Пустой резонанс

Настоящее, 104 этаж, Курорты Йеон «Залив белого пламени»

Андросси смотрит, как они сидят за общим столом за завтраком. Кун, Рак, Баам. Рак посередине, потому что в этом месте стоят баночки с джемом. Кун слева, потому что этот стул крайний в ряду и самый ближайший к выходу. А Баам справа, потому что идиот. Все логично. Напротив она, Ихва, Ли Су. И манеры, соответствующие изысканному завтраку в традициях огненного этажа, похоже, есть только у нее. Ли Су уже умудрился намазать острую пасту на сладкую булку. И теперь часто-часто моргал, сгоняя выступившие слезы. А Ихва вообще ведет себя странно. Тост, пока она передавала его Бааму, покрылся румяной корочкой, и масло с него желтыми каплями упало на стол.       — Ой. Кун насторожился сразу. Он знал этот «ой», срывавшийся с губ избранной дома Йеон. Например, однажды таким «ой» Ихва ознаменовала загоревшуюся софу в караоке, после особо энергичной песни. Или выжженную прогалину в лесу при прохождении испытания на 70-м этаже. Когда план был «дымком от костра отвлечь противника». После этого «ой» отвлекать было уже особо некого. Тогда, много лет назад Ихва «славилась» своей неконтролируемой силой. Но ей давно не было это свойственно. Она давно научилась обращаться с огнем. Как и с собственными эмоциями.       — А мне тоже можно так? — Кун на пробу поддевает двумя пальцами кусок хлеба с тарелки и протягивает его девушке.       — Я тебе что, тостер? Ихва сжимает губы, чуть раздувает ноздри, но в глаза не смотрит, сразу же утыкается в свою тарелку.       — Невоспитанная черепашка! Сердце огненной девы пылает только для Баама, чего ты примазываешься-то. Иди пожарь себе сам… и Великому Крушителю тоже пожарь, кстати. Вместо ответа Кун откидывается на стуле. Задумчиво смотрит на кофейник. Две чашки кофе он уже выпил. Пожалуй, от третьей есть смысл воздержаться. Стоит ли ему вообще думать сейчас, от чего так взволнована Ихва? Он так и не уснул, после ночных гулянок по Этажу Хранителя и посиделок с Баамом на камне. Провел остаток ночи в полудреме, то проваливаясь в подобие сна, то выныривая из него. Слушая мерное дыхание Рака и тишину там, где лежал Баам. Одна такая ночь мало что значила, но за последний месяц их накопилось уже с избытком. Он непременно что-то с этим сделает, когда они вернутся во Внешний Город. Он не был в Шинсорике с того самого дня, как столкнулся там с Ле Ро и Кватро. Возможно, стоит сделать бронь на вечер.       — Спасибо, мисс Ихва. Очень даже вкусно получилось, — Баам с видимым удовольствием хрустит результатом невольной несдержанности девушки. Вид у него на зависть свежий. Отлично соответствующий картинке «поздний завтрак в кругу друзей». То, как он тянется за сахаром. То, как он улыбается Ихве. То, как он дует на слишком горячий чай в чашке. Рак завороженно следит, как золотистые крошки с тоста падают на скатерть и приподнимается на стуле.       — На дне рождения положено много тостов! А у меня до сих пор ни одного. Синяя Черепашка, ты идешь жарить?       — Нет, горячее это не ко мне. У меня противоположная специализация. Кун раскрывает ладонь, идеально круглый шарик взлетает с нее и аккуратно приземляется в чашку Баама, остужая ее. Андросси фыркает:       — А вы не забыли, что день рождения был у меня! Чего это все Бааму достается?!       — Был вчера.       — Вообще-то по традициям моей семьи празднования длятся несколько дней, если имениннику больше чем… Она осекается и густо краснеет. У Куна крутится на языке что-то вроде «Еще бы, мало кто доживает в семье Хендо до столь почтенного возраста», но он сдерживается. Лишь едва заметно морщит нос. Пусть проклятие и не относится настолько к приемным детям Великого дома, говорить вслух об этом будет лишним.       — Господин Крушитель, возьмите мои. Ли Су, наконец-то обретший голос, протягивает тарелку с хлебом, поворачивается к Андросси.       — Мисс Андросси, мы тут все очень благодарны, что вы нас разместили на сегодня. Кормят тут еще так вкусно! А мы ж еще не уезжаем? Есть еще время на лавовые камни?       — Хочешь пройти ступень? Да, тут есть любопытный вариант времяпрепровождения для Избранных. Типа «Тропа Офицера». Я вызвала нам суспендолет во Внешний город, но он будет только через три часа.       — Ты там класс «Линкор» вызвала что ли? А побыстрее? Ну конечно же Кун, «весь в безотлагательных делах», не может оставить ничего без своего ценного комментария, поэтому девушка делает строгое лицо:       — На эконом-классе мы не полетим. И ты тоже не полетишь. Потому что кое-кто рванет с тобой. А его божественному статусу не подходит такой транспорт. Баам откладывает виноградинку, которую почти донес до рта, и смотрит на Андросси укоризненно:       — Почему не подходит, вот сюда мы… Но Кун не дает ему закончить:       — Это ты зря, госпожа Принцесса, наоборот, будет близко к народу и дальновидно.       — Кун, ну ты реально хочешь, чтобы ради вашей близости к народу Ихву укачало в какой-то развалюхе? И кстати. Еще раз напомню! Чисто календарно, у меня сегодня продолжается день рождения. Так что сделай подарок — не спорь! Девушка даже чуть привстает со стула, и Кун в примирительном жесте поднимает ладони. В конце концов он действительно никуда не торопится. А телепорт через изнанку между этажами будет энергозатратным.

***

      — Кун, ты жульничаешь!       — И в мыслях не было, это авторегуляция. Где в условиях сказано, что в процессе нужно обязательно обзавестись загаром на пятках?       — Нигде не сказано, но в этом же весь смысл. Или ты, как ледяная дева, превратишься в ведро воды из-за пары камешков? Ли Су упирает руки в бока и старательно делает вид, что ему комфортно босиком посреди Тропы, по которой они сделали не больше пяти шагов. Кун поднимает бровь, и концентрируется на том, чтобы его силы автоматически не пытались выравнивать температуру под ногами. Охлаждающая прослойка исчезает, и он чувствует кожей жар и неровности поверхности, на которой стоит. Наклоняется и чуть закатывает штаны, в этом нет практического смысла, но так почему-то ощущается комфортнее. Для прохождения «Пылающей Тропы Офицера» ему выдали наряд из какой-то огнеупорной ткани. Черный, с красными узорами дома Йеон. Такие же штаны и рубашка были сейчас на Ли Су и Бааме. Рака Ихва еле уговорила снять плащ и наручи, и что ее предков вполне устроит, если он пройдет тропу в шортах. Сама же ограничилась туникой. Андросси, окинув взглядом их черно-красный отряд, сказала, что она такой ерундой страдать не будет и чтобы они шли без нее. Баам с интересом рассматривает мерцающие алым кусты в метре от тропы, кажется даже не замечая, какого раскаленного цвета камешки около его пальцев ног. Да уж, для него после тренировок в Огненном Аду с Эванхел, эта достопримечательность даже на «еле теплый предбанник» не тянет. А вот то, как держится Ли Су, вызывает определенное восхищение. Сосредоточенно стискивает зубы, переминается с ноги на ногу, но стоит, не выказывая желания сбежать. Давление шинсу тут раза в три выше, чем на самом Этаже. Оно плотное, липнет к коже, укутывает плечи. Делает вид, что обжигает, когда начинаешь двигаться.       — Думаешь, так я получу больше удовольствия от процесса? — Кун медленно смещает давление с носка на пятку и обратно, демонстрируя отсутствие изоляции между камнями и кожей.       — Да, это будет честно, — Ли Су кивает и делает шаг вперед, — Тогда пойдемте? Мисс Ихва, вы сказали, что Инора прошла эту тропу за 10 минут?       — Да, а у меня самой первый раз прохождение заняло больше часа. Считается, что тот, кто уложится хотя бы в 50 минут, получит благословение от Великой Леди.       — Плюс десять к огнеупорству? Ихва улыбается. Ее красные глаза с момента входа на тропу приобрели глубокий бордовый цвет, плечи расправились. От нервозности за завтраком не осталось и следа:       — Для членов нашей семьи, да, что-то вроде того. Для остальных же, просто благословение. И скидку на следующий визит на курорт.       — О, серьезно? Большую? Кун чувствует, как уголки губ невольно дергаются. Кажется, он догадывается, с кем именно Ли Су уже мечтает эту скидку реализовать. Он чуть ускоряет шаг, оставляя Ихву рассказывать подробности маркетинга этажа, и догоняя Баама, который ушел уже метров на десять вперед, скрывшись за небольшой черной скалой. Тот обнаруживается сразу за поворотом. Баам с легкой тревогой наблюдает, как Рак выковыривает с самого края тропы несколько камушков.       — Господин Крушитель, вы уверены, что это безопасно?       — Да! — Рак выбирает те, что имеют самый бордовый оттенок, и методично засовывает себе в пасть, — Лавовые камни! Я только ради этого сюда и приехал! Еще и вкусно! Он сжимает челюсти, из носа вырывается тонкая струйка дыма.       — Ваш Вожак готов овладеть новой стихией! Теперь ему подвластна даже самая горячая добыча.       — Надеюсь, нам не надо будет платить потом неустойку за съеденный кусок тропы. Кун поддевает носком бортик и смотрит как несколько круглых камешков катятся в сторону невысоких кустов. Чувствует какое-то движение сзади.       — Вперед-вперед! Ну что застряли, благословение ждет! Ли Су появляется из-за скалы, огибает Рака и не сбавляя скорости проносится мимо троицы, утаскивая за собой Ихву, которую он держит за руку. Все его шинсу сконцентрировано в нижней части тела, от чего кончики волос начинают потрескивать. Баам чуть приподнимает ладонь, потом опускает. Встречается взглядом с Куном.       — Он пройдет сам, — тот кивает в знак согласия.       — Господин Рак, я уверен, что дальше могут быть более солидные лавовые экземпляры. Давайте двигаться дальше. Не гоже нашему Вожаку довольствоваться какой-то галькой.       — Да? Тогда чего мы действительно тут стоим!

***

Они идут вдвоем в полуметре друг от друга. Хвост Рака мелькает далеко впереди. Баам двигается четко по середине, словно по нарисованной линии. Тропинка петляет между черными кустарниками с крошечными алыми цветочками и валунами с обсидиановым отблеском. Жар, опаляющий в первые минуты, после того как тело привыкло, стал ощущаться как расслабляющее тепло. Возможно, прогуляться тут, было действительно неплохой идеей. Кун делает еще несколько шагов и нарушает молчание:       — Ты улетаешь через полторы недели? Две? Он помнит дату. 14 марта. Но ему не хочется идти в тишине.       — Через две. Ты… не доверяешь Густангу?       — Я бы не употреблял имя главы Великого Дома и глагол «доверять» в одном предложении. Но его мотивы понятны. Это успокаивает куда больше, чем абстрактное «доверие».       — Ты говоришь, как Учитель.       — Скорее, просто как здравомыслящий человек.       — Ты вчера сказал, что я справлюсь. Кун неопределенно хмыкает. Вчера. Кажется, вчера он наговорил и надумал лишнего.       — Мне правда важно, что ты в меня веришь. В то, что я концентрируюсь на правильных вещах. Мне самому порой кажется, что я иду вперед по инерции. Весь последний год.       — Я тебе скажу, если свернешь в злодеи.       — Можешь даже сразу меня стукнуть. Баам замечает посреди тропы пару алеющих камешков, явно оставленных тут Раком, аккуратно сдвигает их ногой в сторону.       — Если что, я знаю тут только мое решение. Но все равно как-то… не спокойно, что ли. Просто хотел поделиться. Кун кивает, не уверенный в том, что знает, что ответить на такое. То, как Баам говорит о сомнениях и тревогах не отдается внутри раздражением. Может потому что он говорит не о нем, а о себе.       — Вот как дойдем до конца тропы, как получим благословение дома Йеон… Хотя, мне станет спокойнее, когда я увижу суспендолет до Внешнего Города. А то мало ли что еще Андросси придумает.

***

Выход из тропы представляет собой огромные красные ворота. С широкой средней перекладиной, концы которой чуть загнуты кверху. Ворота не кажутся особенно древними. Способными что-либо даровать. Просто красное лакированное дерево, обернутое в подсвечивающие потоки шинсу. Эти потоки устремлены вверх, рассеивая всю ту повышенную плотность, что сконцентрирована вдоль тропы. Кун бросает взгляд на часы — 40 минут. Они вполне уложились в положенные Офицерские рамки. Ли Су так даже превзошел самого себя. С видом победителя сидит на траве уже за воротами. Рядом, скрестив руки на груди, стоит Ихва. Тропа упирается в полукруглую площадку за которой расстилается уже привычный глазу пейзаж курорта с чайными домиками, деревьями нормального зеленого цвета и аккуратно подстриженным газоном. Рак замирает у самого выхода, принюхивается к правому столбу:       — Эй, Подгоревшая Черепашка, тебя уже Благословило? Мы тоже успели, значит вполне заслужили «благословение». Как его получают?       — Ой, а я даже и не проверил. Ли Су вытягивает ладонь, сжимает ее в кулак, резко разжимает. Потом несколько раз щелкает пальцами, как это делает Ихва, призывая пламя. Когда ничего не происходит, он протягивает руку девушке.       — Мисс Ихва, можно немножко вашего пламени. Девушка колеблется, потом все же выпускает тонкий желто-красный язычок, который на мгновение касается протянутых пальцев.       — Ауч! — Ли Су отдергивает ладонь и дует на руку, — Если я и стал огнеупорнее, то не больше чем процентов на пять. А были случаи, когда не сразу проявляется эффект? Ихва решительно трясет головой:       — Боюсь, тут без шансов, как я и сказала, надо быть членом семьи Йеон.       — Он просто неправильно благословлялся, зуб даю! Так что нужно сделать?       — Господин Крушитель, никакого особенного ритуала нет, просто надо пройти через Врата. Вот так, — Девушка заходит обратно на тропу, встает под перекладиной, делает легкий поклон и выходит.       — Ворота Великой Леди сами все решают, они ведь еще участвуют в церемонии отбора. По легенде достойнейшие Офицеры, проходя через них, могли вознестись сразу к Высшей Деве. Ну, когда еще проводились эти церемонии. Сейчас… просто красивые ворота. Рак останавливается на том же месте, что и девушка, поднимает лапы вверх. Хмыкает, морщится и выпускает из ноздрей несколько колечек дыма. Ничего не происходит. Он тужится еще раз. Потоки шинсу чуть склоняются в его сторону, но тут же выравниваются. Кун следит за тем, как на мгновение несколько тонких линий складываются в замкнутый контур вдоль всей арки. Это действительно похоже на портальную структуру. Зыбкие кольца, натянутые вокруг верхней перекладины… Сама сетка шинсу, что складывает вектора очень знакомым образом. Немного стянуть в одну точку и получится «вход», с выходом в… он прослеживает направление неактивного телепорта. Его новые способности, подкинутые Хранителем этажа, дают весьма определенный ответ, как должна сработать эта конструкция. На чью сигнатуру она готова замкнуться. И эта штука явно не намерена дожидаться даты какой-то там церемонии.       — Я чувствую себя… более горячим! Рак сходит с тропы и решительно протягивает лапу Ихве. Та осторожно высвобождает пламя, но взгляд ее прикован к оставшимся на тропе.       — А мне кстати совсем не больно! Ваша очередь, Медлительные Черепашки! Кроко рассматривает покрасневшие подушечки пальцев на лапе, но не убирает ее. Пламя на ладони Ихвы взметается выше. Кун прослеживает направление ее взгляда, то как он скользит между воротами и Баамом. Так вот почему ее контроль сегодня сбоил. Вот ведь… И когда Баам уже почти делает шаг сквозь ворота, Кун резко смещается вперед так, что под перекладиной они оказываются одновременно:       — Ой, да хватит маяться ерундой. Легкое прикосновение к плечу и тропа оказывается позади.       — Ау, Кун! Баам кажется немного удивленным, трет место, куда получил несильный толчок.       — Ты что реально хотел Вознестись к Великой Леди?       — Нет. — Ну а чего тогда, — Кун наклоняется, поправляя штаны, а когда поднимается сталкивается взглядом с Ихвой и продолжает — У нас суспендолет через два часа, нам не до Вознесений. Цвет глаз девушки, после схода с тропы пришел в норму, они снова нежно-алые. Кто бы в чем заподозрил милашку с таким взглядом. Но на его дне теперь плещется легкий испуг. Кун отряхивается и поворачивает голову в сторону так и не сработавшего телепорта. Тот стоит как ни в чем не бывало, прикидываясь обычными красными воротами. Он сбил вектор, не дав тому среагировать на шинсу Баама и активировать перенос. Был шанс, что их могло забросить куда-то вдвоем, но обошлось.       — Что-то по плану дальше? Героям, прошедшим тропу? Ли Су встает с земли, вопросительно смотрит на Ихву. Девушка вытирает руки о край туники и делает жест в сторону крайнего домика в нескольких десятках метров от них.       — Пойдемте в чайную комнату. Андросси сказала, что там будет нас ждать.       — Чай — это отлично. Как раз то, что мне нужно после такого обеда, — Рак хлопает себя по бокам и направляется в сторону указанного домика. Ли Су идет за ним чуть прихрамывая. Кун встречается взглядом с Баамом и сокрушенно качает головой, тот сразу ускоряет шаг и догоняет впереди идущих:       — Господин Ли Су, вы в порядке?       — Ерунда. Это я в конце слишком долго просто под аркой стоял. Скоро пройдет. А если не пройдет — то в суспеднолете все одно потом три часа сидеть. Как нибудь уж… Баам незаметно понижает плотность шинсу около земли и Ли Су начинает идти быстрее. Когда до домика остается совсем чуть-чуть, Кун незаметно замедляется прямо перед Ихвой, не давая себя обогнать и вытягивает руку ладонью вверх, преграждая дорогу.       — Ихва… Кун отслеживает, как тканевый полог, который служит вместо двери у Чайного домика опускается за Баамом, оставляя на улице только их двоих, и лишь тогда заканчивает фразу:       — Проверишь мою огнестойкость? Девушка дергает головой так резко, что волосы как черные крылья падают ей за спину.       — Ты же сказал, что это ерунда.       — Ерунда это или нет, я точно решу, если ты прямо сейчас мне честно расскажешь, что это было.       — О чем ты? Ихва сжимает губы в полоску. Натягивается как струна, готовая к бегству. В домике слышатся приглушенные голоса, легкий звон посуды.       — Кун, Ихва, вы чего там застряли? Кто мне будет чай наливать? — Андросси кричит прямо из комнаты, заставляя Ихву напрячься еще больше. Она может прямо сейчас проскользнуть за полог, не отвечать на вопрос, но что-то во взгляде Куна не дает ей сдвинуться с места.       — Сейчас будем, дай минутку. Кун делает небольшой шаг становясь вплотную и понижает голос почти до шепота:       — Госпожа Йеон, ты же такая напряженная не потому, что задаешься вопросом, почему не сработали ворота? Ихва чувствует, что ей хочется сжаться от такого обращения, но сдерживается.       — Это было очень не по-дружески. Кун делает паузу и девушка опускает взгляд в землю. Кончики ее ушей алеют, выбиваясь из полотна черных волос.       — Я не скажу ничего Бааму, но больше так не делай. Кун отступает и складывает руки на груди.       — Ты… специально? Значит это из-за тебя телепорт не сработал?       — Да.       — Я ничего такого не хотела, это было безопасно… Моя Гранд-бабушка очень хотела…       — Ихва, Гранд-бабушка наверняка «очень-очень хотела». А еще весь дом Йеон "надеялся". Но тебе разве нравится роль передаточного механизма? Ихва наконец поднимает глаза, и в них блестят сдерживаемые слезы.       — Она просто хотела познакомиться с Баамом.       — Могла бы прислать приглашение в роскошном конверте. Кун делает шаг в сторону ступенек в дом. Голоса в нем становятся еще громче. Слышен недовольный чем-то бас Рака.       — Ты правда не расскажешь?       — Нет.       — Почему? Кун пожимает плечами:       — А зачем.       — Я… я рада, что так получилось. Точнее не получилось.       — Ну вот. Свали все на меня, что я как-нибудь тебя переманипулировал. А лучше на Андросси. Что она сгребла Баама и угрожала написать плохой отзыв про курорт, если тут будут во внезапных местах сбоить телепорты. Девушка осторожно улыбается.       — Если честно, мне теперь очень хочется надавать себе по щекам.       — Ни в чем себе не отказывай.       — Кун?..       — Что? Он стоит в пол оборота. Осанка. Убранные в хвост волосы. Тонкие колечки сережек в правом ухе. Все еще в черно-красном одеянии их Дома, которое ему совершенно не идет. Делает бледным до синевы. Всегда точные слова и точеный профиль. И ей иррационально хочется спросить, что-то про то, что она видела вчера. Когда ночью ее разбудило сообщение от бабушки. Посодействовать встрече Великого Законного и Гранд Леди. Приложить все усилия. Действовать на благо Дома и Великой Семьи. Не вызывать подозрений. Во имя Первородного пламени. Она тогда закрыла сообщение и вышла на улицу. Попытаться отдышаться. Собрать в голове картинку того, что ей делать. Как выпутаться. Не подвести друзей. Не вызвать на себя гнев Гранд Леди. Встреча ведь не так уж и страшно? Ее просят просто поспособствовать. От противоречий, мысли в голове были готовы начать вырываться дымными струйками из ушей, ночной уличный воздух не помогал вообще. И тогда она увидела их. Два силуэта рядом. То, как близко они были друг к другу, как тихо о чем-то переговаривались. Так похожие на обычных людей. Между которыми что-то происходило. Что-то важное. Если сейчас спросить, что это такое она видела, Кун перестанет быть таким… правым? Ихва выдыхает и произносит совершенно другое, неожиданное даже для самой себя.       — Я вижу как Бааму сложно, все от него чего-то хотят. И вот тоже бабуля хочет. И от меня тоже хотят послушания и пользы семье. И да… мне стыдно сейчас ужасно. Я сама все расскажу Бааму. Пусть решит. А с бабулей я разберусь. Не маленькая. Она делает паузу и добавляет совсем тихо:       — Как у тебя так легко получается быть независимым от своего Великого дома? Ото всех.       — Они сами меня выгнали, давно. Забыла? Ихва кивает и Кун ныряет внутрь чайного домика.

***

      — О чем вы там шептались? Андросси прищуривается, поднося чашку к губам, вдыхая терпкий аромат крепко заваренных трав.       — О том, что моя невероятная огнестойкость делает меня завидным претендентом на встречу с Гранд Леди. Принцесса фыркает так, что облачко пара рассеивается над чаем.       — Ты не хочешь себя попробовать в жанре фантастического романа? Мне кажется в тебе скрыт прям литературный талант.       — А я видел у Черепашки дома целую полку с детективами! Кун молча присаживается за деревянный столик, поднимает прозрачный заварочный чайник, в котором плавают алые цветочки, что в изобилии росли на Тропе. Наливает себе полчашки. Пахнет цитрусом с дымной ноткой. Ихва подходит к Бааму, который задумчиво рассматривает полотна ткани, висящие в углублениях стен. На них изображена Башня, словно бы снаружи. Бесконечная золотая спираль, опоясанная ступенями.       — Баам, можно тебя на минутку? Юноша кивает и в этот момент пространство в Домике искривляется. Кун чувствует зарождающийся портал первым. Шинсу Этажа сообщает ему о смещении и огромной гравитационной массе идущего еще до того как на фоне потолка, разрисованного золотыми журавлями, вычерчивается блестящий разлом. Но когда вместо Первого Незаконного на них сначала вываливается огромный букет помятых красных хризантем, он невольно отшатывается вместе со всеми.       — Принцесса Андросси, Ле Ро сказал, что у вас сегодня День Рождения, так что это вам!       — Господин Мазино, — девушка забирает цветы, осторожным движением выправляет несколько поникших красных головок, — Спасибо, очень милый букет. Урек замирает посреди Домика, в котором сразу становится словно бы слишком тесно.       — Я вижу у вас тут праздничный утренник? Он обводит взглядом столик с чайниками, чашками и блюдцами. Кивает каждому из присутствующих.       — Афтепати. Как у почти взрослых девочек.       — Принцесса, пока в возрасте нет хотя бы трех цифр — я бы не продавал алкоголь.       — Господин Мазино, — Ихва решительно делает шаг вперед, в движениях появляется несвойственная ей плавность — Я рада приветствовать вас на Курорте нашего Дома. Вы голодны? Прошу, присоединяйтесь, — с этими словами она что-то быстро набирает на коммуникаторе и стол удлиняется на одну секцию. Ажурный стул материализуется четко там, куда откидывается Урек.       — Благодарю. Я очень извиняюсь за вторжение, конечно, хотел дождаться когда вы вернетесь, но эти коварные рептилии… Мазино резким жестом поворачивает кепку козырьком назад отчего короткие белые волосы начинают забавно топорщиться надо лбом.       — Господин Мазино, мы можем вам как-то помочь? — Баам бросает короткий взгляд в сторону Куна, который держит чашку за тонкую изогнутую ручку с невозмутимым видом. Хотя наверняка уже сложил в своей голове их вчерашний разговор и внезапное появление Незаконнейшего в чайном Домике.       — Баам, ты же не против, если я позаимствую твоего лучшего друга на недельку? Кун даже не успевает обидеться за такое начало «в третьем лице», как сразу физически чувствует что фокус внимания Урека смещается на него. Красные глаза смотрят беззаботно, с легкой досадой:       — Это даже немного стыдно, просить содействия у малышни… Но говорят, что ты лучший в таком. Я уже задолбался возиться.       — А что именно из того, в чем я лучший, требуется?       — У меня небольшая проблемка с шахматами. Меня обыгрывают Саламандры. Ли Су издает неопределенный звук, а Кун понимает, что причин отказываться у него все меньше и меньше.