Песня со старой кассеты

      Се Лянь заорал в трубку: — Цинсюань! Цинсюань!       В ответ тишина…       Он постарался успокоиться. Это не может быть Безликий, у них уговор… Демон, которого Се Лянь должен поймать? Грабитель? Звонить в полицию или… — Гэгэ, ты слышишь меня?       Се Лянь поднял голову. Хуа Чэн стоял прямо перед ним. Он задумался и не заметил, что парень проснулся. Только открыл рот, как раздались шаги со второго этажа и недовольное ворчание: — Просил же шепотом и на цыпочках.       Хуа Чэн даже не повернулся в сторону Хэ Сюаня. — Гэгэ, что случилось?       Они ведь не отпустят его одного разбираться, верно? Но тогда сами могут попасть в беду и… — Эй, ты чего завис? — спросил Хэ, зевая.       Черт с ним. — Цинсюань в беде. — наконец, выдавил он.

***

      В окнах не горел свет, звуков тоже никаких не было.       Хоть бы они не опоздали… — Как-то тихо… — сказал Хуа Чэн.       Хэ Сюань толкнул дверь, та с легкостью поддалась, даже не закрытая на замок. Они переглянулись и вошли внутрь. — А вы что здесь делаете?! — синхронно спросили все присутствующие в комнате. А всего их было пять. В паре метров от них стояли Му Цин и Фэн Синь. — Цинсюань позвонил мне и ему. — сказал Му Цин, указывая на второго. — Нам тоже. — нахмурился Се Лянь. — Если он в опасности, то как мог звонить всем по очереди? — Бу! — свет резко включился. — Испугались? Ахахах — засмеялся юноша. — Твою мать! — выругался Фэн Синь. — Какого хрена ты творишь?!       Ши не мог перестать смеяться, сгибаясь пополам от хохота. — Брат уехал ахахаха, а мне стало скучно, вот я и решил вас разыграть ахахахах! — Разыграть? Ты больной?! Час ночи! — не выдержал Му Цин, чуть ли не бросаясь на одноклассника. — Согласен с ними. — процедил Хэ Сюань. — Мы к тебе со всех ног неслись.       Цинсюань, наконец, перестал смеяться. — Ну…раз мы все собрались, может посмотрим фильм? У меня попкорн есть!       Му Цин чуть не начал кричать, рискуя разбудить весь район. — Ты издеваешься? Фильм? Блять... фильм? Я иду домой. — Я тоже. — Хэ-сюн! И ты туда же… Се-сюн, может хоть ты останешься? Я хотел собрать всех вместе… — друг взял его за руку, умоляюще глядя на него. — Гэгэ? Ты идешь? — спросил Хуа Чэн, явно не разделяя желания оставаться здесь.       Се Лянь молчал.       Хэ-сюн… В доме кто-то есть        Звучало у него в голове. Он сделал вдох и выпустил сноп искр из руки, незаметный, но неприятный. — Ай! Ты чего бьешься?! — заверещал юноша, хватаясь за руку.       Се Лянь отошел на несколько шагов. — Ты не Цинсюань.       Все остальные уставились на него, как на умалишенного. — Как ты можешь такое говорить, Се-сюн?! Мы же друзья! — захныкало существо.       Он скривился. — Ты уверен? — скептично спросил Му Цин. — Ты звонил каждому в дом. Знал, что Сань Лан и Хэ Сюань живут вместе, но не знал, что я тоже буду там. Скорее всего ты звонил мне домой, но никто не поднял, так что «всех вместе» ты бы собрать не смог. Но совсем не удивился, когда я пришел. И сомневаюсь, что настоящий Цинсюань стал бы проворачивать что-то настолько глупое.       Входная дверь резко захлопнулась. Улыбка на лице юноши стала шире, обнажая ряд гнилых зубов. — Какой умный… Ах, жаль… Жаль… Аахахахаха… — он истерично захохотал, снова сгибаясь пополам.       Худощавая фигура школьника начала расти. Конечности исказились. Лампочки в гостиной полопались, погружая все во тьму. В глазах замелькал белый. Белый. Белый. Белый! Существо надевает маску. Одна половина плачет, другая смеется. — Ты! — закричал Се Лянь.       Демон поправил одеяния. — Сянлэ, не кричи, ты знаешь, как я это не люблю.       Нужно бежать. Быстро! — Уходим! — он посмотрел на друзей и… — Нет! — все они лежали на полу с перерезанными глотками. — Нет! Нет…       Он наклонился к Цинсюаню, потряс его за плечи. — Сянлэ, они уже мертвы, к чему эта суета?       Он пополз к Му Цину, то же самое. Бледное лицо, закрытые глаза и черная кровь, хлещущая из раны. — Мы договаривались! Ты сказал, что не тронешь их, если я стану твоим учеником! — истерично кричал он, не оставляя попыток спасти хоть кого-то.       Безликий лениво покачал головой. — Я передумал. — Сань Лан! Сань Лан, пожалуйста…очнись… ну же…       Демон схватил его за горло и поднял над землей. Се Лянь не смотрел на него, он пытался сделать вдох, но горло с силой сжали. — Сянлэ, это бесполезно. Но не бойся… ты скоро присоединишься к ним. — Нет...арх…нет… — он вскинул руку и пустил ударную волну.       Будь это настоящий Безликий Бай, ничего бы не сработало. Но парень очень хорошо знал энергию демона, эта была другой. Гораздо слабее. — Я знаю, кто ты. Боуги. — или же существа, способные принимать любой облик, чтобы питаться чужим страхом. Демоны не особо сильные, но на редкость противные!       Существо прохрипело и испарилось. Се Лянь отдышался. Если это боуги, то спасти остальных возможно, но избавится от него и не выдать своих способностей перед друзьями?       Он прислушался. Проникнуть в иллюзии боуги постороннему нельзя, но если кто-то будет говорить с ним… Алый бантик на руке вдруг ожил и потянул его куда-то. Сань Лан!       Как и ожидалось, юноша тоже оказался под воздействием иллюзии.       Хуа Чэн сидел на полу и как будто держал кого-то на руках, но увидеть было невозможно. — Гэгэ, пожалуйста, не уходи…останься… — бормотал он.       Се Лянь быстро оказался рядом. — Сань Лан… Я здесь, здесь. Видишь? Я никуда не ухожу…       Тот не отреагировал, продолжая говорить с миражом. — Гэгэ, держись, я все сделаю…       Нет, нет, что он собрался делать? Хуа Чэн достал из кармана перочинный ножик, поднес к руке.       Се Лянь выбил нож из рук, хватая парня за плечи. — Да очнись ты. Я здесь! Живой! Видишь? Сань Лан?! — но тот продолжал смотреть сквозь него и тянутся рукой к ножику.       Внутри начала подниматься паника. — Тебе нужна моя кровь…я сейчас… — все бормотал парень.       Если он даст ему немного демонической энергии… — Прости, Сань Лан. — Се Лянь потянулся и накрыл его губы своими, передавая духовную силу.       Хуа Чэн вдруг резко отстранился. — Гэгэ! Ты… — эти слова были обращены уже к нему, взгляд юноши прояснился.       Получилось! Получилось… — Слава богу! Сань Лан…       Он взялся за голову. — Я…я видел, что ты истекаешь кровью… и ты сказал, что…       Се Лянь взял его руки в свои, в страхе, что тот снова может попасть под воздействие монстра. — Я здесь. С тобой. Я жив и в полном порядке. Здесь тварь, которая принимает чужие обличья и питается страхом. — Боуги. — прошипел Хуа Чэн. — Дерьмо. И я попался…       Откуда он знает? Ладно, сейчас не время… — Эта тварь слабая, но создает очень убедительные образы. Нам нужно помочь остальным.       Хуа Чэн кивнул и поднялся, помогая ему. Се Лянь собирался отпустить руку, но ее крепко держали. — Сань Лан, ты…       Тот нехотя отпустил чужую ладонь. — Извини, я…       Только что увидел очень реалистичную картину, как его возлюбленный умирает на руках.       Се Лянь снова сцепил их ладони. Красные нити переплелись. — Не отпускай, мне так спокойнее. — Хуа Чэн немного расслабился, поудобнее обхватывая руку парня.       Они внимательно прислушивались к каждому шороху, стараясь не издавать лишних звуков. — Я не виноват! Не виноват…       Голос Цинсюаня!       Се Лянь сделал шаг вперед, но Хуа Чэн остановил его. — Ты уверен, что это настоящий? — Не уверен, что боуги стал бы принимать один облик дважды, проверим.       Цинсюань сидел посреди комнаты на коленях, точно так же не реагируя на их появление. По лицу градом текли слезы, как заведенный он повторял: — Нет…не виноват… я не виноват… Не бросайте меня… не бросайте меня…       Конечно, можно просто всем передать демонической энергии, но ее осталось совсем немного, а еще нужно уничтожить саму тварь… — Как нам его разбудить?       Хуа Чэн задумался. — Он попал под действие боуги самый первый, я читал, что они стараются быстрее напитаться, потому что не могут держать иллюзии слишком долго.       Се Лянь об этом не знал и не был уверен, но медлить тоже нельзя.       Они подошли к юноше с обеих сторон. — Цинсюань, мы здесь… — Не бросайте меня…не бросайте… — шептал он, даже не пытаясь утереть слезы.       Он положил руку на плечо друга. — Клянусь тебе, не бросим, ни за что… Мы рядом… — Вы…вы…не оставите меня? — он еле шевелил губами, его мозг был очень долго затуманен. — Гэгэ, нельзя дать ему уснуть! Во сне эти твари всемогущи! — прошептал Сань Лан.       Се Лянь унял тревогу и принялся быстро говорить. — Цинсюань, я…мы все твои друзья. И ни за что не оставим тебя одного, слышишь? — Они тоже так говорили…и ушли…брат…где да-гэ? Он тоже ушел? — Ши начала оглядываться по сторонам, ища брата. — Да-гэ! Где ты? Ты ведь не бросил меня? — захныкал. — Я не слышу его…не слышу… Брат, где же ты? — он вырвался из хватки и побежал к окну. — Стой! — закричали оба.       Цинсюань открыл створки. — Вот же он! Да-гэ! Ты здесь! Я сейчас…не уходи… Я сейчас… спущусь к тебе! Только подожди… — Сюань! — юноша уже начал перелезать за раму.       Се Лянь и Хуа Чэн схватили его, оттаскивая, но тот вырывался и кричал: — Отпустите! Брат! Я сейчас приду к тебе! Сейчас!       Перед ними появился… — Хэ Сюань! — крикнул Се Лянь от неожиданности.       Тот избежал иллюзии или смог вырваться? Как ему это удалось? Он вдруг заметил глубокий порез на предплечье. Мог ли он порезать себя, чтобы освободиться или это из-за воздействия твари?       Парень взял Цинсюаню за подбородок, чтобы тот смотрел ему в глаза, и произнес, чеканя каждое слово: — Твоего брата там нет. Я здесь, твои друзья здесь, ты не один, слышишь? Помнишь, что я говорил тебе?       Цинсюань медленно кивнул. — Тебе нечего бояться, понимаешь? — Хэ Сюань уже почти срывался на крик.       Ши перестал вырываться. Взялся за голову. — Я…голова трещит… — он закрыл глаза, а когда снова открыл, то… — А что вы здесь делаете? — взгляд голубых глаз снова стал осознанным.       Все трое выдохнули с облегчением. — Потом поговорим, нужно помочь Му Цину и Фэн Синю!       Хэ Сюань придержал Ши Цинсюаня, тот еще мутно соображал после долгого морока, но и не противился.       Из дальней комнаты донеслись голоса. Сразу оба. Се Лянь нахмурился. — Они уже пришли в себя или их поймали в одну ловушку?       Впрочем…гадать бессмысленно.       По мере приближения ругань становилась все яростнее. — Это ты первый начал бормотать: «мама… не умирай…»       Му Цин закатил глаза. — А кто потом стоял как увалень и трындел: «Я просто хотел, чтобы ты мной гордился, отец… не делай этого». — Я так не разговариваю! — А то есть я по-твоему ною как трехлетка?! — Не замечал раньше?       Казалось еще немного и он передерутся. — Вы…целы?       Му Цин закатил глаза. — Если не считать тех странных галлюцинаций, то вполне.       Исходя из того, что он услышал. Се Лянь сделал вывод, что тварь заманила их в одно место. И как только один из них начал попадать под действие иллюзии, второй его одергивал, и наоборот. В общем, командная работа, хоть и специфичная. — Кто-нибудь объяснит, что здесь происходит, мать вашу? — сказал Фэн Синь.       Се Лянь пояснил: — Это боуги. Тварь, которая умеет принимать любые облики, чтобы питаться людскими страхами. Думаю она вылезла из того же места, куда нас похищали. — Отпад… и что делать? — вздохнул Му Цин, отходя подальше от источника раздражения. — Поймать тварь и постараться снова не попасть под ее чары. — сказал Се Лянь. — А есть какой-то способ защититься? — спросил Цинсюань, все еще опираясь на Хэ Сюаня.       Хуа Чэн кивнул. — Это не то, чтобы способ, но…постарайтесь сосредоточиться на ровно противоположном вашему страху. — Вау, и все? — съязвил Му Цин, видимо, его уже не пугало существование подобных монстров.       Сань Лан оскалился. — Нет. Еще не быть занудой. Но ты тут пролетел.       Школьник закатил глаза. — Странно, что заносчивый говнюк не пролетел.       Началось… — Слушайте, сейчас не время…. — начал Се Лянь, пока его грубо не перебил Хэ Сюань: — Блять, завалитесь уже, эта тварь все еще здесь. — ну…можно и так. Главное, что сработало.       Они шли все вместе, не отходя дальше, чем на полметра.       Посреди гостиной стоял силуэт. Больно знакомый. В белых одеждах, двуликой маске… — Мы уже выяснили, что ты не он. — сказал Се Лянь.       Тварь повернулась наклонила голову. — О, ты прав, я не он… — почему голос…       Монстр медленно снял маску. — Вашу же мать…- выругался Фэн Синь.       И оно неудивительно, ведь лицо это было Се Ляня! Отличалась только одежда на них. Боуги был облачен в белый траурный халат, заляпанный кровью. — Ты думаешь, что это нас напугает? — равнодушно спросил Хэ Сюань. — О…я вас не напугаю… но вот то, чью личину я надел вполне может…       Цинсюань крикнул: — Что ты несешь? Как Се-сюн может нас напугать?       Тварь оскалилась. На лице Се Ляня это выглядело жутко. — Вы ведь совсем его не знаете… — Знаем. — уверенно ответил Хуа Чэн, переплетая с ним руки, как бы подбадривая. — И то, что он… — начал боуги. — Заткнись! — закричал Се Лянь. — Завали свой поганый рот! — его охватила ярость, почти как тогда, когда он избил Ци Жуна, но гораздо сильнее. Он освободил руку и кинулся на существо. — О… значит не знаете, что ваш дружок — ученик Безликого Бая! — произнес он, уворачиваясь от удара. — Что? Ученик? — переспросил Му Цин. — Заткнись! Заткнись! — правда уже раскрылась, можно пользоваться магией. Его руки заискрились. Он не жалел силы.       Так странно было избивать кого-то с собственным лицом…       Боуги это только нравилось. — Аахаха, бей! Бей сильнее! Что страшно? Но я всего лишь показал, кем ты скоро станешь! Ахахаха — истерично захохотала тварь. — Давай! Убей меня! Аахаххахах… Но толку разбивать зеркало? От этого ничего не изменится! Ахахахах! — Гэгэ! — Не подходи! — Се Лянь не нашел в себе сил поднять глаза. Однажды ты увидишь в их глазах разочарование...Стоит только показать свое истинное лицо. — Это не я! Это не я! — он продолжал избивать боуги.       Монстр прохрипел: — Ты ведь знаешь, что я прав. Иначе, почему тебя это так разозлило?       Се Лянь собрал пальцы в знак и ударил, вкладывая оставшиеся силы. Боуги начал сгорать в белом пламени. — Еще увидимся… В отражении…ахах…- хохотал он, пока полностью не исчез.       Се Лянь тяжело отдышался. Наконец, поднял голову.       Они будут жалеть тебя…а потом бояться… — Это не я… Не я… — бормотал он.       Другие молчали, не находясь с словами. Но Хуа Чэн тут же сделал шаг вперед. Парень отполз дальше. — Это не я. — он как будто не мог выговорить что-то еще. — Я знаю, что это не ты. — тихо произнес Хуа Чэн. — Это не я… Это не я… Это не… — Се Лянь подскочил и выбежал на улицу. — Гэгэ! — Хуа Чэн бросился следом.       Не я… Это не я…я не он! Не он!       Он споткнулся и почти полетел вниз, но его схватила пара крепких рук, прижимая к себе. — Сань Лан… — Я здесь. Все хорошо, все закончилось… Той твари больше нет. — Это не я… не могу быть… им… — захныкал он, убеждая то ли его, то ли себя.       Хуа Чэн немного отстранился, не выпуская его из хватки. — Гэгэ, послушай меня, ты не можешь быть Безликим Баем, ни при каких условиях, никогда. Я…не знаю, что тварь тебе наговорила, и что сделала, но найду его и заставлю пожалеть. Я обещал, что он тебя больше не тронет…перерыл все архивы, я не остановлюсь, он поплатится за то, что сделал с тобой.       В его голосе не была ни единого намека на неуверенность. — Ты…ты не боишься меня?       Хуа Чэн взял его заплаканное лицо в теплые ладони. — Разве я могу? Ты ведь даже от Ци Жуна бежишь меня спасать, хотя сам получаешь тумаков. Ты не дал отцу ударить меня, не стал осуждать меня за то, что я в банде, хотя каждый в городе плюется в мою сторону. Не представляешь, как много это значит… И как после этого тебя боятся? Я лишь хочу сам защитить тебя, а пока получается только наоборот… — в голосе появилось сожаление.       Се Лянь потерся щекой о шершавую руку. — Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. — Как и я не хочу, чтобы ты подвергал себя опасности. — ответил юноша. — Кажется, мы в тупике… Бедовый у тебя парень… — горько усмехнулся Се Лянь. — Вовсе нет… Самый лучший, красивый, любимый гэгэ… — Хуа Чэн приблизился, сцеловывая его слезы.       Любимый гэгэ…       Никто не сможет полюбить тебя — Любимый… — повторил он, пробуя слово на вкус. — Самый. Самый любимый гэгэ.       Се Лянь обнял его покрепче, по груди расплылось приятной светлое чувство. Он не смог дать ему названия. Но знал, что оно ему нравится.       Когда они вернулись, все тут же подскочили со своих мест. — Ох, Се-сюн, ты в порядке. — Мы волновались. — кивнул Цинсюаню Фэн Синь.       Все отвернутся от тебя       Се Лянь нервно сжимал чужую руку, но Хуа Чэн сжал ее, подбадривая. Это придавало сил. — Мне нужно кое-что вам рассказать…       По мере истории лица друзей становились все более трудночитаемыми, оно и понятно.       Фэн Синь стукнул по столу. — Вот ублюдок…       Му Цин впервые с ним согласился: — Он тебе выбора даже не оставил. Отпустить других, взамен, что снова не похитит. Но почему он именно к тебе прицепился?       Хуа Чэн заметил, что этот вопрос его встревожил. — Можешь не отвечать, если не хочешь.       Се Лянь сделал глубокий вдох. — Все хорошо, я просто сам до конца не знаю… Сказал, что я единственный, кто сможет его понять….       Фэн Синь буркнул: — Супер. На голову больной демон. И как нам его одолеть? — Нам? О…нет…лучше вам не…       Вдруг подал голос Хэ Сюань: — Извини, но сегодня мы все чуть с жизнью не распрощались, так что это все нас касается. — У нас с ним уговор.       Му Цин сложил руки на груди: — Чем он пользуется, но все так же нападает чужими руками.       Если подумать, то так оно и есть. — И все же Безликий Бай гораздо опаснее.       Хуа Чэн ободряюще улыбнулся ему: — Значит тем более ты не должен справляться с ним в одиночку.       Ты останешься один… — Слушай, ты пытаешься нас уберечь, но… мы сами делаем свой выбор, хорошо? Да и не хочется, чтобы ты сбрендил как он… — Му Цин! — прошипел Ши Цинсюань. — Что? Я просто хочу избавиться от этой твари и все! — Следи за языком. — процедил Хуа Чэн.       Вдруг Цинсюань улыбнулся. И улыбка эта не предвещала ничего… — Предлагаю создать клуб! — Нет… — простонал Му Цин. — Да-да, назовем… «Духоловы»! Или… «Борцы с демонами»! А... хотя нет… О! «Призрачные охотники»!       Фэн Синь постарался остановить этот безумный поток сознания. — Так мы не призраки… — Не порти идею!       Се Лянь прыснул со смеху. Все это достигло крайней степени абсурда. — Давайте остановимся на этом варианте. — Хоть у кого-то есть вкус! Итак «Призрачные охотники» берутся за это дело!