Чёртов Галлагер /Человек изменивший мою жизнь

Лизи сидела на кухне, обхватив кружку с остывшим кофе, и смотрела в окно. Волосы уже почти высохли, мягкими волнами падали на плечи и пахли кокосом. Она всё ещё улыбалась, вспоминая, как Лип возился с лейкой, как ругался, когда вода текла не туда, и как они оба смеялись над этой дурацкой ситуацией. В доме было тихо. Она уже почти привыкла к этому чувству — когда ты не одна в целом мире, но в конкретный момент вокруг никого нет. Это не было одиночеством. Скорее, тишиной перед чем-то. Она допила кофе и как раз собиралась попытаться подняться на второй этаж, чтобы переодеться, когда в дверь постучали. — Лизи! Открывай! Это мы! — голос Карла разнёсся по всему дому, даже сквозь закрытую дверь. А потом дверь открылась сама. Без всякого приглашения. — Карл! — возмущённо закричала Дебби, вваливаясь вслед за братом. — Я же сказала — надо дождаться, когда нам откроют! Нельзя врываться в чужой дом! — А чего дожидаться? — Карл уже стоял в коридоре, срывая с ног грязные кроссовки. — Это же Лизи. Она не чужая. — Всё равно неприлично! — Дебс, мы живём в Саут-Сайде. Какие к чёрту приличия? Лизи засмеялась, глядя на их перепалку. Карл, как всегда, был в своей любимой растянутой толстовке с капюшоном, джинсы порваны на коленях (не ради моды, а потому что настоящие), на голове — вечный художественный беспорядок. Дебби, наоборот, выглядела собранной — волосы аккуратно заколоты, на плече рюкзак, полный учебников. Карл первым заметил Лизи на кухне и, не слушая больше сестру, быстрым шагом направился к ней. Он не спрашивал разрешения, не делал паузу — просто подошёл и обнял. Крепко, по-братски, так, что Лизи на секунду стало трудно дышать. — Привет, хромоножка, — сказал он, отстраняясь и с улыбкой глядя на неё. — Как ты? — Привет, — Лизи ответила на объятие, как могла, учитывая гипс и неудобную позу. — Я нормально. А вы чего пришли? — Как это «чего»? — Карл плюхнулся на стул напротив и закинул ноги на соседний. — Мы пришли учить тебя уму-разуму. Дебби сказала, что ты без нас пропадёшь. — Я не говорила «пропадёшь», — Дебби вошла на кухню, поставила рюкзак на стол и начала доставать тетрадки. — Я сказала, что тебе понадобится помощь с уроками. А Карл просто увязался за мной, потому что ему делать нечего. — Мне есть чего делать! — возмутился Карл. — Я помогаю. — Ты помогаешь? — Дебби подняла бровь. — Чем? Своим присутствием? — А что, этого мало? Лизи смотрела на них и улыбалась. С Галлагерами было невозможно грустить — они приносили с собой такой уровень хаоса, что все проблемы отходили на второй план. — Карл, сними ноги со стула, — сказала она. — Ви не любит, когда на мебель ставят ноги. — Ах да, — Карл послушно опустил ноги на пол. — Мы теперь у Ви с Кевином. Надо быть культурными. — Хоть чему-то научился, — фыркнула Дебби, раскладывая на столе учебники. Она принесла целую стопку — математика, литература, биология, история. Лизи посмотрела на неё с уважением и ужасом одновременно. — Ты серьёзно? Мы это всё сегодня будем делать? — Не всё, — Дебби достала из рюкзака ещё и папку с бумагами. — Но большую часть. Учителя предупреждены, что у тебя гипс, так что ничего страшного, если ты пропустишь недельку-другую. Но догонять потом будет сложнее, так что лучше делать понемногу каждый день. — Слышишь, Лизи? — Карл откинулся на спинку стула и сложил руки за головой. — Тебе повезло. Ты теперь как принцесса — сидишь дома, ничего не делаешь, а мы тебе еду приносим и уроки объясняем. — Я бы не сказала, что это «повезло», — Лизи кивнула на свою загипсованную ногу. — Я бы лучше ходила в школу, чем так сидеть. — Не говори глупости, — отмахнулся Карл. — Я вот однажды сломал ногу — это было лучшее время в моей жизни. Целый месяц дома, никакой школы, никаких домашних заданий. Лежишь, смотришь телик, ешь чипсы. Красота! — Когда это было? — спросила Лизи. — Год назад. Я с крыши гаража спрыгнул, потому что спорил с Микки, что смогу приземлиться на ноги. Спойлер — не смог. — Ты спрыгнул с крыши? — Дебби закатила глаза. — Ты идиот, Карл. — Зато я выиграл спор. — Ты сломал ногу! Это не победа! — Ага, но и Микки заплатил мне двадцать баксов, потому что ошибся, с какой ноги я приземлюсь. Так что я в плюсе. Лизи засмеялась. История была настолько дурацкой и настолько в духе Карла, что она даже не сомневалась — чистая правда. — Так что не жалуйся, — Карл похлопал её по плечу. — Ты сейчас на больничном, отдыхаешь. А школа... — он махнул рукой в сторону стопки учебников, — школа подождёт. — Карл, ты ничего не понимаешь, — вздохнула Лизи. — У нас выпускной класс. Это важно. Если я пропущу слишком много, мне будет сложно потом догонять. — Дебби, скажи ей, что она слишком ответственная. — Она права, — Дебби открыла учебник по биологии. — Выпускной год — это серьёзно. Но мы тебе поможем, правда? — Конечно, поможем, — Карл взял пульт от телевизора, который валялся на тумбочке, и включил какой-то канал. — Я буду тебя поддерживать морально. — Ты будешь смотреть телик, пока я буду заниматься? — уточнила Лизи. — Ну да. Это и есть моральная поддержка. Когда человек рядом — ему легче учиться. Я читал об этом где-то. — Ты не читал, ты врёшь. — Ладно, вру. Но звучит убедительно, правда? Лизи покачала головой, но беззлобно. Она уже знала, что с Карлом бесполезно спорить — он всегда выкручивался. — Так, — Дебби села за стол и пододвинула к себе стопку тетрадей. — Начнём с биологии. У вас новая тема — генетика. Миссис Хендерсон сказала, что вы будете проходить законы Менделя. — Что? — Лизи посмотрела на Дебби с ужасом. — Какие законы? — Менделя. Это про горох и наследственность. Слушай сюда. Дебби начала объяснять. Она говорила быстро, иногда сбиваясь, но в целом довольно понятно. Лизи слушала, стараясь вникнуть, но мысли то и дело улетали куда-то не туда. Она вспоминала утро — как Лип наклонялся над ней, как его цепочка почти касалась её щеки, как он смотрел на неё в тот момент, когда они оба замерли. — Лизи! — Дебби помахала рукой перед её лицом. — Ты меня слушаешь? — А? Да, конечно. Про горох. — Ты не слушаешь! — Дебби надула губы. — Я тут стараюсь, а ты витаешь в облаках. — Извини, — Лизи потёрла виски. — Просто голова немного тяжёлая. Давай ещё раз. Дебби вздохнула и начала заново. На этот раз Лизи сосредоточилась, записывая основные моменты в тетрадь. Карл тем временем устроился в кресле напротив, включил телевизор на полную громкость и принялся смотреть какой-то боевик. — Карл, сделай потише! — крикнула Дебби. — Я не слышу! — В том-то и дело! Карл сделал звук чуть тише, но ненамного. Лизи и Дебби переглянулись и обе закатили глаза. Час пролетел незаметно. Дебби успела объяснить основы генетики, проверить несколько заданий по математике (которые Лизи сделала сама ещё вчера) и разобрать с ней новое стихотворение для литературы. — Ты умница, — сказала Дебби, закрывая учебник. — Если бы Карл был таким же ответственным, он бы уже давно закончил школу с отличием. — А мне это надо? — Карл даже не повернул голову. — Я и без отличия проживу. — С таким отношением — вряд ли. — Дебс, ты слишком много переживаешь. Жизнь она такая — сама всё расставит по местам. Лизи посмотрела на Карла и поймала себя на мысли, что в его словах есть своя, странная, мудрость. Может быть, не та, которую учат в школе, но настоящая. — Ладно, — Дебби встала и потянулась. — Я, пожалуй, пойду. Мне ещё Мэнди обещала помочь с одним проектом. — Уже уходишь? — Лизи почувствовала лёгкое разочарование. — Да, но Карл останется с тобой. Хотя бы до вечера, пока Ви и Кевин не вернутся. — Я останусь, — Карл кивнул, не отрываясь от телевизора. — Мы с Лизи посмотрим кино. Правда, Лизи? — Правда, — улыбнулась она. Дебби собрала свои вещи, оставив на столе стопку учебников и тетрадей. — Завтра зайду ещё, — сказала она на прощание. — И принесу что-нибудь вкусное. — Булочки? — оживился Карл. — Может быть. Дебби ушла, и в доме снова стало тихо — если не считать звуков боевика, которые доносились из телевизора. — Ну что, — Карл наконец оторвался от экрана и посмотрел на Лизи. — Чем займёмся? Уроки будем делать или кино смотреть? — Уроки, — твёрдо сказала Лизи. — Я серьёзно. — Ты зануда, — вздохнул Карл, но взял учебник по математике. — Ладно, давай. Только ты объясняй, а я пока послушаю. — Ты же ничего не поймёшь! — А мне и не надо понимать. Мне надо, чтобы ты поняла. А я так, для компании. Лизи засмеялась и открыла тетрадь. До вечера было ещё далеко, и она была рада, что рядом есть кто-то, кто просто сидит и слушает, даже если не вникает. Они занимались почти до шести. Карл несколько раз пытался улизнуть к телевизору, но Лизи возвращала его обратно, и он смиренно садился на стул, делая вид, что внимательно слушает объяснения про квадратные уравнения. — Ты умеешь убеждать, — признал он, когда они наконец закончили. — Это талант. — Это не талант. Это просто ты не хочешь меня подводить. — Ну, не хочешь — заставлять не буду, но иногда я бы предпочёл просто смотреть телик, — признался Карл, выключая телевизор. — Ладно, пойду я. А то Дебби меня убьёт, если я задержусь. Он подошёл к Лизи и снова обнял — так же крепко, как и утром. — Выздоравливай, — сказал он. — И не грусти. Ты теперь с нами. — Спасибо, Карл, — Лизи почувствовала, как к горлу подступил тёплый комок. — За всё. — Не за что, — он улыбнулся и направился к выходу. — Пока, хромоножка. — Пока. Дверь за ним закрылась, и Лизи осталась одна. Она сидела на кухне, смотрела на разбросанные по столу тетради и чувствовала странную усталость — не физическую, а какую-то другую, глубокую. От того, что за день столько всего произошло. От того, что она впервые за долгое время почувствовала себя частью чего-то. Где-то через час вернулись Кевин и Ви. Лизи услышала их раньше, чем увидела — сначала голос Кевина, который что-то рассказывал про посетителя, отказавшегося платить, потом смех Ви, потом ключи в замке. — Мы дома! — крикнул Кевин, вваливаясь в прихожую. — Как ты? — Ви появилась на кухне первой, сняла пальто и повесила его на спинку стула. — Нормально, — Лизи зевнула. — Карл и Дебби приходили, помогали с уроками. — Молодцы, — Ви подошла и потрогала её волосы. — О, вы смогли помыть голову! — Да, — Лизи почувствовала, как щёки снова начинают розоветь. — У него неплохо получилось. Почти не утопил. Кевин засмеялся, заходя на кухню. — Лизи, ты голодна? Мы привезли пиццу из бара. Остыла, но ничего. — Да, спасибо, — кивнула Лизи. — Я бы поела. Они устроились на кухне втроём — Кевин, Ви и Лизи. Пили чай с пиццей, болтали о прошедшем дне, о том, как прошла вечеринка в баре. — Этот Старый Майк, — Кевин жестикулировал, чуть не смахивая чашку со стола, — он станцевал на стойке. Представляешь? На стойке! Ему шестьдесят лет! — И что, не упал? — спросила Лизи. — Упал, но только в конце. Мы с Ви его поймали. Кость цела. — Он был в восторге, — добавила Ви. — Сказал, что это лучший день рождения в его жизни. — Я бы на его месте умер от стыда. — Кевин, ты и не на такие безумства способен, — напомнила Ви. — Помнишь, как ты на прошлый день рождения танцевал с метлой под музыку из «Грязных танцев»? — Это была не метла! Это была швабра! — Какая разница? Лизи слушала их перепалку и улыбалась. Ей нравилось это чувство — сидеть за столом, слушать обычные разговоры, чувствовать себя не гостьей, а частью семьи. Вечером Ви помогла ей подняться наверх, принять душ (вернее, просто обтереться влажным полотенцем), переодеться и лечь в постель. — Спасибо за сегодня, — сказала Лизи, когда Ви поправляла одеяло. — За что, детка? — За то, что вы есть. За то, что вы меня взяли. За всё. Ви наклонилась и поцеловала её в лоб. — Спи, — сказала она. — Завтра будет новый день. Лизи закрыла глаза. Где-то внизу слышался голос Кевина, который что-то напевал, моя посуду. С улицы доносился лай собак и шум проезжающих машин. Она лежала в темноте и думала о том, как странно устроена жизнь. И, кажется, это было только начало.