Пустой резонанс

Внешний город. Настоящее.

Кун просыпается один, никто не бережет его сон, прикорнув рядом на табуреточке. О чем он, черт возьми, думал, когда вчера завалился сюда? Вчера. Одни сутки. Всего 24 часа. Как в них умудрилось впихнуться столько всего? Сначала Баам и полет наперегонки, потом эти вонючие бактерии, мерзкий Управляющий, потом концентрированный сондазиум, «Шинсорика», встреча с Ле Ро и Квантом. Их эта тошнотворная забота друг о друге. Сидел же он прошлым утром, читал, никого не трогал… А кончилось все тем, что ему приспичило завалиться именно в Кабинет Баама и грубо выгнать его же. Мрак. Темно. Шторы плотно задернуты, и понять, что там снаружи, не представляется возможным. Щелчком пальцев Кун вызывает часы. Почти полдень. Нормально он так поспал. В ушах отдается легкий гул, а во рту сухо. Он откидывает одеяло, садится на кровати, трет глаза. Он ощущает себя в каком-то эстетически неприятном беспорядке. Мятая одежда, волосы, что никак не желают приглаживаться. Зато вот его ботинки ровно стоят рядом на полу. И это точно не он их так поставил. Шторы. Ботинки. Может еще стакан воды где-то ему оставили нарочито? Взгляд Куна прыгает на стол. Там ничего нет, и это почему-то вызывает определенное облегчение. Он встает и бредет к холодильнику. Перед глазами встает картинка, как Баам вчера звенел там какими-то бутылками. И от нее хочется пить еще больше. Он открывает дверцу и изучает содержимое. Яблочный сок. Брр, ну уж нет… Содж. Алкоголь прямо с утра. Давайте не сегодня. Тоник. Сойдет. Как раз такой же кислый, как его настроение.

***

Кабинет Баама настроен хитро. Попасть сразу в него, имея личный уровень доступа можно из нескольких точек Дворца. А вот выйти — только одним способом, через дверь, ведущую во Внутренний круг и Восточную галерею. По которой надо идти ножками. Никаких тебе телепортов, открытых пространств и нужной плотности шинсу для полета. Кун выходит, аккуратно прикрывая за собой дверь и оглядывает коридор. Никого. В помещениях Внутреннего круга использование шинсу ограниченно и даже сканеры в его Кубах сбоят. В каком-то смысле эта зона была почти стерильной. Параноидально безопасной. Продавить пространство грубой силой, чтоб понять есть ли кто рядом, он конечно может… но это скорее всего вызовет срабатывание охранных контуров. А он же наоборот хочет смыться отсюда как можно незаметнее. Поэтому план пока, как по старинке, прислушиваться к эху чужих шагов или гулу голосов и менять направление. Столкновение с Ли Су всего через пять минут очень вписывается в логику этого дрянного утра. Тот почти впечатывается в него в тот момент, когда Куну до выхода в Восточную галерею остается меньше десятка метров. Его внешний вид в ярко-фиолетовом спортивном костюме традиционно дисгармонирует с окружающим пространством. Где он вообще берет такие дурацкие вещи!       — Кун?! Брови Куна сходятся над переносицей, зачем же так орать-то…       — Привет. Он старается звучать нейтрально, но чувствует, как Ли цепко его оглядывает. Его кое-как приглаженные волосы и рубашку в складках. Оценивает, откуда он идет. Что-то явно прикидывает в своей сообразительной голове и выбирает единственно возможный безопасный вариант. Улыбается и делает вид, что они пересеклись в этой точке пространства с одной целью. Молодец.       — Кхм, привет… Ты тоже ищешь Баама? — и сразу без паузы добавляет, — Мне он вот не отвечает ни на звонки, ни на сообщения. Не удивлюсь, если Андросси забрала его коммуникатор, чтоб он не отвлекался.       — Не отвлекался от чего? — Кун чувствует шанс. Шанс разобраться со всем не откладывая. Если удастся понять местоположение Баама как бы невзначай…       — Вчера они с Андросси договорились пойти покупать ей подарок на день рождения. Но я думал, что они уже вернулись.       — А что за подарок?       — Она хотела что-то для кардженга. Кун раздумывает всего несколько секунд. Если сложить воедино отсутствие скромности у Андросси, кардженг и кредитку Баама — то вариант ровно один. «Иллюминариум Ка» в Солнечных башнях. Настоящий храм фанатов игры, с штуками на любой вкус и кошелек. Между его полок можно действительно бродить часами. И Андросси не упустит такой возможности. Но ему все равно стоит поторопиться, если он хочет попытаться застать там Баама.       — Если я найду Баама первым, мне передать, что ты его тоже искал? Ли топчется на месте, изображая растерянность.       — Нет, спасибо, не нужно. Кун делает шаг дальше по коридору, и Ли следует за ним. Раз в Кабинете Баама нет — значит и ему туда незачем. Некоторое время они просто молча идут рядом. Впереди в арке зеленеет пихтовый сад Внутреннего круга, до него остается буквально несколько метров, когда Ли решается на вопрос:       — Ты же придешь на Небесную вечеринку? Кун ничего не отвечает, продолжая все так же молча двигаться вперед с застывшим выражением на лице.       — Кун? Ли тянет руку, но тот смещается в сторону, уходит от прикосновения, отмирает, возвращаясь в реальность. Губы чуть кривятся, словно Ли спрашивает его о чем-то не особо вызывающем энтузиазм.       — Вечеринку? Да… буду.       — Андросси наверняка попытается и ее приурочить к своему дню рождения.       — Очень в ее духе, — и Кун про себя думает, что хорошо бы действительно так. Что б ему не казалось, что этот всеобщий сбор в его честь.       — Я вот больше всего хочу Анак увидеть! Она хоть и… зараза, но тоже наверняка соскучилась по мне… и Хатсу. А ты? В этот момент они выходят на открытое пространство, и Кун жмурится, словно полуденное солнце для него избыточно яркое.       — Я буду рад всем одинаково. Внутренний сад представляет собой засаженный невысокими пихтами прямоугольник. Тут приятно пахнет хвоей, но Кун явно не планирует тут задерживаться. Он вызывает платформу с кубами и запрыгивает на нее.       — Кун, погоди!       — Ли, я правда тороплюсь.       — У тебя пуговицы на рубашке сбились… Кун опускает взгляд и понимает, что Ли прав. Ряд застегнут со сдвигом на одну петлицу, из-за чего воротник чуть перекосился.       — Хм… спасибо. Твоя внимательность как всегда на высоте. Я правда ценю. Ли замирает на мгновенье, пытаясь понять насколько в этой благодарности силен легендарный градус сарказма. И за что, на самом деле, ему говорят «спасибо». Кун взмывает вверх и за минуту превращается в точку на горизонте. Ли провожает его взглядом. Таким за эти месяцы Куна он еще не видел. Помятый и растрепанный, но при этом какой-то более живой. Меньше похож на безупречную пустую усталую оболочку. Шел словно бы из Кабинета… Ночевал там, что ли? Что между этими двумя происходит?.. Уточнять в лоб явно не стоит. Ли подумывает, что лучше ему пойти проверить конфигурации защитного купола. Как-то он не рассчитывал при настройке, что кто-то будет так грубо нарушать периметр своими полетами.

***

Умение наслаждаться временем, проведенным в магазине, должно засчитываться за отдельный талант. И Баам совершенно честно признается себе, что он им не обладает. Как и талантом спорить с Андросси. Формально, ее День Рождения только через неделю, но заявки на городской турнир по кардженгу принимают только до завтра, а заявляться можно только с точным стартовым набором стратегий, можно, конечно, оставить вариативность, но тогда дадут 11-ю лигу… и дальше Баам уже не слушал. После такого потока информации купить подарок прямо сейчас, да еще и вместе, чтоб не было сюрприза «Ты с ума сошел, какой сюрприз, мне же надо проработать стратегию!» казался донельзя разумным. Да и вообще… эти шум и суета, что создает вокруг него и себя принцесса, сейчас ему на руку. Отвлекает от дурацких мыслей. Которые и так вчера весь вечер, как примагниченные, возвращались к Кабинету. Кардженгу посвящен целый этаж центра развлечений в Солнечной башне. Великий и легендарный «Иллюминариум Ка» — царство цветастых стеллажей, заполненных фигурками, колодами, готовыми стратегиями, подушками, брелками, даже едой в виде фигурок героев. Баам какое-то время еще надвигает кепку пониже, а худи натягивает повыше, но очень быстро понимает, что местной публике нет до него дела. Даже Андросси, которая шумно перемещается между частями магазина, слабо интересна копошащимся в атрибутах игры гикам. Им главное, чтоб никто заветную колоду или карту не утащил. А бывшая принцесса ты или актуальный герой Башни — вопрос уже десятый. Баам останавливает свой выбор на двух наборах карт, пытаясь понять, какой порадует Андросси больше. Она ему сказала выбирать строго с этой полки и растворилась где-то в лабиринте стеллажей. Кажется, там, где были подушки с принтами героев.       — Бери синий, розовый слишком…несерьезно для нашей скорой именинницы. Голос Куна раздается так близко и так неожиданно, что Баам вздрагивает. Он оборачивается, продолжая сжимать карты. Это действительно Кун. Стоит, как ни в чем не бывало, между полок с бесконечными колодами, спрятав ладони в карманы брюк. И выглядит совершенно нормальной версией себя. Идеально застегнут на все пуговицы. Ничем не напоминает того, что уснул вчера в его Кабинете. Взгляд ясный, даже словно бы довольный. Разве что волосы убраны в хвост как-то совсем небрежно и влажные на висках. Как он тут оказался? Почему Баам не почувствовал его приближения? Тоже хочет что-то себе прикупить? Но Кун не играет в кардженг. Это Баам знает совершенно точно. Значит, никакая это не случайность. Значит искал. Но кого? Его или Андросси?       — О, тоже мне, эксперт пришел! — принцесса оказывается рядом как по волшебству. Изящно выныривает из-за стеллажа, демонстративно закатывает глаза, — Мы тут с Баамом, вдвоем и по-делу! Ты откуда вообще взялся? Она собственнически берет Баама под руку и впивается в Куна взглядом:       — А этот розовый — лимитка! Там бонусы к атаке всех женских персонажей.       — Хм, действительно неплохо, — Кун протягивает руку, забирает синюю коробочку у Баама и рассматривает ее внимательно.       — А тут есть шанс на карту «Незаконный плюс».       — Да? — Андросси выхватывает у него коробку и тоже начинает изучать — Блин, Кун, ну что ты наделал. Теперь я не знаю, какой нравится больше. Баам, может поищем еще варианты? Взгляд Баама укоризненно обращается на Куна, потом с тоской скользит по длинным полкам и вдруг просветляется:       — Мисс Андросси, я подарю вам оба. Считайте, что синий на этот День рождения, а розовый пойдет в зачет в тот год, когда мы познакомились. Я ж тогда ничего не дарил.       — Ого, а присутствие Куна оказывается влияет на тебя положительно, сразу бонусы к галантности. Раз так — пусть остается.       — Ну спасибо за разрешение. Баам переводит взгляд с одного на другую. Кун демонстративно миролюбив, Андросси явно довольна тем, как все складывается, хоть и старается этого не показывать.       — Решено, давай эти два! И еще, напомню, — она серьезно смотрит Бааму в глаза, — У нас был дальше по плану магазин «Шиляль и Ко». Кун, ты с нами что ли будешь по магазинам ходить? Тебе тут, быть может, помочь с набором для самых начинающих? На этом вопросе она выпускает локоть Баама и складывает руки на груди.       — Нет, спасибо, я справлюсь, дайте мне пару минут. Кун продолжает что-то рассматривать в игровых комплектах, небрежно перебирая их на полке. Андросси неопределенно пожимает плечами:       — Ну как хочешь, но для новичков наборы в другой секции… — Девушка делает шаг в сторону кассы, — Баам, еще я хочу подарочную упаковку. И открытку.       — Я вас догоню, — с этими словами Кун оставляет в покое бонусные колоды, разворачивается и идет в сторону стойки VIP-обслуживания.       — Пфф, позер! Мои советы недостаточно хороши что ли для него? — Андросси неодобрительно смотрит Куну в спину и тянет Баама за рукав, словно боится, что тот передумает дарить ей два подарка разом. Баам кивает. Сначала — закончить покупки для Андросси. Договоренность — есть договоренность. Хотя, неожиданное появление и поведение Куна сбивает ему ясность мысли. После вчерашней сцены в Кабинете, Кун действительно планирует вести себя, словно ничего не было? И ему нужно вести себя точно так же? Андросси снова подталкивает его в сторону кассы и Баам понимает, что замер. Решительно встряхивает головой и идет в конец зала. Через несколько минут девушка уже стоит с фирменным подарочным пакетом, украшенным белым бантом из ленточек. Внутри пакета лежат тщательно завернутые во что-то очень блестящее, колоды «Принцип Амазонки» и «Секрет 25-й ночи». В чем смысл упаковки, если и так знаешь, что внутри? Но он даже не задает этот вопрос Андросси, уверенный, что та в ответ посмотрит на него, как на слабоумного. А Кун все еще о чем-то негромко переговаривается с продавцом, опершись на стойку. Тот машет руками, что-то достает из подпространства, убирает, снова достает. Девушка перебирает магнитики около кассы, время от времени тоже поглядывая на Куна. Бормочет что-то вроде:       — И зачем ему стартовая премиум-колода, все равно никакого таланта нету… Продавец VIP-секции ныряет в подпространство целиком так, что остается видна только одна рука. Появляется обратно через минуту, осторожно держа прозрачную коробку, которую Кун тут же забирает и вместе с ней возвращается к Андросси и Бааму.       — Это тебе от меня. С наступающим ДР. Кун протягивает подарок, и Андросси завороженно смотрит на небольшую искусственную девушку внутри коробки. У той каштановые волосы, оранжевое платье, черные лосины и солнечные глаза, подведенные красным. На ногах, что уверенно стоят на черном постаменте, такие же красные, как и подводка, туфли на каблуке. Коллекционная фигурка кардженга. «Фиш-офицер», выполненный в виде принцессы Андросси Захард. «Расширенная комплектация».       — А еще у нее меняются туфли на кроссовки, и заколки добавочные. Там внутри дополнения. Андросси кивает, бережно берет подарок и прижимает его груди. Кун снова убирает руки в карманы и, чуть склоняя голову к плечу, смотрит на Баама:       — Ну, как минимум тут, с покупками на сегодня покончено. Может поеди́м? Тот откликается сразу:       — Да, конечно, давайте. Мисс Андросси, куда бы вы хотели? Девушка продолжает крепко сжимать в руках коробку. Ее взгляд рассеянно блуждает по хрупкой фигурке, явно представляя, как она выставит ее на доску. Поменяет цвет заколок. Переоденет в кроссовки. Или нет! Лучше оставит в туфлях. Или все-таки кроссовки?       — А… я? Я не хочу… Спасибо! Мне надо домой! Вы давайте как-нибудь сами. Без меня. Баам, ты ж не расстроишься?       — Нет, если вы торопитесь, то идите. Я не обижусь. Кун делает прощальный знак рукой, даже и не думая ее отговаривать. Эта чертова фигурка влетела ему в копеечку. Но если проблему можно решить деньгами — это не проблема, а «расходы». Он поворачивается к Бааму:       — Тут в паре кварталов был райончик с лапшичными. Ты не против, если мы прогуляемся до туда?

***

Заведения тут по большей части стилизованы под ретро. Небольшие, с рядами стульчиков у входа. Шторки вместо дверей. Сейчас время обеда и в каждое стоит внушительная очередь. Кун просто встает наугад в ту, что средней длинны. Баам держится рядом, почти вплотную к нему. Чуть опускает голову, снова надвигает кепку. Да уж. Сложно ему быть знаменитостью. Сам Кун стоит расслабленно. Нет тут никому до них дела. Два парня и два. Отлично, значит займут столик поменьше и очередь тех, кто дальше, быстрее подойдет. Автоматический терминал заказа подлетает к ним сверкая разноцветными картинками блюд. Баам рассматривает их:       — О, вот это я пробовал, с курицей, классное было.       — Да? Давай тогда две такие, я угощаю. Кун тыкает в картинки, прикладывает ладонь, позволяя считать рисунок шинсу для оплаты. Из терминала вылезает бумажка с номером заказа. Интересный олдскул, конечно. Они проходят внутрь небольшого полутемного зальчика. Ни разу не «Звездолик», но свое очарование определенно есть. Не во внешнем виде — пластиковые стулья, длинный общий стол, разбитый перегородками. Тут притягательны запахи и звуки. Что-то жареное, пряное, со свежими нотками под аккомпанемент стука ножей, треньканий, когда загорается очередной номер на табло. Они сидят плечом к плечу. Еще немного, и тишина между ними в этом галдящем месте станет неловкой. Баам упорно молчит, расправляя уголки номерка с заказом. Он явно не планирует облегчать Куну жизнь. И Кун понимает, что у него выбор из двух вариантов. Он может пойти к общей стойке, налить себе, к примеру, чаю. Занять чашкой руки и рот. Потянуть еще. Больше неловкости богу неловкости. Или начать уже то, черт возьми, ради чего он все это затеял. И он выбирает второе.       — Я бы на твоем месте сменил подушки, неудобные. Баам смотрит на него, и Кун почти видит, как разные варианты ответа готовы сорваться с языка.       — Купи, какие тебе нравятся, и приноси с собой. Кун хмыкает. Что ж достойно. Открывает рот, но Баам не дает ему продолжить, перехватывает инициативу:       — Может объяснишь все же, что случилось вчера? Я не хочу в будущем ставить тебя в какие-то неловкие ситуации. Глаза Баама очень карие, в обрамлении темных ресниц. Такой прямой, теплый, бездвусмысленный взгляд. И этот подбор слов… «Неловкие ситуации»… Нда. В этот момент табло тренькает и загорается их номер. Баам привстает. Словно дает ему время подумать над вопросом. Очень мило с его стороны. Возвращается с подносом с двумя тарелками. Ставит одну перед собой, другую перед Куном. И снова смотрит, тем же самым взглядом. Одной рукой Кун подпирает подбородок, а другой теребит сережки в левом ухе.       — Как ты думаешь, что будет, если два тех розовых сондазиума с Завода сплавить в один?       — Ну… — Баам тянет, берет в руки палочки, пытаясь понять, всерьез ли Кун вместо ответа на вопрос решил погрузиться в энергетическую химию. — Получится более концентрированно и материя будет чище?       — Хорошо будет продаваться?       — Да… наверное. Такого качества камни делают. А что? Кун не отвечает на вопрос, и вместо этого задает свой следующий.       — А если сплавить два таких концентрированных камня воедино?       — Это требует уже много энергии, но производят под телепорты. Кун хмыкает и Баам почти догадывается, что он спросит дальше. Но не понимает, к чему такие вопросы.       — А если скрестить два таких телепортных?       — Не уверен, можно наверное, в исследовательских экспериментальных центрах…       — Экспериментальных… — Кун словно пробует это слово на вкус. Выражение его глаз становится нечитаемым.       — А если проделать эту операцию еще раза три. Умножая концентрацию. А потом внедрить это в живое существо. Как думаешь, что будет? Баам замирает. Мысли хаотично мечутся.       — Я… я думаю ничего не получится. Это бессмысленно. Он… оно умрет.       — Умрет? — Кажется, Кун силится улыбнуться, уголки губ чуть приподнимаются. — К сожалению нет, не умрет. Баам молчит. Он хочет сказать, что не понимает, о чем Кун. Что его вопросы странные. Не имеют отношения к вчерашнему дню и тому, о чем он хотел поговорить. Но он понимает. Пусть и не в силах поверить до конца, в только что сказанное. Кун пододвигает тарелку и размеренно наматывает лапшу на палочки.       — Слушай, а правда вкусно. Мне кажется, надо будет в следующий раз еще Кроко захватить. Баам набирает полную ложку бульона, проглатывает, и от остроты сводит горло.