Она любила дождь

Дождь шел не прекращаясь уже несколько часов. Ничего особенного, осенью в Париже всегда такая погода. Сырая, противная и ветреная. Он не любил дождь, но его любила она. Та которую он любил всем сердце и любит до сих пор, та ради которой он живет. Та кого он намерен вернуть, чего бы ему это не стоило… Именно поэтому дождливыми вечерами мужчина всегда выходит в сад. Когда-то, очень давно, его жена собственноручно посадила саженцы деревьев и кустов на их участке. С тех пор он разросся. Те счастливые времена казались мужчине такими далекими, словно это была в прошлой жизни. Габриэль неспешна прогуливается по саду, вспоминая прожитые годы с женой. Ее улыбку и звонкий смех, ее нежные объятья, и поцелуи полные страсти. Он по-прежнему любит ее, но не замечает, как это чувство разрушает. Медленно, капля за каплей. С сыном Габриэль давно нормально не разговаривал, он вообще почти не видится с ним. Особенно сейчас, когда он вырос и перестал зависеть от него. Кто бы что не говорил, Габриэль любит сына. Ему просто невыносимо больно смотреть на него. Каждый раз, видя Адриана, он вспоминает жену. Ведь он так похож на Эмили. Капли дождя уже намочили строгий, светлый костюм мужчины. Его волосы растрепались и теперь висели мокрыми сосульками. В ботинках хлюпает, но он не замечает этого. Сколько он уже тут сидит? Полчаса? Час? Он никогда не засекает время. Просто сидит под дождем пока не стемнеет. Затем принимает горячий душ и ложится спать. А утром начинается рутина. Работа и противостояние героям. За эти годы ему пока не удалось приблизиться к цели, хотя он не раз был близок к победе. Герои… Он усмехнулся. Они слишком молоды. Они не понимают его. Не знают, что такое потерять самого близкого человека… Так продолжается шесть лет. Каждый раз он сидит под дождем. Ведь она любила дождь… Габриэль резко вынырнул из раздумий. Что-то отвлекло его, но он пока не понял что. Что-то выбивалось из привычной картины мира. Всхлип. Совсем рядом. Буквально за тем кустом. Мужчина поднялся. Мокрая земля противно чавкала под ногами Агреста, а промокшая одежда неприятно липла к телу. Промозглый ветер задувал капли дождя в лицо Габриэлю. За кустом шиповника он увидел сидящую на корточках девушку. Лбом она уткнулась в колени, и не заметила появление Габриэля. Плечи ее содрогались от слез, с волос стекали капли воды. Когда она тут появилась? Габриель нахмурился, вспоминая имя девушки. Кажется это Маринетт, но в сумерках он мог ошибиться. Адриан сегодня собрал друзей у себя, что объясняло появление здесь постороннего. — Мадемуазель, — начал говорить мужчина и замолчал. Девушка вздрогнула и резко подняла голову. Точно, это Маринетт, — Дюпен-Чен, — продолжил он. Первым порывом было отчитать девушку. Он не давал ей разрешения сюда приходить. Этот сад священен. Но увидев заплаканные, большие голубые глаза, в коих плескалось столько разочарования и рухнувших надежд, передумал. — Вы промокли и можете заболеть, — вместо этого произнес он. — Простите, — почему-то начала она извинятся. Девушка стала быстро вытирать слезы, размазывая тушь по бледным щекам. — За что вы извиняетесь? — он смотрел ей в глаза и видел себя. За маской холодности и безразличия прячется потерянный мальчик. Совершенно разбитый и опустошенный. — Я… я, н-наверно, помешала в-вам, — ее голос дрожал. — Я сейчас уйду, — она поднялась, и ее тело начало трясти от холода. Она обхватила себя руками и склонив голову сделала шаг. Маринетт сейчас напоминала Габриэлю брошенного котенка. Он снял свой пиджак и накинул ей на плечи. Хоть он и был мокрым, но еще сохранял тепло его тела. По коже мужчины пробежали мурашки. Он только сейчас заметил, что сам чертовски замерз. — Вам нужно согреться. В таком виде вы простынете, пока доберетесь до дома. Откуда в нем появилось желание помочь? Он видел, в каких расстроенных она чувствах. Маринетт отлично подходила в качестве жертвы для акумы. Но что-то в ее взгляде зацепило его. — Н-не волнуйтесь, — она натянуто улыбнулась и попыталась скинуть пиджак с плеч. — Я не з-заболею, — попыталась убедить она Габриэля. — Я не могу отпустить вас в таком состоянии, — он коснулся ее плеча, не позволяя снять пиджак. — Это может быть опасно. Сейчас вы хорошая жертва для акумы. Это я еще молчу о подонках, которых вы можете встретить по пути домой. — Тогда ак-кума буд-дет кстати, — попыталась пошутить Маринетт. Но эта попытка выглядела жалко. Габриэль ничего не ответил девушке. Поняв, что она больше не сопротивляется, он мягко подтолкнул ее в сторону особняка. *** — Держите, — мужчина протянул девушке чистое полотенце и махровых халат. Она приняла сухие вещи, стараясь не поднимать головы. Ее по-прежнему трясло от холода, и еще она смущалась. Габриэль понял, что девушке некомфортно в его присутствии. Он показал ей ванную и указал на сушилку для одежды. Затем сразу удалился из душевой. Ему самому следовало скорее переодеться. Чем он и занялся. Хоть его и бесило то, что порядок действий ритуала был нарушен, ему совсем не хотелось кричать на девушку. Наоборот, хотелось поддержать ее. Именно поэтому он пустил ее в свою комнату и позволил воспользоваться личной душевой. Налив себе кружку горячего кофе, Габриэль удобно расположился в кресле в гостиной. Он собирался немного поработать, но встревоженный голос из соседней комнаты привлек его внимание. — Ребят, а куда пропала Маринетт? Почему-то мужчина вздрогнул. Кружка в его руках дернулась и несколько капель черного кофе пролились на светлые брюки, обжигая кожу. Он чертыхнулся, ставя кружку на стол. Дверь отворилась и в гостиную влетела смуглая девушка. Она резко затормозила, увидев Габриэля. Туловище девушки по инерции наклонилось вперед, очки съехали на кончик носа от чего она зависла в нелепой позе. — Ой, — она неловко улыбнулась. За спиной девушки показались еще несколько ребят. Среди них мужчина увидел сына. Он был обеспокоен и явно нервничал. — Пойдем, Аль, ее тут нет, — Нино потянул девушку за руку. — Извините, — произнесла девушка и закрыла дверь удаляясь. Все это произошло так быстро, что Габриэль не успел ничего сказать. Несколько секунд мужчина сидел неподвижно. Его одолевали противоречивые чувства. Он понимал, что должен сообщить им, где находится девушка. Но ему не хотелось этого делать. Он, как никто другой, понимал, девушке сейчас нужно побыть в одиночестве. Выплакаться. Вопреки своим желаниям он поднялся и пошел догонять ребят. Он собирался сказать им о местонахождении Маринетт, но не успел. Они уже выбежали на улицу. Неугомонные дети, все спешат куда-то. Мужчина покачал головой глядя на входную дверь. Идти на улицу, где по-прежнему лил дождь, он не собирался. Он ненавидит дождь. Набрав сына, Габриэль стал слушать гудки. Через минуту мужчина понял, что слышит рингтон, стоящий у Адриана на звонке. Он сбросил вызов и собирался вернуться в гостиную. Там его ждал кофе и планшет с незаконченным эскизом. Вот только ноги понесли его в другую сторону. Стоя перед дверью в свою комнату Габриэль испытывал смятение. Почему он стоит тут и не решается войти? Зачем он пришел сюда? Впервые в жизни он не понимал, что с ним происходит. Дверь отворилась и в мужчину влетела Маринетт. Она ойкнула делая шаг назад, подняла голову и в голубых глазах мелькнул страх. — Простите, — пропищала девушка, смущенно опуская голову. Полотенце сползло с ее головы, Маринетт нагнулась, ловя полотенце. Врезалась головой в грудь Габриэля. Подпрыгнула, отскакивая от мужчины и выпустила полотенце из рук. Габриэль ничего не успел сделать, как раздался глухой стук удара. Маринетт стукнулась рукой о дверной косяк, а в следующую секунду, она уже сидела на полу. Лицо девушки было пунцовым от стыда. Она застыла не зная как себя вести, казалось, девушка перестала дышать. Тишина, повисшая в доме, прервалась сдавленным смешком. Габриэль кашлянул в кулак, маскируя новый смешок и произнес. — Извини, — он выдохнул, всеми силами сдерживая себя. Уж очень комичная картина предстала перед ним. — Вы, наверное ушиблись, — спокойно произнес мужчина протягивая руку Маринетт. Она осмелилась поднять голову и удивленно уставилась на протянутую руку. Девушка не ожидала, что мсье Агрест проявит заботу о ней. Она была уверена, что уж теперь он рассердится, начнет кричать и немедленно прогонит ее. — Нет, что вы, все… все нормально, — еле слышно ответила Маринетт. Она не знала как быть. Ей было неловко и немного волнительно принимать помощь мсье Агреста, своего кумира и отца возлюбленного. А проигнорировать протянутую руку будет некультурно и бестактно. Габриэль вполне может оскорбиться, а этого Маринетт не хотела. Прошло слишком много времени. Мужчина уже начал хмурится, и Маринетт все же приняла решение. Она несмело ухватилась за протянутую руку, позволяя мсье Агресту помочь ей подняться. Рука девушки оказалась теплой, даже горячей. А может Габриэлю это только показалось, ведь его ладони были ледяными. *** — Вы боитесь меня? — спросил Габриэль у девушки. Этот вопрос мучил его уже с пол часа. Они сидели в гостиной и ждали возвращения ребят. Маринетт не смогла дозвониться до друзей и ей ничего не оставалось, как сидеть и ждать. Не факт, что они все вернуться сюда, но ей все равно нужно ждать. Ее одежда промокла насквозь и сейчас крутиться в сушилке. — Нет! — слишком громко ответила Маринетт. Это была ложь. Габриэлю даже не пришлось прикладывать усилий, чтобы понять это. Это было так очевидно. Девушка сидела в кресле напротив и все время ерзала. Она переставляла с места на место кружку, в котором плескались остатки остывшего чая и каждую минуту смотрела в смартфон. Мужчина хмыкнул переводя взгляд с планшета на девушку. — Успокойтесь, мадемуазель Дюпен-Чен, я вас не съем. Девушка открыла рот и тут же закрыла его, закусив нижнюю губу. Кончики ушей Маринетт начали краснеть. Такая реакция позабавила мужчину. Ему стало интересно, что хотела ответить Маринетт, какие мысли посетили ее голову. Телефон девушки зазвонил. На дисплее высветилось имя «Алья». Маринетт ответила. — Да. Что говорили на том конце было не слышно. Но по ответам девушки было понятно о чем ее спрашивают. — Ну… — протянула она, явно не зная что сказать, — я заблудилась. Габриэль, который в этот момент решил допить свой остывший кофе, поперхнулся. Он готов был услышать что угодно, но не это. — Особняк большой, — продолжала лгать девушка, — комнат много… Но я нашла выход на улицу и решила обойти дом. Представляешь, — голос Маринетт звучал все увереннее и увереннее, — я поскользнулась и плюхнулась в лужу. Расстроилась, собралась уже домой уходить… — Заблудилась?! Ты?! — закричала Алья так, что даже Габриэль смог расслышать. — В доме Агрестов?! Да ты же знаешь план их дома лучше, чем свой! — Алья! — перебила ее девушка. Она с опаской глянула на мсье Агреста. Он делал вид, что занят и ничего не слышал. «Как интересно. Эта девушка…» Габриэль напрягся. Если она знает план дома, то в курсе и о логове Бражника… «Нет» Мужчина глянул на Маринетт. Она не может знать его секрет. Никто не знает. Собеседница Маринетт перестала кричать, и Габриэль больше не слышал ее. Но он уже и не слушал. Его занимали другие мысли. Мужчине было интересно, что имела в виду Сезер. По какой причине эта юная особа знает план его особняка? Когда девушка перестала разговаривать, Габриэль осмелился задать еще один интересующий его вопрос. — Почему вы плакали? — он внимательно изучал лицо девушки, желая уловить каждое движение мышц на лице. Она закусила нижнюю губу, отвела глаза в сторону, нервно теребя пояс халата. Девушка молчала не находя слов. Как объяснить ситуацию? Не может же она сказать мсье Агресту, что ее чувства отверг его сын. — Вас обидели? — стал задавать наводящие вопросы Габриэль. Ему было важно знать, что вызвало такие сильные эмоции. Маринетт отрицательно покачала головой, наклонила голову вперед. Влажные, распущенные волосы упали на лицо, пряча его от собеседника. Но от глаз Габриэля не скрылись, блеснувшие в свете люстры, слезы. Он снова почувствовал всплеск сильных эмоций. Боль, обида, горечь и разочарование сейчас одолевали девушку. Агрест невольно коснулся ворота, где обычно прятал брошь. Сейчас на нем не было галстука, и камень чудес покоился в кармане брюк. Мужчина разрывался от противоречивых чувств. Ему нужно было воспользоваться шансом. Не так часто встретишь настолько сильные чувства. Вот только что-то останавливало его. Неужто совесть проснулась? У него! Совесть? Габриэль нахмурился. Ему не нравилось то, что происходит. Эта девушка заставила его нарушить ход ритуала, рассмешила и вызвала жалость. У него. У Габриэля Агреста, человека, который запретил себе испытывать эмоции. Того, кто отказался от нормальной жизни в угоду своей цели. Так почему он не пользуется возможностью? Хлопнула входная дверь и до них донеслись голоса. — Ты совсем рехнулся?! — кричала Алья. Маринетт услышав ее вздрогнула и поднялась с кресла. — Нельзя так с Маринетт! Она очень ранимая девочка! А ты — А что я?! — так же крича ответил Адриан. Тут уже напрягся Габриэль, вслушиваясь. А Дюпен-Чен застыла, не зная куда себя деть. — Я по твоему должен наплевать на свои чувства?! Начать обманывать ее и себя?! — наступила тишина. — Чего молчишь? — уже спокойней произнес Адриан после недолгого молчания. — Я не прав? Габриэль посмотрел на Маринетт. Она стояла, растерянно смотрела в сторону двери. Руки ее дрожали, а из глаз вот-вот польются слезы. *** Габриэль проснулся посреди ночи. Наконец-то. Эта неделя была неудачная. Ни одной стоящей эмоции. Одни глупые обиды. Словно весь Париж перестал негативеть. И вот сейчас он чувствует отголоски сильной ненависти. Пока город спал, Бражник вышел на охоту. Сегодня снова льет дождь. Он ненавидит дождь, но его очень любила она… Ночь темна. Тучи закрыли собой луну и звезды. Даже если герои патрулируют город, в такой темени разглядеть акуму им не удастся. «Здравствуй, Мститель, я …» — Бражник замолчал. Акума вылетела из розы и полетела обратно. Он знал эту девушку. Мужчина стоял силясь понять, почему. Как неразделенная любовь привела к ненависти к себе? Не дав себе времени на обдумывание, Бражник покинул логово. Ветер дул в лицо, а капли дождя неприятно ударялись и стекали по костюму. Несмотря на волшебное происхождение костюма, Габриэль чувствовал холод, проникающий под него. Он злился. На себя, что снова упускает шанс заполучить сильного «сторонника», на дождь, что замедляет его, на ветер, что свистит в ушах. На нее, за неправильные мысли… Девушка не сразу заметила появление постороннего на собственной крыше. Она стояла у парапета и смотрела в никуда. Из глаз текли слезы, а в правой руке она сжимала розу. Так сильно, что шипы вонзились в нежную кожу, царапая ее. Маринетт вздрогнула и сделала шаг назад, когда Бражник сделал неуверенный шаг в ее направлении. Поскользнулась на мокрой крыше и села на попу. Напуганная и мокрая, она выглядела точно так же, как и неделю назад. Хотя нет, страх в ее глазах сменился ненавистью, в глазах блеснула злость. Новая волна чистых, искренних эмоций захлестнула Бражника. В злодейском амплуа он ощущал их острее. Он даже отступил. Собирался сбежать, когда Маринетт начала кричать на него. — Что, явились лично акуматизировать меня?! С чего такая честь? — она поднялась на ноги. — Зачем вы явились? — девушку начало трясти, из глаз хлынул новый поток слез. — Поиздеваться захотели? Бражник еле заметно качнул головой. Он сам не понимал, зачем пришел сюда. И это его злило. Девушка опустила глаза на цветок в своей руке. Прижала его к груди, а затем резко выкинула его. — Я не достойна этого! — выкрикнула она. Роза пролетела совсем немного, прежде чем рухнула вниз. — Не достойна… — шевеля одними губами произнесла Дюпен-Чен и присела на корточки. Спрятала лицо в ладони и горько зарыдала. Казалось она совсем позабыла о нежданном госте. Габриэлю стало неловко. Он переминался с ноги на ногу, словно подросток. Мужчина не понимал что ему делать. Вид девушки вызвал давно забытое чувство — сострадание. Он снова увидел в ней себя. Она даже не дрогнула, когда Бражник присел рядом с ней. Никак не отреагировала на его холодную ладонь, которая просто легла ей на плечо. Он понимал ее как никто другой. Маринетт — молодая, разочаровавшаяся в любви девушка. Она впервые потерпела серьезное поражение и сейчас утопает в отчаянии. Но что за розу она держала в руках? — Зачем вы здесь? Что вам от меня нужно? — всхлипывая спросила Маринетт. Она продолжала плакать уткнувшись лицом в ладони. Удивительно, что мужчина смог расслышать ее, сквозь шум дождя. — Ничего, — спокойно произнес Бражник. Ему бы кто ответил на этот вопрос. — Почему вы не акуматизируете меня? — отняв руки от лица, Дюпен-Чен вытерла слеза, но голову так и не подняла. — Я злодей, а не убийца, — как-то безразлично произнес он. — Я был в твоей голове и знаю твои мысли. Девушка вздрогнула и резко обернулась. — Все, все мысли? — испуганно спросила она. — Нет, — Бражник снисходительно улыбнулся, — только те, что были на уме в момент акуматизации. — Я чуть не стала злодеем, — с придыханием произнесла девушка. Почему-то такая перспектива напугала ее больше, чем короткий полет с крыши. — Да, — усмехнулся мужчина, — из тебя вышла бы отменная злодейка, — он провел рукой по мокрым волосам девушки и тут же в испуге отдернул руку. Что это было? — Зачем? — тихо спросила девушка. Она решила воспользоваться шансом. Если бы знала, что Бражника так легко выманить, то давно начала бы убиваться по Адриану. А он часто приходит к потенциальным злодеям? Бражник молчал. Он прекрасно понял о чем девушка интересуется, но не мог решить отвечать или нет. Мужчина мешкал. — Она любила дождь… — очень тихо произнес мужчина и посмотрел наверх. Оттуда на его лицо летели мелкие капли дождя. Он усмехнулся и вновь посмотрел на девушку. Она внимательно смотрела на него. От голубых глаз не смогла скрыться печаль, промелькнувшая в глазах Бражника. Раньше Маринетт не задумывалась о мотиве Бражника завладеть талисманами. Она была уверена, что причина тому власть и богатство. Она никак не ожидала, что ей может быть желание вернуть любимую. — Наши с тобой чувства схожи. Только мне помогут лишь камни чудес, а тебе время. Кто знает, — он пожал плечами, — может А, — он чуть было не произнес имя сына, — парень, которого ты любишь, ответит взаимностью. Согласись такое может произойти. А может в скором времени ты встретишь новую любовь. Не стоит зацикливаться на одном человеке. Ты еще молода, впереди столько событий и людей. — Вы сами-то хоть раз прислушивались к своим советам? Что она имеет в виду? В Бражнике начало просыпаться раздражение. Неужели нельзя послушать умные слова, кивнуть и пойти спать? Обязательно разводить демагогию? — Вы сказали, не зацикливаться на одном человеке, а сами? — продолжала давить она. — Вы столько лет живете прошлым… Все мы теряем близких людей, но жизнь на этом не заканчивается. — Ты не понимаешь, — сквозь зубы прорычал Бражник. Он поднялся на ноги, отвернулся от девушки. — Она — моя жизнь. — У вас есть дети? — задала девушка неожиданный вопрос. Бражник повернулся к ней, наклонил голову вбок, силясь понять к чему она клонит. — Есть или нет? — она встала на колени и уцепилась за парапет. — Один. Девушка, кряхтя, встала на ноги. Чуть размяла затекшие конечности. — Подумайте о нем. Как он отреагирует, когда вскроется правда? — Будет счастлив, что мама вернулась. — А если он займет ее место? Они смотрели друг другу в глаза. Бражник молчал. Он был уверен, что их семья воссоединиться, стоит ему загадать желание. Но эта девушка… она сумела посеять зерно сомнения. Если она права, и взамен Эмили у него отнимут Адриана. Пойдет он на это? Согласиться пожертвовать сыном ради собственного счастья? — Что ты предлагаешь? — зло рявкнул мужчина. Его злила вся ситуация. — Сдаться? Я потратил шесть лет на борьбу. Поздно что-то менять. — Ошибаетесь, — Маринетт ближе подошла к Бражнику, взяла его за руку, отчего тот вздрогнул. Она могла сейчас сорвать с него брошь и забежать в дом. Люк, как раз, находится у ее ног. Не так. Сорвать брошь и перевоплотиться в Леди Баг. Так будет надежней. С Бражником будет покончено, но… Ей хотелось чтобы он сам отказался от талисмана. Глупо и наивно. Бражник перехватил руку девушки. Теперь он сжимал ее запястье. Наклонился и произнес. — Решила поиграть в героя? — он усмехнулся. — Давай сыграем. Ты же лучше знаешь, как победить злодея, нежели Леди Баг и Кот Нуар. Злость взяла вверх, и Бражник перестал контролировать действия. Ему хотелось посильнее задеть, обидеть, унизить. Как эта девка посмела его учить. А он еще пожалел ее, утешить решил. Подарить надежду. — Нет, я не… ай! — Маринетт взвизгнула, когда Бражник сильно сжал ее запястье. Будь сегодня ясная ночь, ее обязательно кто-нибудь услышал. Но дождь, который, как назло, стал набирать обороты, заглушил голос девушки. — Что нет? Ты считаешь себя умнее всех? Думаешь поговоришь со мной, и я одумаюсь? Ты жалкая. Вместо того чтобы сражаться за свои чувства — сдалась! Он все сильнее сжимал руку девушки. Маринетт дернула ее на себя. Но Бражник не выпустил ее. Он подошел ближе к ней, почти вплотную, продолжая оскорблять девушку. — Мне больно! — крикнула Дюпен-Чен, но злодей ее не слушал. — Вы знаете, что я права! — еще громче закричала она, стукая свободной ладонью в грудь Бражника. — У вас не осталось больше аргументов, и вы перешли на оскорбления! — каждое слово сопровождалось ударом. Бражник перехватил ее ладонь. От резкого рывка девушка качнулась и врезалась лицом в широкую грудь злодея. Ситуация ужасная. Она еще никогда не сталкивалась вот так, нос к носу, со злодеем. Особенно с Бражником. Без костюма… Дура. На что надеялась? На благоразумие Бражника? Глупо. Очень глупо. Она была в отчаянии. Обе руки блокированы, пинаться опрометчиво. Из-за дождя поверхность под ногами скользкая, она обязательно упадет. — Пустите! — потребовала Маринетт, дергаясь в жалкой попытке вырваться. Бражнику это нравилось. Власть которую он испытал, глядя на беспомощную девушку, пьянила. Злость и раздражение сошли на нет, но он не торопился отпускать Маринетт. В нем проснулся интерес. Что она будет делать дальше? Как будет выкручиваться? Как скоро перестанет требовать и начнет умолять? Обида охватила девушку. Она хотела помочь. Видела проблески благоразумия у Бражника. Поняла, что он не такой плохой, каким хочет казаться. В их разговоре что-то пошло не так, и теперь она прижата к мужчине. Беззащитная и обиженная. — Давай, Маринетт, твой ход, — наклонившись произнес Бражник. До ноздрей Маринетт донесся аромат духов. Приятный, дурманящей пряный запах с легкой горчинкой. Невольно расслабилась, вдыхая аромат Бражника. Запах был ей знаком. Габриэль вздернул бровь, слегка удивленный такой реакции. Глядя на чуть приоткрытые пухлые губки, ему вдруг захотелось попробовать их на вкус. Подобные мысли давно не посещали его. Единственные губы, которые он хотел целовать принадлежат Эмили. Почему же сейчас эта мысль промелькнула? Маринетт совсем не похожа на нее. Ни внешностью, ни характером. Эмили смелая, уверенная в себе женщина, знающая чего хочет и как этого достичь. А Маринетт… Неуверенная, наивная девушка. Она еще совсем ребенок. Так почему? Он отшатнулся от нее, выпуская запястья девушки. Воображение мужчины нарисовало их со стороны, как он целует Маринетт, подминает под себя, заставляя подчиниться. Возбуждение, возникшее от таких мыслей, испугало. Недолго думая Бражник отвернулся от девушки. — Иди домой, — строго произнес он, — прими горячий душ и ложись в постель, — после этих слов Бражник растворился в ночной темноте. Оставляя после себя некую недосказанность. *** Который день Габриэль не мог сосредоточиться на работе. Все его мысли занимала Маринетт. И даже когда у него получалось выкинуть эту девчонку из головы, до него долетали отголоски ее чувств. Это раздражало и бесило. Он категорически отказывался реагировать на ее эмоции. Габриэль понимал, что даже если она не связалась с героями, идти к ней опасно. Мужчина потерял уверенность в своих действиях. Он не был уверен, что не наделает глупостей столкнувшись с Маринетт. Как его это бесило. Он срывался на подчиненных, иногда на сыне, Натали тоже досталось от него. Габриэль изводил себя, отказываясь принимать, что ему хотелось отведать молодого тела. На месте Маринетт могла оказаться любая, но именно она обратила на себя его внимание. — Мсье Агрест, — дверь в кабинет отворилась и в дверном проеме появилась Натали. — Слушаю, — стискивая в руке стилус ответил Габриэль. Ему и так было трудно с каждым годом создавать новые образы, а тут еще и отвлекают постоянно. — К вам стажер на собеседование, — не обращая внимания на раздраженный тон работодателя, сухо произнесла женщина. За годы она привыкла к такому обращению и перестала принимать недовольство Габриэля на свой счет. — Ему назначено? — Конечно. В вашем расписании отмечено. «Черт» — ругнулся про себя мужчина. Именно сегодня он не хотел никого видеть. Вообще никого… — Пусть заходит. Габриэль отложил стилус и подошел к рабочему столу. Сел в удобное кресло. Только сейчас мужчина понял, как устали ступни. Он на секунду прикрыл глаза, потирая переносицу, а когда открыл и поправил очки, застыл. В его рабочий кабинет, несмело вошла Маринетт. Она робко поглядывала на Габриэля и мучила ремешок сумки. Мужчина не спускал глаз с девушки. Он проводил ее взглядом до кресла напротив. Наблюдал, как она садится, нервно разглаживает подол юбки и боится взглянуть на него. Удивительная девушка. Габриэля Агреста она боится больше чем Бражника. Несколько дней назад она была куда смелее, столкнувшись со злодеем лицом к лицу. А зачем он согласился на собеседование с ней? Он покосился на запястья. Темные круги от его рук красовались на хрупких руках девушки. Мужчина поджал губы, чувствуя укол вины. Сейчас ему было стыдно за свою несдержанность, но в ту ночь он хотел причинить ей страдания. Мужчина хотел наглядно показать, какую боль приносят ее слова. Она вынудила его так поступить, и он сделал бы еще больнее, если бы не взял себя в руки. — И так, — нарочито спокойно начал Габриэль, — мадемуазель Дюпен-Чен, вы пришли устраиваться ко мне на работу. — Д-да, — девушка кивнула и полезла в сумку. — Сейчас, — она достала оттуда папку. Дрожащими руками начала расстегивать ее. Пальцы соскользнули с гладкой поверхности и папка вылетела из ее рук. — П-п-простите, — заикаясь пискнула Маринетт и краснея нагнулась за ней. Молча наблюдая за девушкой, Габриэль вспомнил. Еще в прошлом месяце Адриан просил за нее. Расхваливал ее способности и просил быть снисходительным к ее неуклюжести. Поддавшись уговорам сына, Агрест старший согласился рассмотреть ее кандидатуру. И вот она протягивает ему свое резюме. Габриэль собирался отказать ей. Ведь если он примет на работу Маринетт, значит иногда они будут вынуждены сталкиваться по рабочим вопросам. А она и без этого приносила проблем мужчине. Но оказалось, если он откажет ей, то этот неограненный алмаз попадет в руки конкурентов. Удивительно, что ей уже не предложили работу. — Это все ваши работы? — спросил Габриэль, рассматривая фотографии ее нарядов и эскизы к ним. — Да, — щеки девушки покрылись румянцем. Она смущенно улыбнулась, убирая выпавшую прядь за ухо. — Я потратила много времени, чтобы подобрать ткань. У меня еще машинка сломалась и пришлось шить вручную. Видите, — она указала на левую сторону брюк, — неровно получилось. — Вы еще и сами сшили? — Габриэль не смог сдержать удивления. Давно ему не попадались настолько умелые новобранцы. — Д-да, — Маринетт снова начала заикаться. — И вам до сих пор никто не предложил работу? — Пр-предложили и даже без испытательного с-срока, — почему-то она потупилась, будто сказала что-то плохое. — Почему не приняли предложение? Не устраивала зарплата? График работы? Обязанности? — начал допытываться Габриэль. — Я… — она замолчала. Поджала губы не решаясь отвечать. — Не бойтесь, Маринетт, я не съем вас, — он осекся. Он уже говорил ей нечто подобное и это ни к чему не привело. — Понимаете, — сжав ладони в кулаки начала Маринетт. Кажется она не слышала последних слов мужчины, — я начала увлекаться модой вдохновленная вашими работами, — голос девушки дрожал, да и говорила она смотря исключительно в пол. — Я всегда равнялась на вас и мечтала работать в вашем модном доме, — на какой-то миг она улыбнулась. — Было бы здорово создать совместную с вами линию одежды, — она вздрогнула, сообразив, что только что ляпнула. Зажмурилась прикусив губу. Габриэль смотрел на нее и не мог оторвать глаз. Он давно забыл, что начинал создавать свой собственный бренд, чтобы вдохновлять людей. Таких, как Маринетт. Подталкивать их к развитию, созданию нового и прекрасного. Он забыл, как это получать искреннее признание, видеть блеск в глазах и желание творить. Маринетт оказалась намного смелее, чем казалась. Эта девушка только что назвала его своим кумиром. Честно призналась, что хочет работать с ним. Это дорогого стоит. Он отложил резюме девушки и облокотился о спинку кресла. Брать ее или нет — вопрос решенный. Брать. Она может стать достойной заменой Габриэлю. И он это понимал. Как ни крути, а годы идут. Он не молодеет, а приемника у него все еще нет. А в Маринетт он видит потенциал. Ей нужно помочь раскрыться до конца, подтолкнуть в нужном направлении и научить всему. Да, он займется ей и воспитает достойную замену. *** Шел дождь. Холодный порыв ветра выдернул из мыслей мужчину. Габриэль сидел в своем саду погруженный в воспоминание. Он ненавидел дождь, но всегда выходил в сад, стоит ему начаться. Дорогой пиджак насквозь промок, рубашка прилипла к телу принося дискомфорт. Он поморщился, чувствуя, что горло начало саднить. Простуды ему еще не хватало. Габриэль поднялся и не обращая внимания на хлюпанье в ботинках пошел в дом. — Мсье Агрест! — в доме его искали. Звонкий голос эхом отскакивал от стен, лишний раз напоминая Габриэлю о его одиночестве. Адриан съехал от него два месяца назад и теперь он один в этом большом доме. Где каждый уголок напоминает о счастливых днях, проведенных вместе с супругой. Воспоминание о которой приносит столько боли и разочарования в себе. Ведь за столько лет он ни на шаг не продвинулся к своей цели. — Надеюсь это что-то срочное, — с ноткой раздражения в голосе произнес мужчина, — иначе зачем вам было приезжать, Маринетт. Снова эта девушка нарушает ход его ритуала. Нагло вмешивается в привычный ход вещей. — Мсье Агрест, — голос прозвучал ближе и вскоре показалась и сама девушка. Она шла уткнувшись в бумаги. С подола юбки капала вода, но блузка была сухой. На лбу бусинками красовалась испарина. — Наш индийский поставщик ткани наотрез отказывается от нового договора. Говорит условия неприемлемые, — она оторвала глаза от бумаг и ахнула. — Мсье Агрест, да вы промокли! — Спасибо, Маринетт, я не заметил, — съязвил он. — Вы же замерзли, — она всплеснула руками, — вам нужно срочно согреться. За эти полгода, Маринетт привыкла к общению с Габриэлем. Она перестала стесняться его и периодически забывалась. Вот например как сейчас. Девушка собиралась отправить мужчину в душ, как и он ее когда-то. — Вам тоже. Маринет остановилась на полпути к начальнику. Она проследила за его взглядом и заметила мокрый подол юбки. — Ой, — она принялась рукой стряхивать воду. — Я одолжу вам сухую одежду. — Не стоит. — Вы хотите заболеть? Маринетт замолчала. Габриэль направился к себе, жестом позвав девушку следовать за ним. Он предоставил ей штаны из флиса. — Вы помните, где сушилка? — Маринетт сконфуженно кивнула. Пока девушка переодевалась, Габриэль стянул пиджак. Его начало знобить. Нужно было скорее избавиться от мокрой одежды и согреться в горячем душе. Пальцы слушались плохо. Мелкие пуговицы с трудом расстегивались. Он начинал злиться. Все шло не так как он привык. Опять. И причина тому — Дюпен-Чен. — Извините за наглость, — девушка вышла из душевой смотря в пол, — но у вас случайно не найдется размера поменьше, — она придерживала штаны. Они были ей велики, а резинка на них была слабой. — Лови, — Габриель кинул девушке один из своих галстуков. Она поймала его на лету не поворачивая головы. Ей понадобилось пара секунд, чтобы сообразить зачем он ей. — Спасибо, — поблагодарила она своего начальника и быстро завязала галстук вокруг бедер, поверх штанов. — Так намного лучше, — она наконец посмотрела на мужчину. Он стоял в наполовину расстегнутой рубашке, мокрый пиджак валялся рядом на полу. Прическа его растрепалась, длинная челка прилипла к лицу. — Вам приготовить чай или кофе? — стараясь не смотреть на начальника, пролепетала девушка. Видеть Габриэля таким было непривычно. С растрепанными волосами, без пиджака и галстука. — Кофе, — сухо ответил он и скрылся за дверью ванной комнаты. *** — Почему вы сами не уладили этот вопрос? — отложив в сторону бумаги спросил Габриэль. Они сидели на кухне за столом. Мужчина поднес кружку к губам и сделал глоток крепкого кофе. Маринетт растерялась. Она никак не ожидала, что мсье Агрест произнесет такое. Он всегда приходил в бешенство, если подобные вопросы решались без его участия. И все это знали. Партия ткани должна была прийти сегодня. Вот только вместо этого им пришло на электронную почту письмо. Индийцы запросили пересмотр договора заключенного на днях. Можно было бы дождаться утра, но обстоятельства заставили Маринетт бежать к начальнику домой. — Так это… — она не нашла что ответить. — Маринетт, — Габриэль поставил кружку на стол, — в ваши обязанности входит решать мелкие проблемы самостоятельно. Как вы потом… — он замолчал. Говорить, что он собирается передать ей свои полномочия рано. — Мелкие? — брови девушки поползли вверх. Она пропустила незаконченное предложение мимо ушей. — Вы считаете это мелкой проблемой? — Они не единственные наши поставщики, — Габриэль позволил себе снисходительную улыбку. — Если их не устраивает договор, на их место придут те, кого он устроит, — он передал Маринетт бумаги. — Свяжитесь завтра с Китаем. Давно пора сменить основного поставщика. Девушка совсем растерялась. Она устраивалась в надежде стать хорошим модельером. Но основную часть времени занимается бумагами, договорами и организационными обязанностями. Да и она ещё никогда не решала задачи такого масштаба. Лишь наблюдала, как это делает Габриэль, ведь он везде брал ее с собой. — Если с этой задачей вам удастся справиться, — он посмотрел ей в глаза, — то я возьму три ваши работы на ближайший показ. Три наряда на ваш выбор, — уточнил мужчина. Маринетт не поверила своим ушам. Габриэль Агрест позволит ей продемонстрировать себя на публике… Так быстро… Нет, она явно что-то неправильно поняла. — Ну как, справитесь? — спокойно произнес мужчина. Его лицо не выражало никаких эмоций, но внутри он наслаждался растерянностью девушки. Она молода и совершенно не умеет прятать свои чувства за маской безразличия. Ей еще столькому нужно научиться. — П-постараюсь, — слова застревали у нее в горле. Неужели он взаправду позволит ей… Неверие сменилось надеждой. Желание проявить себя наполняло ее уверенностью. Она не имеет права на ошибку. От ее успеха зависит карьера. Видя решимость девушки, Габриэль спрятал улыбку за кружкой. Он не до конца понимал, чему радуется. Решимости Маринетт или ее наивности. Не думает же она, что легко справится с поставленной задачей. Награда потому так и высока, потому что он практически не верил в ее успех. Но с чего-то начинать нужно. Вот пусть и опробует свои силы. — Можно нескромный вопрос? — потупившись спросила Маринетт. Блеск в голубых глазах остался, но уверенность поутихла. Габриэль кивнул. Интерес к этой девушки рос. Что она хочет спросить? Он прикрыл глаза отгоняя ненужные мысли. Всякий раз когда они оставались наедине, Габриэль вспоминал их ночную встречу. Каждый раз он ловил себя на мысли, что хочет прикоснуться к её нежной коже, поцеловать… Он ненавидел себя за это. Но интерес рос, а природное любопытство не позволяло отстранить от себя девушку. Ему хотелось узнать Маринетт лучше. — Вам нравиться дождь? Габриэль вздрогнул. Он ожидал любого вопроса кроме этого. — Ненавижу его, — после недолгого молчания ответил он. — Зачем тогда вы входили на улицу? Мужчина ожидал этого вопроса и уже обдумывал ответ. Стоит ли вообще отвечать? Он поднялся из-за стола, прошелся по кухне. Открыл верхний ящик кухонного гарнитура, достал стакан. Потянулся к графину, стоящему рядом с холодильником, плеснул янтарной жидкости в него и сделал глоток. Алкоголь обжег горло и немного прояснил мысли. Девушка продолжала молча ждать ответа, не понимая, что попала по самому больному. — Она любила дождь… — тихо произнес Габриэль и глянул в окно. На улице уже стемнело, но дождь продолжал лить. В этом году погода выдалась особенно дождливой. Маринетт дернулась, как от пощечины. Подняла испуганные глаза на мужчину. Он заметил страх засевший в глубине ее глаз. Прищурился не веря своей догадке. — Мадемуазель Дюпен-Чен, — перешёл он на официальный тон, — что вас так напугало? — он сделал еще глоток, поставил стакан рядом с графином и медленно пошел к столу. Маринетт глянула на дверь мысленно ругая себя, что предпочла сесть подальше от нее. Она не успеет убежать. А что если она ошибается? Вспомнила детали разговоры с Бражником. Все сходилось. Неужели она попала в его ловушку? Нет… он не знает, что перед ним Леди Баг. Значит, она зря паникует. Нужно успокоиться. Нельзя чтобы он понял, что она догадалась. И все же у Маринетт нет доказательств. Вдруг это все совпадение… Он чувствовал страх и смятение, которые бушевали в Маринетт. Она не так сильно испугалась, когда он пришел к ней в обличии Бражника. Почему сейчас она так напугана? Девушка глянула на телефон. — Уже поздно, — скрывая волнение произнесла она, — спасибо за чай, — девушка поднялась со стула. Она не спускала глаз с мужчины. Без костюма она чувствовала себя уязвимой. В памяти девушки свежи воспоминания о его крепкой хватки. Она забыла, что на ней не ее штаны. Наступила на длинную штанину и полетела вниз. Успела ухватиться за край стола и избежать падения. Штаны слегка съехали, ослабляя узел галстука, выступающего в роли пояса. — Вы так неуклюжи, Маринетт, — покачал головой мужчина. Он стоял рядом. Девушке казалось, что Габриэль вот-вот ее схватит. Но он не предпринимал никаких попыток помешать ей. Он даже не нарушал ее личные границы, хоть и находился рядом. — Извините, — по привычке произнесла Маринетт. Брови Габриэля взметнулись вверх, и он спросил. — За что вы извиняетесь? — За доставленные неудобства. Эм… — она помялась. Ей хотелось поскорее покинуть этот дом, проанализировать их разговор. Ей нужно было понять, правильно ли думает, что Габриэль — Бражник. Вот только этот мужчина стоит как раз на пути к выходу. — Я проверю, высохла ли ваша одежда, — сухо произнес Габриэль. — Вы пока можете допить чай, — он поправил съехавшие на нос очки, и оставил Маринетт одну. Девушка начала испытывать дискомфорт рядом с ним, и мужчине это не нравилось. Он не мог понять, что именно вызвало тревогу в сердце Маринетт. Ее реакция, испуг и сомнения подталкивают Габриэля к мысли, что девушка догадалась о его тайне. Он не мог решить отпускать ее или нет. Мужчина остановился на полпути к своей комнате. Неожиданная догадка не имеющая под собой никаких фактов. Он должен ее проверить. Когда мсье Агрес вернулся на кухню, то застал девушку стоящую рядом с дверью. Она спиной облокотилась о стену, в руке зажата кружка, а взгляд устремлен в противоположную стену. Маринетт о чем-то сосредоточенно думала. Она даже не заметила появление хозяина особняка. За те несколько минут отсутствия Габриэля на кухне, девушка заметно расслабилась. Она больше не испытывала страха, вместо него появилась решимость. Габриэль деликатно кашлянул оповещая о своем присутствие. Маринетт вздрогнула, пальцы ее разжались, чашка выскользнула из рук. Габриэль ждал звона керамики, готовился увидеть трещину в кафельном полу, но Маринетт удивила его. В последнюю секунду она поймала кружку, проливая остатки чая. Её мотнуло в сторону. В попытке сохранить равновесие, она сделала шаг, затем второй и с грохотом шлепнулась, запутавшись в длинных штанах. На секунду Габриэль усомнился в своем предположении. Не может столь неуклюжая девушка оказаться героиней Парижа. Но она поймала чашку, ловко поймала галстук да и приземлилась аккуратно. Он внимательно посмотрел на серьги девушки. Обычные гвоздики, ничем не примечательные. Она никогда с ними не расставалась… Перед глазами всплыло воспоминание. Выпускной Адриана. Габриэль отложил работу, чтобы присутствовать на торжественной части. Он стал невольным свидетелем разговора очень юной Маринетт и ее подруги. Та укоряла ее, что она не сменила сережки. Маринетт тогда изобразила испуг и пролепетала, что забыла. Вспомнилась красный цветок, который прижимала к себе девушка, тихо плача. Красная роза… Неоднократно Габриэль смотрел видеоролики, где Кот Нуар дарит розу Леди Баг. Ни для кого не секрет, что он влюблен в героиню. А еще девушка постоянно пропадает, когда появляется злодей. Он никогда не видел Маринетт и Леди Баг вместе. Героиня никогда не приходила на помощь девушке, всегда это был Кот. Все эти мелкие детали складывались в картину. Сами по себе они ничего не значили, а вот вместе говорили о многом. Он скрыл улыбку, присаживаясь рядом с девушкой. Протянул ей руку, предлагая помощь. Он не собирался навязывать ее ей, от этого Маринетт может испугаться. А ему это не нужно. — Извините, я не хотел вас напугать. — Вы тут не при чем, — принимая помощь хозяина дома, произнесла Маринетт. — Сама виновата, — она хихикнула, что свидетельствовало о крайней степени волнения. Ладошка девушки оказалась прохладной и такой маленькой. Одно неверное движение и сломаешь ее. Мужчина сразу вспомнил синяки на ее запястьях. Снова противоречивые чувства одолели его. Он может сейчас, пока она в уязвимом положении скрутить девушку, забрать ее серьги себе. И ему хотелось это сделать. Ощущение превосходства пьянило. Но другая его часть противилась, не позволяя Габриэлю так поступить. Он, чуть сильнее чем следовало, сжал руку девушки. Она посмотрела на него. Чистые, ясные голубые глаза девушки встретились с его холодными серо-голубыми. Во взгляде Дюпен-Чен он увидел удивление и непонимание. Кажется, она позабыла, что несколько минут назад считала его злодеем. Габриэль не сдержал улыбки. Желание завладеть талисманом здесь и сейчас взяло вверх. Предвкушая реакцию девушки, он получал удовольствие, упиваясь своим величием. — Вы полны сюрпризов, мадемуазель Дюпен-Чен, — он потянул девушку вверх, на себя. Она не ожидала резкого рывка, а ему того и надо было. Нескольких секунд ее растерянности Габриэлю было достаточно, чтобы развернуть девушку спиной. Крепко прижать к себе, ограничив движение ее рук. Со стороны могло показаться, что он обнимает девушку. Маринетт не успела никак среагировать. Все произошло очень быстро. Только что лежала на полу, а сейчас она в захвате. Сильная рука прижимала ее к крепкому телу мужчины. Правой рукой он держал ее. На левом плече, чуть выше локтя, она чувствовала его хватку. Дернулась, но положение ее не изменилось. Габриэль лишь сильнее прижал девушку к себе. — Ну что же вы, Маринетт, — свободной рукой он коснулся серьги, — хотите снова упасть? — Тикки! — закричала Маринетт. Вот оно, неопровержимое доказательство. Габриэль не позволил девушке обратиться. Выдернул серьгу и сразу потянулся за второй. — Нет! — девушка начала брыкаться. Наступила на ногу начальнику. Тот зашипел, но хватку не ослабил, наоборот сильнее сжал ее плечо. — Ты проиграла, Леди Баг, — он показал ей свою ладонь. Обе серьги находились там. — Нет, — с отчаянием в голосе произнесла девушка. Она отказывалась верить. Не могла она так глупо лишиться талисмана. А Габриэль ликовал. Он смог. Сережки теперь у него, дело за малым. Отнять кольцо и он исполнил мечту. Сунул талисман в карман, где покоилась его брошь. Вот только что теперь делать с Маринетт? Она знает его тайну, она бывшая владелица талисмана. Вопрос времени когда она сообщит Коту о произошедшем. Убить? Это слишком даже для него. К тому же он не отказался от желания сделать ее своей преемницей. Талант Маринетт не должен пропадать даром. — Мадемуазель Дюпен-Чен, давайте договоримся, — произнес он ослабляя хватку. Без талисмана она не предоставляет никакой угрозы ему. Он взрослее, умнее, сильнее. Он мужчина. У него два талисмана, у нее ни одного. — Договоримся? — зло зашипела Маринетт и с новой силой начала вырываться. — Договоримся, — повторил мужчина. Он второй рукой обнял ее, делая захват более крепким. — Знаете, мне не хочется терять талантливого работника в вашем лице. — Что? — девушка рассмеялась. Габриэль дождался, когда она успокоится. Он чувствовал ее злость и отчаяние, которые нашли выход в истерическом смехе. — Давайте не будем смешивать супергеройские дела с рабочими, — сухо произнес он. Радость от победы поутихла, и он всеми силами старается не думать об одной пикантной детали. — Что вы такое несете? Вы себя слышите? Всерьез думаете, что после всего этого я останусь работать на вас? — Надеюсь на это. Девушка замерла. Она опешила от наглости Габриэля. Злость снова начала закипать в ней. Маринетт начала ерзать. — Прекрати, — сквозь зубы процедил он. От ее движений ему становиться тяжелее себя сдерживать. Не удивительно. Маринетт девушка, к тому же красивая. Маринетт не слушала его. Она изо всех сил пыталась вырваться. Пусть она лишилась камня чудес, но она обязана сбежать. Как можно скорее ей нужно отыскать Кота и рассказать все ему. — Я же сказал, прекрати! — повысил голос мужчина. Одной рукой он схватил ее за подбородок и поднял лицо девушки. — Разве тебя не учили, что взрослых нужно слушаться? — он отпустил ее руку, опустив свою. Надавил на низ живота, заставляя Маринетт прогнуться в пояснице. Габриэль дал ей возможность почувствовать последствие своих действий. — Ну что, будешь продолжать ерзать? — насмешливо спросил он. Какое удовольствие ему доставила реакция Маринетт. Она застыла. Кровь прилила к щекам, окрашивая их в алый, а глаза расширились. Она испугалась, задрожала всем телом. Это возбуждало. Он упивался ее страхом, смущением и беспомощностью. Мужчина был готов подмять ее под себя в любую секунду, лишь мысли о жене останавливали его. — Готова к диалогу? — голос Агреста охрип. Он только сейчас обратил внимание на декольте девушки. Ох… как хочется коснуться упругой груди Маринетт. Содрать с нее эту блузку, поцеловать ложбинку между грудей, втянуть в рот горошину соска. Мотнул головой прогоняя нахождение. Маринетт в это время кивнула, отвечая на вопрос. — Молодец. Габриэль аккуратно отпустил ее подбородок. Поднял выше руку, придерживая девушку за талию. Она не упустила свой шанс. Дернулась вперед. Узел ослаб окончательно, и галстук полетел на пол. Флисовые штаны последовали примеру. Сползли до колен открывая Габриэлю серые кружева трусиков. Маринетт пискнула. Зажмурилась. Ее сердце бешено стучало о ребра, а мысли в хаотичном порядке бегали, не давая сосредоточиться. Она почувствовала, как сжались пальцы мужчины на ее талии. Как сминается под ними край блузки. — Пошла отсюда, — но действия Габриэля противоречили словам. Он поднес вторую руку к телу Маринетт, положил дрожащую ладонь на грудь, еле касаясь ткани. — Быстро! — прикрикнул он. Давя желание поиметь ее сию секунду, Габриэль отпустил Дюпен-Чен и отошел от нее. Секунда на осознание и она натягивает штаны и бежит к двери. На выходе запинается о дверной косяк и с грохотом падает. Стон боли разносится по дому одновременно с рыком возбужденного мужчины. Он держался из последних сил, а Маринетт будто издевалась. Проверяла, как долго он еще сможет держать себя в руках. Как она с такой ловкостью и грацией вообще могла быть героиней? Девушка зажала рот рукой, проверяя языком целы ли зубы. Она прилично приложились лицом об пол. Рот молниеносно заполнился кровью вперемешку со слюной. Зубы были целы, но языком она нащупала рваную рану с внутренней стороны губы. Убрав руку от лица, она увидела кровь. Она не раз была ранена и губы раньше разбивала, обрабатывала раны Нуара. Она не боялась крови. Но сейчас перед глазами девушки все поплыло. Руки задрожали, а из горла вырвался сдавленный всхлип. Как ей хотелось чтобы Кот оказался рядом. Защитил ее, унес, спрятал. Маринетт ощущала себя совершенно разбитой и подавленной. Голова закружилась, когда она наконец поднялась на ноги. Ее мотнуло в сторону и она обязательно упала бы снова, но руки Габриэля подхватили ее. Он уже не мог сдерживаться. Падение девушки стало для него последней каплей. Навязчивое желание трахнуть эту молодую девушку вытеснило все доводы разума этого не делать. Все вокруг завертелось. Удар спиной о стену выбил воздух из легких. Она на автомате вцепилась в плечи мужчины, судорожно хватая ртом воздух. Маринетт не понимала что происходит. Она находилась на грани обморока, поэтому не сразу почувствовала язык, так бесцеремонно ворвавшийся в ее рот. Разбитая губа сразу заныла, и девушка инстинктивно начала отталкивать мужчину. Эти попытки были жалкими, Габриэль даже не заметил сопротивления Маринетт. Он больше ничего не замечал. Не понимал, что делает ей больно. Маринетт пришла в себя, когда рука мужчины скользнула под кружевную ткань трусиков. Она укусила Габриэля, разрывая поцелуй. Закричала. Дикий ужас охватил девушку. Адреналин в крови взлетел до максимума. Она била по груди Габриэля в попытке оттолкнуть его. Он не реагировал. Продолжал совать свои пальцы куда не следует. В бессильной попытке вырваться, девушка укусила начальника за плечо, оставляя на рубашке кровавый след. Он зашипел, отшатнулся. Маринетт воспользовалась этим. Сильно толкнула мужчину, схватила край штанов, натягивая их на себя, и побежала. Она не оглядывалась. Остановилась только когда ее плеча коснулись у ворот на территорию особняка. Девушка беззвучно открыла рот, пытаясь закричать, но голос ее осип. Из горла вырвался сдавленный писк, который заглушал дождь. Она отшатнулась от человека и только тогда заметила, что это не Габриэль. Перед ней стоял Адриан, как всегда, безупречный. Только лицо его выражало обеспокоенность. Он не понимал, почему Маринетт так выглядит. Почему она выбежала из особняка, словно за ней гнались? Акума? Парень посмотрел по сторонам. Ничего. Почему она без обуви и … это штаны его отца? Девушка обернулась на дверь. Никого. Начальник не побежал за ней. Маринетт расслабилась давая волю эмоциям. Ее затрясло. Силы покинули девушку, и она осела на мокрый асфальт. Сейчас она пыталась осознать произошедшее. Она не хотела верить, что Габриэль — Бражник, что он отнял у нее талисман, и … черт возьми, он только что чуть не изнасиловал ее! — Маринетт, — Адриан присел рядом. Коснулся подбородка девушки. — Что произошло? Она дернулась в испуге от него. Подняла глаза на парня и успокоилась. Адриан никогда не сделает того же, что и его отец. Маринетт верила в это. — У тебя кровь. — Упала, — на автомате произнесла девушка. Она обняла себя руками. Перед глазами снова пронеслись недавние события. Адриан недоуменно смотрел на Маринетт. Упавшие люди не убегают в панике. Он посмотрел на особняк. Свет горел в прихожей, на кухне и спальне отца. Он снова перевел взгляд на девушку. Промокшая и испуганная, она тряслась всем телом. — Пойдем в машину, здесь холодно и сыро, — парень протянул руку, но девушка никак не отреагировала. Она погрузилась в себя и ничего не видела перед собой и не слышала. *** Габриэль пришел в себя, когда налетел спиной об угол стены. Тупая боль позволила осознать, что он только что натворил. Топот убегающих ног эхом отдавался в голове, ныло плечо, укушенное девушкой. Увидев кровь на нем, первой мыслью было, что она прокусила кожу, но нет. Это была ее кровь. Он схватился за голову. Как он мог такое допустить? Поддался низменным желаниям, потерял контроль… Он вспомнил испуганные глаза Маринетт, ее крик. Коснулся губ. Он по прежнему ощущал прикосновение ее губ, а во рту остался привкус железа. Мужчина прислушался к себе. Неужели ему это понравилось? Габриэль сунул руку в карман, достал серьги. Из них вылетела квами и с ужасом смотрела на него. Губы мужчины растянулись в улыбке. Осталось только добыть талисман Кота. Он сжал серьги в кулаке и направился в свою комнату. Совесть мужчины быстро заглушила победа над Леди Баг. Триумф и осознание собственного превосходства. Он знал, за ним скоро явится Нуар. Маринетт не станет молчать и раскроет личность Бражника напарнику. Он будет к этому готов. Перед его взором вновь возникла Маринетт. Растерянная и напуганная, такая беззащитная и слабая. Он облизал пересохшие губы. Член в штанах дернулся, врезаясь в, казавшуюся сейчас грубой, ткань. Он хотел овладеть этой девушкой. Это желание становилось похоже на навязчивую идею. В спальне мужчина положил серьги на тумбочку. «Может догнать ее?» — мелькнула мысль. «Нет, — он мотнул головой, — не сейчас. С начало талисман Кота». Да, он так и сделает. Мужчина шагнул в сторону душа. Сейчас ему следовало остудить свой пыл. Ненароком в таком состоянии глупостей натворит. Габриэлю нужна была ясная голова. *** — Пап, — позвал Адриан входя в особняк. Маринетт он усадил в машину. Она больше не произнесла ни слова, уйдя в себя. Это пугало парня. Он прошелся по первому этажу. Ничего не обычного, лишь пара размазанных капель крови на полу. Он нахмурился. На нападение акумы не похоже. Слишком тихо и никаких разрушений. Недолго думая, Агрест младший поднялся на второй этаж. Постучал в дверь спальни отца. — Пап, — позвал он его. В ответ тишина. Он толкнул дверь, входя в комнату без разрешения. До слуха донесся звук льющийся воды. Парень облегченно выдохнул. — Пап, — громче произнес Адриан у двери душевой, костяшками пальцев ударяя по ней. — Адриан? — Габриэль не смог скрыть удивления в голосе. Он не ожидал услышать голос сына. — Да, я за ноутбуком зашел. Вчера забыл его в прихожей, — пояснил свой неожиданный визит парень. — Понятно, — сухо произнес мужчина. — Я видел Маринетт, — мужчина напрягся. Что она сказала Адриану? Все или промолчала? — Она странно себя вела. Что случилось? Вы поругались? — парень не стал сразу говорить в каком состоянии была девушка, утаив подробности от отца. Нутро подсказывало ему, что не следует это делать. — Можно и так сказать. Перегнул палку отсчитывая ее. — Ясно. Я пойду. Адриан не поверил словам отца. Он знал, как выглядит Маринетт когда ее ругали. Он не раз это наблюдал в школе. Она никогда панически не бежала от отчитывающего ее учителя. Расстраивала да, но не бежала. От чего-то отец не хочет говорить ему правду. Адриан остановился на полпути к выходу из спальни. Внезапная догадка посетила его. Неужели его отец ударил Маринетт? Отсюда и разбитая губа и нежелание говорить ему правду. Прежде мужчина не поднимал руки на своих подчиненных, но у Адриана больше не было вариантов произошедшего. Он сделал шаг к двери, намереваясь вытянуть из Маринетт информацию, но остановился. Взгляд выцепил серьги гвоздики лежавшие на тумбочке. Откуда они и чьи? Адриан подошел поближе, чтобы рассмотреть предмет. Серьги выглядели знакомо. Он точно не раз видел их. Взял их. Сердце бешено заколотилось о ребра, когда перед ним возникла Тикки. Адриан чуть было не выронил серьги. — Пожалуйста, верни их Леди Баг, — тихо взмолилась квами. Он молча кивнул плохо понимая происходящее. Обернулся на дверь. Вода по-прежнему лилась. Он не раздумывая сунул камни чудес в карман и быстро покинул особняк. Адриан потом подумает над всем, сейчас в его машине сидит зареванная Маринетт.