Иллюзия Искупления.

Люцифер нежно поцеловал Мэри в макушку и помог ей встать с колен, опустив на траву. — Иди, малышка, ты справилась отлично, — мягко сказал он. — Иди к девочкам, а я сам разберусь с документами. Девочка благодарно кивнула, спокойно взглянула на Энджела и легкой походкой направилась к особняку. Люцифер тяжело вздохнул, опустился на колени у входа в беседку и начал собирать разбросанные по саду листы бумаги. Он на мгновение замер, разглядывая жуткие фотографии Земли в одном из досье, но тут рядом с ним бесшумно появилась фигура Радио-демона. Аластор грациозно наклонился и подхватил улетевший документ. Их пальцы случайно соприкоснулись. По руке Люцифера пробежала легкая искра золотой магии, а Аластор ощутил, как его темная сила глухо отозвалась на это тепло. Люцифер резко отдернул руку, и на его щеках появился едва заметный румянец. Он поспешно встал, неловко спрятал бумаги за спину и громко кашлянул, пытаясь вернуть себе величественный вид. — Продолжим, господа, — сказал Люцифер, избегая взгляда Аластора. Радио-демон улыбался ещё шире и хищнее. — Вам, наверное, интересно, как я узнал правду о том постояльце из отеля? В ваших анкетах он значился обычным вором. Вегги кивнула и подалась вперёд: — Да, сэр. Мы обсуждали это перед вашим звонком. В адских базах данных нет такой информации. — Всё верно, потому что адские базы данных поверхностны, — Люцифер постучал пальцами по набалдашнику трости. — Им безразлично, за что именно грешник попал в Ад. Документы могут остаться незаполненными или получить нужные отметки, если у тебя есть деньги. Признаюсь, после развода с Лилит мне тоже было всё равно, пока я не увидел, во что Чарли превращает свой отель. У меня уже давно есть собственный шпион. Этот гениальный демон наводнил весь Ад, Рай и Землю своими микроскопическими механическими жучками. У него есть прямой доступ ко всем земным серверам, базам данных полиции, Интерпола и закрытым архивам судов. Жители отеля удивлённо переглянулись. Хаск на секунду нахмурился, обдумывая информацию о механике и технологиях, а затем его глаза расширились. — Погодите… Маленький демон, помешанный на науке, который вечно возится с проводами и железками? Это Бакстер?! Люцифер одобрительно кивнул и улыбнулся: — Именно он, Хаск. Я вовремя разглядел в нём огромный потенциал. Выкупил его душу у Вокса, пока тот не превратил его гениальный ум в телевизионные микросхемы. Бакстер получил передовую лабораторию во дворце, а я — его преданность и доступ к технологиям слежки. Никто не сможет скрыть от меня своё прошлое. Король нахмурился, его голос стал строгим и официальным. Он посмотрел на всех присутствующих. — Это подводит нас к главному вопросу. Я планирую масштабную реформу в Аду. Вы знаете, что сейчас грешники навечно заключены в Круге Гордыни. Небеса сделали это специально, чтобы экзорцистам было проще проводить ежегодные Чистки. Но этой системе пришёл конец. Люцифер встал, и за его спиной на мгновение сверкнули белоснежные крылья. — Я намерен расселить грешников по семи Кругам Ада, строго по их главному земному греху. Похотливые отправятся в Круг Похоти к Асмодею, алчные — в Круг Жадности к Мамону, и так далее, — объявил он. — Остальные Смертные Грехи полностью поддержали меня. Они устали от изоляции своих территорий и готовы принять новых обитателей. Главное — теперь Владыки Кругов будут лично отвечать за справедливое наказание. Больше никакого слепого прощения для монстров и никаких жертв рядом с палачами. Вегги, Хаск и Энджел сидели потрясённые грандиозностью плана. Король готовил не просто изменения — он готовился к масштабной трансформации, которая навсегда изменит преисподнюю. Аластор смотрел на Люцифера с восхищением. Этот мужчина собирался бросить вызов устоявшемуся мирозданию, и Радио-демон всей душой желал быть частью этой революции. Люцифер медленно вернулся на своё место, сложив руки на груди. Его взгляд утратил усталость, наполнившись холодной, расчётливой уверенностью прирождённого лидера. — Отель Чарли продолжит работу, — твёрдо заявил король, оглядывая всех присутствующих. — Но всё изменится. Там останутся только те души, которые искренне хотят исправиться. Больше ни одной законченной мрази в этих стенах не будет. Люцифер повернулся к Вегги: — Вегги, я предлагаю тебе стать Главой безопасности и отбора. Ты будешь решать, кто войдёт в отель. Бакстер будет присылать тебе полные досье на каждого кандидата. В отеле должна быть железная дисциплина, как в армии. Никаких глупых песен, радужных брошюр и детских игр. Только искренняя, тяжёлая работа и работа над ошибками. Справишься? — Да, Ваше Величество. Я сделаю это место настоящей крепостью. — решительно сказала Вегги. Король перевёл взгляд на застывшего Энджела. Его голос смягчился, но в нём всё ещё звучала сталь: — Энджел, я предлагаю тебе место моего Личного Секретаря. Я выкуплю твою душу у Валентино, и контракт будет уничтожен навсегда. Ты будешь свободен. Взамен я требую твоей полной и безоговорочной преданности. Твоя задача — регулярно посещать Круги Похоти, Лени и Чревоугодия, забирать отчёты о Смертных Грехах и лично проверять, как грешники выполняют свои наказания. Ты знаешь эту жизнь изнутри, тебя не обмануть. Энджел Даст ошеломлённо захлопал глазами. Из его горла вырвался сдавленный всхлип облегчения. Освобождение от Валентино и статус королевского секретаря — это было больше, чем он мог мечтать в самых смелых снах. — Чтобы ты не испытывал страха в этих поездках, — Люцифер слегка улыбнулся и взглянул на бармена, — Хаск, я предлагаю тебе стать личным помощником Энджела и его основным телохранителем. Ты бывший Оверлорд, и твой огромный опыт и знание адских законов окажутся бесценными для Энджела, который пока не очень разбирается в политике. Вы будете работать вместе. Я также обсужу с Аластором возможность расторжения твоего контракта. Хаск медленно опустил уши и коротко, с глубоким почтением, кивнул королю: — Для меня будет честью охранять этого... придурка, сэр. И... спасибо за свободу. Люцифер посмотрел на Аластора. Атмосфера в беседке стала напряжённой. Искры ангельского золота и тёмные тени Радио-демона заметались над столом. — Аластор, — произнёс король, заглядывая в багровые глаза демона. — Я предлагаю тебе пост моего Главного Советника. Ты получишь право свободно путешествовать по всем Кругам Ада, говорить от моего имени и заниматься тем, что у тебя получается лучше всего. Ты будешь карать. Выслеживать и уничтожать тех, кто не заслуживает не только искупления, но и жизни. Люцифер сделал паузу. Его голос стал доверительным, почти интимным полушёпотом: — Я знаю, что твоя душа у Рози, и выкуплю её. Сделка будет аннулирована. Но это ещё не всё. Как падший Серафим, я договорюсь с Небесами, чтобы тебе разрешили видеться с матерью в Раю без ограничений. Вокруг Аластора наступила оглушительная тишина. Все помехи в его микрофоне исчезли. Его маска безумной улыбки дрогнула, и на мгновение лицо озарилось радостью. Свобода, статус, кара за правое дело и… мама. Люцифер протянул руку через стол, ожидая ответа. Аластор медленно поднялся и уверенно пожал протянутую ладонь короля. — Ваше Величество, — сказал он бархатным, чистым и искренним голосом. — Отныне моя сила, верность и сердце принадлежат только вам. Давайте перепишем историю Ада вместе. Вегги осторожно поставила чашку на стол, обдумывая услышанное. Восторг от предложения стать Главой безопасности уступил место тревоге. Она хорошо знала Чарли и понимала, как та ценит свой проект и свои методы. — Сэр… – Вегги подняла глаза на Люцифера, чувствуя себя неуверенно. – План грандиозный, и я полностью поддерживаю его. Но Чарли… Чарли это не понравится. Когда она узнает, что из отеля убирают песни, игры и вводят армейский режим, она решит, что я предала её. Она будет бунтовать. Люцифер медленно поставил фарфоровую чашку на блюдце, сделав аккуратный глоток чая. Его лицо стало строгим, а в золотистых глазах блеснула решимость правителя. — Моей дочери пора взрослеть, Вегги, — холодно произнёс король. — Я слишком долго закрывал глаза на её детские капризы, надеясь, что Ад научит её осторожности. Но из-за её слепой наивности отель едва не превратился в притон для монстров. Это должно прекратиться. Люцифер поднялся с места, и полы белоснежного пиджака слегка шевельнулись. Он посмотрел на Вегги с открытым доверием. — Отныне твоё слово — закон в Отеле Хазбин. Чарли больше не сможет принимать решения без твоего одобрения и подписи. Ты будешь контролировать каждый её шаг, останавливать безумные идеи и, если потребуется, наказывать наследницу престола за непослушание. Она должна понять, что управление Адом и спасение душ — это не игра в куклы. Вегги изумлённо моргнула, ошеломлённая новыми полномочиями. Контролировать принцессу? Наказывать её? Это казалось безумием. Люцифер лукаво сощурился, и его золотистые глаза блеснули. На бледном лице расцвела его фирменная, хитрая и чуть безумная улыбка. Он наклонился ближе к застывшей девушке, упираясь руками в край стола. Его голос звучал заговорщически и шутливо, но с ноткой серьёзности: — Запомни, дорогая Вегги, если моя звёздочка продолжит вести себя как капризный ребёнок, закатывать истерики и мешать тебе работать, у тебя есть моё родительское разрешение отшлёпать её. Думаю, хорошая трёпка поможет ей спуститься с небес. Энджел Даст тихо рассмеялся, отвлекаясь от своих мыслей. Хаск понимающе хмыкнул. Аластор, сидящий рядом, тихо рассмеялся, и его радио-динамик издал короткий, искрящийся джингл. Радио-демон отметил это редкое проявление острого адского юмора от своего короля. Вегги густо покраснела, переводя взгляд с улыбающегося Люцифера на хихикающего Энджела. Несмотря на смущение, она почувствовала облегчение. Король дал ей полную власть. Теперь, как бы Чарли ни злилась, Вегги готова была удержать отель любой ценой. Перед возвращением в отель Люцифер с командой прибыл в студию Валентино. Вступив в студию, Люцифер предстал в своей истинной форме: с шестью черными крыльями, пылающим нимбом и алыми глазами. Его пугающая аура была настолько сильной, что охрана и персонал рухнули на пол, не в силах пошевелиться. Энджел, скрываясь за спиной короля, следовал за ним. Рядом с ним шагали Вегги и Хаск, готовые поддержать своего лидера, а замыкал шествие Аластор, чьи тени обвивали стены студии. Из съемочного павильона доносились крики и звуки насилия. Порнорежиссер снова кричал на одну из своих актрис. Не дожидаясь, Люцифер одним движением руки сорвал двери павильона с петель. — Какого чёрта?! — заорал Валентино, отпуская актрису, которая тут же отскочила. — Люцифер, какого хера, ты здесь делаешь?! — Следи за своим языком, мотылёк, — холодно произнёс король. — Я здесь по делу. Я собираюсь выкупить контракт Энджела Даста. — Что?! — расхохотался Валентино. — Никогда! Он моя звезда! Я никогда не соглашусь! — А оно мне и не нужно, — спокойно сказал Люцифер. Его глаза тут же вспыхнули красным огнём, а от короля начала исходить тяжёлая аура подавления. — Но тебе лучше подумать: отдать мне контракт добровольно и получить что-то взамен, или я заберу его силой. В этом случае тебе придётся начинать свою порноиндустрию с нуля. Выбор за тобой, Валентино. Валентино изо всех сил старался сохранить самообладание, но мощная, удушающая аура оказалась ему не по силам. Сутенер понял, что король не шутит. Он мог уничтожить все, что создавал Валентино. А если не он, то Радио-демон, стоящий рядом с Морнингстаром, точно воспользуется своими тенями. И тогда Валентино даже не знал, сможет ли спастись. Дрожа, Валентино достал светящийся неоном контракт Энджела Даста. Люцифер подошел к сутенеру и забрал бумагу. Стоило его пальцам коснуться пергамента, как он вспыхнул чистым золотым пламенем. Контракт сгорел дотла, а светящиеся неоновые цепи на шее и запястьях Энджела с треском лопнули. Энджел вздрогнул и рухнул на пол. Освободившись от контракта, который душил его десятилетиями, он впервые ощутил свободу. Но тут же его охватила паника. Внезапно он почувствовал на плечах чьи-то руки. Подняв голову, он увидел встревоженные глаза Хаска. — Ты как, парень? — спросил бармен. — Я… в порядке, — неуверенно ответил Энджел, все еще не веря своей свободе. — Тогда поднимайся, — поднимая паука, произнес Хаск. — У нас теперь много дел. — Так бы сразу, Валентино, — даже не взглянув на сутенера, который от страха уже стоял на коленях, сказал королю. — И запомни: теперь Энджел тебе не принадлежит. Он работает на меня. Если я узнаю, что ты снова его преследуешь или пытаешься вернуть в свою индустрию, Аластор подробно объяснит тебе, что бывает с теми, кто меня не слушает. Да, Аластор? — С превеликим удовольствием, мой король, — хищно улыбнулся Аластор, взглянув на мотылька. — Я... я понял, Ваше Величество, — едва слышно прошептал Валентино. — Я забуду про Даста. — Вот и отлично, — Люцифер убрал свою тяжелую ауру и довольно сказал. Затем он достал из внутреннего кармана плаща что-то и бросил сутенеру. — Лови, это плата за душу Энджела. Валентино, несмотря на шок от утраты своей главной звезды, поймал брошенный предмет. Это была золотая монета с гравировкой королевской семьи. — Это... — не понял Валентино. — Монета Морнингстаров даст тебе доступ в Круг Похоти, — объяснил Люцифер. — Насколько мне известно, ты давно хотел туда попасть. Так что это твоя плата. С этими словами Люцифер покинул студию Валентино. Сутенер все еще сжимал монету, пребывая в полном шоке. Доступ в Круг Похоти? О такой возможности он мечтал с первого дня своего пребывания здесь. Даст? Этот паук — отработанный материал. Теперь перед ним открылись новые перспективы, и Валентино не собирался упускать их... Когда команда вернулась в отель, тревога Пентаграмм-Сити сменилась гнетущим ожиданием. Чарли ждала их в вестибюле. Она сидела на диване, держа в руках одну из своих радужных папок. Как только двери открылись, принцесса вскочила. На её лице читались следы слёз, но в глазах горело упрямство. — Где вы были? — спросила Чарли, скрестив руки на груди. Её голос дрожал, хотя она пыталась говорить строго. — Опять секретничали с моим отцом? Что он вам сказал? Какими историями он заставил вас сомневаться во мне? Жители отеля не проронили ни слова. Энджел Даст опустил взгляд и направился к бару, где занял место рядом с Хаском. Аластор, с неизменной насмешливой улыбкой, грациозно отступил к стене, давая понять, что происходящее его не касается. Вегги глубоко вздохнула. Копья в её руках больше не было, но её поза источала твёрдость и решимость воина. Она уверенно подошла к Чарли. — Чарли, нам нужно серьёзно поговорить, — твёрдо сказала Вегги, стараясь не поддаваться эмоциям. — О чём, Вегги?! — воскликнула Чарли, всплеснув руками. Её глаза снова наполнились слезами. — О том, что мой отец, лицемер, заперся в своей золотой клетке и не верит в возможность искупления?! О том, что он готов разрушить всё, ради чего я так много трудилась?! Ты же моя девушка, ты должна быть на моей стороне! — Я на твоей стороне, Чарли! И на стороне правды! — Вегги резко и громко перебила её, заставив принцессу инстинктивно отступить на шаг и замолчать от неожиданности. — Твой отец не лицемер. Мы были в его «Маленьком Чистилище». Мы видели детей, Чарли. Настоящих детей и девушек, которых Рай выбросил в Ад только за то, что они утратили веру. Земные монстры живьём сдирали с них кожу и пытали в подвалах. Твой отец спасает их, лечит их израненные души и отправляет на перерождение! А ты здесь поёшь песенки и играешь в доверие. Чарли застыла. Её лицо мгновенно побледнело, а папка выпала из рук, громко ударившись о пол. — Ч-что? Детей? Но папа... он никогда не говорил... — Он защищал их! Включая от твоей слепой и глупой наивности! — Вегги сделала шаг вперёд, её взгляд стал ледяным. — Ты привела в наш отель чудовище, Чарли. Тот грешник, которого ты считала «простым воришкой», насиловал двенадцатилетних девочек на Земле. Если бы не твой отец с доступом ко всем базам данных, мы бы не узнали о его гнусной натуре. Этот выродок избежал бы заслуженного наказания. С этого дня пришел конец этому цирку. — Вегги, подожди, это мой отель! — Чарли попыталась взять себя в руки, но в её глазах мелькнула паника. Она быстро теряла контроль над ситуацией. — Я сама решаю, как... — Больше нет, — решительно произнесла Вегги, доставая из-за пазухи свиток с королевской печатью. — По указу Владыки Ада, в отеле вводится армейская дисциплина. Никаких развлечений, только труд. И главное, Чарли: теперь ты не можешь делать здесь ни шагу, подписывать бумаги или принимать грешников без моего одобрения. Бакстер будет присылать мне досье, и отбор буду проводить я. Чарли ошеломлённо смотрела на свиток. Её губы дрожали, а мир, который она строила, рушился. — Ты не можешь… Папа не имел права… Ты отбираешь у меня всё! Не посмеешь наказывать меня в моём же доме! Вегги на мгновение вспомнила лукавый взгляд Люцифера в беседке и его специфическое «родительское разрешение». На её щеках появился едва заметный румянец, но она быстро взяла себя в руки. Свернув свиток, она посмотрела на принцессу с уверенностью хозяйки этого отеля. — Ещё как посмею, Чарли. Если ты продолжишь вести себя как капризный, избалованный ребёнок и мешать мне наводить здесь порядок, у меня есть официальное разрешение твоего отца устроить тебе взбучку, которую ты запомнишь надолго. Возьми себя в руки, вытри слёзы и начни взрослеть. Нам предстоит много работы. Чарли испуганно захлопала глазами, переводя взгляд с решительной Вегги на Аластора, который у стены одобрительно кивнул, подтверждая каждое её слово.