Муж на тысячи дней

POV Юнги Я вышел из студии и направился в зону для курения. Время на телефоне показывало четыре часа дня. Значит, в Корее уже утро Чусока. Наверное, Джиён уже провела поминальную церемонию. Я машинально коснулся кольца, которое висело на цепочке под футболкой. Может, позвонить ей? Узнать, как она. Как прошла служба. Ещё раз извиниться за то, что не смог поехать. Я докуривал уже вторую сигарету и всё никак не мог решиться нажать кнопку вызова. Кто-то окликнул меня по имени. — Юнги, все собрались и ждут тебя. — Уже иду. Я посмотрел на экран телефона. Потом всё-таки нажал кнопку вызова и поднёс телефон к уху. Если не позвоню сейчас, то до завтра времени уже не будет. — Алло? Раздался голос Джиён. — Как ты? — Нормально. Ответ прозвучал слишком сухо. — Ты уже провела церемонию? — Да. — Прости, что не смог поехать с тобой. Я устало прислонился к стене. — Это твоя первая церемония. И тебе приходится проводить его одной. Она ничего не ответила. От этого стало только хуже. — Можешь не отвечать. Я невольно усмехнулся. — Я и так понимаю, что ты злишься. И вдруг в трубке послышался мужской голос: — Джиён, я взял кофе. Тут рядом есть кофейня. Я замер. Сигарета между пальцами догорела почти до фильтра. Через секунду я услышал, как Джиён быстрым шагом куда-то ушла и закрыла дверь. — Кто это? Несколько секунд стояла тишина. Потом Джиён спокойно ответила: — Тэмин. Я резко выпрямился. — Что? Сердце неприятно кольнуло. — Тэмин сейчас с тобой? — Да. — В нашем доме? Несколько секунд Джиён молчала. — Юнги… Но я уже не слушал. — Что он там делает? — Он приехал помочь мне. — Зачем? Я невольно повысил голос. — Ему там не место. — Я не могла просто не пустить его. — Что значит не могла? — Он приехал через всю страну. — И поэтому ты впустила его в дом? — Юнги… — Что ты вообще несёшь, Джиён? — Поговорим, когда вернёшься. — Нет. Я крепче сжал телефон. — Объяснись сейчас. Несколько секунд она молчала. А потом её голос дрогнул. — Юнги… — Что? — Я только что провела поминальную службу. Я нахмурился. — И? — Одна. Её голос стал тише. — Я стояла перед алтарём совсем одна. Словно сирота, будто у меня никого нету.  Она нервно выдохнула. — Хотя нет. Я и есть сирота. У меня перехватило дыхание. — Джиён… — И всё, что тебя сейчас волнует, это Тэмин. Почему он здесь. Что он делает рядом со мной. Она всхлипнула. — Он единственный человек, который не оставил меня одну в этот день и приехал помочь. А ты… Я услышал, как она заплакала. Потом в трубке стало тихо. И через секунду связь оборвалась. Джиён сбросила вызов. Я ещё долго не мог прийти в себя. Её слова больно ударили прямо в сердце. Уезжая в Америку, я был уверен, что она справится. Проведёт церемонию сама. Потому что Джиён всегда казалась мне сильной. Слишком сильной. С момента смерти родителей я ни разу не видел её слёз и почему-то решил, что она действительно справилась. Что ей уже легче. Что она пережила это. Теперь я понимал, насколько ошибался. Она просто не плакала при мне. Я провёл рукой по лицу и тяжело выдохнул. Блять. Наверное, мама была права. Мне стоило остаться хотя бы на один день. Стоило поехать с ней. Стоило быть рядом. Я посмотрел на экран телефона. Хотелось снова набрать её номер. Но после того, как закончился наш разговор, я не был уверен, что она вообще захочет со мной говорить. Я убрал телефон в карман и поднял голову к вечернему небу. И всё же одна мысль не давала мне покоя. Тэмин. Какого чёрта он вообще делает рядом с ней? Разве я не сказал ему держаться от моей жены подальше? От одной только мысли, что сейчас он находится рядом с Джиён, внутри снова начала подниматься злость. И это раздражало меня ещё больше. Потому что ревновать её я не имел никакого права. Вернувшись в студию, я еле досидел до конца собрания. Мысли постоянно возвращались к Джиён. К её слезам. К её голосу. К словам о том, что она осталась одна. Когда собрание наконец закончилось, менеджер сообщил, что завтра утром начинается запись. Поэтому сегодня мне нужно беречь голосовые связки. Никакого холодного. Никакого караоке. И, конечно же, никакого алкоголя. Я только усмехнулся. Обычно это не стало бы для меня проблемой. Но сегодня был явно не тот день. Я прекрасно понимал, что после разговора с Джиён вряд ли смогу спокойно уснуть. Особенно теперь, когда перед глазами постоянно всплывала одна и та же картина. Этот чёртов Тэмин рядом с Джиён. И они вдвоём в Тэгу. Я раздражённо провёл рукой по волосам. Будь она сейчас в Сеуле, я бы уже попросил Чимина съездить и набить этому Тэмину морду. Хотя нет. Чимин бы сначала прочитал мне часовую лекцию о доверии и здоровых отношениях. А потом всё равно поехал бы. Я устало закрыл глаза. Сегодня я действительно не представляю, как пережить эту ночь без алкоголя. Я вернулся в гостиницу и поднялся к себе в номер. Приняв холодный душ, я лёг на кровать и потянулся к телефону, который лежал на тумбочке. Нужно узнать, вернулась ли Джиён домой. Я быстро набрал сообщение: «Вернулась в Сеул?» Ответа не было. Тогда я решил позвонить. Но она не взяла трубку. Я нахмурился. Она что, решила испытывать мои нервы? Я набрал её ещё раз. Длинные гудки. И снова без ответа. Я раздражённо отбросил телефон на кровать. Сейчас в Корее только час дня. Она точно не спит. Тогда почему не отвечает? Может, всё ещё злится на меня. Или… Я невольно поморщился. Может, она сейчас с Тэмином. От этой мысли настроение испортилось окончательно. Я решил спуститься в ресторан гостиницы и хотя бы выпить стакан виски. Иначе точно сойду с ума. Или куплю ближайший билет до Кореи. Телефон всё ещё лежал в руке. Я в последний раз посмотрел на экран. Ни звонков. Ни сообщений. Блять, неужели так сложно ответить? Я убрал телефон в карман и направился к лифту. Нужно отвлечься. Хотя бы на пару часов перестать думать о Джиён. Я и не заметил, как один стакан превратился в шесть. А может, и в семь. После третьего я уже перестал считать. Всё это время я то и дело поглядывал на телефон в надежде, что Джиён всё-таки ответит мне. Но экран оставался пустым. — Господин, мы закрываемся. Голос бармена вырвал меня из мыслей. Я поднял голову и посмотрел на часы. Уже час ночи. Я расплатился, поднялся со своего места и вышел на улицу. Прогуляюсь немного. Может, это поможет протрезветь. Гостиница находилась недалеко от побережья, и я направился в сторону океана. Ночной город постепенно затихал. На улицах почти не осталось людей. Только шум волн и холодный ветер. Я засунул руки в карманы и медленно пошёл вдоль берега. Солёный морской бриз действительно помогал прийти в себя. Голова уже не казалась такой тяжёлой. Да и дорога больше не качалась перед глазами. Я остановился у ограждения и посмотрел на тёмный океан. Где-то по ту сторону находилась Корея. И сейчас мне хотелось оказаться там гораздо сильнее, чем здесь.  Я уже собирался возвращаться в гостиницу, когда заметил у тротуара припаркованный электронный самокат. Утром я ездил на таком до студии. Удобная штука. Я остановился перед ним и несколько секунд смотрел. Потом достал телефон и отсканировал QR-код. Наверное, это был алкоголь. Потому что трезвый человек никогда бы не решил кататься по ночному Лос-Анджелесу после виски. Через минуту я уже ехал по набережной. Ветер бил в лицо. Настроение неожиданно стало лучше. И в этот момент передо мной появился фонарь. Точнее, он стоял там всё это время. Просто я заметил его слишком поздно. — Блять. Раздался глухой удар. Самокат резко дёрнулся в сторону. Через секунду я уже лежал на асфальте. Несколько секунд я просто смотрел в небо. Потом медленно сел. Я перевёл взгляд на самокат. Переднее колесо смотрело куда-то в сторону океана. Кажется, я его сломал. — Отлично. Первый день в Лос-Анджелесе проходит прекрасно. Я достал телефон и набрал менеджера. Он ответил после второго гудка. — Хён, я врезался в уличный фонарь и сломал его. На другом конце повисла тишина. — В смысле? — В прямом. — Как? Я посмотрел на покорёженный самокат. — На скорости. — Юнги, что ты вообще делаешь на улице в час ночи? — Катаюсь на электросамокате. Я сделал паузу. — Он, кстати, тоже сломан. — Ты пьян? — Да. Снова тишина. Потом я услышал тяжёлый вздох. — Блять, Юнги, ты издеваешься? Тебя кто-то заметил?