндона. Парень подошёл и осмотрел тело: — Я же сказал, что такого в Лимбо нет! — раздражительно бросил он. — Его нет и никогда не было за всё время, пока я там нахожусь, — с каждой новой встречей его глаза становились все равнодушнее, а голос холоднее. — Мне надо работать, надо давать обретать душам покой, а вы отвлекаете по всяким мелочам! — Ты можешь поговорить с Итаном, пусть посмотрит... На своей территории, — Хоуп умоляюще на него взглянула. — Что ж ты сама не спросила у папочки во время последнего разговора? — радужка Хоуп стала золотой. — Не надо теперь сверкать и заставлять меня бегать по всему свету в поисках дяди. Сами виноваты — сами и выкручивайтесь, — с этими словами, Кирби исчез. Кэролайн тяжело вздохнула: — Мне очень жаль. Он предупреждал, что так будет, что его сердце будет каменеть с каждым днём всё сильнее, но даже года не прошло с момента его «новой роли», как он... — Я поговорю с ним и попрошу пообщаться с Итаном, — Аларик удалился. — Наколдуйте гроб, мы выезжаем, — сказал Кол.

***

      Гарри пресытился новизной в своей жизни и решил отвлечься на что-то более серьёзное и волнующее. Звонок семье. Что он им скажет? «Привет! Скучали по мне?»? «Привет, вы не забыли, как я связан с вашей семьёй?»? «Привет! Вы знали, что всё могло быть по-другому?»? «Привет! Какого чёрта вы позорите весь наш великий род своей слащавой любовью к девчонке, которая всегда будет любить своих мертвых предков больше вас живых?!»? «Привет! Во имя чего Майклсоны убили лучших и лучших, и стали непонятно кем в сверхъестественном мире?!»? Гарри старался сохранять самообладание, но в то же время ему жутко хотелось выплеснуть эмоции на эту семью, а после этого рассказать... Так много рассказать! О другой жизни сверхъестественного мира, о том, что не только эти существа в виде Маливора, Кена и остальных, о которых рассказывала Хоуп, могут быть самыми сильными на Земле. И, самое главное, о том, что он победил! Победил смерть! Со второго раза...       Поттер успел приобрести себе чёрную Феррари, на которой отправился в Мистик Фоллс. Тревога снова охватывала его, на этот раз он постарается не обращать внимание на оборотней, даже если Хоуп придёт не только с Финч.

***

      С момента приезда тела Хенрика Майклсона в Новый Орлеан прошло три месяца. За это время в нём ничего не поменялось: перстень по-прежнему горел, чёрные глаза и блестящее одеяние. Его разместили в просторной комнате на втором этаже, где Кол каждое утро настеж открывал окна и солнечные лучи заполняли собой всю кровать. Ребекка шутила, что младший брат таким образом «не оттает», но Кол упорно не желал её слушать. Итан сообщил, что никакого Хенрика Майклсона нет в месте, где все обретают покой, что он общался с Клаусом и остальными членами семьи, которые также не нашли его. Лэндона кое-как заставили посмотреть в аду, но и там Хенрика не оказалось. Это вселяло надежду. Давина и Марсель прибыли к ним и Клэр безуспешно пыталась «разбудить» Хенрика заклинаниями, которые подсказывал Кол.       Хоуп не допускали к колдовству над телом: Кол опасался, что Хенрик каким-то образом почувствует оборотня. Фрея тщетно пыталась доказать то, что душа не может застрять в теле навсегда и держаться там только за счёт магии — из-за этого упрямства, Кол также не допускал её. Ребекка пообещала, что не будет ни во что вмешиваться и просто сидела рядом, держа младшего брата за руку, пока Кол с Давиной экспериментировали.       Они не хотели хоронить. Нет. Только не сейчас, когда... Когда непонятно, где он.       Рука Финч не заживала и за это время ожог распространился на всё тело, причиняя сильную боль. Ею занимались Винсент и Килин, которые поехали из Нового Орлеана в Мистик Фоллс по просьбе Фреи. Во время полнолуния девушка не могла обратиться в полноценного волка: шерсть неравномерно вылазила в разных местах, а конечностям лишь наполовину предавался звериный вид. В результате она превращалась в настоящего урода: сквозь ожоги пробивалась шерсть, сначала пальцы становились волчьими, при этом не превращаясь в исходное человеческое состояние по окончанию полнолуния, затем начал торчать волчий хвост. Она дни и ночи напролет выла и стонала. Мучительная смерть приблизилась в тот момент, когда во время очередного полнолуния нижняя челюсть стала волчьей, а верхняя осталась прежней — с тех пор кормят со шприца. Винсент и Килин безуспешно пытались провести эвтаназию, но болезнь Финч не поддаётся влиянию вещества. Хоуп винила себя в том, что не осталась с подругой, а уехала подальше на разговор с семьёй, может быть на неё бы так не подействовало касание кольца.

***

      Гарри остановился на месте, где когда-то его высадил таксист. Он снова вдохнул свежий запах леса, но на этот раз в нём чувствовалась не только прохлада, но и ощущение ностальгии. Если первая поездка казалась состоянием аффекта, в котором ничего не хотелось делать, кроме как стоять и осознавать, что наконец-то получилось вернуться именно сюда, то сейчас ему хотелось побыть здесь подольше и плевать, что Хоуп с Финч будут мешать. Он даже улыбнулся, когда заметил останки дома.       Дом... А если он сейчас позвонит и скажет, что он вернулся и ждет всех, они приедут? Поймут всё без объяснений? Срывать загадочную маску перед Хоуп не хотелось: очевидно, ей рассказывали не всё о семье Майклсон.       Дурацкие оборотни: столько лет прошло, а его тревога в их контексте остаётся прежней. Он осматривается, но пока ничего не замечает, возможно девушки прибегут позже. Гарри подошёл к глыбе, которой касался в прошлый раз и ему, будто, показалось, что она стоит на несколько сантиметров дальше, стало как-то меньше мха... Он протянул руку и дотронулся — холодная. Подошёл ближе и почувствовал, что его нога проваливается. «Неужели две жизни связаны?!» — с этой мыслью он упал под землю на несколько метров.       Гарри прикрыл голову руками, чтобы стряхивать осыпавшуюся землю, но заметил, что внутри прямоугольника всё гладкое, как будто невидимая сеть сдерживает яму от того, чтобы закопать. И сверху ничего не посыпалось после падения. Он повернулся вокруг себя и понял — могила. Сегодня тревога предсказывала именно это. Сначала он захотел вылезти, но потом достал палочку, зажёг маленький свет и осмотрелся. Ничего нет: никаких останков, костей или подобия сгнившей одежды. Чья эта могила? И могила ли? Он не помнил, чтобы в то время в домах водились чуланы, как у Дурслей.       Неужели Хоуп пошла по стопам отца?! Эта стерва своровала самое дорогое, ради чего он вернулся также, как её отец когда-то своровал жизнь! Его жизнь! И теперь он снова в могиле. «Не сейчас, Поттер, ты ещё не состарился для такой «постели», — сказав это самому себе, Гарри вылез наружу. Вылез полностью чистым. Могила заколдована. Ни один кусок земли с неё нельзя взять, ни один новый добавить. Гарри прекрасно помнил площадь, которую занимал дом и прилегающая территория, осмотрел все вокруг, направил палочку на поиск вещей, но безуспешно. Ничего нет. Кто-то отодвинул булыжник и своровал тело. Где остальные тела? Хоуп не упоминала похороны кого-либо из членов семьи. Соврала о том, что живы? Семья не хочет его видеть? Или не хочет... Чтобы он снова был живым?       Гарри взмахивал палочкой, в воздухе появлялись золотистые искры, которые рисовали планировку дома. Несколько жилых комнат, кухня и что-то вроде кладовой. Он помнил, что его спальня была на солнечной стороне, самая просторная. Рисунок в воздухе стал огромным и он придал ему объём, а затем опустил на землю. Он стоял в невидимом доме, почти.       Место, где лежал булыжник, совпало с комнатой на солнечной стороне. Но что здесь делает могила? Место, на котором стояла кровать, превратили в могилу? Снаружи он ничего не нашёл, а внутрь ямы, снова, заглядывать не хотелось. Желание подтвердить одну мысль победило. Гарри направил палочку в яму и через несколько секунд появилась непросто кровать, а целая, уменьшенная, комната с тремя стенами. Направив палочку на глыбу, появилась недостающая стена. Это был вход в комнату, над которым было написано «Спи спокойно, мой мальчик, я всегда буду любить тебя» знакомым материнским почерком. «Сто очков за оригинальность», — сказал Гарри сам себе. — «Да уж, мама, в новом теле спится гораздо лучше, чем в родном», — и медленно провёл ладонью по буквам.       Поттер вернул всё на свои места и направился в Школу Сальваторе. Он хотел показать, что теперь возмездие на украденное будет сполна. Хоуп должна вернуть тело и исчезнуть.       Заклинание на поиск одной драгоценности не откликнулось, а это значит, что в Школе этой стервы нет и можно смело приступать к делу. Гарри тихо произнёс несколько слов и Школа Сальваторе взорвалась. От забора, где они раннее стояли с Финч до самой школы было ещё полтора километра и это послужило отличным преимуществом для того, чтобы убежать, не поддаться взрывной волне. Он бежал к машине и слышал крики умирающих школьников и учителей, которые разносились по всей округе. Но ему было совершено все равно. Хоуп поступила почти также, как её папаша, и если будет продолжать брать плохой пример, то следующей целью станет весь Мистик Фоллс.