Пустой резонанс

Линия боевого соприкосновения. 103 Этаж. 10 лет назад.

Баам отводит локоть назад. Резким движением, словно натягивая гигантский лук. Куна нет… Энергия концентрируется, сжимается до теннисного мячика и пульсирует в ладони. Жжет пальцы. Никто ведь в горячке боя не обратит внимания, что ты кричишь и зачем. Или какие дикие гримасы мелькают на твоем лице. Куна совсем больше нет. Он пропускает сквозь орб тонкий луч, режущий вражеский портал на части. Кричит что-то яростное и отчаянное. Лицо некрасиво искажается, губы кривятся. И больше совсем не будет. Баам перемещается на несколько десятков метров и снова концентрирует энергию. Он режет порталы, не давая тем исторгать на поле боя еще больше кораблей-смертников. Почему, почему он не может смириться и жить дальше! Ему нужно держать чистым путь от Огненного флагмана. Не привлекая при этом к себе особого внимания в этой чужой стычке. Мало ли почему порталы не срабатывают как надо в этом пылающем аду. И когда Андросси пробивает обшивку флагмана Йеон изнутри и начинает перемещаться в его сторону, все, что он может, это сконцентрироваться и прикрывать ее движение в его сторону. Бой перешел уже в фазу, когда корабли и Избранные с двух сторон перемешаны на поле боя. Черные, парящие в воздухе скалы, придают пространству испещренный вид. Все двигается, беспрестанно маневрирует. Девушка перемещается нарочито хаотично. Вспышками. Уворотами. То скользя за счет одного лишь шинсу, то телепортируясь Бон-Боном. И только почти сверхъестественное чутье Баама позволяет тому отслеживать и корректировать ее путь. Разрыв пространства выпускает из себя три истребителя. Точка открытия портала совпадает с той, что выбрана Бон-Боном для очередного перемещения. Баам с ужасом, как в замедленной съемке следит за тем, как Андросси не находит опоры под ногами и летит в огненное перекрестье кораблей…

***

Захард рассматривает диспозицию. Войска семьи Йеон. Значит Хана. Войска семьи По Бидоу. Густав тоже где-то здесь. Два любителя манер и изысканной сервировки. Что за столом, что на поле боя. Что они не поделили на этот раз? Кажется, последний раз он всерьез искал ответ на вопрос о причинах очередной стычки лет сто назад. Хочет ли он, чтоб они знали, что он тоже тут? Почтил своим присутствием их игровую площадку. Нет, совершенно не хочет. Упоение красотой боя. Захард смотрит на взрывы. Концентрированные четырехконечные звезды. Они тянут свои лучи обнажая пространство. Стерилизуя его крест-накрест. Густав и Хана. Двое с безупречным вкусом. То, как нежно расставила свои корабли дева Йеон. То, как трехтомно взмывает флагман По Бидоу. Это должно быть красиво. Симметрично. Особенно из той пространственно ложи, что выбрал для себя Захард. Корабли сходятся в четком ритме. Чередуются слабые и сильные доли. Накатывают друг на друга. То, что происходит на правом фланге, сам Густав описывал в тактике и хронике Морского королевства. То, что происходит на левом фланге, похоже на фестиваль фейерверков, столь милый сердцу главы Огненного Дома. Это должно отзываться внутри Захарда. Греть его хотя бы каплю. Император считывает рисунок. Отмечает скорость убывания и прибывания сил с обеих сторон. Отслеживает, как меняется тактика. Азарт. Пока Захард не может предсказать, кто победит в этом сражении. Любители читать? Любители поджигать? А быть может все решит вот тот третий корабль, что пока скрыт пространственным барьером ото всех, кроме него самого. Корабль в виде роскошного белого канделябра. Или это такая интерпретация дерева? Руки Императора чуть подрагивают. Хочет ли он ворваться в сражение. Выбрать сторону. Радикально изменить всю диспозицию боя. Обнадежить одних, ввергнуть в пучину отчаяния других? Обрушить золотые столбы шинсу с небес и просто уничтожить тут всех без разбору? Или, быть может, наложить на себя какое-то ограничение, чтобы растянуть процесс? Например, не использовать обратный ток шинсу или сражаться исключительно гео-стихией. Спасение невинных. Тут такая плотная смерть. Размытые души. Тянутся к нему в последней молитве. Если он захочет, он услышит эти голоса над полем боя. «Пресвятой Захард. Спаси и сохрани.» Он слишком далек от человека, чтоб кого-то спасать. Он слишком пустое/равнодушное/невнимательное/эгоистичное божество, чтобы кого-то сохранять. Он где-то посередине между ипостасями. В стазисе, что не меняется веками ни в одну из сторон. Как ось в весах справедливости Густанга. Которая остается незыблемой, как бы ни качались вокруг нее чашки. «Сжалься. Великий и всемогущий.» Что он должен испытать от спасения невинных? Облегчение? Что-то такое лимонно-прозрачное? Что там было, совсем еще недавно? Захард протягивает руку, концентрируясь. Маленькие фигурки, выпавшие из взорванного транспортника, кажется, горят. Он выбирает одну из них наугад, оборачивает ее в ласковый кокон шинсу. Ожоги исчезают с кожных покровов. Почти оторванная конечность соединяется мышцами, сосудами и кровотоками обратно. Болевой шок, почти разорвавший мозг, откатывается. Собранная фигурка ставится на дальнюю платформу. Живая. Император переводит взгляд левее. Два корабля. Серый и стальной. Несутся друг за другом, притираясь вплотную, как в брачном танце. Стальной убегает. Серый догоняет. Захард медлит несколько мгновений. Стальной выпускает ракету-обманку в преследователя, получает удар турелями в двигатели, теряет управление. Его траектория идет четко в парящий в воздухе черный обломок. И в момент, когда проигравший должен врезаться в скалу, Захард меняет ее структуру. Подставляет пространственную дыру, что переносит обреченный транспорт на пятьсот метров вправо. Кораблик крутится, улетает в пустоту прочь от поля боя, без двигателей, но невредимый. Спасенный. Его внимание почти уходит из этой точки, где ошарашено рыскает оставшийся серый корабль. Явно не понимая, каким чудом вдруг пропала его жертва. Как вдруг что-то вновь привлекает внимание Императора. Яркая розово-оранжевая звездочка. Ее траектория замысловата. И в ней чувствуется знакомая энергия оружия из серии 13-ти месяцев. Одна из его принцесс? Прыгает с опоры на опору. Стремительно несется наперекор полыхающему пространству. Безрассудная, как и многие из его «выбранных». Сталкивается при перемещении с порталом, теряет энергию и с пронзительным криком летит вниз в огненную пропасть перекрестного удара. Захард в последний момент формирует под ногами у нее опору, позволяя оттолкнуться, взмыть вверх. Добавляет энергию истощенному розовому шарику. Который телепортирует принцессу куда-то за пределы его восприятия. Невредимой. Захард прислушивается к себе. Ничего. Практически ничего. Из того, что ему обещал последний контакт. Из того, что ему могло бы быть доступно. Ничего похожего, что он попробовал совсем недавно. Он чувствует себя обманутым. Чувствует, как кулаки на мгновение сжимаются. Лоб морщится и между бровями появляется складка. Простейшее движение мышц, которое дается им с трудом. Миг. И наваждение проходит.

***

Когда Бон-бон наконец вспыхивает в десяти метрах сзади, Баам бросается в сторону Андросси. Девушка, по инерции пробегает вперед по платформе и ее правая нога подламывается, почти принуждая упасть. — Мисс Андросси! — Баам! — Я так испугался за вас! — Я… я же все верно рассчитала, мне хватило сил на это расстояние! — она вцепляется в Баама и судорожно дышит. — А потом вдруг эти корабли, прямо в точке перемещения и все завертелось, — Андросси сглатывает несколько раз с трудом, одной рукой все еще сжимая куртку Баама. Другой шарит у себя за поясом. Выуживает оттуда тонкую пластинку. Вымученно улыбается. — Я достала схему Ахтена. Проще простого. Помереть за нее было бы такой глупостью. — Конечно же вы справились. Проще простого. Андросси внезапно как-то обмякает, дрожит и Баам осторожно гладит ее по волосам. Ее шепот почти не слышен: — Ты только никому не говори, но это было так ужасно, такая дикая плотность шинсу, словно отец был рядом… почти расплющило. Я… я каким-то чудом зацепилась за остов. Оттолкнулась от воздуха. Зацепилась там из чистого упрямства, Баам. Так и знай. Чтоб ты не раскис окончательно, оплакивая еще и меня.