Язык тишины

«Самые страшные вопросы — те, которые никто не задаёт.» Проснулась она резко. Будто кто-то окликнул её. МС села на кровати. Тишина. … Слишком тихо. Она прислушалась. Обычно даже глубокой ночью цирк не спал полностью. Скрипела лестница. Кто-то проходил по коридору. Где-то хлопала дверь. Сегодня… Ничего. Она накинула тёплый кардиган и осторожно вышла из комнаты. Коридор встретил её темнотой. Лишь одна керосиновая лампа едва освещала стены. Она заглянула на кухню. Пусто. В мастерскую. Тоже никого. Даже чашка, которую Билл всегда оставлял на столе до утра, исчезла. МС нахмурилась. Странно… Она вышла наружу. Ночной воздух оказался холоднее обычного. Главный шатёр возвышался тёмной громадой. Ветер тихо шевелил флажки. Где-то далеко закаркала ворона. И только тогда она их увидела. Пять силуэтов. За шатром. Далеко. Слишком далеко, чтобы рассмотреть лица. Они медленно уходили в сторону леса. Не разговаривая. Не оборачиваясь. Она сделала шаг. Потом ещё один. Сама не понимая зачем. Любопытство? Наверное. Только… — Не ходи. Она вздрогнула. Пьеро. Он стоял совсем рядом. Она даже не услышала, как он подошёл. На нём уже не было сценического костюма. Только длинное тёмное пальто, скрывающее силуэт. Лицо почти полностью пряталось в тени. МС быстро показала: «Куда вы идёте?» Он посмотрел на её руки. Потом медленно покачал головой. Нет. Она повторила вопрос. На этот раз медленнее. Он сделал всего один жест. «Назад.» Не грубо. Но так, что спорить не хотелось. Она опустила руки. Однако уходить не стала. Пьеро заметил. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Затем он тихо произнёс: — Пожалуйста. … Она удивлённо замерла. Это было первое “пожалуйста”, которое она услышала от него. И именно поэтому… Развернулась. Ушла. Не задав больше ни одного вопроса. Вернувшись в комнату, она долго сидела у окна. Вдали, между деревьями, мелькнул слабый свет. Потом исчез. Она не знала, сколько прошло времени. Может, час. Может, два. Когда дверь тихо скрипнула. Кто-то вернулся. Потом ещё. Половицы одна за другой отзывались знакомым скрипом. Цирк снова ожил. Будто ничего и не происходило. Утром всё выглядело… обычно. Арлекин спорил с Джестером из-за какой-то колоды карт. Доктор листал записи. Билл проверял список поставок. Никто не выглядел взволнованным. Никто не говорил о ночи. МС внимательно посмотрела на каждого. Арлекин смеялся громче обычного. Но… На рукаве его куртки темнела небольшая прореха. У Джестера на манжете виднелась засохшая тёмная капля. Доктор тщательно мыл руки. Слишком тщательно. А Билл, заметив её взгляд, спокойно натянул перчатки. Словно это было совершенно естественно. Во время завтрака МС почти не ела. Мысли возвращались к ночи. Она поймала взгляд Пьеро. Он едва заметно покачал головой. Нет. Не спрашивай. Она поняла. И опустила глаза. После обеда Доктор попросил помочь разобрать коробки в кладовой. Помещение оказалось маленьким и пыльным. На верхней полке стояли старые книги, банки с краской, свёрнутые афиши. МС сняла одну коробку. Она оказалась тяжелее, чем выглядела. Коробка выскользнула из рук. С глухим стуком упала на пол. Крышка раскрылась. На доски рассыпались десятки старых фотографий. Доктор резко обернулся. Замер. … На снимках был цирк. Но… Совсем другой. Та же сцена. Те же фургоны. Те же лица. Пьеро. Арлекин. Билл. Доктор. Джестер. Они выглядели почти так же. Нисколько не старше. На одном снимке кто-то из зрителей смеялся, обнимая ребёнка. На другом — толпа хлопала артистам. На третьем… Дата. 1968 год. МС застыла. Потом медленно подняла фотографию. Посмотрела на Доктора. На снимок. Снова на Доктора. … Он очень спокойно забрал фотографию из её рук. Сложил остальные обратно. Закрыл коробку. И впервые за всё время знакомства… В его голосе прозвучала настоящая усталость. — Не сегодня. Вечером она открыла скетчбук. Но вместо рисунка долго смотрела на пустую страницу. Потом взяла карандаш. И нарисовала старую фотографию. С неровными краями. Без лиц. Они остались пустыми. Совсем. Внизу страницы появилась короткая запись. «Сколько лет вы здесь живёте?» Она ещё долго смотрела на эти слова. А потом медленно закрыла альбом. За стеной кто-то тихо засмеялся. Арлекин. Из кухни донёсся спокойный голос Билла. Доктор что-то негромко ответил. Цирк снова жил своей обычной жизнью. Только теперь… МС окончательно поняла одну вещь. Она привыкла к ним. Но почти ничего о них не знала.