За стеклом

Шизуо вышел из комнаты и выдохнул. Воздух в коридоре был прохладным, пахло дезинфекцией и книжной пылью, но даже это не могло прогнать липкое, тяжелое ощущение, которое застряло под ребрами. Он прислонился спиной к стене и закрыл глаза. Он не знал, как вести себя с Изаей после всего. Изая был засранцем, но даже он не заслужил подобного. И что самое ужасное... Шизуо чувствовал себя паршиво из-за своей реакции на него. Он не хотел так реагировать. Он не хотел вспоминать, как сияла его кожа в свете прожекторов, как манили эти розовые возбужденные соски, как он выгибался и стонал при каждом движении этой проклятой машины. Он бы предпочел забыть об этом, а лучше всего никогда этого не видеть. Прежде всего нужно сместить фокус на то, что сейчас блохе нужна помощь. А с этим наваждением он разберется позже. — Шизуо-кун, ты как? — голос Шинры прозвучал откуда-то сбоку, и Шизуо, не открывая глаз, лишь хмыкнул. — Я в порядке. — Ты не выглядишь, — Шинра, как всегда, был бестактно прямолинеен. — Ладно, я вижу, что ты не хочешь говорить. Пойдем, у нас есть пациент посерьезнее. Шизуо открыл глаза, оттолкнулся от стены и молча пошел следом. *** Изая сидел на кушетке, прикрыв ноги одеялом. Он вертел в руках врученный Шизуо скальпель, словно это был единственный якорь, удерживающий его в реальности. Его лицо, когда они вошли, было уже почти спокойным — насколько это вообще было возможно после всего. Почти. Шизуо видел микроскопическую дрожь в уголках губ, неестественный блеск в глазах — Изая надевал маску. Ту самую, которую оттачивал годами. Шинра, не спрашивая разрешения, подошел, проверил зрачки, пощупал пульс, задал пару дежурных вопросов. Изая отвечал коротко, с легкой ноткой раздражения, словно его отвлекали от важных дел. — Со мной все нормально, Шинра, — голос его звучал ровно, почти скучающе. — Мне и не такое приходилось переживать. Не нужно со мной нянчиться, как с маленьким ребенком. Шинра не купился. Он смотрел на Изаю поверх очков с тем самым выражением, которое означало: «Я вижу тебя насквозь, но не буду спорить, потому что это бесполезно». — Я выпишу тебе успокоительное, — сказал он, уже доставая блокнот. — Примешь, когда вернешься домой. При возникновении необходимости выпей еще. И постарайся отдохнуть хотя бы сутки. Никакой работы, никаких стрессов. — Я в порядке, — повторил Изая, но в его голосе уже не было прежней уверенности. Шинра лишь покачал головой и протянул рецепт. — Изая, мне плевать, что ты там себе придумал. Твой организм перенес сильнейший стресс, плюс наркотики, которые тебе вкололи. Даже если ты чувствуешь себя бодрячком, твое тело не в лучшей форме. Отдохни. Хотя бы ради того, чтобы я не волновался. Изая фыркнул, но рецепт взял. — Ладно. Уговорил. Но мне на некоторое время нужен твой телефон. Шинра молча протянул ему свой мобильный, и Изая, набрав номер, принялся ждать ответа. Шизуо стоял у стены, скрестив руки на груди, и наблюдал, как напряженные плечи Изаи расслабились, когда на том конце взяли трубку. Как его голос, только что раздраженный, вдруг стал елейным и тягучим. — Нет, Намие, это я, — в трубке что-то ответили, что заставило Изаю рассмеяться. — Не дождешься, дорогуша, я живее всех живых. Но мне нужна маленькая услуга. Я хочу, чтобы ты привезла мне комплект одежды. Несколько комплектов, я буду вынужден задержаться на некоторое время. И про обувь не забудь. А еще мне нужен мой запасной телефон и ноутбук. Сложи все в сумку, она лежит в шкафу, и привези на квартиру Шинре. И... — он запнулся на секунду. Намие что-то говорила на том конце, и лицо Изаи становилось все более напряженным. — Пакет? — переспросил он, и его голос дрогнул. Совсем чуть-чуть, но Шизуо, который привык ловить каждую интонацию блохи за годы вражды, услышал это. — Какой пакет? Еще одна пауза. Изая слушал, и его лицо медленно бледнело. Тени под глазами, которые Шизуо заметил еще вчера, казались теперь глубже, почти черными. — Сожги его, — сказал Изая, и его голос растерял всю елейность. — Не открывай. Не смотри, что внутри. Просто сожги. И... Намие, после того, как привезешь вещи, я даю тебе оплачиваемый отпуск. На неопределенный срок. Тебе будет лучше съездить куда-нибудь. Он сбросил звонок и уставился на экран телефона, невидящим взглядом. Шизуо видел, как его руки дрожат. Не сильно — едва заметно, но достаточно, чтобы понять: что-то случилось. Что-то, что выбило почву из-под ног даже этого вечно контролирующего себя человека. Затем Изая набрал еще один номер. На том конце провода ответил бодрый голос и Шизуо сразу понял, что Изая позвонил своим сестрам. —Хэй, Майру! — Изая как и в первый раз придал своей интонации максимальную непринужденность. — Я обдумал вашу просьбу и совсем не против, чтобы вы поехали с классом на экскурсию на Окинаву, — Изая отодвинул от своего уха телефон, чтобы не оглохнуть от восторженного вскрика. — Да. Хорошо, можете воспользоваться моей карточкой, — вдруг наигранная улыбка Изаи стала мягче, что Шизуо даже выдохнул от осознания, насколько внимательно он за Изаей следил. Он никогда раньше не задумывался, что блоха может чувствовать привязанность к кому-то. Но, похоже, он действительно любил своих сестер. — Конечно, я буду лайкать ваши посты. Постите почаще. Когда Изая сбросил звонок, он вернул телефон Шинре. И Шизуо, наконец, озвучил вопрос, который зудел в голове после первого звонка. — Что было в пакете? Изая не поднял на него взгляда. Но на его лице было отражено что-то, чего Шизуо никогда раньше не видел. Страх. Не тот показной, который Изая иногда демонстрировал во время их стычек, а настоящий, глубинный, от которого кровь стынет в жилах. — Мои вещи, — сказал он тихо. — Те, что были на мне вчера. И телефон. И нож. Крылов прислал их ко мне домой. Чтобы я знал... чтобы я понял, что он знает, где я живу. Что он может достать меня в любой момент. В комнате повисла тишина. Даже Шинра, обычно словоохотливый, молчал, переваривая услышанное. Шизуо сжал кулаки. Он не нуждался в продолжении. Если этот ублюдок может достать блоху, то может достать и близняшек. Он явно знает на что давить. Ярость, знакомая и привычная, закипала где-то в груди, но теперь она была направлена не на Изаю. Она была направлена на Крылова, который посмел... который сделал... — Он хочет меня уничтожить, — продолжал Изая, и его голос стал почти безразличным, словно он говорил не о себе, а о ком-то постороннем. — Ему показалось мало вчерашнего. Он хочет, чтобы я боялся. Чтобы я даже не думал продолжать свою работу. Вдруг взгляд Изаи изменился. И он, наконец, посмотрел на Шизуо. В его глазах, на секунду, мелькнуло что-то похожее на... подозрение? — Как ты нашел меня? — спросил он. — Вчера. На складе. Шизуо помолчал, собираясь с мыслями. Рассказывать о том, как он сомневался, но все равно поехал — это было... слишком личным. Слишком похоже на признание, которое он сам еще не до конца осознал. — Записка, — сказал он коротко. — На двери моей квартиры. Там был указан адрес, где тебя искать. Изая усмехнулся — горько, без тени веселья. — Ну конечно. Как же иначе... Шизуо нахмурился. — Что ты имеешь в виду? Изая посмотрел на него серьезно. — Тебе нельзя возвращаться домой. Как только Намие принесет мои вещи, мы уберемся отсюда. —В каком это смысле "мы"? Причем тут я?!— голос Шизуо прозвучал резче, чем он хотел. — Видишь ли, Шизу-тян, Крылов хочет достать меня, — начал Изая объяснять, как неразумному младенцу. — Как ты мог успеть убедиться, он готов использовать для этого любые средства. А из-за наших с тобой стычек он, очевидно, решил, что мне есть до тебя дело. Поэтому не сомневаюсь, что дома тебя может ждать неприятный сюрприз. Изая впервые за этот период надел свою привычную маску, которая до недавних пор так бесила Шизуо. Но сейчас он отчетливо видел под маской трещины. — Хорошо, — выдохнул Шизуо. — Что ты предлагаешь? Изая молчал некоторое время, за которое тишина снова стала тяжелой, почти осязаемой. Но затем он снова заговорил. — В Икебукуро у меня есть конспиративная квартира. Там мы сможем укрыться на некоторое время. Надеюсь, его хватит для того, чтобы схватить Крылова за горло. — Вдруг губы Изаи изогнулись в ехидной улыбке, и он продолжил. — Кстати, до тебя я еще не водил туда гостей. Так что можешь считать, что ты не простой гость, а почетный. Шизуо стрельнул на него недобрым взглядом. — Ты однажды допрыгаешься, блоха. Изая усмехнулся, но не отвел глаза. Вдруг в дверь позвонили, и Шинра, чувствуя, что его присутствие здесь лишнее, кашлянул. — Я, пожалуй, пойду, открою. Вы двое... разбирайтесь. Он вышел, прикрыв за собой дверь, и они остались вдвоем. Изая сделал вид, что ему больше неинтересно играть в гляделки и отвел взгляд. Хотя на самом деле ему просто было душно находиться рядом с Шизуо в одной комнате наедине. Шинра ушел и унес вместе с собой всю атмосферу прежней непринужденности. Шизуо тоже почувствовал возвращение этой неловкости и отвернулся. Смущенно потерев шею, он не мог остановить свой взгляд на чем-то одном. Он смотрел куда-то в сторону, на стену, в окно, где просигналила полицейская серена. В конце концов вернулся к Изае — на его бледное лицо, на взлохмаченные волосы, на то, как длинные пальцы сжимают край одеяла, а сам Изая, вероятно, даже не замечал, что они выдают его нервозность. — Ты боишься его? — спросил Шизуо вдруг. Изая не ответил сразу. Он словно взвешивал слова, прежде чем выпустить их наружу. — Конечно, я боюсь его, — сказал он наконец. — Но не того, что он сделал. А того, что он еще может сделать. Шизуо ощутил странное чувство в груди, будто какой-то зуд. Но это был правильный зуд. Тот самый, когда кто-то нуждался в защите. Так странно было чувствовать это по отношению к блохе! Но он не мог сопротивляться этому чувству. — Я помогу тебе, — сказал Шизуо. — Вместе мы одолеем этого ублюдка. Изая усмехнулся, и в этой усмешке была горечь и что-то еще, похожее на благодарность. — Ты даже не знаешь, кто он. — Это неважно, — отрезал Шизуо. — Ты знаешь. И, возможно, только ты сможешь придумать, как до него добраться. Изая смотрел на него долго, очень долго. А потом, неожиданно даже для себя, сказал: — Знаешь, мне даже нравится твое простодушие, — Изая мягко улыбнулся уголками губ. — И твоя вера в меня это... даже приятно. Шизуо фыркнул. Они снова замолчали. Но теперь молчание было другим — не напряженным, не враждебным. Оно было... почти спокойным. Через некоторое дверь отворилась и вошел Шинра с большой сумкой в руках. — Намие заходила, — сказал он, поставив сумку на пол. — Принесла твои вещи. А еще просила передать, что пакет она утилизировала, как ты и просил. И чтобы ты даже не смел беспокоить ее, пока не разберешься со своим дерьмом. Это прямая цитата, если что. — Спасибо, — кивнул ему Изая и, соскользнув с кушетки подошел к подпольному доктору. — Да, Шинра, вам с Селти также будет полезно съездить куда-нибудь. — О, не переживай за нас, дружище! Мы с моей прекрасной Селти-тян давно хотели съездить в романтическое путешествие, так что как только она вернется домой, мы тут же уедем, — при мысли о возлюбленной Шинра расплылся в улыбке. — Хорошо. А теперь мне нужно переодеться, — сказал он, заглянув в сумку. — Я подожду в коридоре, — Шизуо мазнул взглядом по оголившимся ногам Изаи и вышел за дверь, прислонившись к стене. Уже долгое время хотелось курить. Он слышал за стеной шорох одежды и лязг пряжки ремня. И снова эта картина вставала перед глазами: обнаженное тело, раскинутые бедра, стоны... Шизуо зажмурился и мысленно выругался. Проклятие. Надо отвлечься. Шизуо достал из кармана брюк телефон и открыл переписку с Томом. Пока блоха не разберется с Крыловым, он не может вернуться домой. А значит и на работу ходить тоже не сможет. Он быстро напечатал сообщение в мессенджере, несколько раз перечитал, и нажал «отправить». «Том-сан, могу ли я взять отпуск на неопределенный срок?» Шизуо убрал смартфон обратно в карман как раз, когда открылась дверь. Изая стоял в черных джинсах и простом лонгсливе серого цвета. Он выглядел почти как обычно — почти. Не было его любимой куртки. Она ведь, вероятно, тоже была на нем вчера. А значит от нее секретарша блохи тоже избавилась. — Ну что, готов, Шизу-тян? — спросил Изая нарочито бодрым тоном. — Веди, — коротко ответил ему Шизуо, забирая у Изаи тяжелую сумку и легким движением закидывая себе за плечо. — Удачи вам, ребята, — бодрым голосом проводил их Шинра. *** Они вышли из подъезда и тут же свернули в подворотню. Сзади были слышен гул проезжающих машин, и где-то вдалеке слышались голоса прохожих. Сами же они были словно тени. Изая шел впереди, Шизуо — чуть позади, держась на расстоянии, но не отставая. Они не разговаривали. Им не нужно было слов. Здание, в котором располагалась квартира Изаи, выглядело максимально неприметным. Повернув ключ два раза, Изая толкнул обшарпанную железную дверь и вошел внутрь. — Чувствуй себя, как дома, Шизу-тян, — сказал Изая с улыбкой, закрыв дверь. Шизуо поставил сумку на пол, снял ботинки и прошел в единственную комнату. От каждого шага под ногами скрипели деревянные половицы, пахло старой мебелью, но зато было тепло и тихо. Одного взгляда хватало, чтобы охватить все скромное убранство комнаты: старые пожелтевшие обои, диван, шкаф для одежды, старый телевизор с тумбой и журнальный столик. Вековой слой пыли свидетельствовал о том, что здесь давно никто не жил. Изая усмехнулся, наблюдая за недоуменным взглядом Шизуо. — Что? Удивлен? Это квартира для конспирации, а не для житья, Шизу-тян. Она продавалась уже в таком виде, я почти ничего сюда не докупал. — Он прошел вглубь комнаты, чтобы сложить вещи из сумки в шкаф. После чего достал с верхней полки штаны с футболкой и кинул в Шизуо. — На, это тебе переодеться. Вероятно, тебе также захочется принять душ. Полотенце найдешь на полке в ванной. И да, пусть указатели на вентилях тебя не обманывают, холодная слева. Выслушав инструкции Шизуо поплелся в ванную. Он решил наскоро ополоснуться, используя только холодную воду, чтобы смыть с себя усталость и накатывающее волнами наваждение. А когда переоделся и вышел, на полу уже был расстелен футон, сам Изая сидел на диване и включал ноутбук. Отметив краем глаза, что Шизуо вышел из душа, он сказал: — Я решил, что ты, наверное, устал и хотел бы поспать. Как видишь, диван только один, поэтому, не обольщайся, ты спишь на полу. Шизуо хотел было что-нибудь сказать, но слова не шли. Со вчерашнего дня он действительно слишком устал, чтобы спорить. И вместо этого спросил: — У тебя можно курить? Изая отвлекся от ноутбука и, казалось, был искренне удивлен этим вопросом, поэтому так же просто ответил: — Э... Да. На балконе. Я сейчас принесу пепельницу. Шизуо вышел на балкон. Квартира располагалась на втором этаже и окна выходили на подворотню. Поняв, что разглядывать здесь нечего, он достал сигарету, закурил, глубоко затягиваясь, и уставился в одну точку. В голове был хаос. Мысли о Крылове, о мести, о том, как защитить Изаю, — и мысли о том, что он вообще-то не должен хотеть его защищать. Они враги. Всегда были врагами. Но после того, как увидел, как Изая из последних сил пытается сохранить себя, Шизуо не чувствовал ненависти. Он чувствовал только странную, щемящую боль — и желание разорвать того, кто посмел сделать это с блохой. Неуловимый засранец Изая был константой. А этот ублюдок слишком быстро и слишком резко перечеркнул все, что Шизуо раньше о нем думал. Тишину нарушил рингтон нового сообщения. Пришел ответ от Тома. «Это несколько необычно для тебя. Конечно. Ты можешь взять отпуск, на сколько тебе понадобится. Надеюсь, у тебя все в порядке?» Шизуо ответил коротким «Все в порядке», когда услышал звук соприкосновения стекла с бетоном. А когда обернулся, на подоконнике стояла пепельница, которую принес Изая. Он стряхнул в нее пепел и, выдыхая сизый дым, закрыл глаза. Он разберется со всем позже. Сейчас он и правда хотел спать.