Shadow curse

      Сукуна повалился на кровать, расслабленно выдохнув, тут же сгребая к себе безвольное тело рядом. «Тело» что-то недовольно пробурчав, отодвинулось, отпихивая татуированную грудь руками, но, будто назло, Сукуна лишь придвинулся еще ближе, зарываясь в чужую шею носом.       — Ну что ты как собака, ты весь потный и грязный, сходи в душ, — устало пробормотал Мегуми, вяло отпихивая чужое лицо от своей кожи, но быстро сдался, принимая свою участь.       — То есть трахались мы вместе, а грязный тут только я?       — В точку, — усмехнулся Мегуми, отворачиваясь к мужчине спиной, но внутренне ожидая, что тот пристроится сзади. Секунда, и он чувствует чужое тепло, прижавшееся к его спине. Предсказуемо. И так по родному знакомо.       Обвив своими руками чужое тело, Сукуна тепло улыбнулся, почувствовав, как ладони накрыли чужие, чуть меньше его собственных, и не покрытые вязью татуировок, руки. Подобная рутина после секса уже давно укоренилась в их жизни. Принять ванную, или хотя бы душ, конечно было необходимостью, но Мегуми после хорошего оргазма превращался в лужицу, заставить которую сдвинуться с места было невозможно, а оставлять парня одного приравнивалось к предательству и глубочайшей обиде со стороны последнего. В шутку, конечно.       Но поваляться лишние пол часа в объятьях с любимым человеком, на взгляд самого Рёмена, лишним никогда не станет.       Взгляд зацепился за вязь родинок на чужой спине. Казалось, лишь возьми маркер да проведи пару линий между точками, и получишь созвездия. Совершенно новые, неизведанные. И такие же необычные и особенные, как и обладатель этих самых родинок.       В голове против воли всплыло воспоминание, как он точно так же, много ночей назад, впервые смотрел на черную россыпь звезд на чужой спине, внимательно изучая, не смея пропустить ни единого участка чужой кожи. Как впервые слушал чужой голос, срывающийся в стоны удовольствия. Как впервые получил право дотронуться до этого обнаженного тела.       Губы неосознанно вытянулись в улыбке, а руки на чужой талии сжались крепче, будто стараясь прижать парня еще ближе, вплавить в себя и никогда не отпускать. Сукуна прижался к чужой шее губами, прямо к одной из черных точек, которую он в своем воображении отнес к созвездию птицы. Где там была птица даже черт сломит ногу разобрать, но это было и не важно. Ответом ему стала резкая дрожь, и вызванное следом удивление Мегуми.       — Ты чего, на еще один заход потянуло? — лениво спросил он, слегка повернув голову, пытаясь заглянуть мужчине в глаза. Сукуна прекрасно знал, насколько чувствительна была его шея, и заставить его вновь возбудиться таким способом было легче легкого. Но сил на еще один раунд у него уже нет.       — Просто вспомнил кое-что, — прижавшись к месту, куда только что пришелся поцелуй, щекой, произнес Сукуна, руками тем временем сгребая чужие ладони в свои, переплетя пальцы в замок. Чужие пальцы сжались в ответ, мягко поглаживая кожу время от времени.       — М?       — Помнишь наше знакомство и первый раз? — ностальгически спросил мужчина. Мегуми тихо фыркнул.       — Забудешь тоже.       

***

      День не задался с самого утра. Сначала не сработал будильник, и, как выяснилось позже, причиной тому был севший в ноль телефон, который Сукуна забыл закинуть на зарядку перед сном. Как следствие, все сборы на работу проходили в дикой спешке, которая повлекла за собой только больше казусов. Сбежавший из турки кофе, порезанная из неаккуратности щека во время утреннего бритья, судорожные поиски всех необходимых для лекций бумаг, и в конце концов поиски рубашки, которая, как оказалось, мирно себе висела в сушке, даже не подозревая, как своим отсутствием вывела хозяина из себя.       С трудом покинув квартиру, мужчина уже хотел бы выдохнуть в облегчении, но у судьбы на него были другие планы. А потому, выйдя из подъезда, его ожидала «прекраснейшая» картина того, как его машину подпер какой-то урод сзади, не давая возможности выехать.       — Какой ублюдок оставил здесь свое корыто?! — не контролируя тон голоса проорал Сукуна, оглядываясь по сторонам, словно желая отыскать этого самого ублюдка. И набить ему лицо как следует, чтобы в следующий раз думал, где оставляет свою жестянку.       Но владелец корыта так и не откликнулся, то ли из страха получить от разъяренного мужчины, что больше походил на члена якудза из-за своих татуировок, чем на порядочного человека, то ли попросту по тому, что хозяина тут и не было. В любом случае, времени уже совершенно не было, и Сукуне пришлось вызывать такси, чего он не делал уже приличное время.       Успев поругаться даже с оператором службы такси, и все же получив свою машину, что было чудом в такое время суток, и, конечно же, по заоблачной цене, он все же смог наконец отправиться на работу. До начала лекции оставалось двадцать пять минут, ехать до университета, в самых благополучных условиях, составляло около десяти. Даже с учетом пробок шансы успеть все е еще были.       Сбившаяся на мосту пробка начинала заметно раздражать, что так же не укрылось от водителя, который попытался завести дружескую беседу, в попытке улучшить настроение клиента, но наткнувшись на чужой взгляд, в котором отчетливо можно было увидеть жажду убийства, если из чужого рта вылетит еще хоть звук, тут же пугливо замолк, до конца дороги продолжая молча ехать к месту назначения.       Оставив деньги, Сукуна даже не обернулся, чтобы вежливо попрощаться или проверить, не дал ли он слишком большую сумму. Хлопнув дверью машины, он стремглав устремился ко входу. До начала лекции две с половиной минуты, все еще может успеть, если поторопиться. К счастью, аудитория первого занятия была на втором этаже. Он должен успеть.       Коридоры уже были практически пусты, на дороге встречались только редкие студенты, которые так же, как и он сам, опаздывали на свои занятия. Вот только Сукуна не студент, ему подобная роскошь была не позволена. Этим остолопам только дай волю, тут же сбегут. Он тратит слишком много сил и времени, чтобы вбить в их тупые головы знания, и давать спуску был не намерен.       Завернув за очередной поворот, Сукуна, чей шаг уже скорее походил на бег, не успев вовремя среагировать, врезался в кого-то. Сумка, висевшая на плече, с грохотом повалилась на пол, и в следующий миг послышался шелест бумаги.       — Блять, — тихо выругался себе под нос мужчина, оглядывая ворох бумаг и документов, которые с таким трудом были собраны сегодня утром в кучу. Времени разбираться с виновником не было, а потому он тут же присел, впопыхах пытаясь собрать все листки вместе.       — Простите, — услышал он тихий голос, и краем глаза заметил, как кто-то, присев рядом, так же помогает собирать его документы. Но вопреки здравому смыслу, вместо благодарности, внутри вспыхнуло раздражение. Ну да, так ведь сложно просто смотреть под ноги, вместо того, чтобы создавать проблемы, а потом помогать их исправлять.       — Так тяжело смотреть, куда идешь? — злость просочилась в голос, заставляя парня напротив вздрогнуть, замерев на секунду, но почти сразу же тот пришел в себя, продолжая помогать.       Наконец собрав все разлетевшиеся листы, Сукуна торопливо запихнул их обратно в портфель, и повернулся к виновнику всего действа, чтобы забрать вторую половину, но так и замер. Будь они в странном детском мультике с гиперболизированной графикой, челюсть Рёмена встретилась бы с полом в ту же секунду.       Парень перед ним был если не ангелом, то божеством в человеческом облике, не меньше. Зеленые глаза, обрамленные черными ресницами, притягивали к себе взгляд, затягивая в свою пучину, без шанса выбраться. Посмотрел и пропал навсегда. Четкие черты лица, угловатое, даже слегка худощавое тело, скрытое за мешковатой одеждой, да вот только тонкие запястья выдавали с лихвой.       Сердце пропустило удар. Второй. Мужчина так и стоял, глупо замерев, уставившись на парня перед собой. Последний же, явно был не намерен больше стоять на месте, и ожидать, когда тот отомрет от своего ступора, и всунул ему в руки бумаги.       — Всегда пожалуйста, профессор Рёмен, — сказал парень, глядя на него, нахмурив брови, — И ничего бы не было, если бы вы не бежали, будто за вами кто-то гонится.       Обиделся. Ну точно обиделся. О, господи, Сукуна, оскорбить понравившегося парня даже раньше, чем понять, какой красавчик тебе попался, мог только такой идиот как ты.       Не произнеся больше ни слова, парень прошел в сторону, скрываясь за дверью аудитории. Его аудитории. Аудитории, где Сукуне, полному идиоту, предстоит провести два часа.       «Я не помню такого студента в этой группе, что за хуйня?»       Уж что-что, а память на лица у Рёмена была отменная, а уж такую внешность он бы уж точно запомнил. Но уже через секунду мужчину словно громом поразило осознание. Его ведь предупредили, что с сегодняшнего дня к его обычным дебилоидам добавится еще один поток, юриспруденция кажется. Это чертово утро скоро доведет его.       Но, кажется, теперь этот день станет немного лучше. Вздохнув, он прошел в аудиторию вслед за парнем. И все же, на минуту он опоздал. Но эта минута, пожалуй, того стоила.       

***

      — Это так, по-твоему, смотрят на людей, которые тебе нравятся? — скептически выгнув бровь спросил Мегуми, перевернувшись на бок, чтобы посмотреть мужчине в лицо, — У меня было ощущение, что ты меня в список своих врагов записал, а потом еще и всю лекцию глаз с меня не спускал.       — А еще я докапывался до тебя больше, чем до остальных, — не выпуская парня из рук ответил Сукуна.       — Вот именно, я думал, ты меня ненавидишь, — хихикнул Мегуми, когда Сукуна снова приблизился к его шее, и копна розовых волос легкой щекоткой прошлась по коже. Тонкие пальцы зарылись в мягкие волосы, притягивая чужую голову ближе. — Ты вел себя как последний придурок.       — Каюсь, виноват, — с напускной серьезностью кивнул мужчина, но почти сразу глухо рассмеявшись. Вставать совершенно не хотелось, а пальцы, нежно массирующие затылок только подстрекали полежать подольше.       Нехотя отстранившись, Сукуна замер, глядя сверху вниз на парня под собой. Под ключицей уже начинал темнеть свежий след от укуса, а на бедрах, скрытыми сейчас от взора, красовалась россыпь из алых засосов и редких синяков. Чужая кожа была на удивление чувствительной и тонкой, а потому любое неосторожное нажатие оставляло синие пятна, которые, к счастью, так же долго не задерживались.       Быстро чмокнув парня в нос, отчего тот зажмурился на секунду, не ожидая подобного выпада, Сукуна встал с кровати, потягивая затекшие мышцы.       — Выпендриваешься? — спросил Мегуми, который вставать даже не планировал, все так же развалившись на кровати, лишь повернув голову в сторону мужчины. Вид чужих татуировок завораживал и по сей день. Мегуми часто любил просто сесть рядом и выводить руками черные контуры, словно это действие приносило ему покой и расслабление.       — Конечно, — усмехнулся Сукуна, разворачиваясь лицом к парню, и откидывая одеяло, которым было прикрыто чужое обнаженное тело, в сторону.       — Ну-у, что ты делаешь, холодно, — недовольно поежившись пробормотал Мегуми, пытаясь сжаться в клубок, в попытке удержать крохи тепла. Но практически сразу облегченно выдохнул, стоило ощутить чужие руки под бедрами и спиной. Без особого труда Сукуна поднял его на руки, прижав ближе к себе, позволяя ухватится за шею.       — В ванной согреешься, — ответил он, удобнее подхватывая чужие ноги, — А то потом будешь возмущаться, что все грязное, липкое, и вообще это я во всем виноват.       — Не строй из себя жертву.       Дойдя до ванной, Сукуна аккуратно опустил парня на пол. Коснувшись теплого кафеля, Мегуми блаженно выдохнул.       — Всегда буду говорить, что установить теплые полы было лучшим решением, — Сукуна в ответ тихо ухмыльнулся. Мегуми в свое время достаточно задолбал его, чтобы у мужчины просто не осталось выбора, и он все же согласился потерпеть ремонт ради подогрева полов. Но все затраты того стоили, ведь теперь каждое утро не приходилось наблюдать чужое недовольное лицо и жалобы на холод. Ради чужого комфорта можно было и потерпеть месяц неудобств.       — Кстати, раз уж мы заговорили, а помнишь, как ты позвал меня на первое свидание? — усевшись на полу, решил продолжить разговор Фушигуро, пока его парень набирал воду, пытаясь отрегулировать температуру.       — Это ты про то самое, где ты думал, что я позвал тебя чисто на дружескую встречу? — повернув голову уточнил Сукуна, наблюдая, как по лицу Мегуми расползается румянец смущения.       — И вот обязательно было акцентировать внимание на этом?       — Естественно, это же самая веселая деталь.       

***

      С их первой встречи прошло уже по меньшей мере два месяца. И все это время Сукуна упорно старался наладить отношения с понравившимся студентом. В тот же день, когда они столкнулись в коридоре, спустя время у мужчины хватило сил признать, что вина была на нем, он узнал имя парня проведя перекличку по списку. Фушигуро Мегуми. Первичное удивление от чужого имени быстро сошло на нет. Благословение. Что ж, парню действительно подходит.       И с каждой новой встречей интерес к парню лишь подогревался. Ведь, как минимум, тот оказался не просто мил мордашкой, но еще и умом явно не был обделен, что для Сукуны было практически сигналом к действию. Парень без проблем отвечал на любые вопросы, задаваемые преподавателем, какими бы заковыристыми деталями он не пытался их приукрасить, стараясь загнать Фушигуро в угол, проверить границы чужих знаний.       Вот только «старался наладить отношения» в исполнении Рёмена больше выглядело похоже на чертовы качели, где сначала раздражающий до скрипа зубов преподаватель из всей аудитории практически в семьдесят человек выбирает тебя своей мишенью для заваливания вопросами, а потом после этой самой пары мило улыбаясь пытается узнать, как прошел твой день. Что, конечно же, воспринималось скорее, как издевка, чем как попытка сблизиться. О чем Сукуна узнал лишь благодаря своему тупому, хоть иногда и приносящему пользу, младшему брату, который, как оказалось, общался с Фушигуро. Складывалось ощущение, что одним лишь своим появлением Мегуми заставлял остановиться все его мозговые процессы, самого мужчину превращая в непроходимого придурка.       Тактику по завоеванию чужого внимания пришлось незамедлительно менять, а потому все «придирки», коими они выглядели в глаза Мегуми, были практически полностью сведены на нет, и лишь изредка мужчина позволял себе задать студенту какой-то вопрос по теме лекции. И настойчивые расспросы после занятий, словно он собирал на парня досье, тоже пришлось прекратить, чтобы не вызывать у последнего подозрений в плохих намерениях. Вместо этого, в один из дней, когда в расписании снова стояла поточная лекция, после ее окончания Рёмен попросил парня задержаться в аудитории ненадолго. Дождавшись, пока другие студенты покинут кабинет, Сукуна заговорил.       Извинившись, за первую встречу и за все происходящее после на протяжении пары месяцев, он предложил встретиться где-то в неформальной обстановке, в знак примирения. Объяснился, что не хотел настраивать студента против себя, но достиг, очевидно, противоположного результата. Чем очень хотел загладить свою вину. Фушигуро же, хоть и выглядел удивленным, но извинения принял достаточно легко, даже согласившись сходить на прогулку после окончания пар.       С того момента их встречи вне университета случались все чаще, а все формальное общение осталось где-то в прошлом, ведь «не обращайся ко мне на Вы, я не настолько старый» оказалось для Фушигуро достаточным аргументом. Время шло, они узнавали все больше друг о друге, становясь ближе. И, в какой-то момент, вечером, когда они оба решили выбраться и встретиться в бильярдной, ведь как выяснилось, Мегуми тоже был не против иногда сыграть, особенно в хорошей компании, Сукуна рассудительно решил, что их отношения уже вышли на достаточный уровень, чтобы пойти на новую ступень.       Отставив кружку с пивом в сторону, он придвинулся ближе к Фушигуро, что сидел рядом на диванчике с красной оббивкой, что-то просматривая в телефоне. Положив ладонь на чужое бедро, он привлек к себе внимание, и произнес:       — Как насчет сходить в ресторан. Завтра. Ты, я, все за мой счет, — сказал мужчина, пытаясь прочитать на чужом лице, что он думает об этой идее. Но прочитать хоть что-то на довольно безэмоциональном лице Мегуми было задачей со звездочкой, а потому оставалось лишь терпеливо ожидать ответа. Который, к слову, ждать себя не заставил.       — Да, почему нет.       Сукуна расплылся в довольном оскале.       — Отлично, я заеду за тобой завтра в семь.       Счастью Сукуны не было предела в тот вечер. Фушигуро принял его приглашение на свидание, а значит, у него есть все шансы. Тем же вечером позвонив в один из своих любимых ресторанов, он забронировал столик на двоих, с открытым видом на террасе. Поиски подходящей одежды еще никогда не занимали у него так много времени, но мужчина решил, что завтрашний вечер должен пройти идеально, а потому отнестись к этому стоило серьезно. Ведь он собирался предложить Фушигуро Мегуми вступить в официальные отношения.       Сукуна с трудом дождался вечера, весь день находясь в нервном предвкушении, чем не на шутку пугал студентов, чьи занятия с ним выпали на этот день. Обычно строгий и не терпящий нарушения дисциплины преподаватель словно светился изнутри, не обращая внимания на поведение учащихся, и многое спуская с рук. Вот только студенты настолько привыкли к острому взгляду алых глаз, что даже так совершенно не могли расслабиться, будто ожидая бури после затишья.       Все мысли Сукуны были заняты предстоящим вечером. Стоит ли отдать парню подарок в начале свидания, или после? Как себя вести? Как много ему позволено? Столько вопросов крутилось в голове, но ответить на них было некому. Урауме, декан их учреждения, наткнувшись на Рёмена в преподавательской, была удивлена не меньше студентов.       — Мои глаза меня обманывают? — присев рядом спросила недоуменно женщина, — Рёмен, я не видела тебя отдыхающим, пожалуй… никогда. Что-то происходит?       Урауме была его давней подругой еще со времен школы. Ей не очень повезло стать мишенью для местных ублюдков, но повезло с тем, что Сукуна, однажды заметив толпу парней, окруживших миниатюрную девушку, вступился за нее, оставив обидчикам несколько переломов. С того момента их общение и завязалось, так и продлившись до этих дней. Урауме была достаточно умной и целеустремленной, поэтому несмотря на довольно-таки юный возраст, уже занимала такую высокую должность. Это не могло не восхищать.       — Я пригласил на свидание Фушигуро, — ответил Сукуна, повернув голову в ее сторону. Урауме замерла.       — Если мне не изменяет память это тот студент, про которого ты мне все уши прожужжал еще два месяца назад? — уточнила она. Мужчина в ответ кивнул. — И в чем проблема? Увольнять я тебя, вроде как не собираюсь, чего ты тогда тут расселся, будто у тебя умер кто-то?       Да, иметь связи в начальстве было действительно преимуществом, а потому такие нарушения, как связи с учащимися, ему сходили с рук. Хотя, если уж говорить откровенно, это был первый такой прецендент со стороны мужчины, а потому она просто смотрела на это сквозь пальцы. Да и друг ее, кажется, конкретно так в этого пацана вляпался. Она бы не смогла себе простить, если бы испортила Рёмену карьеру из-за такого пустяка.       — Тебе показалось, я просто волнуюсь, — отмахнулся он.       — Да сегодня снег пойдет, — присвистнула Урауме, — Сам Рёмен Сукуна во плоти волнуется. Я отмечу себе этот день в календаре.       — Ха-ха, очень смешно, Уме, — приправив голос долей сарказма сказал он.       — Просила же не называть так, это унизительно.       — Именно поэтому я тебя так и называю, — подмигнул Сукуна, прекрасно зная, как это прозвище раздражает последнюю.       Подобные перепалки, если их можно было так вообще назвать, стали чем-то вроде традиции в их отношениях, приевшись на уровне рутины. Но все же, сейчас Урауме больше волновало состояние мужчины рядом, чем возможность погрызться с лучшим другом из ничего.       — Та-а-ак, отчего переживания? — спросила женщина, повернувшись в его сторону всем корпусом, и, расслаблено облокотившись о спинку дивана. Спина после целого дня сидения за бумагами нещадно ныла, подобная передышка была словно подарок.       — Боюсь, что опять начну вести себя как придурок, и все испорчу, — признался он, смотря куда-то в стену.       — Много думаешь, поэтому и косячишь. Просто веди себя естественно, — посоветовала Урауме.       — Мне кажется, что рядом с Фушигуро мое естественное состояние – это творить какую-то хрень, — женщина в ответ только рассмеялась, дружественно хлопнув его по плечу.       — Думаю, он уже это понял, и судя по тому, что согласился пойти с тобой, уже и смирился, — пытаясь успокоить свой смех сказала Урауме. Сукуна в ответ несильно пнул ее рукой в бок, вызывая только более сильный приступ смеха.       — Язва.       Разговор с подругой все же помог немного унять волнение и взять себя в руки. Закончив со всеми делами на работе, не желая терять времени, он направился домой, чтобы успеть завершить все приготовления вовремя. Идеально выглаженная черная рубашка, черные брюки в тон с массивным кожаным поясом, украшенным металлической пряжкой. Красный галстук красиво подчеркнул взгляд, а черный пиджак стал отличным завершением образа. Очищенные туфли уже ожидали его в коридоре.       К дому Фушигуро он прибыл минута в минуту. Черный тонированный мерс на фоне дорогого жилого района с частными домами не очень выбивался из общего пейзажа. Сукуна был немного удивлен, когда, впервые решив подвезти парня домой, обнаружил, что тот, оказывается, был не просто из обеспеченной семьи, а можно сказать даже богатой. Глядя на Мегуми сложно было даже предположить, что тот относится к подобному слою общества. Что привлекало только сильнее. И ничуть не смущало. Сукуну и самого с трудом то можно было назвать бедняком.       Ждать долго не пришлось, Фушигуро, как и сам мужчина, был слишком пунктуален, а чаще всего даже приходил намного раньше, боясь опоздать. Заметив знакомый автомобиль, он направился в его сторону, проходя к пассажирскому месту. Из-под темно синего жилета, отлично сочетающегося с брюками, проглядывалась белая рубашка, пока сверху было накинуто любимое черное пальто Мегуми, а с шеи длинными змеями свисал шарф, выполняющий скорее декоративную функцию. Погода пока позволяла.       Позволив парню поудобнее устроится на соседнем сидении и обменявшись приветствиями, Сукуна, с трудом оторвав взгляд от парня рядом, завел двигатель и все же двинулся с места. Фушигуро, в отличие от самого мужчины, вел себя как обычно, будто ничего необычного не происходило, и это была их очередная дружеская встреча, увлеченно рассказывая что-то с сегодняшних занятий. Он правда пытался сосредоточиться и слушать, но мысли то и дело сбегали в сторону того, в какой же момент стоит озвучить свое предложение и преподнести подарок в виде кожаного браслета с серебряной пластиной. Но сам Мегуми странностей в чужом поведении не заметил, скинув односложные ответы на то, что Сукуна просто слишком занят дорогой.       Добравшись к месту назначения и с трудом отыскав свободное место на паркинге, он, взяв Фушигуро под руку, с гордым видом провел его внутрь. На входе у стойки регистрации их встретила приветливая девушка, не очень взрослая, Сукуна готов был поспорить, что студентка, скорее всего на подработке. Попросив подождать одну минуту, девушка отлучилась проверить запись, и вернувшись с милой улыбкой попросила следовать за ней.       Вид с террасы открывался на пролегающее внизу озеро, на котором часто можно было заметить проплывающих лебедей и уток, которых люди часто подкармливали различными угощениями. Многочисленные деревянные беседки, также принадлежащие ресторану, были раскинуты непосредственно рядом с водоемом, но Сукуна счел довольно не практичным выбирать это как место для свидания. Фушигуро был довольно теплолюбивым, и хоть погода на улице не была настолько холодной, долгое пребывание без движения точно вызвало бы дискомфорт у парня, а потому вариант с беседкой у берега был откинут в дальний угол.       Галантно отодвинув чужой стул, он помог Фушигуро сесть на свое место, лишь после этого Сукуна сел на свое напротив. Почти сразу же к их столику подошел официант, оставив две книжки с меню.       — Выбирай что хочешь, я за все заплачу, — напомнил ему Сукуна, как только парень раскрыл меню в кожаной обложке с тесненной надписью поверх.       — Смотрю в выборе места ты не скупился, — намекнул Фушигуро на ценники, чуть приподнимая меню в своих руках, — Что за аукцион невиданной щедрости?       Вопрос слегка удивил мужчину. Это было их первое официальное свидание, неужели Мегуми согласился пойти с ним, думая, что он может оказаться жмотом? Да и не похож был Сукуна на человека, который стал бы экономить на своей второй половинке. Пока что, все еще, не официальной, но он собирается исправить это этим же вечером. Пожалуй, после ужина.       — Для тебя только все самое лучшее, — Мегуми в ответ усмехнулся, вернувшись глазами к изучению позиций в меню.       В целом, вечер проходил просто отлично. Да и как оказалось, Сукуна весьма удачно решился на этот шаг именно в этот день, ведь сегодня в ресторане был день живой музыки, когда группа профессиональных музыкантов, на оборудованной специально для подобного сцене, исполняли музыку с живым вокалом. В общем, атмосфера была просто идеальной. Да и Фушигуро, насколько мог судить мужчина, открывающийся внизу вид оценил, что не могло не радовать.       Все шло своим чередом, вкусная еда, уже привычные разговоры на различные темы, бутылка дорогого вина, выбор которого Рёмен оставил за Мегуми. Но чем дальше продвигались стрелки часов, тем ближе приближался тот самый момент, ради которого мужчина организовал им весь этот вечер. Коробочка из ювелирного магазина, где покоился мужской браслет, тяжестью своей напоминая о скором признании.       Мегуми увлеченно говорил о последнем занятии по конституционному праву, лениво покачивая в руке бокал на тоненькой ножке, на дне которого плескалась алая жидкость. И Сукуне ну никак не хотелось прерывать чужой увлеченный рассказ, а потому он просто расслабленно откинулся на спину сиденья сзади наслаждаясь видом парня перед собой.       Подвыпивший Мегуми словно становился куда более открытым и искренним с окружающими его людьми, что не могло не завораживать взор. Сукуны уж точно. Он был готов любоваться Мегуми целыми сутками, в любом его состоянии или настроение, главное, чтобы это был он.       — Сукуна, — из вороха мыслей его вырвал чужой голос, — Сукуна, все нормально? Ты залип в одну точку и не реагировал.       — А, нет, все хорошо, не беспокойся, — встрепенулся он, окончательно сбрасывая с себя мечтательную пелену. Кажется, момент настал. — Эм, слушай, Фушигуро… мне нужно…       Господи, что он мямлит как девчонка. Рёмен, черт тебя побери, соберись. Чужой взгляд был слегка настороженным, но как-либо вклиниваться или перебивать Фушигуро не решился.       — Мне нужно сказать тебе кое-что, — все же взяв себя в руки закончил свою мысль Сукуна, и, дождавшись кивка, продолжил, — Я бы хотел, пожалуй, начать с того, что ты, самый удивительный из всех людей, кого я когда-либо встречал.       Татуированная ладонь под удивленным взглядом зеленых глаз накрыла чужую руку, слегка сжав, но не причиняя боли.       — С твоим появлением в моей жизни словно случился переворот, ты словно… заменил собой весь кислород и без тебя мне больше не прожить. Я бы хотел видеть тебя каждый день, слышать твой смех, твои разговоры, просто иметь возможность без всякого повода в любой момент взять тебя за руку.       Мегуми продолжал внимательно вглядываться в чужое лицо, молча впитывая в себя чужие слова.       — Я очень рад, что ты согласился сегодня пойти со мной на это свидание-       — Что? — Сукуна удивленно замер. Он что-то не так сказал?       Фушигуро выглядел удивленным, хоть руки из чужой хватки так и не забрал, а во второй все так же продолжал удерживать прозрачный бокал. Но следующие слова поразили мужчину словно гром среди ясного неба.       — Это свидание? То есть, реально свидание?       Сукуна не мог подобрать слов. Что ж, это объясняло и то, почему Фушигуро так легко согласился на это, и его странные вопросы по поводу сегодняшней щедрости Рёмена. Из горла вырвался хриплый смех. Абсурднее ситуации не придумаешь. И сдержать смех, что становился все громче, было все сложнее.       — Да, Фушигуро Мегуми, реально свидание, — кое-как обуздав смех, ответил Сукуна, рукой утирая выступившие в уголках глаз слезы. Вид смущенного от собственной несообразительности Фушигуро отпечатается на его сетчатке до конца жизни, он в этом уверен. А пока что, — И я хотел спросить у тебя, станешь ли ты моим парнем?       Черная коробочка дождалась своего часа.       

***

      Тихо посмеиваясь, Фушигуро с нежностью смотрел на собственное запястье, на котором висел тот самый браслет, серебряная пластинка которого отбивала яркие блики от искусственного освещения.       — И в итоге я согласился, — переведя взгляд на мужчину произнес он, опуская руку вниз.       — Но мне все еще смешно, — содрогаясь всем телом ответил Сукуна.       — Я в тебя сейчас швырну чем-то, — закатив глаза, пригрозил Мегуми. Не его вина, что кое-кто решил не уточнять, что это романтическое свидание, а не их обычная дружеская встреча. Он был влюблен в мужчину почти что с первого дня, как увидел его, но странное поведение вначале их… взаимоотношений, окончательно запутало парня, а потому делать хоть какие-то первые шаги было невероятно страшно. И когда Сукуна сам предложил начать все сначала, предложил стать друзьями, Мегуми решил, что на большее смысла рассчитывать нет, и просто смирился, перестав даже пытаться искать хоть какие-то намеки на ответную симпатию. Позже мужчина еще долго извинялся за то, что был таким придурком.       — Это уже будет домашнее насилие, — Сукуна, наконец, удовлетворенный температурой воды в ванной, подошел ближе, протягивая руку Мегуми сидящему на полу, и помог подняться.       — Научил на свою голову, — фыркнул Мегуми, перелезая через бортик, с блаженством опускаясь в широкую ванну, и отодвигаясь в сторону, позволяя мужчине опустится за ним. Ванна, к счастью, была достаточно большой, поэтому тесниться не приходилось.       Сукуна притянул парня к себе спиной, как только поудобнее пристроился позади. Горячая вода приятно обжигала кожу расслабляя мышцы и наводя дремоту. Мегуми расслабленно откинулся головой на чужое плечо, съехав немного вниз. Крепкие руки тут же обвились поверх живота, не давая соскользнуть окончательно и удерживая на одном уровне. Еще утопиться в ванной не хватало.       — Зато потом мы поехали к тебе домой, и развлекались всю ночь, — снова вернулся к теме их сегодняшнего вечера Фушигуро, приоткрыв один глаз, чтобы взглянуть на чужое лицо.       — А еще я отлично помню, что утром мы проспали и я прогулял работу, а ты учебу.       — А я думал, что из нас двоих душнила я, — цокнул языком Мегуми, смешливо фыркнув носом.       

***

             Кровать скрипнула под весом двух сплетенных тел, что были не в силах оторваться друг от друга. Комнату наполнили звуки мокрых поцелуев и тихих стонов. Языки сплелись между собой в жарком танце, будто еще секунда и их заставят расстаться навсегда. Тонкие пальцы зарылись в густые розовые волосы на чужом затылке, притягивая еще ближе, сталкиваясь в процессе зубами и жадно вылизывая чужой рот.       С усилием отстранившись, Сукуна взглянул на раскрасневшееся от жара и возбуждения лицо парня под собой. Зеленые глаза сверкали возбужденным блеском в полумраке комнаты, притягивая к себе внимание, раскрасневшиеся от поцелуев губы напоминали своим цветом спелый персик, из которого так и хотелось высосать все соки до остатка, словно голодное животное, забыв про все правила норм и приличий.       Собственное возбуждение клокотало в груди, стекая вниз по телу прямо к паху, где возбужденный член уже давно упирался в ткань брюк, которая сейчас лишь раздражала, и сдерживать желание сорвать одежду прочь не заботясь ни о чем было все труднее. Но нельзя. Нужно держаться. Сейчас, здесь, в этой комнате на этой самой кровати, в его руках находится самое ценное сокровище в мире. И испортить все хоть малейшим проявлением грубости из-за сносящего крышу возбуждения было никак нельзя.       Вновь припав к чужим губам поцелуем, руки тем временем принялись неспешно расстегивать пуговицы на чужом жилете, что никак не хотели поддаваться трясущимся в нетерпении пальцам. Мегуми, заметив чужие потуги, освободил одну руку из мягкости чужих волос, даже не глядя, за пару секунд управился с пуговицами, и приподнявшись вновь вернул внимание на себя, увлекая в новый поцелуй, пока мужчина аккуратно стянул жилет с тонких плеч, откидывая куда-то в сторону.       Собственный красный галстук так же быстро пропал с шеи при помощи проворных пальцев, наконец давая больше доступа к такому нужному сейчас кислороду. Как Мегуми удавалось держать себя под таким контролем, он не знал, но с его черной рубашкой парень справился так быстро, словно проделывал это каждый день, отточив до автоматизма, все так же не отрываясь от чужого рта.       — Кажется, кто-то тут любит целоваться, — тяжело дыша поддразнил Сукуна, но тут же был перебит очередным поцелуем, отчего слегка усмехнулся. Какой ненасытный, ну надо же.       Стоило последней пуговице выскользнуть из петли, как взгляд зеленых глаз тут же переместился на чужую грудь, цепляясь за черные узоры татуировок. Сукуна горделиво выкатил грудь вперед, словно желая в полной мере покрасоваться. Мегуми в ответ только пораженно выдохнул, но больше ничего не произнес, снова возвращая свое внимание мужчине, пока одна из его рук проскользнула под хлопок ткани, очерчивая рельефы чужих мышц.       Сукуна отставать был не намерен, скользнув рукой вниз по чужой спине, прямо к поясу брюк. Наощупь вытащив последний из петель, и выправив рубашку из-под пояса, ладонь пролезла под ткань, с наслаждением прикасаясь к мягкой коже ягодиц. Фушигуро на мгновение замер, но уже через секунду снова продолжил свое исследование в чужой полости рта. Пока одна рука была. Нехотя отстранив от себя парня, всего раскрасневшегося и тяжело дышащего, Сукуна сполз чуть ниже под чужим недоуменным взглядом.       — Помогу тебе раздеться, — объяснил свое поведение мужчина.       Руки уже потянулись к чужой ширинке, но были остановлены руками Мегуми. Теперь была очередь Рёмена удивляться.       — Мегуми? Ты передумал? — обеспокоенно спросил он. Стоило последнему лишь пожелать, и они бы тут же все прекратили, но Сукуна чувствовал, что причина крылась не в этом.       — Нет! — поспешно ответил Фушигуро, сам вздрогнув от того, как громко это прозвучало в тишине комнаты, — Нет, — уже тише добавил он, — Просто я… Я никогда раньше с мужчинами не…       Ему не нужно было договаривать, чтобы Сукуна все понял. Грудь опалило странное чувство гордости. Он будет у Фушигуро первым, ха. Да он явно сорвал джекпот. Но также эта информация немного вносила коррективы в его спланированную на сегодняшний секс программу.       — Я тебя понял, можешь не переживать, я все беру на себя, — успокоил его мужчина, глядя прямо в глаза для пущей убедительности. Теперь этот вечер точно никак нельзя испортить. От этого будет зависеть все, — Чтобы ты там себе не придумал, больно не будет, даю слово.       Это явно успокоило парня под ним, позволив ему расслабиться и отдаться полностью в чужие руки. Такое доверие пьянило. Он просто обязан его оправдать.       Убрав в сторону чужие руки, он все же добрался до ширинки брюк, расстегивая, и стягивая чужие штаны вниз. Бледную кожу тут же покрыл табун мурашек от пробежавшего холодка, а мягкие светлые волоски встали дыбом. Какая прелесть. Сукуна припал губами к коже на внутренней стороне бедер, в ответ получая глухой стон. Удовлетворение теплой патокой разлилось в груди.       Продвигаясь неспешными поцелуями под аккомпанемент из звуков, что несдержанно вырывались из чужого рта, радуя слух, крепкие пальцы тем временем несильно сжимали кожу чужих бедер, словно пытаясь проверить их упругость, и время от времени подразнивая парня мягкими поглаживаниями до мурашек.       Добравшись мокрой дорожкой из поцелуев и следов, которые позже нальются кровью на чужих ногах, к паху, что был скрыт тканью белья, Сукуна почувствовал, как чужое тело под его прикосновениями замерло в волнительном ожидании. Не подавая виду, что заметил, он припал носом к темной ткани, выводя легкие линии, раздразнивая и так бушующее возбуждение парня под ним, ртом оставляя мокрые поцелуи, отчего и так пропитавшаяся пред эякулятом ткань становилась еще более влажной, неприятно прилегая к коже. Тонкие пальцы снова вплелись в волосы на голове, несильно сжимая, но и не пытаясь отстранить.       Пальцами подцепив край чужого белья, выжидающе глядя в зеленые глаза, будто ожидая, что сейчас их обладатель передумает и просто уйдет прочь отсюда, из этой комнаты и из жизни Сукуны, но, конечно же, ничего подобного он там не нашел. Только возбуждение, затопившее зелень черным пятном зрачка. Боксеры оказались в куче забытой и никому не нужной сейчас одежды.       Взгляду предстал в меру толстый средней длинны член, на головке поблескивала капля смазки, одно легкое прикосновение, и кажется, будто она соскользнет вниз по стволу.       — Даже здесь сама идеальность, ха, Фушигуро? — произнес Сукуна приближаясь губами к дернувшемуся от теплого дыхания члену. Зеленые глаза обескураженно округлились.       — Что ты- — слова оборвались громким стоном Мегуми, как только чужой рот вобрал ствол, обволакивая влажным и таким непривычным доселе теплом. Подобное не шло ни в какое сравнение с самостоятельной дрочкой рукой. Пальцы сильнее впились в затылок, пытаясь совладать с новыми ощущениями, пока Фушигуро пытался выровнять дыхание.       Выждав пару секунд, пока парень придет в себя и расслабится, полностью отдаваясь моменту, Сукуна начал двигать головой вдоль ствола, языком проходясь по каждой выпуклой венке, самым кончиком раздразнивая дырочку уретры, за что тут же был вознагражден громким стоном, и ногами, обвившими его за шею, стараясь притянуть и насадить глубже. Словив ритм, он продолжал то насаживаться до самого основания, то отстраняясь языком лаская алую головку, руками то и дело переживая основание, не позволяя так быстро дойти до разрядки, растягивая удовольствие, как чужое, так и свое.       Дыхание сверху совсем сбилось с ритма, а стоны переросли в жалобный скулеж, пока чужие бедра то и дело поднимались вверх, пытаясь продраться дальше в чужую глотку за таким желанным и нужным оргазмом. Худые ноги за шеей предательски подрагивали, лишь подтверждая, что Мегуми уже на грани.       На очередной такой попытке Сукуна отстранился, сладко причмокивая влажными от слюны и смазки губами, сыто облизываясь и любуясь плодами своих трудов, пока Мегуми недовольно простонал, так и не получив разрядки.       — Сукуна… — на грани слышимости проскулил он, — Пожалуйста, я больше не могу…       Собственный член уже давно противно ныл в ожидании ласки, а потому отказывать Сукуна не собирался, спешно расстегивая ремень и скидывая штаны вместе с бельем вниз, освобождая достаточно толстый член, увитый темными линиями татуировок, привлекая к себе чужой взгляд, что от самого мужчины, конечно же, не укрылось. На лице расплылся довольный оскал.       — Нравится? — довольно проговорил он, проводя рукой по члену, чтобы хоть немного сбросить напряжение и вернуть контроль над собственным телом, и не наброситься на Мегуми под собой.       Фушигуро в ответ на это только закатил глаза, недовольно цокнув языком, ногой тем временем нетерпеливо подпихивая мужчину в спину, побуждая к действиям.       — Давай уже, — произнес он, раздвигая ноги в стороны, в ожидании дальнейших действий мужчины. Познания о сексе между мужчинами у Мегуми были на уровне порно, а потому все, что будет происходить дальше в большинстве своем было для него загадкой, ведь мозгов понять, что порновидео не то же самое, что реальная жизнь, к счастью, хватало. Но ничуть не помогало.       Сукуна, не желая и дальше заставлять ждать парня, склонился вниз, нависая над парнем, локтями уперевшись с обеих сторон от чужой головы. В зеленых глазах напротив отчетливо читалось возбуждение, вперемешку с легких налетом страха перед неизвестностью. Чужие руки тут же обвили шею, пальцами не глядя выводя узоры поверх татуировок, в попытке успокоить себя.       — Расслабься, сокровище, — прошептал мужчина практически в чужие губы, оставляя поверх легкий поцелуй, заглядывая парню в глаза, словно пытаясь передать собственную уверенность, — Я не собираюсь в тебя входить.       Мегуми удивленно вскинул вверх брови, недоумевая, как Сукуна узнал, о чем он думает. Мужчина в ответ смешливо фыркнул, оставляя очередной поцелуй, теперь уже возле мочки чужого уха, тут же опаляя его теплым шепотом.       — У тебя на лице все написано, — рука мягко зарылась в темные волосы, нежно массируя затылок. Найдя своими губами чужие, он утянул парня в очередной мокрый поцелуй, прижимаясь пахом к чужому члену, делая несколько пробных толчков, в ответ получая благодарный стон, потонувший в сплетении их языков.       Не отрываясь от чужих губ, одна рука Сукуны спустилась вниз, обхватывая оба их члена, сжимая и тут же содрогаясь от прошедшей стимуляции. Тело под ним тоже содрогнулось, и одна из рук, что цеплялась за его шею, так же опустилась вниз к переплетению их тел, желая помочь. Мужчина пресекать чужую инициативу не стал.       Пропустив чужую ладонь под свою, накрыв поверх, он начал размеренные движения вверх-вниз, в унисон с чужой рукой, задавая общий ритм, рефлекторно подмахивая бедрами, толкаясь в переплетение их ладоней. Громкие стоны Фушигуро и тихое сбитое дыхание самого Сукуны заполнили все пространство комнаты. Воздух вокруг пропитался запахом пота и смазки. Возбуждение скопилось внизу живота, в любую секунду норовя вырваться наружу, с каждым толчком приближая их обоих к грани. Тонкие пальцы Мегуми зарылись в короткие волосы на чужом затылке, слегка оттягивая, а потом снова прижимая ближе, утягивая мужчину в очередной поцелуй, вперемешку с легкими покусываниями.       Пара движений и Рёмен достиг оргазма, белая сперма окропила чужой живот и грудь, так же оставшись на чужом стволе, что было только на руку, выполняя роль дополнительной смазки, обостряя ощущения еще больше. Не размыкая замок из рук, Сукуна продолжил движения, доводя Мегуми до грани, содрогаясь от сверхстимуляции собственного члена. Пара секунд и парень кончил, сперма на чужой груди смешалась с семенем самого Сукуны, доставляя ему немыслимое удовольствие от этой картины.       Сбитое дыхание Мегуми постепенно возвращалось в норму, а взгляд наконец приобретал ясность и осознание того, что происходит вокруг. Отыскав глазами чужое лицо, и встретившись напрямую с алым взглядом, лицо его зарделось легким смущением, вызывая у Сукуны смешок.       — Да ладно, мы только что вместе подрочили, а ты смущаешься? — поддразнил он, — Ты очаровательный, знаешь?       Мегуми в ответ на это с тихим стоном перевернулся на бок, лицом утыкаясь в подушку, пытаясь спрятаться от чужого насмешливого, пусть и не злобного, взгляда. Сукуна привалился сверху, пытаясь повернуть чужое лицо к себе, тихо посмеиваясь.       — Ну-у-у, не прячься, сокровище.       Фушигуро шутливо пихнул его в бок локтем, но все же повернулся обратно, заражаясь чужим весельем и тихо хихикая. Радость вперемешку с цветущей в груди любовью приятно грела внутренности, пока их руки крепко переплелись в крепкий замок.       — Ну и, какой у нас дальше план? — выводя пальцами круги на чужой груди умиротворенно спросил Мегуми, поднимая глаза вверх на чужое лицо. Сукуна в ответ усмехнулся.       — Ну, думаю, еще на парочку заходов меня хватит, если ты не против.       Мегуми фыркнул.       — Ого, старик решил показать себя во всей красе?       — Ну, видимо, старик не так уж плох, раз на него повелось такое благословение, — склонившись ниже прошептал он, утягивая Фушигуро в новый поцелуй.