Великолепные и замудренные легенды Острова Д.

Ева боялась засыпать. И пусть мучил голод, усталость вперемешку с холодом и сыростью, она продолжала ждать. Она прислушивалась к шагам на улице. Вдруг услышит знакомые. Может она уже выучила, как ходит Гоша? Но она ничего не слышала. Когда слушание больше не помогало, а глаза слипались так, что она бы прямо сейчас на неделю и уснула, ей пришла в голову идея. Гоша ведь осматривался. Значит и ей стоит. Она подошла к решеткам. Вроде толстые, но держатся еле как. Она сковырнула кусок ржавчины и оказалось, что прутья полые. Интересно, понял ли он это? Ева провела вдоль горизонтального прута и ощутила, как на пальцах осталась влажная грязь. Никто здесь не убирает. Да и зачем. Время шло и девочка облазила всю камеру, даже проверила на прочность крюки. Крепко держатся. И вот, когда занять мысли снова было нечем, дверь снова открылась. Она ждала с замиранием сердца, но Гоши не оказалось. Это были те парни, что увели ее. Девочка шла спокойно, стараясь успевать в темп конвоя. Долгие переходы. Улица. Дождь на удивление стал спокойнее. Она посмотрела на небо и вдохнула чистый воздух. Он сильно отличался от лесного, только она не могла понять чем. Она вертела головой, разглядывая хмурые каменные здания в один-два этажа и дворик, в котором стояли составленные друг на друга ящики, коробки и прочие вещи. И вот лестница и дверь. Она старалась унять беспокойство, но выходило с трудом. Ее втолкнули в кабинет и тут же закрыли дверь. Свет горел приятный, чуть приглушенный. Ева наконец ощутила тепло. А потом посмотрела на человека, стоящего совсем рядом. — Ева, здравствуй. — он вновь чуть улыбнулся и, едва касаясь ее спины, повел к столу, — Присаживайся. Она медленно села за тот же стул, где совсем недавно сидел Гоша. — Кажется, ты сильно замерзла, — от этих слов девочка сжала пальцами ногу, унимая дрожь. — может, чаю? — Нет, спасибо — тихо ответила она, стараясь звучать естественнее. — Мы так и не познакомились как следует. Меня зовут Квентин, очень приятно. Он все-таки поставил небольшую чашку свежезаваренного чая, а после тарелочку печенья. — Угощайся.- он сел за свое место, но Ева не брала, — ну же, я бы не стал вас травить. Он смотрел на нее чуть оживленнее, чем раньше. Не так жутко, может. И все же она поддалась, сделала глоток. Он улыбнулся, так спокойно, наблюдая, как медленно расслабляются ее мышцы. Голос ослабевает, возвращается какая никакая ясность, а сразу после — желание спать. — Не люблю, когда так обращаются с девушками. — спокойно произнес он, — но кажется тебе уже лучше. — Да, спасибо. — с ноткой твердости ответила Ева, — Что тебе от меня нужно? Она старалась подбирать слова как можно нейтральнее, все-таки словарный запас оставлял желать лучшего. Да и акцент. Квентин блеснул глазами. — Откуда вы пришли? — Издалека. — Наверное, трудно было добираться. — Иногда да. — Иногда… — повторил он и хмыкнул и тише добавил, — Занятно. — Где Гоша? — набравшись смелости, спросила она. — Отдыхает. — он снова улыбнулся, — Перед работой. Мы заключили небольшой договор. Тебе нужно выполнить свою часть. — Какую? — Тут произнесла девочка. — Кажется ты должна кое кого убить? Стенли, не так ли? Она напряглась, бросив короткий взгляд на левую руку. — Ты наверняка правила знаешь, не маленькая уже. Выхода у тебя нет. — Знаю. — Это хорошо. — его голос потеплел чуть сильнее. Чай закончился, Ева поставила чашку обратно, но печенье так и осталось нетронутым. — Я зайду к тебе завтра. А пока тебе тоже нужно отдохнуть. — Он вновь поднялся и, подав руку, помог Еве подняться. Улицы окончательно опустели, а дождь, в конце концов, прекратился. Но воды по-прежнему бушевали, создавая всем давно привычный шум. Девочка шла быстро, постоянно поглядывая на своего надзирателя. Квентин шел рядом, но все равно оказывался чуть позади. Он довел ее до небольшой комнатки. — Доброй ночи, Ева. — удивительно тихо произнес он и открыл дверь. Она не ответила, только прошла и застыла. Гоша сидел на одной из узеньких кроватей. Живой. И только он заметил Еву, тут же подскочил с места. Дверь закрылась, но наставник поймал на себе хитрый, пусть и мимолетный взгляд. — Ты в порядке? — он машинально коснулся ее руки, подходя ближе. В свете из небольшого окошка, он пытался разглядеть подопечную. — Все хорошо. — Что он тебе говорил? — его голос оставался все таким же напряженным, но он медленно повел ее к кровати, усаживая. — Чай предлагал, еду, от еды я отказалась. — она поглядела на Гошу, но в его взгляде не было осуждения. — спрашивал, откуда мы. — А ты…? — Не сказала. — Ну хорошо. — он выдохнул и чуть расслабился. — Он сказал, что зайдет завтра. — Знаю. — Он отвел взгляд. — нужно отдохнуть. Завтра тяжелый день… Гоша собирался вернуться к своей кровати, но вновь посмотрел на подопечную, почувствовал, как она подрагивает, пусть и не было холодно в комнате. Он остался рядом, позволяя опереться на себя. Тихо. Никто давно уже не шастал по улицам. Дождь прекратился. Парень смотрел на дверь, лишь иногда прикрывая глаза. Никак не мог уснуть, боялся, может. Снова утро. Первое свободное утро. Дверь открылась бесцеремонно внезапно. Гоша уставился на незнакомцев, что принесли еду. Он не сдвинулся с места, а лишь осторожно прикрыл одеялом спящую у него под боком Еву. — У тебя десять минут. — констатировал незнакомец и, оставив второй поднос, вышел. Скоро работа, подумалось ему, когда до носа долетел запах риса с овощами и яйцом. Его порция опустела быстро, вода улетела стремительно. Дверь снова открылась. Но на пороге оказался Квентин. Он бросил короткий взгляд на пустую тарелку, на спящую Еву. Бедная настолько устала, что ничего не слышит. Гоша понял все без слов, только поднялся и вышел из комнаты, стараясь лишний раз не шуметь. Они шли молча, каждый думал о чем-то своем. Но кузнец то и дело ощущал, как поглядывают на него два слишком спокойных глаза откуда-то сверху. Однако, к его счастью дорога оказалась недолгой, но очень… Тихой. Парень невольно провожал каждого встречного взглядом, стараясь понять, почему все настолько тихие. Никто не смотрел на них, все лишь отводили взгляд, ускоряли шаг, бросая «Доброе утро», «Здравствуйте». Кузница оказалась просторнее, чем та, что была дома. Все лежало на своих местах, разложено по размеру, от большего к меньшему. Гоша одобрительно поглядел на своего нового начальника. — Задание оставил на столе. Примеры там же. Квентин ушел так же спокойно, как и шел раньше. Дверь захлопнулась. Вздохнув, парень направился к столу. Разглядывая список, он качал головой, слишком много делать. Может не успеть. И лишь такая мысль промелькнула, он тут же смахнул ее, возвращаясь к делам. Но сначала нужно переодеться. В форме не оказалось ничего необычного, темный кожаный фартук, льняная рубаха и ботинки, почти такие же, как сапоги начальника, только заметно постарше. Работа стояла жаркая, тяжелая. После долгих путешествий Гоша разминался долго, привыкал к новому месту. Но довольно быстро втянулся, начав с наконечников для стрел. А Квентин возвращался обратно, осматривая свои владения. Подобно слаженному механизму, все при деле. Никто не прохлаждался. А на лице его легкая полуулыбка, только никто не смотрел на нее. Ему и не нужно было внимание. Улица встретила приятной, пусть и сырой прохладой. Тяжелое пальто черного цвета едва колыхнулось под порывом ветра. Он вдохнул аромат свежего хлеба. Пекари как всегда вовремя. Брусчатка местами проваливалась, создавая ямы, в которых собралась вода. Но он не обращал внимания ни на ямы, ни на лужи. Телега проехала мимо, парень вежливо поздоровался. Он добродушно кивнул, не сбавляя темпа. Солнце осветило серый камень. Квентин давно привык к серости этого мира и лишь изредка возвращался на берег, чтобы поработать. Ева проснулась несколько позже, услышав, как не громко захлопнулась дверь. Она приподнялась, убирая одеяло. Кровать скрипнула, почти так же, как поскрипывали пружины Асиной кровати, когда она просыпалась ранним утром. Но это не то. Пустая безжизненная комната, хотя едва пахла все еще вкусно, особенно после Гошиной готовки. Девочка села за стол, не решаясь взять в руки небольшую ложку, она смотрела на соседний поднос, на практически чистую тарелку. Наверное, и ей можно. Не спеша она отправила ложку за ложкой в рот. Не заметила даже, как завтрак подошел к концу. Но живот впервые за столько времени наполнился. Долго ждать не пришлось, наблюдая за людьми она заметила знакомое лицо. При свете дня оно казалось не таким опасным. Прямая осанка, не слишком узкие плечи, которые казались шире из-за пальто. В руках непонятный сверток. Он остановился на мгновение, чтобы поздороваться с кем-то. Он вытащил руку из перчатки, крепко пожал руку и приветливо, пусть и сдержанно, улыбнулся. Было в этом что-то. Подозрительное. И страшное, когда его взгляд встретился с ее. Она тут же отошла от окна, но вернувшись, он уже следовал дальше, заметно ускорившись. В дверь постучали минут через десять, может, чуть позже. Ева не могла знать наверняка — часов не было. — Добрый день, Ева. - Голос казался еще спокойнее и мягче, чем вчера. - Надеюсь, ты смогла выспаться. Квентин закрыл за собой дверь. Он подошел ближе, не замечая, как девочка пятится назад. Он положил на край кровати сверток, перевязанный бечевкой, и вышел, сказав в проходе: — Переодевайся и выходи. Разрезав веревку, она увидела простую, но чистую одежду: рубашку, мягкую и теплую на ощупь, штаны из плотной ткани, удивительно хорошо подошедшие ей по размеру, и плащик, который все же был немного великоват в рукавах. С улицы вещь казалась заметно меньше. Но она быстро переоделась, почувствовав на себе приятную, а главное чистую одежду. Обувь осталась прежней. Ева вышла из укрытия и тут же увидела Квентина, проверяющего часы. — Пойдем. - коротко взглянул он на девочку и вновь увлек за собой. — Как тебе одежда? Он поглядел на нее, не опуская головы. Ева не отвечала с полминуты, вспоминая подходящее слово. — Удобно. — наконец выдала она и поняла, что использовала не то окончание, — Удобное, спасибо. — Это хорошо. - он криво улыбнулся. Приходилось сильно ускоряться, чтобы поспевать за широким, но все равно неторопливым шагом. Ноги стали уставать, но она продолжала следовать рядом. Не упуская его из виду. Они шли молча. Люди коротко поглядывали на Еву, а она на них. Было что-то печальное в глазах незнакомцев, но это наблюдение быстро осталось без внимания. — Ты помнишь вчерашний разговор? — Да. Квентин остановился у вытянутого дома, огороженного невысокой калиткой, по сравнению с которой юноша казался настоящим великаном Может, дело в небольшом каблуке, из-за которого его шаг становился слишком заметным. Они прошли по небольшой посеревшей лужайке. Осень взяла свое, и летняя живость отошла на второй план. Тогда Ева прислушалась. Вместе с ветром, до ее ушей донеслись голоса. Множество голосов, высоких, быстрых и таких… Оживленных. Девочка напряглась, когда они сошли с каменной дорожки и пошли по траве на задний двор. Влажная земля чуть хлюпала под ними, но провожатый не обращал на это внимания. Он смотрел прямо, спокойно и уверенно. Как и всегда. Они остановились чуть поодаль и девочка поняла, что хотел ей показать Квентин. Дети, играющие на большой площадке. Они носились, залезали на башенки, турники, кто-то качался на качелях. Кто-то играл в догонялки, а кто-то просто общался, сидя в небольшой беседке. Нечто блеснуло в глазах юноши, когда он приметил одного мальчика. Он сидел с кем-то, разговаривал, но выглядел спокойнее всех. Он понял, что девочка увидела его, и наклонившись к ней произнес, почти шепотом: — Ты помнишь свою часть сделки? Ева не поворачивалась. Она смотрела на мальчика, точно зная, как его зовут. Квентин вновь выпрямился, поправил рукава. «Я не смогу» — хотелось крикнуть, но голос предательски дрогнул, когда она сказала: — Когда?