Чёртов Галлагер /Человек изменивший мою жизнь

Утро вторника началось с того, что будильник Лизи прозвенел на двадцать минут раньше обычного. И это было единственной причиной, по которой она не опоздала в школу. Она выскочила из дома тёти, которая ещё спала (или делала вид, что спит — Лизи давно перестала гадать), и чуть ли не бегом направилась к углу, где обычно встречала Карла и Дебби. И надо же было такому случиться, что именно сегодня, когда она вышла заранее, Галлагеры опаздывали. Лизи топталась на месте, пиная носком кеда пустую банку из-под газировки, и грела руки в карманах куртки. Осень в этом районе наступала внезапно — ещё вчера светило солнце, а сегодня небо затянуло серой ватой, и ветер пробирал до костей. — Прости, прости, прости! — запыхавшись, вылетела из-за угла Дебби. Её рыжие волосы торчали в разные стороны, шнурки на ботинках были развязаны, а на плече болтался рюкзак, из которого вот-вот грозились вывалиться учебники. Следом за ней, с таким видом, будто его только что подняли из могилы, плёлся Карл. — Какого чёрта мы вообще должны ходить в школу в такую рань? — пробурчал он, зевая так широко, что Лизи испугалась, не вывихнет ли он челюсть. — Мы всегда ходим в школу в такую рань, — резонно заметила Лизи, и они двинулись в сторону школьных ворот. — Да, но сегодня какой-то особенно мерзкий день, — Карл натянул капюшон по самые глаза. — Слышала новость, Лизи? Дебби говорит, у старшеклассников сегодня какая-то херня будет. — Не выражайся! — Дебби толкнула брата в бок. — И это не херня, это важный социальный проект! — О Господи, — закатил глаза Карл. — Опять эти ваши «важные социальные проекты». В прошлый раз мы две недели собирали банки для переработки, а Микки потом украл их и сдал за деньги. Лизи засмеялась. Она уже достаточно хорошо знала эту компанию, чтобы понимать: история на сто процентов правдивая. — Так что за проект? — спросила она, когда они подошли к школе. Дебби аж подпрыгнула от нетерпения, и её рюкзак окончательно съехал на локоть. — Куклы! Нам выдадут специальных кукол-младенцев, и мы должны будем за ними ухаживать! Кормить, менять подгузники, укачивать, когда плачут. Это чтобы мы поняли, как это тяжело — быть родителями в подростковом возрасте. Миссис Хендерсон сказала, что это очень поучительно! Карл и Лизи переглянулись. В глазах Карла читался неподдельный ужас, в глазах Лизи — скорее любопытство. — Ты хочешь сказать, что я должен буду таскаться с куклой целый день? — уточнил Карл таким тоном, будто ему предложили надеть платье и пройтись по главной улице. — Не ной, — отмахнулась Дебби. — Это же интересно! Я, кстати, попросилась быть матерью-одиночкой. Хочу работать одна, без пары. Так ответственнее. — Ты псих, Дебс, — констатировал Карл. В школе действительно царило необычное оживление. В холле старшеклассников толпились ученики, а у стола, на котором были разложены коробки с куклами, стояла миссис Хендерсон — учительница по обществознанию с вечно озабоченным выражением лица. — Так, тишина! — хлопнула она в ладоши. — Все помнят правила? Кукла запрограммирована. У неё есть режим кормления, смены подгузника и укачивания. Если вы не будете реагировать вовремя — она будет плакать. И плакать она будет до тех пор, пока не получит то, что нужно. Встроенный чип фиксирует все ваши действия. В конце дня мы подведём итоги. Разбивайтесь на пары! — Лизи, ты со мной! — Карл схватил её за руку так, будто она была спасательным кругом. — Мы же соседи по парте, значит, и кукла у нас будет общая. — Ты просто не хочешь делать это один, — усмехнулась Лизи. — Я просто хочу разделить с тобой радость материнства, — оскалился Карл в ответной улыбке. Миссис Хендерсон вручила им коробку с куклой. Когда Лизи открыла её, внутри оказался совершенно обычный пластиковый младенец с пустыми голубыми глазами и смешным чепчиком. К нему прилагалась бутылочка, запасная одежда, несколько подгузников и браслет, который нужно было надеть на руку — для идентификации. — Выглядит как уменьшенная копия Фрэнка после попойки, — хмыкнул Карл, разглядывая куклу. — Такая же морщинистая и недовольная. — Карл! — Лизи толкнула его локтем, но всё равно засмеялась. День в школе тянулся невыносимо долго. На математике кукла мирно лежала в коробке под партой, но на истории внезапно ожила и залилась пронзительным плачем. Весь класс обернулся. — Ой, ёлки, — Лизи засуетилась, вытаскивая куклу и пытаясь вспомнить, что там нужно делать. — Кажется, она есть хочет. — Дай сюда, — Карл выхватил куклу, сунул ей в рот бутылочку и начал трясти, как кетчуп перед употреблением. Кукла зашлась ещё громче. — Не тряси её! — зашипела Лизи. — Ты что, с ума сошёл? Отдай! Мистер О'Брайен, учитель истории, у которого явно сдавали нервы, остановил лекцию про Гражданскую войну и устало посмотрел на их парту. — Мисс Харрис и мистер Галлагер, может быть, вы выйдете в коридор и решите там свои семейные проблемы? А мы пока продолжим. Красная как рак, Лизи схватила куклу и вылетела в коридор. Карл потопал за ней, на ходу закатывая глаза. — Да ладно тебе, подумаешь, поорет и перестанет. — Нет, не перестанет, — Лизи уже нашла в инструкции нужную страницу. — Смотри, нужно наклонить бутылочку под правильным углом и держать куклу вот так... — она аккуратно устроила младенца на сгибе локтя и поднесла бутылочку. Через минуту кукла замолчала и даже прикрыла глаза. — Ни фига себе, — уважительно протянул Карл. — У тебя природный талант. — У меня просто есть терпение, — фыркнула Лизи. — В отличие от некоторых. К большому облегчению Лизи, следующие уроки прошли относительно спокойно. Кукла пару раз просыпалась, но Лизи быстро научилась успокаивать её, вовремя меняя воображаемые подгузники и кормя по расписанию. Карл, в свою очередь, старался держаться подальше от куклы, чтобы случайно не сломать её или не разбудить. Дебби носилась по школе со своей куклой, как наседка. У неё был вид человека, который наконец-то нашёл своё истинное призвание. На большой перемене она подсела к ним в столовой и начала взахлеб рассказывать: — А моя так мило спит! Я назвала её Эбигейл. Она уже два раза ела и ни разу не плакала! А у вас как? — Живы пока, — буркнул Карл, запихивая в рот картошку фри. — Лизи делает всю работу, а я просто рядом стою для красоты. — Ты же хотел быть отцом, — напомнила Лизи, аккуратно кормя свою куклу из бутылочки (она делала это на автомате, даже не задумываясь). — Я хотел, чтобы мы сделали это вместе, — поправил Карл. — Но когда я пытаюсь помочь, она орёт. После уроков они вышли из школы уже затемно. Фонари на улице горели через один, и ветер гнал по тротуару опавшие листья. — Слушай, — Карл поравнялся с Лизи и заглянул ей в лицо. — А пойдём к нам? У вас там тётя, наверное... ну, ты понимаешь. А у нас тепло, и Лип сегодня из универа приехал. Говорил, какой-то сложный зачёт сдал. Будет в хорошем настроении, может, даже пожрать чего купит. Лизи замялась. Идти домой действительно не хотелось. Тётя после больницы стала какой-то чужой, они почти не разговаривали, и в доме было холодно и неуютно. — А кукла? — она кивнула на коробку, которую нёс Карл. — Не будет проблем? — Да какая разница? У нас вечно кто-то орёт, одной куклой больше, одной меньше, — хохотнул Карл. — Пошли. Дом Галлагеров встретил их привычным хаосом. На кухне горел свет, пахло чем-то жареным, и, судя по звукам, кто-то с кем-то ссорился. — ...Я тебе в сотый раз говорю, это моя футболка! — донеслось из гостиной. — А мне плевать, она мне нравится! Карл закатил глаза и крикнул в сторону лестницы: — Заткнитесь оба! Я привёл гостя! Шум стих так же внезапно, как и начался, и на лестнице показался Лип. Он был в домашних штанах и растянутой футболке, с кружкой кофе в руке, но выглядел непривычно расслабленным. Даже довольным. — О, привет, мелкая, — кивнул он Лизи и тут же заметил коробку в руках Карла. — Это что за хрень? — Это наш ребёнок, — гордо заявил Карл, вытаскивая куклу. — Познакомься, это Лип, наш старший брат, который вечно лезет не в свои дела. А это — Э... Боже, Лизи, мы даже имя ей не дали! — Ты хотел назвать её Фрэнсис, — напомнила Лизи, вешая куртку на крючок. — Ну так и есть. - ответил Карл Лип с интересом наблюдал за этой сценой, прислонившись к дверному косяку. — Школьный проект? — догадался он. — Нам в своё время тоже таких выдавали. Я свою чуть не угробил, потому что проспал кормление. — А кто-то удивлён? — фыркнул Карл. Лизи тем временем уже устроилась на старом диване в гостиной, достала куклу и проверила датчики. До следующего кормления оставалось минут десять. Она аккуратно поправила на кукле чепчик и положила её рядом с собой. Лип сел в кресло напротив и, кажется, даже не заметил, что уже пять минут не отрываясь смотрит на Лизи. Она возилась с куклой так естественно, будто делала это всю жизнь. Поправляла одеяльце, тихонько напевала что-то под нос, когда кукла начинала хныкать, и ловко меняла подгузник, даже не заглядывая в инструкцию. — Ты хорошо с ней справляешься, — неожиданно сказал Лип. Лизи подняла голову и встретилась с ним взглядом. В его глазах было что-то странное — теплота, смешанная с любопытством, от чего по спине пробежал лёгкий холодок. — Ну, это же просто кукла, — пожала она плечами. — Запрограммированная. Не то что настоящий ребёнок. — И всё равно, — Лип сделал глоток кофе, но кружку не опустил, продолжая смотреть на неё поверх ободка. — У некоторых и с куклами не получается. В этот момент в гостиную влетел Карл с бутылочкой в руке. — Так, отец тоже хочет поучаствовать! — объявил он. — Давай сюда наше чудо, сейчас папа покормит. Лизи с сомнением протянула ему куклу. Карл уселся на диван, закинул ногу на ногу и сунул бутылочку кукле в рот. — Видишь, как надо? — обратился он к Лизи. — Никакой науки. Берёшь и кормишь. Кукла пососала бутылочку секунд десять, а потом зашлась таким душераздирающим воплем, что Карл подпрыгнул на месте и едва не уронил её на пол. — Какого чёрта?! Я же всё делаю правильно! — Ты держишь её вниз головой, придурок, — констатировал Лип, не скрывая усмешки. — Ничего подобного! — Отдай, — Лизи уже протягивала руки. — Дай сюда, пока она не лопнула от злости. Карл нехотя вернул куклу. Лизи перевернула её, прижала к груди и начала тихонько покачивать. Кукла ещё немного повсхлипывала, но быстро успокоилась. — Вот, — Лип поставил кружку на стол и посмотрел на брата. — Учись, Карл. Видишь, как надо? У неё получается лучше. — Да пошёл ты, — беззлобно огрызнулся Карл. — У неё просто материнский инстинкт. А я мужчина, я должен добывать мамонтов. — Ты должен добывать нормальные оценки в школе, — поправил Лип. Лизи сидела, прижимая к себе куклу, и чувствовала, как щёки начинают гореть. Комплимент от Липа прозвучал как-то слишком... серьёзно, что ли. Не в его обычной манере «старшего брата, который подкалывает всех подряд». Лип, кажется, тоже это понял. Он кашлянул, отвёл взгляд и резко сменил тему: — Кстати, Карл, ты не видел мои записи по физике? Я их вчера на кухне оставил, а сегодня их нет. — А я похож на твоего секретаря? — лениво отозвался Карл, уже потерявший интерес к кукле и листавший телефон. — Ты похож на того, кто вечно берёт мои вещи без спроса. Пока братья препирались, Лизи украдкой посмотрела на Липа. Он уже не смотрел на неё, увлечённо споря с Карлом, но что-то подсказывало ей, что этот вечер она запомнит надолго. Кукла на её руках тихонько посапывала, имитируя сон, и Лизи вдруг поймала себя на мысли, что здесь, в этом шумном, грязноватом, вечно орущем доме, ей почему-то спокойнее, чем в собственной квартире. А за окном ветер гнал по улице опавшие листья, и где-то вдалеке лаяли собаки — обычный вечер в Саут-Сайде