Песня со старой кассеты

      Шериф сложил руки на столе. — Когда вы виделись в последний раз?       Се Лянь подавил нервозность и ответил: — В школе, на литературе, у нас были дебаты и Му Цин проиграл, разозлился и убежал из класса. — В процессе ты его как-то задел?       Парень пожал плечами. — Я отвечал лишь по теме, наверное, его расстроил проигрыш. Но…я знаю его от силы два дня, мог и случайно обидеть.       Полицейский устало протер лицо. — Хорошо, можешь идти.       Возле кабинета сидел Фэн Синь, он привез Се Ляня сюда, его отец был шерифом. — Ты как?       Парень криво улыбнулся. — Я в порядке. Надеюсь…его скоро найдут. — Отец не хотел спешить, мало ли тот зубр…мало ли Му Цин решил просто побыть один и где-то шныряет. Но я его давно знаю, он бы никогда не пропал без причины и не оставил маму. — Значит все и правда серьезно…       Фэн Синь кивнул. — Да…дерьмово… Хоть бы живой был.       Атмосфера в школе стала напряженной, не будь Лэр-сити маленьким городком, где все друг друга знают, возможно, никто бы не заметил. На улицах стало меньше людей, дети во дворах тоже стали появляться реже. Все это нагнетало и давило.       Маме пришлось пить успокоительное прежде, чем она все-таки согласилась отпустить его в школу.       В школьном дворике парень увидел женщину со стопкой листков в руках, она точно не работала здесь. Резкий порыв ветра подхватил листы и разбросал на асфальте. Один попал ему под ноги, Се Лянь пригляделся. Это были листовке о пропаже Му Цина. Женщина тут же села их собирать дрожащими руками, тихо всхлипывая. Се Лянь бросил рюкзак и начал подбирать листовки. — Спасибо…спасибо… — сказала она дрожащим голосом. — Не за что… Вы мама Му Цина?       Она слабо кивнула.       Из школы вышел директор, он выглядел раздраженным. Смерил их холодным взглядом и обратился к женщине: — Мисс, я же запретил расклеивать листовки на территории школы, это только поднимает волнения среди остальных.       Она не переставала плакать, но это не помешало ей злостно процедить: — Поднимаю волнения? Мой сын пропал! Ваш ученик! Пусть волнуются! Любой родитель поступил бы также!       Директор стал мрачнее тучи, и, кажется, собирался прогнать ее. Се Лянь не сдержался. Он стал перед женщиной, закрывая ее. — Нет смысла бояться волнений, все итак уже в курсе.       Директор устало посмотрел на него, как на надоедливую мошку. — Се, есть вещи, в которые тебе лучше не вмешиваться. Взрослые сами могут разобраться.       Видно, как они разбираются. — Простите, но пропал подросток. На его месте мог оказаться я или любой другой школьник. Так что эти «вещи» меня касаются, и несколько листовок не сделают еще хуже.       Цзюнь У смерил его строгим взглядом и вздохнул. Обратился к матери Му Цина: — Так уж и быть, можете развесить парочку. — он прокашлялся и снова перевел взгляд на школьника. — Се Лянь, не стоит делать из меня врага, понимаю, ты переживаешь, но я отвечаю за школу и за вас, и пропажа Му Цина также на моей совести. — он скрестил руки за спиной и ушел обратно.       Се Лянь облегченно выдохнул и повернулся к женщине. — Давайте я расклею здесь, чтобы вам не пришлось ругаться с другими. — Спасибо…спасибо… — тихо повторяла она. — Это пустяк. Я хочу помочь хоть чем-то…       Она понуро опустила плечи. — Если ты искренне хочешь помочь, это никак не может быть пустяком. У тебя добрая душа.       Се Лянь не знал как отреагировать на эти слова, поэтому слабо улыбнулся и забрал часть листовок.       Он клеил очередное объявление, когда кто-то подошел. — А? Фэн Синь?       Тот кивнул на листовки. — Думаешь, это поможет?       Се Лянь честно ответил: — Не думаю, но даже если так, то я буду знать, что сделал все, что смог.       Одноклассник кивнул и почесал затылок. — Отец хочет прочесать лес после заката. Собирают отряд. — Ты тоже пойдешь?       Вряд ли кто-то отпустил школьников ночью в лес. — Мне запретили, но…хочу знать, что сделал все, что смог.       Се Лянь почти не знал Му Цина, они то и не говорили толком. Но он с детства вступался за других и не мог оставаться равнодушным к чужому горю. — Родители не отпустят… но я что-нибудь придумаю…       Фэн Синь кивнул.       Оставшийся день они почти не говорили, даже Ши был непривычно молчалив, разве что иногда шутил невпопад и сам же нервно смеялся.       В том, что родители не отпустят его, он не сомневался. Мама и в школу его боялась отправлять, а тут и говорить нечего.       Се Лянь старался вести себя максимально неподозрительно. Сказал, что завтра контрольная и нужно лечь спать пораньше. Подождал пока родители уйдут в спальню. На всякий случай напихал под одеяло одежды, чтобы было похоже на его силуэт.       Открыл окно. Высоковато, но не слишком. Перепрыгнул через раму и приземлился, чуть поморщился от легкой боли в коленях. Без лишних звуков покинул двор.       Он увидел небольшую группку подростков. Фэн Синь помахал ему. — Хорошо, все в сборе. Се Лянь, это Лан Цяньцю, Цюань Ичжэнь, Инь Юй и Пэй Су. Они из десятого. — это объясняло, почему он их не видел. — Погоди, Пэй?       Пэй Су кивнул. — Пэй Мин — мой дядя.       Как тесен мир. Хотя чему удивляться? Население от силы тысяч пять. — Слышал ты навалял Ци Жуну, неплохо. — сказал Лан Цянцю.       Се Лянь криво улыбнулся. — Он мне тоже.       Фэн Синь раздал всем фонарики. — Если что-то услышите или увидите, сразу говорите. — все кивнули, включая свет.       Обрыскивать лес ночью, было ужасно неудобно, но Фэн Синь сказал, что отец делал обход днем, а ночью могло присоединится больше людей и шансы в темноте поймать потенциального преступника легче.       Вдруг из-за кустов раздались шорохи и тихая ругань, они сразу же побежали на звук и встретили того, кого совсем не ожидали. — Цинсюань?! Какого хрена ты тут делаешь? — выругался Фэн Синь.       Ши вышел из кустов, отряхивая листья. — Погулять вышел, что же еще! Ищу Му Цина как и вы…       Фэн Синь хмыкнул. — Не боишься, что брат голову оторвет?       Цинсюань поджал губы. — Боюсь, а еще боюсь, что с Му Цином произошло что-то ужасное, пока я прятался дома.       Спорить бесполезно. Они все были в одинаковом положении. — Держись рядом и не уходи далеко.       Они шли тихо, только Инь Юй иногда ругался на Цюань Ичжэня и старался держаться от него подальше.       Послышались голоса. Фэн Синь тут же приказал застыть и выключить фонари. Слева за деревьями промелькнул свет фонарей и голоса, они почти столкнулись с поисковым отрядом.       Когда те отошли, они снова включили свет. — Фух, чуть не попались.       Се Лянь вдруг нахмурился. — Вы это слышали? — Что? — спросил Пэй Су.       Парень показал пальцем в сторону. — Оттуда…будто грохот…       Фэн Синь посветил фонариком в указанном направлении. — Может тебе показалось? Я ничего не слышал. — Я тоже не слышал. — сказал Инь Юй.       Цинсюань закрыл лицо руками. — Ой, Се-сюн, скажи, что ты пошутил…       Цюань Ичжэнь без лишних слов пошел в направлении. — Давайте посмотрим. Мы же за этим здесь?       Не поспоришь. Они шли аккуратно, и Се Лянь снова услышал нечто похожее на грохот. — Вот! Вы не слышите? — он резко повернулся и слишком поздно понял, что летит вниз.       В темноте он не заметил крутого склона, оступился и покатился вниз, больно ударившись головой о землю.       Кто-то нес его. С трудом удалось расслышать. — Тебе придется долго объяснять, какого черта вы потащились в лес. — взрослый голос.       Шериф. Значит их тайная вылазка накрылась. Дерьмо… — Мы… — похоже, это был Цинсюань. — Ты вообще молчи, не думай, что твой брат не узнает.       Голова вновь противно затрещала. Перед тем как снова отрубиться, Се Лянь подумал, что, возможно, он и впрямь…бедовый.       Кто-то гладил его по спине. Это с детства его успокаивало. Когда рушились его башенки из кубиков, когда отец не разрешал приютить котенка или щенка с улицы… Мама… Он ту же расслабился от этих теплых прикосновений и тихо позвал: — Мама… — Я здесь… — ее голос был сдавленным, неудивительно, в дом принесли сына без сознания, всего в царапинах и синяках. — Ты злишься? — Потом поговорим, отдыхай пока.       Лучше бы ему уснуть навсегда, чем смотреть в грустные глаза матери. Хотел как лучше, получилось как всегда. Молодец, Се Лянь.       Вставать не хотелось. Не столько из-за тупой боли в затылке, сколько из-за неминуемого разговора. Он попытался построить стратегию, но прекрасно знал, что у родителей будут нерушимые аргументы по типу: «ты еще ничего не понимаешь», «мы несем за тебя ответственность» и так далее.       Он спустился по лестнице на негнущихся ногах. Отец оторвал взгляд от газеты и смерил его строгим взглядом.       Мама поставила тарелку с хлопьями и ободряюще улыбнулась. Ее лицо было усталым, наверное, она так и не сомкнула глаз. — Как твоя голова?       Отец ответил быстрее: — Понятно, что не в порядке. Раз не думают прежде, чем тащиться в лес, где пропал человек. — Дорогой…       Се Лянь начал злиться: — Не просто человек, я с ним знаком. И сидеть дома как трус я не собираюсь.       Отец бросил газету. — Ты еще молод, прежде всего нужно подумать о себе и своей семье. — О, правда? Тогда почему ты продал компанию, когда можно было продолжать судиться? Не из-за того ли, что пришлось бы выгнать половину сотрудников? Ты бы мог подумать о себе и своей семье! — эти слова давно крутились в его голове, и больше он не мог сдерживаться. — Довольно! Не сравнивай! Ты рисковал своей жизнью! — А ты разве не выбросил на помойку всю нашу жизнь? Думаешь, я не знаю, что мы на мели?       Отец поправил воротник рубашки. И зачем он носит ее дома, если не работает? — Тебя и не должны касаться эти вещи, ты еще много не понимаешь в жизни.       Конечно… Все всё понимают, он один глупый… — Да. Ты прав. Я не понимаю, почему нужно сидеть дома, закрыв глаза и уши, и, наверное, никогда не пойму. — он развернулся и пошел обратно наверх, так и не прикоснувшись к завтраку. — А-Лянь…       Отец буркнул: — Пусть идет. Коль мозги на место не встали после падения.       Фэн Синь и Цинсюань приходили к нему домой, но отец не пустил их, часть наказания. Встретились они только в школе через пару дней. Цинсюань тут же полетел на него с объятиями. — Се-сюн! Ты как? — В порядке… С отцом правда разругались…       Ши отстранился и опустил глаза в пол. — Ох, брат так накричал на меня и лишил карманных на полгода… — Я даже говорить не стану… — сказал Фэн Синь, ему, наверное, здорово прилетело. — Извините, что из-за меня так все вышло… — по его невнимательности досталось всем.       Фэн Синь отмахнулся. — Ты не виноват, что упал. К тому же…. — он огляделся по сторонам.- Благодаря твоему падению, я кое-что нашел. — он вытащил маленький кубик черного цвета.       Се Лянь вопросительно приподнял бровь. — Игральная кость? — В городе есть одна банда, «Тунлу». Они редко светятся, держат подпольное казино где-то. — Ты определил это по кости? — Отец как-то говорил, что это нечто вроде «входного билета», больше таких нигде не найдешь, они изготавливают их сами. — Вот как… Значит…они могут быть замешаны в похищении Му Цина?       Фэн Синь нахмурился. — Ты не знаешь…но вчера пропал еще один человек. Она из девятого класса. Бань Юэ.       Вероятность того, что пропажа Му Цина — случайность, упала до нуля. — И…мы просто придем к ним и спросим кто из вас похитил Му Цина и Бань Юэ. — затея смехотворная. — Ты можешь попробовать, но это вряд ли хорошо закончится. — Фэн Синь скривился. — Но у тебя есть знакомый, который может помочь нам с этим.       Се Лянь догадался: — Хуа Чэн…