72 часа в библиотеке

Ночь ворошила сознание, впиваясь в голову когтями чужих-своих воспоминаний, окуная в вязкий омут чьих-то чувств. Наруто ворочался, метался, бежал сквозь сновидение и все не мог остановиться.  Он видел густой лес, проносясь сквозь высокие пышные кроны, вдыхал аромат запыленной дороги, с сорвавшимся дыханием пробегая по ней, он падал вниз, холодный воздух пронзал кожу, а внизу с ревом разбивалась о камни вода. Водопад. Лязг металла о металл, звонкий, режущий слух, перемежался со звуком чириканья тысячи птиц. Тяжелый взгляд багряно-алых глаз.  Вновь бежал, бежал и не останавливался, гнался за кем-то, искал, пытался вернуть. Вернуть и не отпускать. Никогда.  Сон — дымка, сон — иллюзия, сон — реальность. Он видел и чувствовал. До боли знакомо, до острого жжения в груди. Эти ощущения, прожженные в нём насквозь, впитались в кровь, застыли в самых глубинах души, разодранной на осколки. Он видел снег, черные силуэты, слышал слова, чужие голоса, режущие больнее лезвия. Предатель. Не спасти. Ликвидировать. Дыхание оборвалось, воздух сжался, стиснулся, застрял в легких.  Ночь плела тонкие нити, паутинки. Играла, дергала словно марионеткой. Он говорил, но не слышал слов, улыбался. И обещал спасти или умереть вместе, ведь по-другому невозможно. Для него невозможно. Он видел глаза, темные, глубокие, родные. Видел кровь, чувствовал липкий, приторный, металический запах. Что-то кричал, кричал так, что рвал голос, но звук глох в пустоте. Затихший гул, стеклянный бисер капель воды и золотом малинового рассвета подсвеченное небо. Наруто дёрнулся, рывком распахнув глаза. Сердце бешено колотилось.  Над ним нависал Саске, сидя возле головы, низко наклонившись. Он хмуро смотрел сверху вниз. — Ты чего орешь?  — Всю ночь снился какой-то бред, — выдохнул Наруто, тяжело прикрывая лицо рукой, сжимая пальцами виски. — Там был ты и ты ушел, а я хотел тебя вернуть, — бессвязно бормотал Наруто осипшим голосом. Саске слегка недоуменно хмыкнул, неторопливо выпрямляясь.  — Вернул? — Вернул, — кивнул Наруто. — Еще тебя хотели убить. — Кто? — Все. — Убили? — Я бы не дал. — Почему? — Откуда я знаю, это же сон, но я просто уверен в этом, — Наруто прикрыл глаза, приложив ладонь к взмокшему лбу. — Всего лишь сон, — хрипло произнес он, смахивая в сторону налипшие волосы, — но такой реалистичный, будто я сам там был. Наруто попытался приподняться на локтях, внезапно почувствовав что-то тяжелое на груди. Кот недовольно поднял морду, развалившись на нем  и небрежно перекинув хвост через плечо Наруто. Саске наблюдал за отчаянными попытками Наруто снять с себя кота, он громко кричал, пытаясь стряхнуть его и отплевывался от шерсти. Кот упорно протестовал.  — Я бы все сейчас отдал за тарелку лапши, — усадив наконец кота на руки, мечтательно выдохнул Наруто.  — Есть только это, — коротко отозвался Саске, протягивая открытую пачку печенья. Наруто печально окинул ее взглядом и принялся шуршать упаковкой, отворачивая мятые края в стороны.  — Мой телефон сдох, — пережевывая сухую крошку, произнес он. — Есть новости какие-то, когда уже закончится буря? — Никаких, — мрачно ответил Саске. — Она продолжается. — Давно такого не было, — лениво потягиваясь, заметил Наруто. Толстовка, задравшись, оголила тонкую полоску загорелой кожи над джинсами. Он вытер губы тыльной стороной руки и внезапно весело добавил:  — Что ж, сама судьба решила, что мы должны стать друзьями. Саске смерил его скептическим взглядом и, молча отвернувшись, неторопливо встал. Он не спеша направился в глубину зала, скрывшись среди стеллажей и оставив Наруто в относительном одиночестве. Наруто зевнул, скомкал пустую упаковку от печенья и небрежно закинул ее в урну. Промахнулся. Чуть поморщившись, наклонился вниз, пытаясь дотянуться до нее пальцами.  Кот с интересом подошел, принюхивавшись, вскочил на стол. Наруто насторожился, услышав тонкий, еле уловимый звук — прерывистое  скольжение фарфора по деревянной поверхности. Кот мягкими, игривыми касаниями двигал чашку Саске ближе к краю. Наруто повернул голову. Легкий толчок — и чашка едва заметно сдвинулась еще на пару миллиметров. — Эй-эй-эй… — прошептал он, начиная медленно подниматься.  Он потянулся вперед, надеясь схватить чашку раньше, чем она сорвется вниз, но все же кот оказался проворнее. Осторожное движение лапы, невесомое, мягкое касание и чашка качнула глянцевым боком, задержавшись на секунду, стремительно полетела вниз.  — Чёрт… — выдохнул он. Фарфор со звоном разлетелся на куски, разбрызгав по полу остатки кофе. Кот, перепугавшись, торопливо заскользил на месте. Оставляя мелкие влажные следы, спрятался за стопкой книг. Саске появился в проходе через несколько секунд. Оценивающе посмотрел на Наруто и разлетевшиеся неровными краями обломки.  — Что тут у вас творится?  В голосе прозвучали низкие нотки раздражения и нескрываемого недовольства.  — Это был не я, — быстро выпалил Наруто, отрицательно замахав руками. Саске медленно поднял бровь. Сделал несколько шагов ближе, подцепил носком ботинка один из осколков и коротко выдохнул. — Конечно. Само разбилось. Кот предательски скрылся из виду. Наруто раздражённо бубня что-то себе под нос о несправедливости, опустился на колено и начал неуклюже собирать осколки. — Я не нанимался сюда уборщицей, вообще-то, — бормотал он, сгребая пальцами рассыпанные фрагменты фарфора. Недовольно цокал, когда острые уголки цепляли подушечки пальцев. — Болван, какой же ты беспомощный, — устало произнес Саске, качнув головой. Он наклонился и, одним движением, собрал оставшиеся куски, аккуратно положив их в угол. — Я бы и сам справился, — фыркнул Наруто, отряхивая колени. Остаток дня Наруто болтал без умолку, рассказывая все новые и новые истории, порывисто жестикулировал, громко смеялся, удачно и неудачно шутил. Ходил между стеллажей, что-то искал на верхних полках, переставлял какие-то книги с места на место, кормил кота остатками молока, садился перечитывать конспект и расспрашивать Саске. Тот, хотя и делал вид, что сильно занят и раздражен, все же отрывался от своих дел и принимался объяснять.  Снег бился об окна, рассыпался орнаментом на стекле, забивался в щели. Ветер не утихал, склоняя потяжелевшие ветви деревьев к земле. Густая темнота накрывала город, разливалась сине-черным полотном по небу, утопая в кружащем снегу. Третий день, когда они были в заточении ледяного плена снаружи. Библиотека засияла мягким светом ламп. Плотные ряды книг, отбрасывали длинные прямоугольные тени.  Наруто лениво вытянул ноги, раскинувшись на стуле и, без интереса, листал книгу. Страницы с шелестом скользили одна за одной, пальцы со скукой барабанили по столу.  — А еще девушки… — резко вспомнив, что не договорил, сказал Наруто.  Саске, поглощённый собственными размышлениями, спросил:   — А что с ними? — Ну, — протянул Наруто, взлохмачивая волосы рукой. — Ты вроде как на свидание собирался два дня назад, — насмешливо напомнил Саске.  — Да, — кивнул Наруто, решив не упоминать, что уже напрочь об этом забыл. — Но вечно у меня с ними…сложности. — Например? Наруто отвел взгляд в сторону, успев пожалеть, что затеял этот разговор. Он ковырнул ногтем выемку на краю стола. — Был у меня момент в первом классе, — он коротко усмехнулся и уперся взглядом в пол. — Упал я значит…поскользнулся и одноклассника поцеловал.  Лицо Наруто залило тлеющей краской. Саске, на удивление, никак не отреагировал. Он продолжал невозмутимо переставлять книги в стеллаже, упорно глядя прямо перед собой.  — Чуть от ужаса с ума не сошел, — прочистив горло, хрипло продолжил Наруто.  Челка Саске упала на лицо, темной тенью скрывая взгляд. Наруто невольно обрадовался его молчаливости, слушать в этот момент насмешки не хотелось.  — Одноклассник, кстати, после этого ушел из моей школы. Это был первый день и я даже не знал, как его зовут, — задумчиво потерев пальцами подбородок, добавил Наруто. — Он был такой мрачный…На тебя чем-то похож, — звонко уточнил Наруто. Саске стоял, не поворачиваясь. Наруто показалось, что его рука с книгой замерла на долю секунды перед тем, как протиснуть ее в узкое пространство стеллажа.  — В общем, я студент, а кроме того раза, даже не целовался никогда, — откровенно признался Наруто. Саске повернулся к нему лицом. Смерил его странным взглядом, отчего стало как-то неловко и внезапно душно.  — Никогда не целовался, значит? — вполголоса спросил Саске. Наруто раздражённо вскинул голову.   — Дай угадаю, — продолжил он, нервно хмыкнув. — Сейчас будет очередная подколка. Саске шагнул ближе. — Нет, — тихо сказал он. — Тогда что? — нахмурился Наруто. Саске оперся ладонью о стол, резко сокращая и без того небольшое расстояние между ними. — Ты же сам только что жаловался, — сказал он спокойно, наклоняясь ближе. Наруто опешил, затем моргнул, запоздало осознавая, насколько близко лицо Саске. Ему вдруг не хватило воздуха, тепло его тела стало ощутимым. — Что ты… — Помогаю тебе расширить кругозор, — безразлично бросил Саске.   И прежде, чем Наруто успел договорить, Саске, легко придерживая его затылок, прижался к губам.  Губы Саске оказались мягкими, а движение уверенным, но сдержанным, как будто он неторопливо проверял границы.  Когда Саске отстранился, в его глазах блеснуло что-то вроде любопытства.   — Ничего сложного, как видишь. — Ты…ты вообще в своём уме? — выдавил Наруто, глядя на него упрямым взглядом полным недоумения и вспыхнувшего в глубине вызова.  Он медленно поднялся со стула, выпрямляясь. — Ты сказал, что никогда не целовался, — спокойно напомнил Саске. — Теперь можешь не жаловаться.  Он усмехнулся, делая шаг назад. Тишина. Секунды тикающих библиотечных часов меркли на ее фоне вместе со звуками бушующего ветра за стеклом. Сколько длилось их молчание? Хаотично скользившие в голове мысли, сбившееся от волнения дыхание, легкий румянец на щеках и взгляд, смотрящий с укором и вызовом в холодные глаза напротив. — Подожди, — неожиданно позвал Наруто.  Саске замер.   — Что ещё?   — Сделай это ещё раз, — требовательно сказал он.  Саске чуть прищурился, недоверчиво на него покосился.  Медленно шагнул навстречу, застывая в опасной близости и сталкиваясь глазами. Расстояние почти стерлось, исчезло, растворившись в наэлектризованном напряжении. Он смотрел так, что воздух тяжелел, сковывал. Дыхание застыло в ожидании. Мышцы вязко оцепенели. Саске осторожно склонил голову вбок, глядя из под полуприкрытых век, медленно прислонился к губам Наруто.  Этот поцелуй отличался. Тепло хлынуло по венам, обжигая изнутри. Наруто потянулся ближе, чувствуя как пальцы Саске прижимают затылок. Прикосновение горячее, несдержанное, рывками. Наруто очертил сильные плечи, сжал ткань на спине. Влажные, прохладные губы Саске, щекочущая кожу челка, настойчиво скользнувший язык. Дыхания смешались, слились, спутавшись в одно. Прервались резко, воздух, накалившись, трещал. Тяжело дыша, Наруто сглотнул, чувствуя как подступает отчетливое осознание, смешанное с налипшим смущением. Щеки вспыхнули, жар разлился до кончиков ушей. — Я… — он резко отвернулся, не закончив, и почти выбежал из комнаты, направляясь в туалет. Дверь с громким хлопком закрылась, эхо от удара прокатилось по пустому коридору. Наруто вцепился пальцами в холодный край раковины, уставившись в своё отражение. Глаза широко распахнуты, губы припухли после поцелуя, щеки горели. Сердце колотилось с такой силой, что, грохотом отдавало в виски. Он провернул вентиль крана. Вода стремительным, холодным напором полилась вниз, брызгами разлетаясь по кафелю. Наруто подставил ладони, обдал лицо ледяной водой. Влажные капли стекали вниз по подбородку, ползли тонкой дорожкой по шее, замочив воротник толстовки. — Твою ж мать… — пробормотал он себе под нос, тряхнув головой. — Что я натворил. Лампы на потолке тихо затрещали, тускло моргнули и погасли. Темнота разом накрыла. Наруто резко выпрямился. — Чёрт… Вслепую вытянул руки, с трудом нащупав дверную ручку, провернул ее и вышел в зал.  Библиотеку окутало густым мраком, очертания стеллажей затерялись в разлитой темноте. Сквозь исчерченные инеем окна просачивался едва различимый, неприкрытый тучами свет половинки луны. Наруто, привыкнув уже к нависшей черноте, медленно двинулся к стеллажам, где была различима фигура Саске. Он лежал укутанный в плед, отвернувшись к полкам.  Внутри цепенело от накрывавшего горячими волнами волнения, душило необъяснимой тревогой, разгоняя пульс до гула в ушах.  Саске.  Друг же.  Температура стремительно падала. Наруто выдохнул на холодные пальцы, стараясь их согреть. Он осторожно опустился рядом с Саске, сложив руки на коленях и оперев на них подбородок. В голове крутились настойчивые, неумолкающие мысли. С друзьями не целуются. Осознание терпкое, вязкое, как растопленный шоколад, только крепло. Растекалось по венам, капиллярам, под кожей, просачивалось в каждый сантиметр, глубоко, пропитывая насквозь.  С друзьями просто общаются. Окинул взглядом неподвижный силуэт. Бледная кожа на шее Саске, между воротом и торчащими вверх волосами, отчетливо виднелась в темноте. Словно подсвечена призрачной прозрачной дымкой. Друзья не привлекают.  Он медленно протянул руку, поддавшись охватившему изнутри порыву, коснулся пальцами его кожи. Провел по ней осторожно, скользнув вдоль почти невесомо. Внутри тревожно сжалось, потянуло, тяжело спустилось вниз. Саске не шевельнулся, но Наруто понимал, не спит.  С друзьями не… Наруто неосознанно, словно в поиске тепла, потянулся ближе, прижался грудью к его спине. Уткнулся горячим лбом в его шею.  Саске глубоко вздохнул.  — Тут холодно, — тихо выдохнул Наруто, неумело оправдываясь. — Свет выключили. Саске неспешно развернулся к нему, оказавшись так близко, что теплое дыхание коснулось лица.  — Холодно, — подтвердил он.  Его низкий, тихий голос отзывался тягучим волнением внутри, густой, щекотливой тяжестью внизу живота. Размытый вязкой темнотой взгляд неподвижный, притягивающий, ощутимый каждым сантиметром кожи.  Губы Саске на расстоянии мгновения.  Звенящая тишина, смешавшаяся со стуком пульса в висках и размеренным, тихим дыханием, окутала, накрыла с головой. Наруто замер, слыша сквозь гул в ушах, как скрипнул от осторожного движения пол, как сократилось между ними расстояние. Почувствовал легкое, едва уловимое касание сомкнутых губ скользнувшее по его губам, дразняще замерев у уголка. В животе натянулось и мигом оборвалось, свело томительным желанием.  Их губы столкнулись, жадно, крепко, боясь отстраниться и растерять тепло. Очнуться и протрезветь, оказавшись в леденящей реальности. Тянулись сильнее, ближе, сплетая руки и пальцы. Хватались за плечи, запястья, кисти, ощущая сорванный пульсирующий стук под кожей от несдержанной ласки.  Дышали тяжело, рывками, ловя губами вздохи.  Саске, нажимая на затылок, требовательно привлек его к себе, прижав сверху к полу. Наруто, послушно поддавшись давлению, потянулся следом. Он целовал рвано, прикусывая кожу губ, влажно толкался языком.  Ладони Наруто заскользили по спине, проникая под одежду. Пальцы прохладой цепляли кожу, очертили перекат напряженных мышц. Он касался губами шеи, инстинктивно спускался влажной линией ниже. Чувствовал своим телом его тело, бедрами его бедра, потяжелевшее возбуждение плоти. Ткань толстовки скомкалась, оголив крепкий, загорелый живот. Наруто вздрогнул, почувствовав как по нему скользнула ладонь, огладила бока, спустилась ниже, одним движением расстегивая пуговицу джинс.  — Не убежишь опять?  — выдохнул Саске.  Звякнула пряжка, ударившись о пол.  — Смотри, чтобы в следующий раз ты не убегал, — уверенно произнес Наруто,  приподнявшись на локтях и жадно прижимаясь к губам Саске. Целовал долго, глубоко, неотрывно. Разомкнул губы языком, провел по уголку кончиком. Он тянулся, словно оголенный нерв, мгновенно откликаясь на каждое прикосновение. Все в нем отзывалось вызовом, силой, разгоряченным порывом. Раздевались поспешно, не разрывая поцелуй, сминали одежду, ловя жаркое дыхание, сдергивали за края, с треском швов стягивая ее остатки, теряя равновесие тесно сталкивались телами, горячей обнаженной кожей.  Оперевшись на локоть, Саске на мгновение навис сверху, внимательно рассматривая. Взгляд приковывающий, томительный, наполненный неприкрытым, откровенным, неутолимым желанием. Языком коснулся шеи, укрыл неторопливым поцелуем ямку над ключицей, опустился ниже по тяжело вздымающейся груди и четким линиям пресса.  Наруто запрокинул голову назад, хрипло выдохнув, когда губы Саске плотно обхватили головку. Скользнули по стволу, опустились до основания. Кончиком языка по тонкой уздечке и снова вниз, до конца. Ночь таяла в сладостном наслаждении, растекалась тлеющей дымкой прикосновений по коже.  Саске склонился, неторопливо огладил рукой по пояснице. Плавно коснулся ниже и Наруто рвано выдохнул, ощутив влажные пальцы Саске. Он прислонился к нему, мягко провел кончиком носа у виска, прижался губами к ямке за ухом, услышал протяжный стон, когда осторожно протолкнулся внутрь. — Саске…— сорвалось хрипло. Собственное имя отозвалось мучительно необузданным, несдерживаемым.  Качнул бедрами глубже, сильнее. Сжал кожу на ногах крепко, оставляя багровеющие отпечатки.  Все стерлось, растворилось в взмокших прикосновениях. Растаяло в зыбучем песке тягостно-сладостного чувства. До дрожи, до стонов, до синяков. Смазалось, сплелось в напористых, ритмичных движениях. Воздух наполнился влажными шлепками.  Наруто хватался за плечи, выгибался навстречу, оголяя взмокшую загорелую шею. Ко лбу налипли светлыми стрелами волосы. Холодный воздух обдавал жаром тело.  Саске набирал темп, ловил губами хриплые стоны, прижимался лбом к влажной шее. Прикусывал кожу, сжимая запястье. Чувствовал под пальцами рваный ритм сердца. Толкался сильнее, накрывая сухие губы своими. Слышал бессвязный шепот Наруто и терялся в накрывшем пеленой забвении.  Тело свело вязкой истомой, когда густые капли брызнули на живот. Наруто протяжно выдохнул, невольно подавшись вперед. Саске сделал еще несколько толчков, прежде, чем, тяжело дыша, лег сверху. Опустил голову в сгиб шеи Наруто. Они замерли, накрытые пеленой блеклой ночи. Тусклый лунный свет рассыпался изгибами по коже. Стук сердца отбивался о ребра в такт бушующему вихрю за окном, сливался с разлитым по телу теплом. — Помог расширить кругозор, — отдышавшись, хрипло усмехнулся Наруто. Саске не ответил, но Наруто почувствовал как дрогнули губы в улыбке. *** Рассвет расплылся багряными теплыми лучами, проник сквозь стекла неровными бликами. Буря утихла, расстаяла в сиянии всплывающего круглым диском солнца. Снег искрился перламутровой пудрой, лежал пушистым покрывалом.  Тишину разрезал глухой рев снегоуборочной машины. Глубокий ковш загребал снежные заносы, оставляя за собой ровную, мокрую дорогу. По тротуару, утопая в свежем, ещё рыхлом снегу, торопились единичные прохожие. Кто-то напряжённо ссутулился, пряча лицо в воротник, а кто-то, наоборот, бодро шагал, оставляя за собой цепочку глубоких следов.  Наруто собирал рюкзак, а взгляд, тем временем, невольно соскальзывал на Саске. Он неторопливо натягивал кофту. Ткань мягко скользнула по тугим рукам, накрыла четко очерченные линии живота. На сильной спине местами багровели отпечатки прикосновений. Ночь-сон, ночь-реальность окончательно растворилась дуновением тепла на остывшей коже.   Наруто застегнул молнию на куртке, провёл ладонью по ремню рюкзака. — Мне пора, — сказал он, пожевывая губу.  Кот выгнулся ласковой дугой у ноги Наруто. — Удачи, — отозвался Саске, внимательно глядя на него. Повисло короткое молчание, неловкая пауза, налипшая неопределенным волнением. В горле пересохло, сжалось невысказанным тугим комом.  — Завтра зайду, — нарушил тишину Наруто, опустил глаза на ботинки, легонько пнув носком доску на полу. — Чашку тебе новую принесу. Ты же не забыл, да? Я её разбил, — лукаво улыбнувшись, добавил он. — А все обвинял кота, — усмехнулся Саске.  Наруто, подмигнув, развернулся и шагнул к выходу. Холод улицы ударил в лицо пронзительным порывом свежего воздуха, колко ошпарив кожу морозом. Но внутри, будто вопреки зимнему ветру, всё ещё тлело густое, медленное тепло. А где-то в глубине, в самой сердцевине его существа, настойчиво покалывало осознание: эти три дня не были концом. Они лишь затягивали узел ловушки крепче.