Неметаллические осколки

      Дождь, моросящий всё утро, очистил воздух от пыли и, когда Земля отвернулась от солнца, на Зубцы опустился удивительно свежий вечер.       Гелис стоял, оперевшись руками о стол, нависнув над картами, которые знал наизусть. Все в зубцах было ему противно, всюду сновали птицы и кабаны, пахло сеном и навозом. И дерево. Привыкший жить в каменном Меридиане, он ненавидел скрип деревянных ступеней. — Командир! В дверном проеме возник один из воинов затмения. Гелис глубоко вдохнул и, прикрыв глаза, кивнул. — Говори. — Поймали.       Во внутреннем дворе собралась, кажется, половина его армии. Элой была в наручниках и кандалах, и ее окружали трое. Один держал свободный конец цепи, двое других стояли по бокам, не позволяя ей подняться с колен.  — Я поймал тебя в третий раз, Нора.       Несмотря на свое положение, она с вызовом сверкнула глазами и как всегда в ее голосе не было страха.  — И что теперь? Бросишь меня в яму с ловчими?       Будто не услышав, он начал медленно подходить ближе, а когда вновь заговорил, по венам Элой разлилась морозильная вода. — Когда Погребенная тень приказала убить тебя, я не понимал, зачем тратить силы на какую-то дикарку с востока, но не задавал вопросов. Ты была просто слабым ребёнком, и я допустил роковую ошибку, пожалев тебя в первый раз. Потом ты снова оказалась в моих руках. Это было легко… Я мог оборвать твою жизнь дважды, но ты не умерла на горе, не умерла на арене… Зачем же солнце посылает тебя мне? — Чтобы я воткнула копье в твоё сердце! Гелис не сдержал смех. — Тебе никогда не убить меня. Дитя, до сих пор тебе просто везло, и ты решила что особенная? Ты ничтожна. Без визора, без своего оружия ты слаба и до сих пор жива только благодаря своему папаше-дикарю и предателю Сайленсу. Вот в чем твоя сила — друзей ты завела действительно много. Солнце в третий раз привело тебя ко мне… и на этот раз я знаю зачем. Ты ещё покроешь весь ущерб, когда поможешь мне взять Меридиан.       Она была готова услышать что угодно, к любой изощренной казни, но это… — Что… да я... ты... никогда! Я никогда не стану тебе помогать!       Все ее сознание бастовало против услышанного, а он спокойно наклонился и положив свою огромную ладонь на ее затылок, приблизил своё лицо так близко, что она ощущала его дыхание на своей щеке. — Тебе и не придётся ничего делать.