Мы пойдём ко дну

Сотни гортензий пронзают живот – это последствие не заживёт. Смерть от тысячи порезов, должно быть больно, разве нет? Но ему кажется, что это почти сразу мгновенная смерть, буквально две или три минуты максимум. Он падает замертво с мечом наперевес, не пытаясь вынуть его из ножен. Он мечтает чтобы его убили. Он бы ни за что не сопротивлялся и тогда это будет... Идеальный несчастный случай. Он тут будет не при чём. Не его вина. Такое ведь случается. Почему же не с ним? Почему из этих жертв насильников, алкашей и прочих подонков, там нет его? Он давно молил об этом, в мыслях, ночью, когда не мог уснуть, каждый день. Каждый день он приходит домой и думает что снова здесь. Он ведёт войну с самим собой, и пока не побеждает. Так что расскажите ему, как соединить все созвездия в одно? И возможно ли это вообще... — Теория вероятностей используется в разных областях и возможны также в быту. К примеру, с той или иной вероятностью сегодня может пойти дождь или выпасть снег, это самое примитивное. Или с какой вероятностью вы закончите домашнее задание за два часа, это уже посложнее и зависит от многих факторов: усталости, сосредоченности, а также если есть дела по дому. Это просто пример, не волнуйтесь так, я не собираюсь сегодня вас заваливать. "Сегодня, да?" — Тема лёгкая, и для экзаменов вам не понадобится, так что я задам вам простенькие примеры. Это самая лёгкая тема и её не будет в тестах? Ацуши отказывается сдавать экзамены. Где поблажки для студентов? — Где мы могли видеться, что ты назвал меня старым знакомым? Ацуши подсел к парню, которого видел вчера, держа в руках поднос. В столовой как всегда было полно народу, а он одиноко сидел за пустым столом. Он ведь ничего не теряет, так почему бы и нет? — Отчего твоя память настолько плоха? Ацуши пару раз моргнул, подумав, что так нужно для приличия. — И всё же? Безнадёжный, есть немного. Так же безнадёжно он может и любить. — Экскурсия для младших школьников в Токио. Мы ехали тогда на большом автобусе, который умещал всех желающих поехать, в общем, три класса. - Ацуши слегка опустил голову, начав вспоминать. - Мы с тобой сидели рядом. Комнаты в гостинице нам тоже дали рядом. В общем-то говоря, ты от меня почти не отходил, разве что поспать. - усмехнулся он. Тут он залился краской: аж уши покраснели. И впрямь, мелким он тоже был нелюдимым, но не так сильно как сейчас. Со всеми, с кем он дружил или тесно общался в детстве, уже давно почти не разговаривает, а то и вовсе не видится. Он поднял голову с немым вопросом. — Акутагава Рюноскэ, ученик 11 класса. Давно не виделись, Ацуши. Последний сглотнул и слабо кивнул, прикрыв глаза. Резко захотелось встать и уйти отсюда куда угодно. Но это было бы невежливо, да и он бы не смог. — Прости, я правда забыл, - Акутагава кивнул, поедая рис. - Но мы не виделись так долго, где ты был? — Уезжал. — Куда? — Неважно. Я ведь вернулся, зачем спрашивать? Если не хочет, не ответит... Сколько им тогда было? Если Акутагава старше него на год, то, должно быть, он тогда сильно поднадоел ему в той поездке, ведь он был ребёнком. Дети всегда мешают. Он его запомнил как всегда хмурого, но спокойного, с холодным сердцем, которое никого не подпускает. И, к слову, он не знал, что у него есть сестра. — Как её зовут? — Гин. — Она милая, на тебя похожа. Акутагава хмуро посмотрел на него, не желая развивать эту тему разговора. Остаток дня он провёл в очень хорошем настроении, даже чересчур, ведь его отец написал ему, что задержится в универе до вечера, а значит он дома наконец-то будет один! Одна только мысль об этом, и он уже готов был поубивать всех направо и налево, лишь бы выпустить пар. Подумаешь, психическое заболевание отнимает много свободного времени, ведь в совершенно здоровом состоянии он мог бы читать, играть в игры на компьютере, делать всё что угодно, кроме. Но, что есть то есть, и он не считает это проблемой, а скорее, лёгкое отклонение от нормы. Чудовищное отклонение от нормы. К: «Как дела, друг? Не хочешь пойти выйти погулять? Чё всё в шарагу то ходить.» Блять. Вот когда не надо, он тут как тут.

А: «Где встречаемся?»

Он чокнутый? Он не знает. В голове в такие моменты всё перемешивается, но разве уже это не делает его человеком? К: «На обычном месте.» Его старый друг со средней школы, Киотака Аяно, наряду с Рюсукэ, который иногда появлялся в его жизни. И когда он звал его гулять, это всегда означало, что Аяно пригласил ещё кучу (немного) народу, и он будет если не третьим лишним, то седьмым или девятым, как карта ляжет. Из всех постоянных знакомых Ацуши кажется, что он единственный, кто не оставляет Киотаку одного со своим сборищем. Понятно для чего он это делает, но вот как можно быть таким доверчивым, приглашая погулять кого ни попадя? Да, друг друга стоят. До чего же проблематики... Они познакомились во время репетиции для выпускников. Ацуши был тогда в восьмом, Киотака – в 11, а их классы выбрали в помощники для мероприятия, ибо работы было реально много. Помимо украшения зала (чем занимался Ацуши с другими одноклассниками), были танцевальная программа, поздравления, вручение аттестатов и торжественные речи. Всем было весело, кроме них, потому что они учили тридцать листов текста. Разумеется в прошлом году было тоже самое, благо, его это обошло. И вот, Киотака выпустился и поступил в Национальный Йокогамский университет... До чего же быстро летит время. Вот он уже и права себе сделал, ещё немного и на работу устроится. Последнее, Ацуши полагает, маловероятно, ведь у него богатенькие родители, которые могут всю жизнь его обеспечивать. Да и он пока не готов к этому, всё тусуется. На обычном месте всегда означало, что этот плейбой в старых чёрных джинсах, подъедет к его остановке около школы и заберёт покататься до места назначения. Ждал он недолго, и вот уже сидел рядом на пассажирском сиденье. — Сегодня вроде дождь обещали, чего так легко одет? — Не читаю прогнозы, - ответил Ацуши, положив руку на дверцу машины. - Удивлён что ты читаешь. — По радио передавали. Если станет холодно, скажи, у меня есть куртка. — Спасибо за заботу, дядя, - наигранно улыбнулся он. — Всегда к твоим услугам, - Киотака улыбнулся в ответ, на секунду глянув на него. - А твой отец... — Не узнает, целый день сегодня работает. — Чудненько. Заядлый курильщик, алкоголик и подлец – Ацуши вообще удивлён, что тот не пренебрегает общением с ним, ведь он ходячая катастрофа, не умеющая адаптироваться. Посадите его в комнату с тремя людьми и он и слова не сможет вымолвить: до того он не знает что нужно говорить. Как обычно Киотака спланировал всё на уровне: пустая квартира его дяди, который иногда уезжает из города по работе. Выпивка, еда, почти всё – за его счёт. Ацуши и это обошло, ведь он беден. А народу было немало, он насчитал одиннадцать человек. Почти пол группы, но среди них были и люди почти его возраста: 16, 17. — Этот болван однажды нарвётся. Ацуши, а у тебя мягкие волосы, каким шампунем моешь? — Это подкат? - усмехнулся он. — Пф, конечно. Сам подумай, я ведь больной на голову, ик. Его имя он не запомнил, но кажется ему тем ещё бездарем. И почему только такие к нему и подходят? Уже в стельку... — Отвали. Он от греха подальше пересел к Киотаке с Манабу, его однокурсником. На вид серьёзный парень в очках с тонкой оправой, по поведению и сдержанности, должно быть, занимает какой-то высокий пост в университете. Тёмно-синие волосы, серые глаза, да и одет он среди всех наиболее прилично. О нет, только не говорите ему, что Аяно хочет расположить его к себе? — Хорикита-кун, ты мне окажешь большую услугу, если позволишь поучаствовать. — Только без глупостей. Неразговорчив, тревожен, но спокоен – образец деликатности. Когда Киотака ушёл к другим на кухню, Ацуши смущённо подвинулся к нему. — А ты..? — Накаджима Ацуши, десятый класс. Рад знакомству, Хорикита-сан. Тот кивнул, ещё рассматривая его. Ацуши склонил голову набок, чтобы он прекратил, ведь это же делают все остальные? — Ты один тут не пьёшь? — Вы тоже. — Давай на ты. Я не переношу похмелья, вот и не пью так много. — А я, кажется, не переношу алкоголь и вовсе. Вкус не нравится. — Хм, бывает. Наверное, к лучшему. Он бы так не сказал. Может, его гены дали сбой, или он сам решил так отгородиться, но Ацуши боится, что однажды просто сорвётся, ведь... А, впрочем, кто не рискует? Так он думает каждый раз, когда решается на что-то. После завоевания земли и моря останется только дорога к небесам. — Ты слышал историю о затонувшем корабле? — Да, дело было громкое, - Ацуши кивнул. - На нём ведь была контрабанда, вроде ювелирки и чего-то другого, более ценного. Но как власти об этом узнали, ведь там их было достаточно много? А они сразу пошли на один единственный... Манабу слегка улыбнулся, удовлетворённо кивнув – да ведь он не глупый. — Я тоже не знаю кто их сдал, но могу поделиться с тобой ещё кое-какой полезной информацией. — Хм, весь внимание. — Товары с корабля должны были доставить в Портовую мафию. Он наблюдал за его реакцией на этот счёт, но Ацуши это ни горячо, ни холодно. — Ясно, - он пожал плечами. — Ты что, разве не боишься их? — Я их никогда не видел, так с чего бы? Кроме того, они – мафиози, а я обычный школьник, вряд ли мы когда-нибудь столкнёмся лицом к лицу. Даже то, что я могу пройти мимо одного из них посреди улицы, и то правдоподобнее. И вот, ему стало скучно. Не желая разговаривать с ним дальше, он пошёл на кухню за новой бутылкой виски, застав там Аяно. — Кио-кун, подслушивал? Что хотел узнать? В его маленьком мирке все боятся эту организацию, что добивается своих целей с помощью насилия, запугивания и убийств. Странно, но он не из этих, будто он пережил насилие похуже. Да, так и есть, пусть его нервная система отгородилась от этого с чрезвычайным количеством защитных механизмов, поэтому он и не помнит. Но состояние с каждым днём, медленно, но верно, хуже. Он так думает, потому что всё ещё делает это, пытается даже сейчас, но Киотака ему не даёт окунуться полностью. Прощайте, мечты, мечты. — Как думаешь, Хорикита – один из них? Помогите... Никогда ещё он не был с ним столь серьёзен. И как ему теперь отвечать? — Я не знаю. Мне то откуда. Он усмехнулся в ответ и ушёл обратно. Фёдор рассказывал ему о таких людях, на всякий случай. Они не совсем безжалостны, как о них говорят, просто каждый пытается что-то защитить, какая разница, какими способами? И каждый справляется сам. Ацуши ещё ни разу не видел самопровозглашённого мафиозника, но, он полагает, что некоторые из них всё же есть в его окружении. А потому, различить кто есть кто, ему противоречиво, да и он не берётся. Да, конечно, не берётся он. Он давным-давно начал подозревать Дазая, который носит маску шута, и что-то точно скрывает. Это видно, когда Ацуши пытается его разговорить на такие темы, делая вид, что ничего не понимает в итоге. Ему этот мир непонятен и он жаждет покоя и, возможно, смерти, чтобы не думать ни о чём таком. Воистину, его мысли – стая запутавшихся птиц. Он незаметно ушёл пораньше с этого сборища, ведь ему завтра в школу. Дома везде выключен свет, да и обуви никакой нет, значит отец ещё работает. Ацуши прошёл в свою комнату и включил в ней одной свет. Почти одиннадцать... Хм, ладно, неважно. Когда же люди поймут, что всё это скучно? Мы не выбираем семью и окружение, но можем выбрать что нам делать. Некоторые из них даже становятся одержимыми этой идеей, что перестают быть нормальными. Ни один здравомыслящий человек не станет рисковать жизнью или карьерой, ради спасения человека, который не хочет жить, если у них есть что-то кроме, если есть что-то ещё... Именно поэтому нормальные люди заводят жён, детей, хобби. У них нет того, чему можно отдаться без остатка, и это правда. Для него это, можно сказать, и не в счёт, ведь он... То, о чём такие как он думают постоянно, и отчего не могут быть нормальными. Но что делает их великими, лучшими. Всё, что они упускают – это всё остальное. Поэтому он надеется, что поживёт до 25, а там и умрёт. — Я вопрошаю у небес, покуда молод я, безумен: Скажите мне, зачем я здесь, что должен показать я людям?

***

Это было ещё в начале средней школы, когда количество предметов прибавилось. Столько всего нужно было помнить, изучать и знать, что в конце концов он благополучно забывал. В этом году ему уже шестнадцать, он ничуть не умнее, чем в двенадцать. Хотя, есть множество вещей о которых он может рассказать больше, чем самые закоренелые фанаты сериалов и новелл. Да, он находит отдушину именно в таких вымышленных мирах и это, с научной точки зрения, не считается патологией. На уровне эскапизма, но немногим другим. Так он утешает себя, что не всё так запущено в его мозгах. — Акутагава, давно не виделись, - поздоровался Ацуши, подойдя к нему. Рюноскэ молча кивнул, переместив взгляд обратно в учебник. Они стояли в коридоре в ожидании преподавателей на первый урок по расписанию. И надо же как совпало, что у них занятия на одном этаже, Ацуши даже как-то обрадовался. Он хотя бы стоит не один. — Хей, - он тихо окликнул его, чтобы никто другой не слышал. — А? — Что ты переживаешь? От тебя так и несёт беспокойством за километр. — Что ты, тебе показалось. Ещё бы, блин!! Пока другие громко болтают со своими друзьями, он прячется за одиннадцатиклассником, какой позор... Мамочка китайская провинция, да это единственное, что его сейчас заботит, и почему ему не всё равно..? — Ну да, с твоим уровнем стеснения. Святые небожители, ты то куда лезешь в душу? Можно подумать ты ни о чём таком в жизни не переживал! Не переживал. Не мог, у него есть сестра, к тому же и младшая. Не его ситуация... Нет, это неважно. Будь у него тоже кто-то младшенький, он бы вёл себя на людях также. Они с ним разные. Ацуши зависимый и необразованный, Акутагава – холодный и отстранённый, но почему-то позволяет ему стоять подле себя. Быть может, он не так уж безнадёжен, как сам считает. Двери в классы отворились и Рюноскэ глянул на него: — Встретимся после школы? — Ага. Ацуши улыбнулся и последовал за своим классом. Запоздало он обнаружил, что его тон был малость серьёзнее, чем обычно, но оборачиваться не стал, дабы не злить учителя, который стоял около открытой двери, пропуская их. С той встречи Ацуши кажется, что он ведёт себя странно. Будто хранит какую-то тайну, но не может рассказать. И в чём дело он не знает. — Мы хотели после школы погулять, не хочешь с нами? Исаги в столовой подсел к нему, когда на другом не осталось мест. — Нет, спасибо, - Ацуши покачал головой, поедая булочку. Он спрашивает из вежливости, это точно. Но сейчас он лучше откажется, нежели будет среди них белой вороной. И да, он боится, что его там высмеют на виду у всех. Причин беспокойства у него и так в достатке, спасибо. Вторая причина – он уже пообещал Акутагаве. И ему не терпится дождаться конца уроков. Так он молил всех богов на свете, чтобы этот день поскорее прошёл, но не тут то было... — Ацуши, проходи. Их классный руководитель – Фукудзава Юкичи. Человек слова, принципов и дела. Когда он рядом, во всём кабинете воцаряется гробовая тишина, не предвещающая ничего, если его не злить. Впрочем, никто никогда этого и не делал. Репутация закоренелого воина – если что-то случается с одним из его учеников, он не оставит это просто так. Ацуши о нём наслышан ещё со средней школы, но преподаёт он исключительно у старшеклассников. Ну и как следствие, разумеется боится его. — Фукудзава-сан, - осторожно кивнул он, закрыв за собой дверь. Юкичи жестом позвал его присесть и Ацуши смущённо последовал к его столу. Но это странно, родительское собрание проводилось ещё до начала учебного года, неужели он что-то успел натворить, даже ничего не делая? Или проблема в его оценках, или отношениях с учителями или одноклассниками, или во всём вышеперечисленном? Не подавать виду... Нельзя, нельзя, нельзя. Однако частое моргание и взгляды со стороны в сторону в кабинете, возможно, выдают его. — Как дела, всё хорошо? — Да, сэр. — В школе не обижают? — Нет. "Если хотели что-то сказать, говорите, к чему вы тянете время?.." — Вы же не просто так позвали меня, учитель? Чтобы просто поговорить, необязательно было звать к себе в кабинет после уроков... — Да, ты прав, - тот вздохнул с некой тяжестью, будто пытался ему этим передать что-то. - Я хотел поговорить о твоём отце. — А что с ним? Ацуши его со вчерашнего утра не видел, на звонки и смс-ки не отвечает, Гоголь и Дазай тоже не говорят ему. Либо врут, что не знают, либо правда не знают. — Для начала скажи, ты знаешь чем он занимается в университете помимо преподавания? — Почему вы спрашиваете? Иначе я не стану отвечать. С него хватит, в этой жизни он больше никого никогда не предаст! Ему хватило первого раза, и это лишило его новоприобретённого друга, отъездом в другую страну другого близкого ему человека, и становление неполноценным человеком до конца своих дней. А тут его отец – вот уж нетушки! Если тот в чём-то и виновен, то уж точно не перед Фукудзавой! — Недавно он был замечен около порта вместе с кем-то. Юкичи протянул ему распечатанный листок с камер видеонаблюдения, где он как раз таки и был... Второго человека не видно. — В этом месте расследуют дело о затонувшем корабле, полиция специально поставила охрану и камеры, чтобы выследить подозреваемых и за это время на них засветились только они. Не нужно быть гением, чтобы догадаться к чему он клонит. Но Ацуши кажется подозрительным, что прошло так много времени и камеры засекли только двух человек. Хорикита рассказал ему, что товары должны были передать Портовой Мафии, значит, Фукудзава считает, что Фёдор может быть одним из них. Вот почему он тут сидит как на допросе. — Не знаю поверите ли вы в мои слова, но я не думаю, что он как-то в этом замешан, - Ацуши поднял голову и посмотрел на него, полным ожидания и надежды, что Фукудзава хотя бы отпустит его с миром, аминь. — Почему? — Если бы это было так, я бы тут сейчас не сидел, как думаете? Ацуши отталкивался от мысли, что он его единственный сын и наследник, в случае чего, он бы не оставил его здесь, в этом богом забытом захолустье, именуемым школой. Серьёзно, у них не настолько плохие отношения. Может они оба иногда и перегибали палку, но всегда мирились и приходили к компромиссу. Как тогда, Ацуши не хотел учиться готовить, и Достоевский разрешил ему не делать этого. Взамен, он просто должен был не жаловаться на ту покупную дрянь, да и вообще молчать об этом. Да, тут они одинаковы, но это далеко не единственный случай. Самое главное что он точно знает и во что верит – отец его не бросит. Либо он больше никогда ничего не хочет знать. — Когда ты в последний раз его видел? — Вчера. Седые волосы и стальные глаза – даже при желании, он не сможет его обмануть. Его многолетний опыт и труд, несомненно, не смогут его обмануть в раскрытии правды. Но сейчас Ацуши правда не знает ни где он, ни что задумал. Остаётся только выйти из этого кабинета целым и невиновным. — Ясно. Когда встретишь его, будь добр, скажи ему чтобы объяснился и позвони по этому номеру. Он дал ему визитку. Детектив Бриггс, из государственной службы... — Разрешите идти? — Да.

***

Сумасшедший, сумасшедший, сумасшедший..! Помешанный, ничтожество, ходячая катастрофа и психически больной! Если Фёдор из портовых мафиози, пусть его пристрелят, чтоб не мучился! — Накаджима? Ацуши вздрогнул и сделал шаг в сторону, увидев Акутагаву. — А, это ты. Давно ждёшь? - Рюноскэ между тем подошёл к нему. - Извини, после уроков задержали. — Всё нормально? — Да, да, нормально. Пойдём лучше поскорее... Он много-много лет изображал красивый фонарь на стене, когда на деле это было не так. Оставленный вот так, не тронутый с тех пор, но вот он почувствовал что что-то меняется. Наконец-то. Плевать что, главное дело сдвинулось с мёртвой точки, дальше пусть им распоряжается небо и правосудие. Как говорится, в мире нет стен, которые не пропускает ветер, а запачканные руки в крови никогда не отмыть дочиста. Ему нельзя доверять, но это не значит, что его нельзя использовать.