Queen of the superficial

— Вы слишком много лжёте для предсказательницы. — М-м? Разве я хоть кого-то обманула? Всего лишь утаила часть правды. — Хм, полагаю, в этом действительно нет ничего предосудительного. — А вы, значит, говорите только правду? — Конечно, я же детектив в конце концов. Кому людям верить, если не мне? — Я слышала, вы не берете дела, связанные с изменами? Губы Эшвейла растянулись в довольной ухмылке. Конечно, она слышала. И, конечно, знает причину. — Ваш партнёр оказался вам неверен, госпожа Яо Гуан? Мужские измены входят в мою компетенцию. — Ох, нет, что вы… — на ее лице играет улыбка, когда она наклоняется над ним и невесомо цепляет пальцами клык, свисающий с его шеи. — Боюсь, это я вот-вот окажусь неверной. И вот так Эшвейл оказался очарован. Она появилась в его бюро около пяти минут назад — просто материализовалась посреди комнаты, даже не разбудив Рассказчика (или он благоразумно решил не вмешиваться… кажется, кто-то заслужил надбавки к зарплате). Ее появление лишь слегка удивило детектива, сидевшего поперек открытого на полу холодильника. Его ноги свисали через край, для большего удобства широко раздвинутые. Разговор получился странным, немного поверхностным, но Эшвейлу нравилось то, как они игриво блуждали вокруг. Это чем-то напоминало фильмы известного в Двумернии режиссёра Твентина Карантино. Среди его фанатов даже появилось особое выражение — «карантиновские диалоги». Честно говоря, Эшвейл тоже обожал его фильмы. Особенно тот, про двух бандитов, где… — Детектив? — Ах, прошу прощения… Что-то я задумался, — он слегка склонил голову, глядя на Яо Гуан исподлобья. Чуть более драматично, чем нужно — всё-таки перед ним была невероятно привлекательная женщина, а он уже успел оплошать, когда отвлёкся на проклятого Твентина Карантино. — Не знал, что у генералов-арбитров есть время на выстраивание романтических отношений. — Время нередко является проблемой, однако больше нам, генералам, мешают отсутствие желания и… — словно акцентируя внимание на следующих словах, палец скользнул по линии его челюсти. — Подходящих кандидатов. Черт, как только он почувствовал себя охотником…! Кажется, это первый в истории космоса прецедент, когда волк стал добычей павлина. Уголки губ медленно поползли вверх, когда ладонь нашла тонкое женское запястье. Через протез он не мог ни почувствовать чужой пульс, ни ощутить тепло, но это не мешало собственному сердцебиению ускоряться и разгонять жар возбуждения по телу. Как бы чарующе и дразняще не выглядела Яо Гуан с такого ракурса, Эшвейлу всё-таки пора было менять своё положение. Не то чтобы у него были какие-то предрассудки о женщинах, находящихся сверху — абсолютно точно нет, его эго зависело исключительно от того, насколько даме с ним хорошо вне зависимости от позы, а не от пресловутой тяги возвышаться. Да и как ему могло это не нравиться? Это ощущение приятной тяжести, когда женщина сидела на его бёдрах, вытянутая дугой спина, стекающие по шее капли пота, эротично покачивающаяся от движения грудь и этот властный взгляд, намертво приковывающий его к постели… Честно говоря, властный взгляд не был по-настоящему распространенным явлением, но он так засмотрелся в эти многоцветные радужки, что образ Яо Гуан, уверенно восседавшей на нём, как-то сам возник в воображении. И это плохо, потому что ему надо было встать! В конце концов, он же находился в холодильнике… Эшвейл никогда не проверял на практике, но что-то ему подсказывало, что это не самое лучшее место для какой-либо совместной деятельности, если он хотел поберечь спину своей гостьи. Детектив вложил всю свою грацию в эту попытку подняться, и генерал, сдвинувшаяся всего на миллиметр, не особо ему помогла. Хотя может в этом и был её план, учитывая то, насколько близко они оказались, когда Эшвейл выпрямился во весь рост. Сейчас их разделяло лишь дыхание и несколько слоёв одежды, позволив сердцам биться в унисон. Пальцы так и жаждали прикоснуться к бледной шее и обнаженным плечам, но детектив лишь ухмыльнулся. Его рука медленно поднялась вверх, ненадолго задерживаясь около изгибов чужого тела, но не касаясь. Напряжение, исходившее от ожидавшей прикосновений Яо Гуан, ощущалось почти физически, где-то на уровне естества. Но какое веселье без маленькой охоты? — Возвращаясь к нашему разговору… — Эшвейл медленно поправил шляпу, наклоняясь чуть ближе, чтобы глубже заглянуть в эти хитрые глаза. — Неужели вам посчастливилось найти на Двумернии, как вы выразились… подходящего кандидата? — Не поверите, но судьба сама привела меня к нему, — ее взгляд опустился к чужим губам. — Статный детектив, живущий со своим четвероногим помощником, избегающий дел, связанных с изменами, использующий холодильник вместо кровати и обладающий превосходным чувством стиля. — М-м-м, кажется, я знаю кого-то похожего, — сладкая нега медленно растеклась по телу, стоило комплименту достичь разума. — И что же вы от него хотите? — Я хочу… Женская ладонь плавно поднялась к его плечу, прошлась по шее, скользнула к волосам. — …чтобы волк… Пальцы сжали локоны на затылке, ногти царапнули кожу. Она потянула вниз, заставив его склониться ещё ближе. — …выпустил свои клыки. Перчатки не позволили Эшвейлу насладиться жаром обнаженной кожи, когда он, воспользовавшись разрезами чужого платья, обхватил округлые бёдра. Яо Гуан не издала ни звука, вместо этого лишь тяжело выдохнув ему на ухо, но это само по себе являлось достаточной похвалой. Он огладил кожу чуть выше, глубже проникая под ткань платья, пока пальцы не достигли ягодиц. Губами Эшвейл прильнул к давно соблазнявшей его линии груди, выглядывавшей сбоку из-под платья. Поцелуи опускались на кожу мучительно медленно, подолгу задерживались на одном месте, словно он старался запомнить её вкус, текстуру, запах. Женская ладонь в его волосах зашевелилась, сжимая у самых корней. Боль обжигала, заставляла задушено мычать прямо в её кожу. Эшвейл крепче впился пальцами в упругую плоть, не беспокоясь о возможных синяках. Наоборот, мысль о том, чтобы оставить на ней свой след, вызывала внутри новую вспышку пламени. Он коснулся языком открытого участка кожи между её ключиц, после чего поднял глаза, рассматривая румянец на лице незваной гостьи. К его удивлению, краснела генерал очаровательно невинно. Ему почти захотелось стать ещё нежнее и неторопливее, но неожиданно чужая рука надавила на затылок. Яо Гуан притянула его к своей груди, и, хоть вслух она ничего не сказала, по её надменной улыбке было ясно, что терпение на исходе и Эшвейл не в том положении, чтобы заставлять её ждать дольше. Детектив на это лишь глухо рассмеялся, полностью отдаваясь во власть желаний его дамы. Хаотичными поцелуями он стал подниматься вверх по её шее, не отказав себе в эгоистичном порыве оставить несколько укусов прямо там, где лучше всего ощущался учащённый пульс. — Ах, кажется, у нас осталось не так много времени, — с этими словами Яо Гуан неожиданно — и совершенно бесцеремонно — оторвала Эшвейла от своей шеи, вынудив поднять голову вверх. — Однако я более чем довольна, детектив. На мгновение он растворился в этих томных глазах, обрамленных влажными ресницами. О чём говорила эта женщина? Если она переживала о его занятости, то так уж и быть, он был готов ненадолго отложить все свои три дела о потерявшихся котах. Задания всё равно пустяковые, а когда ему ещё предстояло встретиться с генералом-арбитром Сяньчжоу, учитывая ее очевидно невероятно важные и секретные миссии на Двумернии? Эшвейл нежно приподнял ее подбородок. Даже для него охота оказалась чересчур длинной, но осознал он это лишь сейчас, глядя на соблазнительно блестящие розовые губы. Он наклонился ближе, уже ощущая горячее дыхание на своём лице и предвкушение, последовавшее за ним. Ничего. Он ничего не почувствовал. — Что…? Лампочка моргнула, выводя его из оцепенения. Детектив стоял посреди комнаты совершенно один в самой нелепой позе, которую только можно придумать — как будто пытался кого-то поцеловать. Мираж? Призрак? Галлюцинация? Но остатки тепла на пальцах казались вполне реальными. Она просто исчезла, оставив после себя лишь жар под кожей и флер загадочности. — Эта женщина… — …словно признавая поражение, задумчиво пробормотал детектив, — неожиданно раздался голос Рассказчика, всё это время наблюдавшего за ними из-за угла. — Но несмотря на водоворот смешанных чувств от разочарования до раздражения, он не мог скрыть в своём тоне восхищения. Они расстались всего минуту назад, но предвкушение следующей встречи уже заняло все его мысли. Ведь какая хорошая история про великого детектива обходится без роковой женщины?