Чёртов Галлагер /Человек изменивший мою жизнь

Будильник зазвонил слишком резко — так, будто кто-то дернул меня из сна за шиворот. Я нащупала телефон, с третьей попытки попала по экрану и отключила звук. Несколько секунд просто лежала, глядя в потолок и прислушиваясь к дому. Где-то внизу уже слышались голоса и звон посуды. Значит, я не первая. Я поднялась, быстро привела себя в порядок — джинсы, худи, рюкзак. Нос всё ещё болел, но уже не так остро, больше напоминал о себе тупым, ноющим ощущением. В зеркале я задержалась чуть дольше обычного, разглядывая себя. Не сказать, что я выглядела хорошо — скорее… нормально. А сейчас это было почти роскошью. На кухне меня встретил запах еды. Кев стоял у плиты, переворачивая что-то на сковородке, а Ви сидела за столом с кружкой кофе, листая телефон. — Ты чего так рано? — удивлённо подняла она голову. — Я вообще-то хотела тебя попозже будить. — Я сама проснулась, — пожала я плечами. — Привычка. Кев обернулся, улыбнулся и поставил передо мной тарелку. — Ешь. В школу с пустым желудком — плохая идея. Мы завтракали спокойно, без спешки. За окном только начинался день, и улица выглядела непривычно тихой. Ви снова заговорила про больницу — аккуратно, будто боялась спугнуть что-то хрупкое. — Мы заедем за тобой после школы, ладно? — сказала она. — Вместе поедем. — Да, — кивнула я. — Спасибо вам. Кев махнул рукой. — Даже не обсуждается. Собрав вещи, я вышла из дома. Утро было прохладным, воздух — свежим, почти обманчиво спокойным. Я уже почти дошла до угла, когда заметила Карла. Он шёл медленно, засунув руки в карманы куртки, и, увидев меня, широко улыбнулся. — Эй, — сказал он, будто мы не виделись всего один вечер. Мы обнялись — быстро, легко, без неловкости. И пошли рядом, болтая, как будто так было всегда. Я рассказала ему про Мэнди, про заднюю лестницу, про сигареты и про то, как Микки «спалил» нас и даже бровью не повёл. Карл смеялся, время от времени качая головой. — Ну, звучит как обычный вторник, — сказал он. — А сегодня ещё и больница, — добавила я уже тише. — Поеду навещать тётю после школы. Он посмотрел на меня внимательнее, но ничего не стал спрашивать. Только кивнул. В школе день тянулся медленно и одновременно быстро. Уроки сменяли друг друга, как страницы, которые пролистываешь, не вчитываясь. На одном из перемен ко мне попытался прицепиться какой-то парень — сказал что-то глупое, слишком близко подошёл. Карл тут же оказался рядом. — Проблемы? — спросил он таким тоном, что вопроса в нём почти не было. Парень что-то буркнул и отступил. Я выдохнула. — Спасибо, — сказала я. — Всегда пожалуйста, — ответил Карл и усмехнулся. — Тут лучше не давать повода. Большую часть дня мы провели вместе. Иногда к нам присоединялась Дебби — она говорила много, быстро и обо всём сразу. С ней было легко. Она будто заполняла собой пространство, не оставляя места для неловкости. После последнего звонка мы вышли из школы. Я попрощалась с Карлом и Дебби и направилась к парковке. Кев уже ждал у машины, прислонившись к капоту. Увидев меня, он улыбнулся. В больнице было слишком светло и слишком тихо. Меня пустили к тёте одну. Она лежала на кровати, бледная, но в сознании. Увидев меня, чуть напряглась, а потом выдохнула. — Ты пришла… — Конечно, — ответила я и села рядом. Мы говорили о простых вещах — как я питаюсь, как дела в школе, где сейчас живу. Я сказала, что пока у соседей, чтобы она не переживала. А потом… слова сами вырвались. Я рассказала, как мне было страшно. Как я боялась заходить в тёмный дом. Как несколько ночей подряд почти не спала. Тётя долго молчала, а потом тихо сказала: — Прости меня, Лизи. Я… я не подумала. Когда медсестра сообщила, что время посещения закончилось, мы попрощались. Я пообещала прийти ещё. В машине повисла тишина. Не тяжёлая — скорее усталая. Такая, когда говорить вроде можно, но не обязательно. Я смотрела в окно, наблюдая, как город снова медленно собирается в себя: люди выходят из магазинов, кто-то курит у входов, машины сигналят без особой причины. — Ну как всё прошло? — первым нарушил тишину Кев, не отрывая взгляда от дороги. Я немного подумала, прежде чем ответить. — Нормально… — выдохнула. — Лучше, чем я ожидала. Она… извинилась. Ви повернулась ко мне с переднего сиденья. — Это уже много, Лиз. Правда. Я кивнула. Внутри всё ещё было странно пусто и одновременно спокойно. Как будто часть груза наконец-то перестала давить. Кев внезапно свернул не в ту сторону, что вела домой. — Эй, — осторожно сказала я. — Мы вроде не туда едем. Он усмехнулся. — Знаю. Просто подумал… может заедем к нам в бар? Ненадолго. Всё равно по пути. Я оживилась. — В бар? — Ага, — кивнул он. — Посмотришь, где мы с Ви пропадаем вечерами. Ви бросила на него быстрый взгляд. — Кевин… — Да ладно тебе, — отмахнулся он. — Просто покажем место. Через несколько минут мы уже парковались у «Алиби». Снаружи бар выглядел так, будто пережил слишком многое, но при этом всё ещё держался — облупленная вывеска, тёмные окна, знакомый запах пива и сигарет, даже не заходя внутрь. Внутри было тихо. Не вечер, не час пик. Пара посетителей у стойки, знакомая атмосфера, будто здесь всегда одно и то же время. — Ну как? — спросил Кев, обводя помещение рукой. — Атмосферно, — честно ответила я. — Тут… по-настоящему. Он засмеялся. — Это значит «грязно, но уютно»? Я улыбнулась. Мы сели за стойку. Ви ушла что-то проверить в подсобке, а Кев остался рядом со мной. — Слушай, — сказал он чуть тише, — если вдруг захочешь… Я посмотрела на него. — Что? — Ну… — он пожал плечами. — Подрабатывать тут. Не постоянно. Иногда. Когда захочешь. — Кевин, — тут же раздался голос Ви из-за спины. — Ей семнадцать. — Я знаю! — сразу поднял он руки. — Я просто сказал. Без давления. Я удивлённо моргнула. — Подрабатывать?.. — Да, — кивнул он. — Ничего сложного. Помочь, подать, убрать. Если тебе будет нужно. Или просто чтобы было куда сбежать. Ви вздохнула, но уже спокойнее. — Я не против, если это будет редко и с моей головой на плечах, — сказала она. — И без глупостей. Я почувствовала, как внутри появляется что-то тёплое. Не из-за работы. Из-за того, что меня вообще рассматривали как «свою». — Мне нравится эта идея, — тихо сказала я. — Правда. Кев улыбнулся так, будто выиграл спор, которого не было. Когда мы вышли из бара, на улице уже начинало темнеть. Я шла рядом с ними и вдруг поймала себя на мысли, что за последние дни слишком часто чувствую одно и то же: я больше не одна.