Пустой резонанс

Средняя башня. 11 лет назад.

Диспозиция на 37-м этаже определенно складывается в их пользу. Местная легенда про мессию из Внешнего пространства весьма играет на руку. Кун делает вид, что изучает группки деревень на огромной парящей карте. Синие — уже полностью на их стороне, а вот в тех, что помечены розовыми точками, шаманы еще сомневаются. Стоит ли отдавать чужакам доступы к шахтам суспендия. Мазино вчера предложил просто стукнуть их шинсу по упрямым головам посильнее. Но у Куна есть интересная идея, как можно обставить явление молчаливого темноволосого юноши с божественной помпой. Молчаливого — потому что актерские способности у Баама порой… Раку на смех. В идеале хочется закончить всю тягомотину с шахтами до конца недели. А для этого ему нужно сосредоточиться. И додумать план. Так что шумные претензии Ванессы сейчас вообще не к месту. Но похоже, последние новости знатно задели ее эго. Раз заставили явиться лично за разъяснениями прямо во 2-ю Вспомогательную рубку Флагмана. Неловко конечно вышло, что помимо Мазино, тут оказался сейчас и сам Кун, но отступать Ванесса была явно не намерена. В рубке сейчас только они трое. Два навигационных инженера предусмотрительно смылись, дабы не наблюдать начальственный скандал. Голографический экран мягко мерцает, делая волосы девушки почти фиолетовыми. Она, несмотря на полтора метра роста, умудряется как-то даже теснить Урека к управляющему контуру. — Вы правда хотите дать ему под командование целый батальон хаслинтов? Когда Ванесса складывает руки на груди, золотые браслеты на них воинственно позвякивают. По задумке, ее поза, в сочетании с недовольным выражением, должны как-то убедительно подействовать на Урека? Но пока скорее максимальный эффект оказывает пышная грудь в оборках платья. Удивительно, что за рамками поля боя Мазино может так теряться от созерцания женских прелестей. Тоже, блин, сильнейший Незаконный… Машени на него нет! Сам же Кун, глядя на Ванессу, еле сдерживает внутреннее раздражение. Говорить о нем, в его же присутствии, в третьем лице. Сразу видно, что девушка воспитывалась где-то на окраинах задрипанных Этажей до изобретения правил приличия. — А если он их угробит?! — Значит, я сделаю это с какой-то определенной целью. Его голос, ровный, немного скучающий. Кун даже не поворачивается к ней, так и продолжает стоять в пол-оборота. — Такая самоуверенность… — Я привык называть это профессионализмом. Урек переводит взгляд с одного на другую. Почему Ванесса злится? Сжимает ладони, сверкает глазами? И почему решила, во имя всех Хранителей Башни, докопаться до него? Он-то тут при чем… — Ну во-первых, это решил вообще не я, а Солано. Во-вторых… ты ж не будешь спорить о том, что Сайкленф-операция прошла блестяще? Ванесса шумно вдыхает воздух и машет рукой, мол, поступайте, как знаете. Разворачивается на каблуках и демонстративно топая идет к выходу из рубки. Браслеты продолжают неодобрительно звенеть. Кун склоняется над пультом. Мельком смотрит на часы — у него еще осталось время до назначенной встречи. Можно дособрать сводку по южным шахтам. Как раздражает эта возня, эта местечковая борьба за авторитет. За утверждение влияния. В этом плане Древо вообще ничем не отличается от гадюшника Великих Семей. Отлично бы смотрелось в качестве 18-го великого Дома. Никто б даже разницы не заметил. — Ой, мисс Ванесса, здравствуйте! — в дверях возникает заминка, когда девушка сталкивается в узком проходе с входящими. Кун оборачивается на голос. Кажется, его визави пришел раньше обещанного. Входят двое. Баам. А рядом с ним высокая фигура в белом мундире Древа. Мундир окантован темно синим. Стрелки идеально прямые. Пуговицы блестят. Даже волосы уложены как-то по-новому. Ли Су. Ли Су в мундире. Причесанный Ли Су в мундире. Кун не сдерживается и фыркает. Баам приветливо кивает, оглядывая всех присутствующих в Рубке: — Кун, мы тут раньше освободились... Господин Мазино, здравствуйте! Он подходит, окидывает взглядом парящую карту, задерживается на скоплении розовых точек в верхнем углу. Вздыхает. Ли Су тоже с интересом изучает экран, пока Кун сворачивает все свои вспомогательные голограммы, и вздрагивает, когда тот неожиданно оказывается к нему вплотную. Пальцем Кун тянется к самой большой золотистой пуговице с выпуклым трезубцем на нагрудном кармане. — Ты кому-то проспорил, или все твои нормальные костюмы в стирке? Ли расправляет плечи: — Ну мы же теперь официально часть Древа, и я спросил у господина капельдинера, есть ли какой-то дресс-код или форма. И вот… мне нравится. Солидно, по-моему. Кун продолжает пристально рассматривать пуговицу, и через минуту уши Ли уже отчаянно алеют. В сочетании с белым мундиром смотрится потрясающе. — Ага, целый адмирал Ли получился. Особенно, вот эта деталь. Баам, что думаешь, если назовем этот аутфит «Престиж и комфорт»? — Кун кивает вниз, на кроссовки, что стыдливо торчат из-под фирменных брюк. — Так удобней, там были ботинки еще, но они жали очень. — А… — Кун тянет с сочувствием, и Баам борется с желанием незаметно пнуть его в бок. Урек подходит и тоже с явным любопытством рассматривает Ли Су. — Баам, ты чего-то хотел? — Мы с господином Куном договорились слетать на побережье, там скалы с интересной аномалией. Такие только тут и на отроге Малаурони. — Ясно, — Мазино кивает и, почти делая шаг к выходу, поворачивается к Куну, — Короче, все подробности по батальону у Солано. Не знаю, чего Ванесса так взбеленилась, не бери в голову. — Да я и не планировал, господин Мазино. Настроениями Ванессы пусть доктор Ильяр занимается. Мои таланты в другой сфере. Урек еще недолго смотрит на него, потом снова переводит взгляд на Ли Су и Баама. — Кстати, классный килт, малыш. — Это китель… Ли произносит это тихо, так, что отошедший Мазино уже не слышит, или делает вид, что не слышит. Зато выражение лица Куна ни с чем не перепутать, и когда за Уреком с шипением закрывается переборка, он начинает смеяться уже в голос. Ли открывает рот, закрывает, и делает вид, что ему очень нужно изучить что-то на пульте в дальнем углу рубки. Баам смотрит с легким укором: — Мне кажется, ты его обидел. — Ой, Баам, да перестань. Ну глупо ж он в этом выглядит. Или ты тоже подумывал прибавить себе солидности мундиром? — Я? Нет… Кун улыбается и Баам понимает, что тот его просто дразнит. Вот Куну точно не нужны никакие униформы, чтобы смотреться уместно среди любой высокородной публики. Будь то Офицеры или верхушка Древа. — Пойдем? — Кун небрежно хлопает Баама по плечу, и тот чувствует, как у него заполошно колотится сердце.