Проблемы семьи Шепс

Что может принести с собой обычный дождливый вечер? Кажется, что ничего. Или, по крайней мере, ничего хорошего. Также думал и Влад. Он ненавидел такую погоду, когда капли с силой барабанили по крыше особняка, словно норовя её протаранить. Однако напрягала Череватого не сама погода, нет. Она — лишь набор метеорологических данных, которые можно предсказать с точностью до девяноста восьми процентов. В такое время во Владе просыпалась тревога. Та самая, первобытная, буйная, ничем не обоснованная. Она сплеталась в комок у самого солнечного сплетения, не давая нормально вздохнуть. Череватый отвлекся от квартального отчёта, который успел прогнать по кругу уже три раза, и устало потëр виски. На часах было 02:20. В такое время он обычно спал, но сегодня сон не шёл. Влад встал из-за стола и стал шагами мерить комнату. В голове крутились тревожные мысли. Влад думал о многом: о Битве, о покойных отце и матери, передавшим ему свой эзотерический бизнес. И во всех своих думах он не касался всего лишь одной темы… Вынырнув из размышлений, Череватый снова сел за стол. Перед ним мерцали три монитора, отображая биржевые сводки, протоколы безопасности и спутниковую карту поместья. Все было в норме. Зеленые индикаторы, стабильные графики, непроницаемый цифровой и физический периметр. Ничто не предвещало беды. Кроме этой проклятой тревоги. Ведомый непонятным для себя влечением, Влад открыл камеры наблюдения. Он просмотрел всë: коридоры, зал, столовую, гостевые комнаты, периметр особняка. Ничего. Череватый собрался снова переключиться на отчеты, когда внезапное шевеление, замеченное боковыми зрением в одной из камер, не заставило его вздрогнуть. Может быть, птица? Он придвинул монитор поближе и, прищурившись, стал вглядываться. Наконец-то, он смог разглядеть: у самого входа стояли две неизвестные фигуры. Это ввело Влада в ступор. Как такое возможно? Особняк окружал трехметровый забор под напряжением, а единственные ворота открывались лишь по коду, известному ему и горстке доверенных лиц. Пробраться к парадному крыльцу незамеченным было невозможно. Встал вопрос: прогнать? А вдруг им нужна помощь? Не то, чтобы Влад был эмпатичен, скорее даже наоборот, и сегодняшние внезапные гости у него вызывали скорее приступ недоверия и желания вызвать полицию. Влад наблюдал дальше. Рука незнакомца поднялась, чтобы постучать. Разглядеть, кем представлялись ночные гости из-за потоков воды было сложно, но одно-единственное предположение, очень смелое и практически сюрреалистичное, довело его до того, что он сам не заметил, как очутился возле входной двери. Он на секунду остановился, не торопясь открывать, но прислушиваясь к звукам снаружи. К счастью для отца, именно Влад, его средний сын, бывший Владислав Шепс, а ныне Владислав Череватый, унаследовал довольно незаурядные аналитические способности, державшие его на плаву вот уже лет пять. И это же его изменило. Когда весь мир стремится стереть тебя в порошок, когда на проекте, за победу в котором ты отдал бешеные деньги, тебя всё равно смешивают с грязью, ты становишься циником, что не позволяет себе никаких эмоций. Череватый уже и забыл, когда в последний раз плакал. Возможно, это было на похоронах отца, возможно, при смерти матери, а возможно… Стук повторился. Громче, настойчивее. Влад открыл дверь всего на несколько сантиметров, готовый в любой момент захлопнуть ее и вызвать правоохранительные службы. В проём ворвался порыв ледяного ветра, вместе с опавшей листвой и каплями дождя. И в свете, льющемся из холла, он увидел его. На пороге стоял Саша, старший брат Влада. Его кожаная куртка промокла до нитки, прилипнув к мощным плечам, а на плече висел младший брат — Олег. Тот был в ещё более худшем состоянии. Его футболка была порвана на плече, тонкие джинсы перепачканы грязью, голова безвольно повисла, а глаза хоть и были полуприкрыты, но он был без сознания. От младшего Шепса него несло дешёвым парфюмом, алкоголем и ещё чем-то тошнотворно-сладким, от чего у Влада свело скулы. Александр с несколько секунд взнлядывался в лицо Влада, будто выведывая его реакцию. Средний брат будто и не изменился вовсе с того момента, когда они виделись в последний раз: то же высокомерное и самодовольное лицо, тот же едкий прищур, то же раздражённое выражение лица, всем своим видом кричащее о раздражении их приходом. Однако, деваться было некуда, они уже пришли сюда. — Помоги, — наконец, произнёс Саша. С секунду помолчав, он добавил, указав головой на Олега, — ему. Череватый нахмурился и отошёл от входа, жестом указывая на диван в ближайшей комнате. — Только не вздумай мне что-нибудь здесь запачкать, — брезгливо фыркнул он. Замечание было проигнорировано. Саша уложил Олега на диван. В этот момент силы моментально покинули его. Он тяжело вздохнул и, развернувшись к Владу лицом, упал без сознания. Череватый, привыкший к спокойствию в своём доме, сначала слегка растерялся. Он не видел Сашу уже лет пять, а Олега и того больше. И тут они оба, без предупреждения, оказываются в его доме, портят всё спокойствие, да и ещё и вид у обоих не особо привлекательный. Но делать нечего, раз пустил — надо действовать. Для начала стоило оценить масштаб бедствия. Влад перевёл взгляд на диван, на котором лежал Олег и невольно отметил, как изменился младший брат. Угловатый подросток, которого он помнил, исчез. На его месте был незнакомец с острыми скулами, темными кругами под глазами и мертвенно бледной, тонкой кожей. Он дышал ровно и спокойно. Дальше взгляд Влада перешёл на пол, где лежал Саша. Он значительно поднабрал мышц и перестал быть таким болезненно худым, каким был раньше. Лицо искривлено от боли, на левом боку виднелись непонятное тёмное пятно, напоминающее кровь. Тряхнув головой, Череватый отогнал от себя размышления, и понял, что анализа мало — надо действовать. Первым делом он подошёл к Олегу. Приподнял веко: зрачки расширены, на свет не реагируют. Принюхавшись, он почувствовал странный сладкий запах. «Наркотики», — заключил Влад про себя. Следующий — Саша. Подойдя ближе, Череватый подтвердил свои догадки — не нужно быть гением, чтобы понять, что это действительно кровь — при приближении соответствующий запах ударил в нос. «Значит, Олег подождет», — заключил он и принялся за старшего брата. Череватый метнулся в свой кабинет, где в одном из сейфов хранилась большая аптечка, имевшая в себе лекарства, которые выдаются исключительно по рецепту, хирургический набор, пластыри, бинты и спирт. Схватив ее, он вернулся в гостиную. — Терпи, сволочь, — пробормотал он, разрезая рубашку медицинскими ножницами. Под тканью скрывалась глубокая рана. Пулевое. Или ножевое? Влад не был экспертом, но рана выглядела скверно. Края были неровными, кровотечение — несильным, но это не особо успокаивало. — Черт, черт, черт! Влад работал быстро и сосредоточенно. Он остановил кровотечение, отработал края раны и, как смог, наложил повязку. Руки действовали на автомате, пока мозг лихорадочно перебирал варианты. Нужно в больницу. Но как он объяснит такое странное ранение у собственного брата? Это привлечет полицию, прессу. Это создаст проблемы, которые он сейчас не мог себе позволить. С повязкой было покончено. Влад с облегчением выдохнул и только сейчас позволил себе рассмотреть брата повнимательнее. Тело Саши, которое он помнил болезненно худым, теперь было покрыто сетью старых и новых шрамов. Белесые полосы на руках, отметина от ожога на плече, длинный, уродливый рубец, пересекающий грудь. Карта его жизни за последние годы. Жизни, о которой Влад не знал ничего. Да и, откровенно говоря, особо не интересовался. Он осторожно снял с брата промокшую одежду, дабы та не продолжала заливать отполированный паркет. И когда он стягивал с левой руки Саши мокрую перчатку, его взгляд зацепился за темную линию на запястье. Это была татуировка. Тонкая, иссиня-черная стрела, огибающая запястье, словно браслет. Острие почти касалось оперения, замыкая круг, а саму стрелу обвивал терновник. Влад замер. Его сердце, только что успокоившееся, пропустило удар, а затем заколотилось с новой силой, но уже не от тревоги, а от ледяной, всепоглощающей ярости. Этот символ. Он видел его раньше. Не вживую, конечно. В самых темных уголках сети, в зашифрованных докладах службы безопасности, в перешептываниях на закрытых форумах. Метка. Неофициальный герб личной гвардии Дмитрия Матвеева. Дмитрий Матвеев. Сын покойного Константина Матвеева, вечного соперника их отца. Молодой, амбициозный и, по слухам, абсолютно безжалостный ублюдок, унаследовавший от отца не только многомиллиардное состояние, но и лютую, иррациональную ненависть ко всему, что связано с именем Шепсов, а теперь ещё и Череватого. Говорили, что он винил их отца в преждевременной смерти Константина и поклялся отомстить. Эту метку не ставили простым наемникам. Ее нужно было заслужить. Заслужить кровью, верностью и выполнением особо деликатных поручений. В очень узких кругах людей с такой татуировкой называли «Стрелами». Киллеры, шпионы, диверсанты. Специалисты различных мастей. Влад смотрел на мирно спящее лицо брата, на эту проклятую стрелу на его руке, и его душила ярость. Его старший брат, пропавший много лет назад, оказался цепным псом их злейшего врага. Предатель. Он продался тому, кто мечтал уничтожить все, что они унаследовали. И все же… он пришел сюда. Раненый, с другим братом на руках. Он пришел за помощью к нему. Почему? Влад всеми силами пытался отогнать эмоции. Нужен анализ. С Сашей пока всë. Теперь Олег. Он подошел к дивану. Младший брат не двигался. Череватый снова принюхался. То, чем накачали Олега было не уличной дрянью, а чем-то дорогим и сильнодействующим. С ним всё было проще: помогло бы просто промывание. Достаточно вызвать рвоту. Влад слегка поморщился, понимая, чем ему сейчас придётся заниматься.

***

На часах 04:30. Череватый присел рядом с Сашей, протер рукой лицо, мокрое от пота. Итак, что мы имеем? Один брат — элитный наемник Матвеева с ранением. Другой — накачан сильнодействующими препаратами. И оба оказались у него на пороге посреди ночи. Влад почувствовал, как его мозг закипает от перегрузки. При всей своей усталости и раздражении, он не мог оставить братьев в гостиной. С невероятным трудом, рискуя сорвать спину, он сначала перетащил бесчувственное тело Саши наверх, в одну из гостевых комнат. Уложил его на кровать, даже позаботился о том, чтобы укрыть одеялом. Затем вернулся за Олегом. Тот был значительно легче. Череватый разместил его в соседней комнате. Теперь он точно не уснёт, голова гудела от обилия мыслей и вопросов, на которые ответы дать ему никто не мог. Прямо сейчас не мог. Поэтому Череватый пошел в свой кабинет — то место, где он мог хотя бы что-то контролировать. Сев в кресло, он уперся руками о стол и сделал несколько глубоких вдохов. Эмоции в сторону. Он открыл глаза. Пальцы легли на клавиатуру, вбивая первый запрос. «Александр Шепс». Результаты были скудными. Официальные данные обрывались пять лет назад. Школа, несколько наград за участие в соревнованиях по плаванию, пара упоминаний в школьной газете. А потом — ничего. Пустота. Словно человека стëрли. Влад нахмуриля. Это казалось очень странным. Даже у самого скрытного гражданина остаются цифровые следы: налоги, штрафы, банковские счета. Полное отсутствие информации — это не просто скрытность. Это намеренное удаление данных. Он полез глубже, используя свои собственные программы для поиска по закрытым базам данных. И вот тут начало кое-что появляться. Краткая выписка из архива Министерства Обороны: «Кадет А. Шепс. Специальное подразделение подготовки». Влад присвистнул. Это объясняло шрамы и физическую форму. Но запись обрывалась пометкой «Уволен со службы по неразглашаемым причинам». Не «с почетом», не «по состоянию здоровья». Просто «уволен». Ответов на вопросы Влада всё ещё не было. Что должно было случиться, чтобы он пошел на это? Что заставило его продать себя Матвееву и даже набить на себе его клеймо? Поняв, что ничего не добьется, Череватый закрыл все вкладки, связанные с Сашей. Следующий запрос. «Олег Шепс». Информацией о младшем брате пестрило всё: заголовки желтушных газет, порно-сайты. Элитный эскорт. Череватый даже усмехнулся. Не зря сменил фамилию, дабы не ассоциироваться с «этим». Олег всегда мечтал о лёгких деньгах, а теперь он их получил, и таким весьма сомнительным способом. Были форумы, где клиенты обменивались отзывами. «Дорого, но стоит каждого рубля». «Удивительно умён, с ним можно говорить не только о деньгах». «Иногда кажется, что он видит тебя насквозь». «Немного грубоват, но это часть его шарма». Читая отзывы на собственного брата, Влад недоумевал: неужели репутация его семьи стоило всего этого? В одно мгновение он почувствовал только одну эмоцию: отвращение. Мерзость. Он бы до такого не опустился, как бы жизнь не помотала. И всё же, яснее не стало. Кто накачал Олега наркотиками? Недовольный клиент? Каким образом это связано с Сашей? Как они вообще встретились? И тут Влада осенила последняя, самая тревожная мысль. Как? Как, черт возьми, Саша пробрался к дому?! Он открыл протоколы системы безопасности. Все датчики по периметру горели зелёным светом. Система не зафиксировала ни одного сбоя, никаких разрядов или попыток взлома. Это было невозможно. Открыв журнал доступа, Череватый не поверил своим глазам. Время: 01:47. Событие: «Парадная дверь разблокирована». Метод: «Ключ-карта, уровень доступа «Альфа». Идентификатор ключа: 001. Влад застыл, глядя на экран. Он знал этот идентификатор. Во всей системе был только один ключ с таким номером. Ключ, который не использовался уже больше года. Ключ, который лежал в сейфе отца вместе с его завещанием. Личный ключ самого Олега Шепса-старшего. Но это было невозможно. Ключ был у него. Он сам положил его в сейф. Или… был еще один? Дубликат? Запасной, о котором никто не знал? Голова шла кругом. Саша, работающий на Матвеева, врывается в его дом с накачанным наркотиками Олега, используя для этого личный ключ отца. Влад не понимал ровным счетом ничего. Кто такой Саша на самом деле? Как он связан с Матвеевым и почему пришел сюда? Что случилось с Олегом? И, самое главное, откуда у его брата-наемника ключ, который должен был быть похоронен вместе с тайнами их отца? Череватый откинулся в кресле и устало потер глаза. За окном давно рассвело, а дождь почти прекратился. Он посмотрел на два темных дверных проема в коридоре, ведущих в гостевые комнаты. Там, за этими дверьми, спали его братья. Его прошлое, которое он пытался забыть. Его проблемы, от которых он пытался отгородиться. И Влад понял, что как бы ему ни хотелось, просто проанализировать ситуацию и найти логичное решение на этот раз не получится. Ему придется с ними говорить. Ему придется выслушать их. Ради своей же безопасности.

***

Утро принесло Олегу сильную головную боль. Во рту было невероятно сухо, горло першило. Он аккуратно присел на кровати, игнорируя очередной резкий приступ, осмотрелся вокруг: потолки с лепниной, огромная кровать, большое панорамное окно… На нем были не его вещи — простые серые спортивные штаны и черная футболка, слишком свободная в плечах. На тумбочке рядом с кроватью стоял стакан воды и два белых стандарта с таблетками. Он жадно осушил стакан, даже не взглянув на лекарства. — Проснулся? — голос Саши донесся из темноты. Олег вздрогнул. Точно, Саша. Его лицо было последним, что помнил Олег перед тем, как отключиться. Старший брат сидел в другом конце комнаты, в глубоком кресле. Он не спал уже давно. Он сидел и ждал пробуждение брата, прочищая пистолет — своё личное оружие, маркированное выгравированными инициалами «АШ». — Где мы? — спросил Олег. — Мы у Влада. После этих слов повисла тишина. Младший Шепс знал, как сильно Влад его ненавидит. Это проявлялась с детства: от ненавистных взглядов и колких замечаний до драк, которые Череватый затевал по любому поводу. — Ты помнишь что-нибудь со вчерашнего дня? — спросил брата Саша. Олег нахмурился. — Честно? Очень смутно. Шампанское помню. Кажется, он что-то говорил про эксклюзивный сорт. Судя по тому, как раскалывается череп, в этот «эксклюзив» мне что-то подмешали. Ублюдок. В этот момент дверь деликатно, но настойчиво постучали. Не дожидаясь ответа, она приоткрылась, и в проеме показался мужчина средних лет в строгом черном костюме. Его лицо было постным и серым. — Доброе утро, господа. Хозяин желает видеть вас за завтраком в столовой. Прошу следовать за мной. — Хозяин… — Саша не удержался и тихо рассмеялся, качая головой. — Надо же. Влад не изменяет себе. Олег, вздохнув, сполз с кровати. Ноги были ватными, но идти он мог. Столовая оказалась под стать их дьявольскому братцу. Огромный стол из черного дерева, рассчитанный человек на двадцать, был сервирован на троих, и во главе стола, в высоком кресле, похожем на трон, сидел Влад. Он выглядел подозрительно бодрым, словно той бессонной ночи вовсе и не было. На нем была простая черная шелковая рубашка, расстегнутая на пару верхних пуговиц. Он медленно пил кофе, наблюдая за тем, как они входят. На его губах играла легкая, ядовитая усмешка. — Прошу к столу, дорогие мои братья, — его голос был бархатным, как у довольного кота. — Выспались, принцессы? Надеюсь, мои скромные апартаменты пришлись вам по вкусу. Саша молча сел по правую руку от него, Олег — по левую. Слуги бесшумно поставили перед ними тарелки с едой: омлет, поджаренный бекон, свежие фрукты. Запах был божественным, но кусок в горло не лез. — Не стесняйтесь, угощайтесь, — продолжил Влад, отставляя чашку. — Нужно восстанавливать силы. Уверен, у вас обоих была тяжелая ночка. Особенно у тебя, Олежек. Он произнес это имя с такой издевательской нежностью, что Олег стиснул вилку в руке. Он вздрогнул от его тона и слегка отодвинулся от брата. Младший Шепс избегал смотреть ему в глаза. — Спасибо, что… — начал он тихо. — Что, приютил? — перебил Череватый, отпивая кофе. — Не стоит благодарности. Семья есть семья, верно? Хотя я не уверен, входит ли в семейные обязанности предоставление убежища… э-э… работникам сферы услуг. Скажи, Олежка, а сколько обычно стоит твоя ночь? Просто интересно, в какую сумму мне обошлось твоё вчерашнее спасение. Может, выставить счёт твоему последнему клиенту? — Владислав! — одёрнул его Саша, не поднимая головы от тарелки. — Что «Владислав»? — не унимался тот. — Я просто проявляю здоровый экономический интерес. Не бойся меня, я не кусаюсь, — продолжил он, обращаясь уже к Олегу. — Позавтракай. Тебе нужно восстанавливать силы. Работа, я полагаю, требует хорошей физической формы. — Ешь, — прошептал Саша, пододвигая к нему тарелку. Олег послушно поднес вилку ко рту, но кусок омлета застрял в горле. Его тошнило от еды, от запаха кофе, от голоса брата. Руки дрожали. Он чувствовал себя голым и беззащитным под этим ледяным взглядом. — А вообще, это забавно, — продолжил Влад, размешивая сахар в своей чашке. — Мы все трое нашли свое призвание. Я приумножаю состояние нашего покойного батеньки и пускаю его на благие дела. Помогаю тем, кто действительно в этом нуждается. Саша, — он сделал паузу, бросив на старшего брата быстрый взгляд, — судя по всему, тоже нашел нишу в сфере… решения проблем. А ты, Олежек, даришь людям радость. За деньги. Очень рыночный подход. Я оценил. — Заткнись, — тихо, но твёрдо сказал Олег. — О, мы стали чувствительными? — усмехнулся Череватый. — Странно. Мне просто любопытно. Ты ведь всегда шёл по лёгкому пути, не так ли? Зачем учиться, зачем работать, когда можно просто… продавать себя? Это ведь так просто. Наверное, тот синяк на скуле — это профессиональная травма? Или клиент остался недоволен сервисом и отказался платить? Младший Шепс машинально коснулся лица, почувствовав резкую боль. Влад не шутил. — Да что ты знаешь? — Олег постепенно начинал закипать. — Ты думаешь, я хотел этого? Думаешь, мне нравится то, чем я занимаюсь? — Выбор есть всегда, братик, — отрезал Влад. — Всегда. Я свой выбор сделал. А что сделал ты? Решил, что лучший способ распорядиться своей жизнью — это сдавать своё тело в аренду? Вы оба — позор для фамилии отца. Как хорошо, что я больше с вами не ассоциируюсь. — Влад, ради всего святого, успокойся, — Саша не выдержал, его голос стал громче и жестче. — Почему? Мы же семья. Должны обсуждать наши успехи. Вот скажи, Олежа, у тебя есть прайс-лист? Или цена зависит от настроения? А может, от толщины кошелька клиента? Есть скидки по семейному тарифу? Это было последней каплей. Олег резко вскочил. Тарелка с грохотом опрокинулась на белоснежную скатерть, оставляя жирное желтое пятно. — Хватит! — закричал он. — Да, я такой! Слышишь? Я шлюха! Я продаю себя, потому что больше ничего не умею! Потому что мне нужны были деньги, чтобы выжить, пока ты тут сидел в своей золотой клетке и считал свои миллионы! Он задыхался, слова вырывались с трудом. — Ты ничего обо мне не знаешь! Ничего! Ты сидишь тут, в своем стерильном мире, и судишь всех со своей колокольни! Святоша! Тебе противно? Так я уйду! Мне не нужна твоя помощь! Мне не нужно твое презрение! Я лучше сдохну на улице, чем проведу еще одну минуту в твоем доме! — Куда ты пойдёшь? — с издевкой спросил Влад. — Обратно на панель? Твой сутенёр, наверное, уже заждался. Олег не ответил. Он просто шёл к выходу, спотыкаясь, ничего не видя перед собой из-за слёз. Ему было всё равно, куда идти. Куда угодно, лишь бы подальше отсюда. Но не успел он дойти до выхода, как его путь преградила мощная фигура Саши. Он тоже встал и теперь стоял между ним и дверью. Он положил руку на плечо младшего брата. — Пусти, — попросил Олег. Он немного успокоился, но его сильно трясло. — Я не могу здесь оставаться. — Ты не можешь уйти, — твёрдо сказал Саша, разворачивая его к себе. — Ни ты, ни я. Мы не можем уйти. — Почему это? — раздался сзади насмешливый голос Влада, который с интересом наблюдал за этой сценой. — Боишься, что я выставлю вам счёт за гостеприимство? Не волнуйтесь, для членов семьи — скидка. Саша проигнорировал его. Он смотрел прямо в глаза Олега и говорил только с ним. — Потому что если ты выйдешь за эту дверь, ты и часа не проживёшь. И я, скорее всего, тоже. Младший Шепс непонимающе моргнул, смахивая слезу. — О чём ты говоришь? Саша глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Он бросил быстрый, тяжёлый взгляд на Влада, который всё ещё сидел за столом. — Вчера я был не просто так в том борделе. Я не случайно там оказался. Он сделал паузу, давая словам впитаться в звенящую тишину особняка. Олегзамер, прислушиваясь. — У меня был заказ. Моей целью был твой клиент. Я должен был его убить. Но я не знал, что там будешь ты. И что-то внутри меня заставило бросить всё и спасти тебя. Влад молчал. Он пытался держать лицо, но скрывать интерес было всё сложнее. — Я работаю на одного очень… влиятельного господина. Он не любит, когда его приказы не выполняются. И не любит, когда его люди своевольничают. А я не просто не выполнил приказ. Я предал его. И он этого не простит. — И кто же этот твой… работодатель? — спросил Влад, отлично зная ответ. Однако ему нужно было подтверждение. Старший Шепс посмотрел прямо ему в глаза. — Его имя тебе хорошо знакомо. Я работаю на Дмитрия Матвеева. Олег ахнул и закрыл рот ладонями. Киллер. Его брат — киллер. Эта мысль была настолько чудовищной, что не укладывалась в голове. Мир качнулся и перед глазами всплыло то самое шампанское. Его накачали, чтобы он был послушным и не запомнил клиента. Влад медленно поднялся. — Он знает, что вы здесь? — Еще нет, — ответил Саша. — Но это вопрос времени. Он перевернет всю Москву, чтобы найти меня. А когда найдет, он найдет и вас. И он не успокоится, пока не зароет нас всех троих в одной яме. Он отпустил Олега, который медленно сполз по стене и сел на пол, обхватив колени руками. Его слезы высохли, оставив на лице грязные разводы. Сейчас он чувствовал только страх. Сейчас он боялся так, как никогда в своей жизни. Череватый медленно осмотрел обоих братьев. Он видел в них исключительно проблему. То, от чего он пытался откреститься всю свою жизнь. Но именно то, от чего он так яро бежал, теперь стало его главной проблемой. — В мой кабинет, — приказал он. — Оба.