«Psycho love»

⋆༺✧💎✧༻⋆

Мы входим в приватный кинозал, и тяжёлые бархатные портьеры отсекают нас от остального мира, погружая в пространство, где время замирает в ожидании нашего следующего шага. Воздух здесь наполнен ароматом кожи, дорогих сигар и едва уловимым шлейфом парфюма председателя — тяжёлым, древесным, с нотами дикого мускуса. Огромные кресла, обтянутые глубоким, почти угольным шевро, приглашают утонуть в своей безупречной мягкости, но я чувствую себя здесь как на острие лезвия. Перекинув букет роз, который подарил мне Хан Сок, на сгиб локтя, поправляю подол своего платья — тонкий атлас скользит по коже, холодный и предательски гладкий, — и с глухим раздражением думаю о том, что этот глубокий вырез на бедре был самой большой ошибкой этого вечера. И зачем я так разоделась?.. Экран вспыхивает, по залу разливаются первые аккорды саундтрека к «Бойцовскому клубу», и я, положив букет на соседнее кресло, невольно вдыхаю, чувствуя, как на губах расцветает искренняя улыбка. — Мой любимый фильм. Я всё ждала, когда его повторно пустят в прокат в кинотеатре. Это мой фаворит, фильм, который я готова пересматривать вечность. Хан Сок, расположившийся рядом, едва заметно усмехается. В полумраке его лицо кажется высеченным из камня, но в уголках глаз затаилось нечто, напоминающее о том времени, когда он был для меня всем. — Я помню наши первые встречи, — произносит он, и его голос бархатистым рокотом заполняет тишину зала. — Как ты отказала мне в прогулке, сославшись на этот фильм. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить тебя позволить мне составить тебе компанию. Я хмыкаю, откидываясь на спинку кресла. — О, да. Тогда я была свято убеждена, что ты — маньяк. Вместо того чтобы следить за развитием сюжета, я каждые пять минут скашивала глаза в твою сторону, оценивая пути к отступлению.       Мужчина издаёт короткий, сухой смешок, в котором слышится лёгкая досада. — А я был уверен, что произвёл впечатление, и ты не можешь отвести от меня взгляд, потому что я тебе симпатичен. — Ага, как же. — отвечаю, вглядываясь в мерцающий экран, но где-то глубоко внутри меня кольнуло признание. Тогда, в том душном кинозале, в его белой рубашке и нелепых брюках, он казался мне воплощением самой надежды. Я помню его улыбку — чистую, почти детскую, с теми самыми очаровательными ямочками на щеках. Я смотрела на него не из страха, а из чистого, незамутненного восхищения. Он и правда сразу понравился мне. Но признаться в этом сейчас, когда за его спиной — руины чужих жизней, было бы безумием.

⋆༺✧🎶Mount Everest — Labrinth🎶✧༻ ⋆

Я ловлю себя на том, что мои глаза и сегодня всё чаще покидают экран, перемещаясь на его профиль. Только в этот раз рядом сидит человек, способный раскрошить чужую жизнь в мгновение ока, не моргнув. Так всегда было, Ча Ён. Это всегда был Хан Сок. Но, смотря на него сейчас, я понимаю, что кое-что и правда отличается. Этот человек раскрошил мой мир, превратил мои идеалы в пепел, и всё же… Стоит ему повернуть голову всего на сантиметр в мою сторону, как всё моё естество откликается дрожью. Это не страх. Это болезненное, зудящее вожделение, которое, кажется, пульсирует в самом воздухе между нами. Раньше этого не было. Было спокойствие, безопасность, умиротворение. Сейчас я ощущаю что-то совершенно новое. Вдруг я чувствую лёгкое, почти невесомое касание его пальцев к своей ладони. Замираю, забыв, как дышать. Хан Сок действует неспешно, проверяя границы моего терпения, и когда его пальцы, властные и горячие, проскальзывают между моими, скрепляя нас в крепкий замок, по моему телу проходит электрический разряд. Это так просто — сцепленные руки, — но внутри меня разливается патока, густая и обжигающая. Почему я так бурно реагирую?.. Бизнесмен не останавливается. Опустив наш замок на моё колено, он начинает медленно, едва уловимо поглаживать бедро. Кончики тонких, сильных пальцев очерчивают контуры моей кожи, рисуя круги, от которых всё внутри меня сворачивается в тугой узел. Я пытаюсь дышать ровно, фокусируясь на диалогах героев на экране, но каждое его движение заставляет мои ноги судорожно сжиматься. Температура в зале будто поднимается до предела, я чувствую, как жар приливает к лицу, как внутри закипает огонь, который я не могу затушить. Чёрт побери, я продолжаю позволять Хан Соку это делать, не смея его останавливать. Внезапно его терпение лопает. Резким, почти повелительным движением он тянет меня на себя, и в следующую секунду я оказываюсь на кресле между его коленей, спиной к его груди. — Ах! — срывается с моих губ короткий, сдавленный вскрик. Я чувствую его дыхание на своей шее — жаркое, рваное. Чувствую его широкую грудь спиной и то, как сильно он возбуждён. Эта близость одурманивает. — Что ты делаешь?.. — шепчу я, не узнавая собственного голоса. Мужчина прижимается губами к моему уху, его руки крепко, почти болезненно фиксируют меня на месте, а его голос, низкий, бархатный, полон тёмной, тягучей опасности: — Смотрю фильм. А ты? Я прикрываю глаза, чувствуя, как его ладонь покоится на моей талии, пропитанная властью. Кажется, его желание показать мне, что он не хочет давить, окончена на сегодня. Эра Хан Сока в зените. — И… я, — выдыхаю, понимая, что в этой битве я, чёрт возьми, проигрываю. Хан Сок касается губами моей шеи, слегка затягивая чувствительную кожу в рот и явно оставляя на ней бордовые следы. Я прикусываю до крови губу, глуша всхлип, когда его ладонь уверенно, но так чертовски медленно скользит вниз по моей ноге, ныряя под платье благодаря глубокому вырезу на бедре. Чёртово платье.. Стараюсь дышать равномерно. Не выходит. Чёрт-чёрт-чёрт.. Выгибаюсь в пояснице и автоматически закидываю голову мужчине на плечо, когда его длинные сильные пальцы ныряют в меня. Глубоко, плавно, зная меня наизусть, чёрт побери. Каждую точку, каждый миллиметр. С каждой минутой температура в помещении поднимается всё выше. Очередное движение фаланг, очередной вдох мужчины возле моего уха, очередное сжатие моей талии. Я горю. — Хан Сок.. Большой палец находит центр моего возбуждения, и я стону. Стону в обьятиях слишком неизвестного мне мужчины, погибая от этих проклятых пальцев, которые чувствовала в себе десятки раз, которые принимала так же открыто, как и сейчас, зная кто этот человек. Я знаю, что он монстр. И всё равно стону. Дура.. Вжимаюсь в грудь Хан Сока спиной, чувствуя как собственные бёдра начинают ёрзать вперёд-назад, помогая председателю. Пальцы руки, что была на талии, поднимаются выше и обхватывают мою челюсть, почти грубо, почти резко, но так... горячо. Поднимают моё лицо ближе к лицу Хан Сока, дав ему возможность хрипло прошептать мне в губы: — Тебе нравится фильм? Этот голос.. Всегда такой нежный, вкрадчивый и милый, сейчас звучит как самая похотливая мысль, как самый страшный грех. Я покрываюсь мурашками. Он дьявол.. — Д-да.. — отвечаю, сдерживая стоны. Головой понимаю, что творю непоправимую глупость, но тело и сердце не поддаются. — М-м, правда? — почти издевательски прикусывает моё ухо бизнесмен. Я уже готова кивать, но в следующий миг ладонь мужчины сжимает мою грудь сквозь ткань платья. Зажимает между пальцами ореол, и я почти кричу, запрокидывая голову так, что могу дотянуться зубами к мочке уха председателя. Хан Сок выдыхает мне в шею сквозь укус, и я чувствую на коже его зубы вперемешку с ухмылкой. Не прекращаю стонать, пока пальцы скользят во мне в идеально выстроенном ритме, сгибаясь так, как мне нужно. — Ноги шире, дорогая. — приказывает низкий голос, и я вспыхиваю. Он никогда раньше так не говорил. Он никогда раньше не показывал мне... эту его сторону. Почему, чёрт побери? Я сейчас начну кипеть от жара внутри.. Чуть раздвигаю ноги, как он и сказал, прикусив губу уже так, что на языке чувствуется привкус металла. — Ты стесняешься меня? — слышится урчащий вопрос в паузе между моими стонами. Я поворачиваю голову к мужу, взглянув в чёрные, блестящие глаза. Вижу... я вижу.. Это не Джун У. Это никогда не был Джун У. Это, мать его, Чан Хан Сок.. Осознание того, что я вышла замуж за самого безбашенного олигарха страны, в очередной раз вызывает во мне что-то ужасающе опасное. Я улыбалась ему. Целовала его. Занималась с ним любовью. Знала каждый миллиметр его кожи. И сейчас, когда он такой властный, непредсказуемый, опасный, я.. — Я… нет… наверное.. — неуверенно вырывается с моих уст, когда я в очередной раз трусь о ладонь мужчины. Стесняюсь, но продолжаю просить его о продолжении. Мне нравится. Я схожу с ума от этой стороны своего мужа. Боюсь этого. Досмерти боюсь. — Я вижу как ты смотришь на меня. Каждый раз. Знаешь, что самое впечатляющее? — всё так же вкусно, тихо, урчаще спрашивает председатель грёбанного Вавилона, играя со мной и всё же раздвигая мои ноги шире. — Ч-что? Шиплю, когда укус на шее начинает больно жечь. Кажется, Хан Сок прокусил кожу. Чёрт, как же... — М-м-м.. — Ты не ищешь Джун У. — отвечает бизнесмен, зализывая рану. Я вдыхаю сквозь зубы. — Неправда.. — Ты видишь меня. — Нет.. — Чёрт бы его побрал.. — Ты не знаешь меня.. Наши взгляды снова пересекаются, и я вижу, как Хан Сок щурит глаза, бросая мне вызов. — Я тебя знаю. — пальцы снова обхватывают моё лицо. Кончик указательного растягивает влагу моих губ вниз, к подбородку, после чего на смену пальцу приходят губы мужчины, и он слизывает, сцеловывает её, пока я приоткрываю рот, издав тихий всхлип. — Я знаю, как трепещет твоё сердце, когда я тебя касаюсь. Я знаю, как горит твоя кожа, когда ты думаешь обо мне. Обо мне настоящем. Я знаю, что за этим фасадом желания найти во мне прошлое есть кое-что ещё. Хан Сок прижимается поцелуем к моему плечу, вдыхает запах моей кожи, и с его губ срывается тихий стон наслаждения мной. Он не скрывает своего желания. — Там есть ярость. Там есть страсть. Там есть тьма. — он подчёркивает каждое слово, горячо скользя языком от плеча обратно к моей шее. — Я хочу это всё в тебе попробовать на вкус. Ты обижаешься на меня за то, что я скрывал правду, но сама боишься признаться мне в том, что тебя привлекает на самом деле. — Хан Сок.. — стону его имя, пытаясь отрицать, пытаясь сопротивляться. — Ты говорила, что боишься меня, но на самом деле тебе нравится быть в опасности. Я чувствую это. Как и то, что тебе нравится осознавать, что нас могут услышать, зайти сюда в любой момент. В ответ ему прилетает мой рваный стон. Я упираюсь коленями во внутренние стороны его бёдер, раздвигая ноги максимально широко. Тянусь к нему, упираюсь в его пах задом, чувствуя, как его возбуждение упирается мне между ягодиц. Так ощутимо. Так голодно. Так нужно. — Возможно ты и сама не осознаёшь, но в ангаре ты просила меня быть резче не из-за того, что не хотела притворства. Ты знала, что я честен с тобой. Ты понимала это с самого начала. Но хотела резче, ведь подсознательно тебя возбуждает моё безумие. Хотела, ведь думала, что заглушишь ею боль, но я не дал тебе её, чтобы ты потом сама её у меня попросила. Не как спасение, а как самое искреннее желание. — Это неправда.. — мотаю головой, словно в агонии, в лихорадке, которая выглядит так желанно. Хан Сок сжимает мою грудь, властно, голодно. Так, словно я принадлежу ему целиком и полностью. Так и есть. Я его жена. Чёрт возьми. Это должно быть правильным. Это должно входить в нашу жизнь, ведь мы пара. Но сейчас, тая, плавлясь под этими пальцами, я чувствую вкус греха. Первородного, манящего своим хаосом и беззаконием. Опускаю взгляд на свою ладонь, которая чуть ли не до треска ткани сжимает брюки на бедре мужчины. На сверкающее в свете фильма, на который я давно не обращаю внимания, кольцо. Взгляд скользит ещё ниже. Туда, где под платьем разместилась рука председателя. Туда, где кольцо уже горячим металлом трётся о мою разгорячённую плоть, напоминая о наших узах. Напоминая, что я до сих пор во власти этого мужчины. — М-м? Тогда почему ты так жмёшься ко мне? Почему впилась ногтями мне в бёдра? Почему такая мокрая под моими пальцами? — Фильм… нравится просто.. — говорю на выдохе, пытаясь отмахнуться от правды, режущей моё нутро. Хан Сок низко смеётся в ответ на мои слова. Замедляет движение пальцев, и я разочарованно сжимаю колени вместе, чтобы держать его руку крепче. — Эти руки убивают. Эти руки навсегда в крови. И ты такая мокрая от этих рук. — шепчет он, наслаждаясь моими попытками прижать его ладонь к себе обратно, — Тебе нравится. Тебе плевать на все убийства, на все мои грехи. Признайся. Тебе плевать. Я не отвечаю ему, на что в ответ Хан Сок с выдохом и под мой возмущённый всхлип поднимает нас с кресла, разворачивается и усаживает меня обратно. — Что ты делаешь?.. Я наблюдаю за тем, как председатель медленно становится передо мной на колени, разводит мои ноги и впивается в мой рот жадным поцелуем, глотая мой тихий стон удивления. Наши языки сплетаются, я прикусываю губу мужчины и он низко рычит, но позволяет. Опускается поцелуями к шее, ниже, обцеловывает всё по пути к глубокому декольте, после чего прикусывает мой сосок сквозь тонкую ткань платья. Жар внутри разрастается новой волной, и я инстинктивно хватаю бизнесмена за волосы на затылке, сжимая их и прижимая к себе вплотную. Мужчина довольно смеётся мне в ложбинку между грудей, облизывая кожу, которая почти плачет, желая его касаний. Руками сжимает мою талию, спускается ещё ниже, и когда скользит кончиком носа по обнажённому бедру, отвечает на вопрос, о котором я уже забыла: — Добиваюсь правды, любовь моя. Резкое движение, и ткань платья на вырезе с треском рвётся по шву. Хан Сок открыл себе полный доступ к моему телу. Конец выреза сейчас касается линии лямки кружевных трусиков, находящейся высоко на моей талии. — Чёрт побери, Хан Сок...! Моё возмущение превращается в горящее смятение, когда губы бизнесмена целуют внутреннюю сторону моих бёдер, поднимаясь выше, глубже. Сумасшедший псих.. — Смотри. Председатель Вавилона стоит на коленях перед тобой. Валяется у твоих ног. Тебе нравится? — издевательски спрашивает Хан Сок, когда я чувствую сквозь бельё его горячее дыхание. —Перестань эти.. Я не успеваю договорить. Вскрикиваю, ведь зубы мужчины впиваются в меня сквозь трусики, заставляют меня прогнуться в спине. — Чёрт! — Тебе нравится? — уже напористее пытает меня председатель. — Признай это. Признай, что от одного взгляда на своего опасного мужа у тебя подгибаются коленки от возбуждения. — Хан Сок.. Снова мягкий укус и горячее дыхание. Сквозь грёбанную ткань. Господи.. — Отвечай на вопрос, Ча Ён. — Да.. — Да? — мучительно переспрашивает мужчина, словно не расслышал. — Да, нравится… закончи начатое уже, чёрт тебя дери! Слышу тихий смешок, а после мой муж покорно кивает. Снова рвётся ткань. А после я вскрикиваю от удовольствия, когда чувствую его горячий язык и губы, приникшие к моим складкам, давно ожидающим его ласки. Да, чёрт побери! Да.. О, боги.. Я извиваюсь под его напористым ртом, обвиваю согнутыми ногами его плечи, притягивая его ближе, и председатель поддаётся, с упоением даря мне то, чего я так хочу. Большие ладони гладят, местами сжимают мои ноги, скользят то к бёдрам, то к коленям, пока их владелец берёт то, чего так старательно добивался всё это время. Я сжимаю волосы на макушке Хан Сока, зарываюсь пальцами в волнистые, густые пряди и стону, не прекращая. Кажется, я скоро охрипну. Как же, мать его, хорошо. — Мх...Хан Сок.. — Да, это я. Я, Хан Сок. — довольно урчит мужчина, пока я стону интенсивнее, чаще, громче, приближаясь к.. — А..! Оргазм накрывает меня, словно цунами. И, чёрт побери, я ещё никогда не ощущала такой огромной волны. Содрогаюсь всем телом, пока мужчина продолжает целовать меня, растягивая моё удовольствие. Пульсирую в искрах экстаза лишь от мысли, что бизнесмен чувствует меня, знает, как именно мне будет приятнее, делает так, чтобы я чувствовала его внимание к каждой детальке себя. Чувствовала, как он одаряет блаженством каждую точку моего тела, желающую его касаний и ласки. Отдаёт мне всё. Часто дышу, пытаясь выровнять дыхание. Слегка прочищаю горло и шумно выдыхаю, прикрыв глаза. Но вдруг Хан Сок резко тянет меня за ноги на себя, и я с удивлённым хрипом падаю задницей на его колени, чувствуя, как его руки тут же обвивают мою поясницу, удерживая. Мои колени по обе стороны от его тела. Сижу на председателе сверху, ощущая его пах уже передом, и вырвавшееся наружу ранее желание понемногу завязывается в узел обратно, как волна, которая набирает новых оборотов, возвращаясь в океан лишь для того, чтобы снова облизать берег пеной. Поднимаю взгляд к его глазам и замираю, уцепившись в чёрные зрачки своими. Бизнесмен щурит глаза, довольно подняв уголки губ, когда медленно, демонстративно облизывает губы кончиком языка. Я смотрю на это и не могу оторваться. Сглатываю, ощущая атмосферу, витающую вокруг нас, всем телом. — Запомни это чувство. — говорит Хан Сок, и кончики его пальцев мягко, нежно касаются моей кожи на щеке, словно противоречат жестоким словам, — Тебе на самом деле плевать, кто я — стажёр или председатель. Потому что я был настоящим. Я был искренним. Я любил тебя тогда, и люблю сейчас точно так же. Ты чувствуешь это. — Ты монстр. — отвечаю тихо, почти шёпотом, рассматривая острые черты лица, пока ладони мужчины мягко поглаживают мою талию. Позволяю это. Вытягиваю с этого наслаждение. — Ты любишь монстра. — констатирует председатель. Я отстраняюсь от Хан Сока, поднимаясь, и он позволяет мне это, помогая нам встать на ноги. Чувствую сладкую тяжесть, но стараюсь не обращать на неё внимания. Бросаю взгляд на порванное платье и такие же трусики, валяющиеся на полу. Выдыхаю. В следующий миг бизнесмен протягивает мне пакет, и я беру его, с удивлением замечая внутри новый комплект нижнего белья и платье американского бренда. Поднимаю сощуренный взгляд на мужа, на что он в ответ еле заметно улыбается. — Не удивляйся так. Я привык продумывать стратегии до мелочей. В ответ холодно фыркаю, и, прежде чем развернуться к мужчине спиной, чтобы переодеться, бросаю: — Ты точно псих. И как я до сих пор не врезала этому наглому подлецу?..

⋆༺✧💎✧༻⋆