Любовь врага

Девия хорошо сдружился с новой компанией. Ребята не только торговали оружием, но и могли его починить, при необходимости даже выковать – было бы из чего. Маг зачаровывал орудия в процессе ковки, если заказ был индивидуальный. Мечи, сабли, сюрикены, кунаи, гворды, изящные эльфийские клинки – всего достаточно. Кому это надо - ребята не распространялись, несмотря на резонные замечания: есть магия, есть пистолет. Мужчины снисходительно усмехались и переводили тему. Не зная никакой письменности, фарси пошел намного легче ожидаемого. Персы добыли еще книг, обещая снабжать ими мальчишку покуда не прекратит хмуриться и щуриться, слыша родную речь. Для взрослых, много повидавших на своем веку, он - молодой, горячий самец, словно младший брат. На родине у каждого найдется по такому, из которого пора выковать мужика. Благо, почва благодатная, стальной стержень что надо. Фархад чаще всех уходил в рейды, тоскуя по своей семье: жене и двум сыновьям, чуть младше Девии, поэтому и поучал больше остальных. Показал, как держать шамшир, а потом от всего сердца подарил джамбию - кинжал с широким загнутым клинком без гарды. Девия не знал, как благодарить обретенного друга за столь щедрый дар, слушая рассказы об арабских устоях, он понимал, что мужчина без меча для араба – неполноценный человек. Все, как один – воины, борцы за себя и свои нравы, за устои, за семью. - Защищай самое дорогое. Если такового нет – обрети и будь мужчиной, - напутствовал торговец. У них заходили разговоры о том, что значит быть мужчиной, каким он должен быть, ведь в Англии раб-слуга не имеет пола, низшему сословию даже этого нельзя. Можно вечно пресмыкаться, быть продолжением чужой воли, будто своей нет. Персы свободны. Зеленоглазый восхищенно смотрел на ребят, слушал полный, живой смех, смеясь вместе с ними, учась улыбаться во всю широту рта, по-настоящему, отставив скромность, которая не стоит в ряду с горячей восточной кровью. Рядом с ними – учился быть собой, жадно внимал, ища ответы внутри, дергал за разные струны jān (душа), наводя порядок в голове. - Мы здесь скоро заканчиваем, отправляемся дальше, а потом домой, - сладко протянул Делшэл, замечтавшись на минуту. – Парень, не хочешь работать с нами? Посмотреть на родину? Обосноваться, завести семью, - мужчины меж собой переглянулись. Давно обсудили, что Девия с ними поедет, да и сам мальчик про себя осознавал – судьба его ждет совсем другая. - Когда? – улыбнулся одними глазами юноша. - Через месяца три вернемся сюда, весточку пошлем. Документы долго делать. Своим послание направили, они поймут. И ты поймешь, - Девия перенял обрезок веревки, на которой были скручены узелки, обозначающие буквы, а некоторые – слова. Мужчины, приняв в свой круг, и тайному шифру обучили. Костры потухли. По утру прощались коротко, расставаясь на время. Джамп грел тело, приуроченный к поясу. Возвращаться в менор не хотелось, суть неграмотного слуги, не сумевшего отстоять любимого человека, не вязалась с тем, кем Девия себя чувствовал. Натворил глупостей, сорвался, Тамерлану пришлось защищать его так, как он умел – телом. Злости не было, обиды не было, корил за мысли поганые по отношению к мужчине. Был ли выбор у Тамерлана? Должен ли он любить кого-то кроме себя? Он ведь сделал для Девии больше, чем для кого-либо – защитил. Они пересекались редко, в саду. Слуга делал вид, что пришел полить растения, а Тамерлан – что понюхать. С той перепалки и слова друг другу не сказали. Только смотреть и взгляда не отводить научились. Прогресс – считал зеленоглазый. *** Тамерлан резко проснулся от шума. Это что, пушки? Кровать затрясло, дом вздрогнул, сбрасывая штукатурку с потолка. Какого Мерлина происходит? Наложник быстро подошел к двери, но не успел схватиться за ручку, как в проем вбежал запыхавшийся Девия с кровавым разводом на щеке. - Что сл… - рука слуги закрыла рот, а сам он начал судорожно оглядываться в поисках убежища. Нападение на менор Снейпа произошло внезапно, аккурат после полуночи. Владислав делал обход и наткнулся на мертвых привратников. Как? Защиту зельевара сняли? Это же невозможно! Девия вылетел из проема двери сразу же, едва старший слуга добежал до комнаты. Наемники их увидели, убив большую часть вопящих в общей комнате, переворачивая всё вверх дном, начиная с первого этажа. Они пользовались метательными ножами и не брезговали пускать в ход незарегистрированные волшебные палочки. Маги? Да что происходит?! Девия, уворачиваясь от круциатусов, помчался наверх. Не достали? Живой? Он ведь в порядке? Страх за жизнь Тамерлана застлал глаза и придал ловкости, призывая удачу. Если бы не её покровительство, молодой мужчина лежал бы мертвым на ступеньках, но кунай вошел, как нож в масло, в плечо, а не в шею, а Авада Кедавра пришлась на домовика, выпрыгнувшего из ниоткуда. Девия потащил наложника к одному из шкафов, кажется, именно там был массивный сундук. Тамерлан наконец стряхнул руку со своего лица. - На нас напали? – Девия молча выкидывал вещи, наконец откопав искомое, напрочь игнорируя вопросы. На лестнице раздался очередной взрыв. Оба мужчины вздрогнули, заглянув друг другу в глаза. Перс указал взглядом на опустошенный, от спрятанных от чужого внимания, книг, подойдя нос к носу. - Залезай в сундук. И чтобы ты не услышал, не вылезай, пока не появится Снейп. - Деви… Мужчина приложил палец к мягким губам, ободряюще улыбнувшись, и предлагая руку, чтобы помочь Тамерлану спрятаться. Тот шагнул в сундук, оглушенный внезапностью происходящего и теплотой зеленых глаз, будто вокруг не рушились стены. Один из взрывов вынес часть внешней стены. Девия поспешно закрыл крышку массивного сундука, накидывая одежду сверху. Оставил лишь один шелковый халат, наспех в него облачившись. Стоило повязать пояс, как наемники в масках ворвались в покои. Три острия волшебных палочек сошлись на глотке Девии. - Мы кое-что ищем, сладкий, - никто не усомнился, что смазливый, подкаченный мужчина один из наложников Мастера Снейпа. – Один красивый камушек. - У меня достаточно украшений, - как можно небрежнее отозвался слуга, пытаясь скопировать интонацию Тамерлана. Один из магов цокнул, прописав отрезвляющий круциатос. - Где Вознок? Эта подстилка наверняка видела камушек краем глаза. А-а, где ты там ходишь? – возмутился один из голосов. Лежа на полу, Девия мог увидеть лишь пару ног, появившихся в проеме. - Да один больной откуда-то вытащил палочку. Ты, сволочь, сказал, что тут нет магов! Это полностью меняет план. Он точно отправил сигнал Снейпу. - Черт, значит, у нас очень мало времени. Быстро посмотри его память. - Леггилименс! Девия выгнулся от боли, почти теряя сознание и точно теряя связь с реальностью. Голова раскололась на тысячи клеток, хаотично защищающих психику, в бесполезной попытке вытеснить чужую, хорошо обученную руку, тащившую всю подноготную, взгляд, смех, шорох. Тамерлана. Внезапно боль прекратилась, и мужчина потерял сознание. - Идиоты! – зашипел колдун. – Это не наложник Снейпа, а жалкий слуга! - У нас нет времени его искать! Наверняка с собой забрал! – гаркнул второй маг, пока третий переворачивал всё вверх дном, параллельно посылая поисковые заклинания на важный артефакт. – Сука! – мыс ботинка прошелся по ребрам лежащего на полу брюнета. – Ладно, кончай его, у нас есть еще немного времени до прихода Снейпа. Девия резко распахнул в глаза, приходя в себя. Правда, судя по всему, ненадолго – из груди торчал один из кунаев. Мужчина скосил взгляд на шкаф, где прятался Тамерлан. Не успели добраться. Хорошо. Это хорошо. Колдуны быстро убрались из комнаты. Им предстояло обыскать потайную комнату, кабинет Снейпа и личную спальню. Разделившись, наемники так и сделали, крутя в пальцах волшебные палочки. Если бы информацию не слили, они не смогли бы сюда попасть, подготовив завидный план. Будь Гриндевальд жив – он бы оценил. Тамерлан не мог связать мысли воедино. Тело сводило судорогой, а сознание постоянно уплывало из-за страха и отсутствия кислорода. Д-девия… Они что-то говорят, угрожают, вновь пугающий звук упавшего на пол тела. Дыхание сперло. Сердце, кажется, вообще не бьется. Голосов больше не слышно. Хлюпая носом, мужчина подпер тяжелую крышку сундука, выбираясь из него и из шкафа на карачках. - Нет, нет, нет-нет-нет-нет, - Тамерлан в ужасе дополз до тела своего… - Нет, пожалуйста, зачем, зачем, ну зачем?! – отчаянно зашептал он, бегая пальцами по лицу. – Открой глаза, открой, Девия, пожалуйста, я умоляю, прошу тебя, прошу… - Глаза застлали слезы, руки, всё в черном – красная кровь в бледном свете луны сияла разлитым облаком вязкой ночи, еще теплой и липкой – касались лица. Внезапно темные ресницы дрогнули, Девия приоткрыл глаза. Тамерлан разрыдался еще пуще, пытаясь собрать кровь, будто сможет влить её обратно в заткнутую кунаем рану. - Тише, тише, они услышат… - сознание едва фокусировалось на отчаянных мольбах любимого человека. - Девия, Девия, пожалуйста... – Тамерлан не мог поверить в то, что сейчас происходит. Он не готов прощаться так. Не с ним. Они ничего не успели из того, что между ними невозможно. Брюнет прислонился лбом к чужому. - Не надо, - прошептал Девия. – Всё в порядке. Я рад, что смог защитить тебя. Тамерлан, посмотри на меня, - в последний раз. Девия чувствовал, как тело становится тяжелым, а ресницы наливаются свинцом. Рук он уже не чувствовал. Тамерлан заглянул в зеленые глаза, зная и прекрасно помня, как они выглядят на свету, помня, открытое, улыбающееся лицо. - Не оставляй меня, не оставляй… - Забери мой джамб. Это подарок. Так я всегда смогу быть с тобой, - глаза Девии закрылись. Последнее о чем пожалел, что не сказал любимому человеку о том, что тот любим. - Эй! Нет! Девия! Нет, - Тамерлан не переставал трясти нереагирующее тело. Когда сил не осталось, он склонился над Девией, держа его голову на коленях, а сам уткнулся лицом в окровавленный шелк рядом с рукояткой кинжала. Этого всего просто не может быть. *** Северус заканчивал читать лекцию в Барселоне на собрании, посвященном работе об экспериментальном лечении порока сердца. В зал ворвался чужой патронус. - Атака, - бросил конь голосом Мелпоя, исчезая. Что?! Именно в этот раз он использовал портключ, как и все присутствующие. Их разослали вместе с приглашениями, сообщив, что обратный портключ заряжен на работу в определенное время. Колдун сорвался с места, аппарируя прямиком к магическому миграционному консульству. Только статус высококвалифицированного специалиста позволил открыть двери отдыхающего специалиста по перемещениям. - Мне срочно нужно вернуться в Англию, - без прелюдий начал зельевар. Испанец лениво покосился на бледного англичанина. Всё-то и всегда у них срочно. Нервные людишки. Он поманил пальцем документы, которые господин англичанин держал в руках. Так-так. Приглашенный очень уважаемый спикер на бла-бла конференцию о бла-бла чего-то там лечение бла-бла. - Тут написано, что порт ключ сработает завтра в девять вечера по местному времени. - Господин, - Снейп прошелся взглядом по табличке, - Гонсалес. Это дело не требует отлагательств. Моё поместье находится в опасности. Могут пострадать люди, - не стоит давать полной информации. Неизвестно откуда произошла утечка, что Снейпа не будет дома и нет ли среди участников местных политиков, специально организовавших мероприятие именно таким образом. Гонсалес тяжело вздохнул, всем видом давая понять, какой этот англичанин идиот. Северус понятливо сцепил с пояса мешочек с галлеонами, положив перед широким носом. - Ну раз люди могут пострадать, то дело, конечно, не требует отлагательств, - улыбнулся испанец, поднимаясь из кресла, неспешно шевелясь в сторону каминного международного зала аппарации. Северус приказал телу отставить панику. У них был уговор с Владиславом. Только в крайнем случае. Магов, кроме самого Хозяина, в поместье не было. Защита выстроена таким образом, что пройти через нее невозможно. Северус щедро одаривал Мать Магию, строго соблюдал праздники Колеса Года, отдавал дань Роду. Родам. Защита менора базировалась на союзе двух сильных магических Родов, находящихся по ту сторону и по эту – в лице самого Снейпа. Камин выкинул в магическом посольстве Англии. Северус тут же аппарировал к дому. Точнее тому, что от него осталось. Фасад разрушен, задняя часть дома дымит. Домовики мерцают, частично исчезая, дабы восстановить собой нутро, из которого явились. Родовые камни не тронуты. Значит, приходили не за этим. Снейп сжал ладони в кулаки. Ясно, что они искали. Но как давно произошла утечка информации? Откуда? Колдун послал сигнал бедствия ближайшему кругу, в Аврортат и в Мунго. Благо, занимать место одного из сильнейших магов Британии, означает получать помощь от страны в критических ситуациях. Несколько вспышек явили за собой мракоборцев, без указаний, рассредоточившихся по территории. В доме царила разруха. Мертвые люди в неестественных позах. Влади… Твою мать. Северус присел на одно колено, касаясь пальцами пульса и выводя диагностику. Едва живой. Медики подоспели, заметив Снейпа, тут же забрали полумертвого мужчину под свою опеку. Что с Тамерланом? В сердце неприятно кольнуло. Сжалось еще сильнее, когда Северус увидел его. - Тамерлан, - Северус присел рядом с наложником и его покорным слугой. Мужчина поднял заплаканные глаза. - Он будет жить? Северус… Пожалуйста, - Тамерлан не переставал молить Магию, о которой знал немного, и Богов, о которых знал еще меньше. Он просил всё Сущее и Несущее сохранить жизнь этому человеку. Снейп отрицательно мотнул головой. В покои ворвались медики. - Нужно его забрать, - вкрадчиво обратился колдоврач к худому, бледному, как смерть, мужчине. - Куда? – настороженно поинтересовался тот. - В реанимацию. Удивительно, но он жив, несмотря на большую потерю крови. - Жив, - прошептал Тамерлан, позволяя отконвоировать Девию. - Что здесь случилось? - Где ты был? Прозвучало одновременно. Первый раз в жизни Северус почувствовал на себе обвиняющий взгляд Тамерлана. Снейп и не догадывался, что наложник может так смотреть. - Девия примчался сюда. Молча запихнул меня в сундук. Запретил вылезать до твоего прихода. Я их не слышал. Они о чем-то спрашивали. Что-то искали. И убили его. Где ты был? Как ты мог оставить дом без защиты? Он защитил меня ценой своей жизни. - Дом был защищен, - они искали философский камень. Идиоты. Решили, что Северус хранил бы его в меноре. Хотя с учетом защиты, до сего момента, считаемой абсолютной, такое можно было предположить. Значит, они получили информацию о том, что камень создан, кем создан, примерные временные рамки, но их попытка поиска – игра на удачу. Снейп зажал переносицу. Как можно было снять защиту? Почему родовые камни не уничтожены? Домовики. Северус после Владислава бросился к ритуальному залу, окруженному грудой мертвых тел домовиков. Они, олицетворение магии этого дома, обретшие тела и в них погибшие. Некоторые не смогли вернуться к источнику, из которого появились. Дом использовал их, защищая самое ценное. Мертвых было так много, что Северус чисто физически не смог добраться до двери в зал. Если он не смог – наемники тоже не смогли. Магические следы атак затерты. Будет сложно найти колдунов, устроивших тут кровавую резню. Наверняка, это преступники, которым нечего терять, и сейчас они на другом континенте. Аврорат был крайне озадачен, общественность взбаламучена. Северус сидел в кабинете Министра Магии, на пару с премьер-министром, объясняя серьезность ситуации. О существовании камня знал сам создатель, двое присутствующих с ним, Альбус Дамблдор, Николас Фламель, давший своими исследованиями благодатную почву для работы Снейпа. И еще один человек. Глава отдела разработок Аврората – Мелиса Фокс. Благодаря ей у Северуса было неограниченное количество попыток, несколько лабораторий, вы(с)держивающих взрывы внутри себя, способные привести к гибели цивилизацию. Ситуация критическая. Нужно решить кого можно посвятить в происходящее, потому что без других отделов Аврората не справиться. Насколько дозирована должна быть информация? На общем собрании решили не оповещать о том, что удалось создать, но ясно дать понять, что напавших на менор Снейпа, нужно найти и наказать. Северус был очень занят восстановлением дома, его до выгорания затаскали по делу особой важности. Он пытался объяснить, что куда полезнее будет у себя дома, а поисковые группы пускай дальше занимаются своей работой. Чувство, будто из самого Северуса хотят крайнего сделать, о чем было прямо в лицо сказано трусливому параноику Министру. Тот надулся, но Снейпа отпустил, наказав перепрятать камень. Зельевар ответил отказом. Мол, раз не нашли, значит и дальше не найдут. Сам Министр не знал о местонахождении камня, никто, кроме Северуса не знал. Колдун сцепил зубы, взвешивая аргументы на весах, хорошо это или плохо. Насколько силен он, как маг? Нужно возобновить постоянные тренировки в Аврорате с лояльными мракоборцами, а то засиделся в своих лабораториях. Снейп по возможности навещал Владислава и Тамерлана. Последний с ним и парой слов не обмолвился, обливаясь горючими слезами возле койки своего слуги. Думать о том, что между этими двумя происходит – желания не возникало. Мысль о том, что Тамерлан изменяет, не могла обосноваться в голове. Тамерлан не мог. Не после того, что сделал для него Северус. Но сейчас, видя, что его наложник взгляда не отводит от чужого лица, сомнения в верности закрадывались. Владислав был не один. На его кровати сидел юноша, в котором Снейп вновь с трудом узнал Гарри Поттера. Когда они встретились в меноре в прошлый раз – это был любимый наложник заместителя Министра, а сейчас... кто это сейчас? В глаза бросилась длина волос. Статусные наложники не имели привычки носить короткие волосы. Как-то повелось: чем длиннее и ухоженнее грива, тем богаче опекающий фаворита господин. Темные волосы слегка вились, не так сильно, как у Джеймса, но волна присутствовала. Гарри заправил короткую прядь за ухо, вернув пальцы на руку Владислава и крепко её сжав. Весь вид демонстрировал, что Поттер свободный человек. Но этого не может быть. Или может? Снейп настороженно замер в дверях. Нет, тогда бы Поттер заявился к нему с бумагами на подпись об уплаченном долге Поттеров и требованием о выдаче вольной. Гарри настолько сильно погрузился в собственные печальные думы, что не сразу заметил присутствие постороннего человека. Стоило написать и отправить письмо, размером похожее на поэму, как на следующее утро первая страница Пророка гремела происшествием в доме Снейпа. Гарри тут же бросился в больницу святого Мунго, навестив Владислава в первую очередь. Мужчина выглядел очень плохо. Чудо, что жив – со слов колдомедиков. Хорошо, что с самого утра Хару был рядом, без него все эти недели были бы куда невыносимее. Хару искренне хотел помочь. Помимо сопровождения в больницу, он попросил перевести друга Гарри в одиночную палату, доплатив сверху. - Мистер Снейп, - кивнул Поттер, поднимаясь. Смотрит. Да. Много лет прошло. Северус тоже изменился. Или сам Гарри изменился настолько, что нашел в стоящем перед ним нечто обворожительное – синоним, качающейся под искусную музыку, кобре. Опасную, хищную, отражающую свет безупречным телом. - Мистер Поттер, - назвать по-простецки «Гарри» язык не повернулся. Поттер слегка изогнул бровь, подумав, что «Хозяин» над ним издевается, подчеркивая статус. - Я слышал об ограблении. Примите мои соболезнования. Много людей погибло, ваш дом пострадал. Я рад, что Тамерлан в порядке, - а мальчишка отлично держится. Хотя, и «мальчишка» к молодому мужчине перед Снейпом неприменимо. В глазах зеленых совсем ничего, но сколько за маской скрыто? Презрение? Ненависть? – Я буду навещать Владислава до выписки. Всего доброго, мистер Снейп. - До свиданья, - кивнул зельевар. Гарри ни секунды дольше не хотел задерживаться один на один с ядоделом. Выяснение отношений потеряло всякую прелесть. Выплата долга, бумаги, вольная – всё это в одной, их последней встрече. Случайность – и вот Гарри снова вспоминает, как в слезах выпалил Снейпу про кусок мыла на двоих, когда был немощным ребенком-рабом в меноре. - Чего такой бледный, - Харуки поймал британца в объятия, ожидая возле больницы прямо напротив фонтана. - Неприятная встреча. Даже говорить об этом не хочу. - Тогда надо поесть, - серьезно заявил мужчина, чмокнув парня в волосы, а затем еще раз, и еще раз десять, пока тот не начал хихикать. По мнению колдуна, еда решала большинство вопросов, а если нет – есть еще прогулки. И поездки. Пока что они с Гарри могли путешествовать только в пределах Англии, но через пять лет все ограничения будут сняты. Как ценный иностранный специалист, он получал высокое жалование, но не настолько, чтобы полностью выкупить Гарри и выплатить его долг. Поэтому все деньги уходили на аренду времени наложника Лептиры, чтобы никто больше не смог требовать его компании. Такими темпами, не пять, может быть семь, да, семь лет, и они смогут пожениться, смогут путешествовать. Гарри знал только английское море, влюбившись в него с первого взгляда. Именно тогда у юноши и возник интерес к географии – парень банально не знал, что в Англии есть море, шокированный рассказом Хару о морском отдыхе в Порткурно — небольшой деревне, занимающей долину и пляж на южном побережье Корнуолла. Частые совместные прогулки положили начало их отношениям, но многим позже, чем японец посетил Лептиру. Молодой наложник казался холодным, далёким, смиренно врущий о взаимном чувстве и влечении, но Харуки решил, что ни за что не отпустит его, после того, как Гарри впервые искренне ему улыбнулся на берегу моря. *** Северус почти закончил ремонт менора, спасибо магическим технологиям, как в Британии настало время для симпозиума, проходящего раз в пять лет. Важное политическое мероприятие в формате полуофициального приема британского министерства Магии. Отлично, будет время поговорить с главой Аврората и начальником отдела по борьбе с терроризмом. Тамерлан, как и другие живые пострадавшие, кроме Владислава и Девии, вернулись в дом. Мелпой всё ещё находился в коме, Девия пришёл в себя, но у парня возникли проблемы с речью. Да и ходить он нормально не мог, что уж там – ложку удержать сложно. Отношения с Тамерланом стали крайне натянутыми, складывалось впечатление, что он на Снейпа с трудом взгляд поднимает. - Тамерлан, - колдун постучался, заходя в покои. У наложника теперь самая ближайшая комната к покоям Северуса. Зайдя в ту, где почти убили Девию, мужчина потерял сознание. - Да, господин, - брюнет поднялся, чуть склонив голову в знак приветствия, но не отходя далеко от подоконника. Зельевар тяжело вздохнул, наблюдая всю эту пантомиму. - У нас важный приём через неделю. Ты, разумеется, меня сопровождаешь. - Разумеется, - мгновенно отозвался наложник. Снейп помолчал минутку, затем развернулся, собираясь уходить. Вероятно, им придется серьезно поговорить, но чуть позже. - … Господин? Могу я… можно мне вернуться в больницу? Захотелось удариться лбом о стену. И так не вылезает оттуда. Когда Северус отметил, что пора бы и честь знать: ночевать там, где полагается, Тамерлан на него так посмотрел, будто колдун сообщил, что того ждут казематы и голодные крысы. - Можно, - честное слово ненормальный. Пусть хоть переедет уже туда. Раздражает. Обычно, когда Северус был не в духе у него был целый один верный способ снять напряжение – любимый наложник. Но сейчас спать с ним желания не возникало, а то с него станется разрыдаться и начать звать маму, или того хуже – Девию. Значит – к мракоборцам, давно пора, не стоит ждать званного вечера. Тамерлан облегченно выдохнул, опустив плечи, а затем весь стекая на пол. Рано или поздно Снейп потребует своё, но после того случая с Девией… Мужчина всегда старался угодить Северусу, быть продолжением его благодушного настроения, островком любви и хорошего секса в том опасном мире, в котором живут маги. Старался быть удобным. Снейп ни в чём не знал отказа потому, что спас наложника из Лептиры. Юноша делал выручку заведению, но никак не мог собрать постоянных клиентов вокруг себя. Поэтому он умолял, первый и последний раз, вверяя свою жизнь в чужие руки. Унижался духом, как прежде – телом, стоя на коленях. Тамерлан не знал, что на тот момент, Северус был обычным зельеваром. Они недолго жили в Тупике Прядильщика с единственным домовиком, колдун решал какие-то дела с Мелпоем, а потом переехали в этот менор. Тамерлан не лез в дела своего Господина, пытаясь приносить радость и свет в его жизнь, проказничая, капризничая, играя, как мог бы играть цветок своими красками на солнечном свету. Стараясь умоститься в размерах чужих минимальных ожиданий, душа сжалась до размеров сапфира в золотой подвеске. Именно её мужчина держал в руках. Подарок Северуса. Когда зельевар забрал его из Лептиры, привел в небольшой домик черте где, вручил украшение, сказав, что большего дать не может. Большим Тамерлан не смел стать, понимая и принимая свое место. Он – маленький сапфир, ограненный чужими максимальными возможностями. Этого не исправил шикарный менор, роскошные покои, бесконечные дорогие бриллианты, лучшие ткани, личные слуги. Брюнет погладил камень, нагревшийся от кожи, мягко улыбнувшись уголком губ. Вопреки ожиданиям Хозяина, Девия мог держать ложку, и уже довольно сносно ходил. С речевым аппаратом была проблема. Почему? Медики разводили руками. Тамерлан продал столько украшений сколько смог, привлекая внимание к персоне Девии. Но, кажется, дело не в деньгах, а в травме. Несколько серьезных операций, долгая кома, отсутствие хороших новостей. Когда молодой мужчина пришёл в себя врачи не давали позитивных прогнозов. Но вопреки Снейпу, вопреки им всем – парень начал двигаться, потея, собираясь с едва появившимися силами, вставать с кровати. Тамерлан тоже молчал, словно потеряв способность говорить, заразившись тишиной. Девия послушно держал чужую руку, которая постоянно удерживала за пальцы. Черт возьми, он не думал, что выживет, о чем сожалел, каждый раз видя Тамерлана. Тот упорно приходил изо дня в день, молча сидел рядом, а на лице столько мыслей читалось, что в пору было умереть. Снейп убьет его. Может, не убьёт, но выгонит, продаст куда-нибудь. Перс также понимал, что далеко не Хозяин платит на его многомесячное содержание в больнице. Девия в целом много понял, но не позволил себе испугаться и пугать своей неуверенностью любимого. Поэтому жестами, как мог, объяснил, что нужно поискать в крошечной комнате слуги. Тамерлан не сразу принес нужную вещь, но увидев книгу на иностранном языке, очень удивился, удивившись еще больше, когда Девия ободряюще кивнул, наконец взяв лист и карандаш в руки. Перс вывел две строчки, указав остриём карандаша на первую, а рукой на себя, затем показал на вторую строчку и на Тамерлана. - Имена? Что это за язык? – переводчика не прилагалось. Девия почесал затылок, вновь указав рукой на себя. Кареглазый задумчиво склонил голову в бок. В комнате мужчины было много подобных книг. – Твой? – парень тыкал в себя руками, пытаясь объясниться. – Персидский? Но… я не понимаю. Почему не английский? – Девия вздохнул, потянув наложника на себя за тонкое запястье и положив ладонь на книгу, отдавая её, серьезно заглянув в чужие глаза. – Что это значит? – внезапная догадка взорвалась неприятной вспышкой в голове. Тамерлан подскочил, взволнованно смотря на юношу. Его взгляд спокойный, уверенный, решительный немного угомонил часто бьющееся сердце. Тамерлан вновь уселся на больничную койку, уткнувшись взглядом в обложку. Девия коротко улыбнулся, подвинувшись ближе и прислонившись лбом к чужому. Это всё, что он может предложить самому дорогому и важному человеку. Побег в другое государство, где не будет роскошного дома, домовиков, личных слуг. Будет другой менталитет, жара, кочевничество; пока мужчина не сможет купить им дом - походная еда. Что поймали – то и съели. Мало личного пространства. Тамерлан сильно сжал корешок книги, аж пальцы побелели. Наложник вертел книгу так и эдак, воспроизводя в мыслях последнюю встречу с Девией. Догадки, одна дурнее другой, червями копошились в мозгу, отравляя и пугая. К назначенному мероприятию мужчину собирали аж двое прислужников и трое домовиков, такого количества декоративной косметики брюнет не использовал никогда. Северус сказал «важно», значит, нужно соответствовать. Из зеркала смотрело чужое лицо. Только глаза, наполненные ледяным отчаянием, являлись связующей нитью с тем, кем себя ощущал мужчина. Разбитым на тысячу осколков. Северус позволил своему сопровождению взять себя за галантно подставленный локоть, и парочка вплыла в огромную, светлую залу. Свет тысячи магических свечей озарял лица приглашенных гостей. Министр с супругой и детьми, заместители. Снейп кивнул Люциусу. Лорд приятельски улыбнулся, отсалютовав пальцами, но держа руку на уровне колен, так, чтобы жест остался замеченным только для старого знакомого. Рядом с Малфоем появилось очередное симпатичное лицо, не отягощенное мозгом. Хотя, мозгов нет почти у всех подростков. Как и требует этикет, зельевар перездоровался со всеми коллегами, знакомыми, был представлен нескольким новым лицам: приезжим заграничным господам и дамам, а также подращённым аристократам – детям, родившимся с золотой ложкой во рту, а серебряной в более интимном месте. Добрался до службы Авроров, уточняя как идут дела с расследованием, и благодаря мракоборцев за помощь и тренировки. Двигалось с натяжкой. Улик почти нет. «Почти» - это уже что-то, решил про себя Снейп. Взгляд зацепился за компанию, говорящую на японском языке, выцепив оттуда мистера Поттера. Северус моргнул, не решившись себе признаться, что его внимание привлек чистый смех. Стоило любопытно повернуть голову, взгляд уловил чужую искреннюю улыбку. Молодой мужчина был одет в смокинг, намеренно игнорируя галстук или бабочку, в угоду личных предпочтений, а не из-за игнорирования правил дресс-кода. Ни грамма косметики, ни щепотки вычурности, ни подчеркиваний своего статуса. Гарри смеялся в голос, держась за плечо человека, с которым пришел. Снейп сразу понял кто этот человек для парня, по тому, как японец смотрел на Поттера. Ничто не выдавало в зеленоглазом наложника, кроме мужчины, с которым он сюда пришел. Волосы не держали заклинания, только гель тонким слоем, позволяющий шевелюре выглядеть уложенной прической. Взгляд не стрелял по сторонам, проникая в глубины сердец местной знати. Гарри разительно отличался от той версии, что иногда вспоминалась Северусу: юный, окрыленный возможностями своего первого мужчины, отравленный его же ложью, высокомерно подчеркивающий свое положение. - О, мистер Снейп, - заметив интерес коллеги, Вудсторф обозначил себя резкими шагами в сторону иностранной компании. – Позволите рекомендовать вам, моего знакомого, великий ум, прошу заметить! Господин Харуки Ито, - Вудсторф пожал ладонь японцу, сразу же показывая на Северуса, - это Мастер зельеварения Северус Тобиас Снейп, гений нашего времени, я бы сказал. Ох, Северус, я вовсе не преувеличиваю! – маги обменялись рукопожатиями. - Добрый вечер, - поздоровался колдун с Харуки, - он преувеличивает, - компания оценила, рассмеявшись. Мужчины уже находились в прекрасном расположении духа, поэтому с удовольствием ввязались в очередное знакомство с британцем. Северус, как и все местные, показался им чопорным, но с отличным чувством юмора и статью отличного боевого мага. От него исходил ровный магический фон, который ни на секунду не поколебался, пока они общались. Выправку мракоборцев Ито заметил сразу. Его двоюродный брат служил на благо родины в рядах Аврората. Также от взгляда не ускользнуло повышенное внимание Снейпа к Гарри, взгляд черных глаз несколько раз возвращался к юноше, вызывая в груди волнение. Ито не позволил себе демонстрацию их отношений, но отметил для себя, что этому человеку стоит дать понять, что Гарри занят, и развлечения стоит поискать в другом месте. Мысль об этом почти соскользнула с крючка, стоило невероятно красивому наложнику взять под локоть зельевара. Тот обернулся, улыбнувшись, и накрыл чужую ладонь своей. Японцы поплыли с чужой красоты, старательно отводя взгляд, чтобы не выдавать себя, а красавец смотрел только на Гарри. Тамерлан перехватил взгляд Поттера. Гарри раскрыл рот, одними губами произнося «привет». Наложник вздохнул, ответная улыбка далась с трудом. Мальчик вырос и стал мужчиной. Они оба держались рядом со своими «хозяевами», но так, как японец смотрел на Поттера, Северус на Тамерлана не смотрел никогда. И… Тамерлан улыбнулся еще раз, потому что где-то в глубине души был рад, что хоть кого-то из них любят. Гарри уловил в чужом взгляде взрывающийся болью вулкан, он знал, что случилось с Девией и, что уж греха таить, видел наложника Снейпа в больнице, не отходящего от своего преданного слуги. Может быть, после всего плохого, что между ними было, стоит поговорить? Их горе не общее, но… В одно мгновение Тамерлан переменился в лице, закаменев и ближе прижавшись к Снейпу. Мимо Гарри, едва не задев плечом, проплыл платиноволосый лебедь. - Люциус. - Северус, - маги пожали друг другу руки. Северус представил друга новым знакомым, завязался очередной разговор. Гарри заледенел, будто врастая пол и взгляда не смея отвести. От него. Него. Хрупкого, нежного, с длинными темными волосами и желто-карими глазами, влюбленно и преданно смотрящего на Малфоя. Мальчик светился неподдельным счастьем, с обожанием держась за локоть мужчины. Поттер почувствовал в горле першение, а в глазах замерцали мошки. Гарри вновь опустил взгляд в пол, покрепче вцепившись в Хару. Сердце пустилось в бешенный галоп, стало очень жарко, а невидимая удавка обвилась вокруг шеи, перекрывая доступ кислороду. - Я украду Гарри на минутку, мы давно не виделись, - Ито удивленно посмотрел на сопровождение мистера Снейпа, взявшего за руку и утянувшего к себе Поттера. – Поболтаем, покушаем, а вы общайтесь на свои неинтересные рабочие темы, - фыркнул наложник, удаляясь. Тамерлану тоже было тошно. Каждый раз, когда видел Люциуса. Мужчина уверенно протискивался между колдунами, крепко держа ледяную ладонь. Придется потерпеть. До менее людного туалета нужно пройтись. Тамерлан намочил руки под краном, приложив их к лицу бледнющего мальчишки. Да, черт возьми, он все еще щенок. - Не вздумай терять сознание, - вышло менее сурово, чем хотелось. Гарри сжал губы в тонкую полоску, поднимая взгляд на брюнета. В зеленых глазах читался вопрос, смешанный со страхом. – Да, я знаю. Люциус… А ты думаешь откуда я в Лептире появился? Также, как и ты. Также, как и он, - наложник имел ввиду новоиспеченную пассию Лорда. Тамерлан и себя по щекам похлопал, скрестив руки на груди и прислоняясь спиной к одной из раковин, так чтобы касаться плечом чужого. - Так вот почему ты тогда так сказал, - голос некстати надломился, обнажая старые шрамы. - Как? - Что он не выкупит меня, - Гарри в своих думах много чего перебрал, и этот разговор на повышенных тонах тоже. – Ты оказался прав. Тамерлан не нашелся, что ответить. Поттер хранил молчание, давая Тамерлану прочувствовать благодарность за то, что не позволил Люциусу увидеть эмоции. Тот бы насладился осознанием, что даже через столько лет способен причинить боль одним своим видом. - Как у тебя с этим мужчиной? Он не выкупил тебя? - Обещает, как и все они, - усмехнулся Поттер, прекрасно осознавая свое место, и желая перевести тему. – Что с тобой? Я видел тебя в больнице и…, - зеленоглазый повернулся, заглядывая в чужое лицо, понимая, что вопрос стоит задать иначе, - что у вас с Девией? – Тамерлан отвел взгляд, вцепившись пальцами в край раковины. Гарри впервые видел его настолько испуганным и растерянным. Мужчина поднял взгляд, смотря в глаза напротив. - Ничего. Потому что нельзя. Такому, как я. Как мы. Гарри тут же поймал содрогнувшиеся плечи, рефлекторно прижимая к себе. Тамерлан вцепился в мужчину, как в дерево, в единственную опору, не ожидая, что его прорвет именно сейчас, именно здесь, с настолько далеким и чужим человеком. Кареглазый плакал беззвучно, Гарри гладил по волосам, держа так крепко, как только мог. - Прости, - еще больше напуганный своей вспышкой, Тамерлан отстранился. Видимо, он начинает сходить с ума. Гарри считал, что Тамерлану не за что извиняться. Взрослый мужчина, испуганный собственной любовью, на которую не имеет права. Только с возрастом становится ясно, наложник – это птица в клетке, интересная хозяину до тех пор, пока чирикает и не теряет дарованной красоты. Нельзя влюбляться в таких, как Девия, такому, как Тамерлан. Но сердцу не прикажешь, так ведь? Или прикажешь? - Не надо… - Я очень уважаю Северуса, - запальчиво прошептал брюнет. – Он спас меня. Мою жизнь. Понимаешь? Гарри понимал, поэтому накрыл белые костяшки руки своей, сжимая и отцепляя пальцы от раковины, на которой точно останутся вмятины от ногтей. - Он убьет тебя. Правду говорит Поттер. Тамерлан прекрасно об этом знает. Судорожно кивнув, мужчина отстранился, поднимая заплаканное лицо на Гарри. Именно в этот момент Тамерлан осознал, что жестами и взглядами ему предложил Девия. - Значит, он убьет меня, - мужчина вымученно улыбнулся. – Можешь сказать Хозяину, что я отравился и отправился домой? Пожалуй, на сегодня с меня хватит, - мужчина отошел к двери, обернувшись. – Удачи тебе, Гарри. - И тебе, Тамерлан, - попрощался Поттер, устало приваливаясь к раковине. С возрастом стало понятно из-за чего Тамерлан тогда бесился, не из-за великой любви, а ревности к своему месту и образу жизни. Боялся, что Господин променяет на более молодую птичку, ведь наложники – вещи, а благодарными по гроб жизни рабами можно крутить как хочешь. Наверное, Тамерлан так бы и лелеял, культивируя в Бога свое уважение и благодарность, если бы не появился Девия. Гарри и самому жутко захотелось вернуться в Лептиру, куда угодно, но подальше от людей. От Хару тоже. Пока он не уподобился Тамерлану и не начал лизать чужие ноги, как собака. *** Девия получил весточку от своих друзей, как раз, когда смог уверенно ходить и вернуться в менор к… Тамерлану. Тот в основном обитал в комнате слуги, Девия понял по запаху, что мужчина спал на его кровати. На столе лежали тетради тех времен, когда мальчишкой перс учился писать на фарси, а заметки на полях принадлежали Тамерлану. Водя пальцами по записям, не заметил, как дверь открылась и любимый вошел в комнату, плотно запирая за собой дверь. Руки обняли со спины. Девия обернулся, расстроенно всматриваясь в осунувшееся, потухшее лицо. Карие глаза полоснули неуверенностью по лицу, затем мужчина прижался к чужой груди, надеясь удавиться в крепких объятиях. Перс вздохнул, мирясь с собственным выбором. Приподнял острый подбородок, огладив пальцами по лицу и впервые в жизни поцеловал живое воплощение любви, делясь решимостью. У Тамерлана не было ни сил, ни желания, ни воли на то, чтобы отстранился. Так его не целовали еще ни разу в жизни, и он никого и никогда так не целовал. - Завтра, - прошептал на родном языке Девия в горячие губы, еще раз поверхностно целуя. Судя по узлам, к границе пожалует Делшэл с порт-ключом аккурат после полуночи. С Владиславом, который так и не пришел в сознание, мужчина успел попрощаться, одиноко стоя возле обездвиженного тела. Зеленоглазый не мог оторваться от любимого, касаясь темных волос, аккуратного носа и осторожно, проходясь подушечкой большого пальца, вдоль нижней губы. – Тамерлан, я люблю тебя. Я люблю тебя всю жизнь. С первого взгляда. Клянусь защищать тебя, клянусь беречь тебя, клянусь сделать тебя счастливым, - губа задрожала, наложник ткнулся лицом в ладонь, затем в грудь, молча о своих чувствах, которые набатом стучали в сердце, орали, пытаясь вырваться. - Я люблю тебя, - прошептал мужчина, даже не осознавая, что этим заклинанием наконец снял со своей птичьей лапки тяжелую цепь бремени. – Мне больше не страшно. Тамерлан не собирал тюков, галеонов и украшений. Он сидел напротив зеркала в комнате, смотря в собственные глаза. Руки завязали хвост, уверенным жестом наложник отрезал волосы, прекращая быть продолжением чужой воли. Мужчина ничего не взял, оставляя часть себя Северусу, и первый подарок – обрамленный в золоте сапфир. Девия крепко держал за руку, ведя через лес. Они не оглядывались. Их встретил незнакомый Тамерлану перс, поднявшийся с земли при виде парочки. Девия коротко представил их друг другу. Коснувшись стеклянной пуговицы, пространство сжалось, забирая мужчин в иную жизнь, где уже никто не пихнет в нос бумажку, буквы которой, определяют твой статус и образ жизни.     *** Перед Северусом за вечер промелькнули сотни лиц, и только одно не выходило из головы. Мужчина настолько зациклился на возмущении к собственным мыслям, касательно Поттера, которого вообще в голове быть не должно, как не заметил, что домой вернулся один. Лишь скинув мантию, запоздало вспомнил, что Гарри вскользь бросил, мол Тамерлан очень устал и отправился домой. Ах, черт. Волшебник потер виски, чувствуя себя уставшим и без настроения. Подниматься к Тамерлану не хотелось, он опять заведет слезливую песню на счёт бедного Девии, который чуть не умер, и со скорбным видом, будет умолять отпустить его в больницу. Как надоело. Половину цацок продал – не пожалел, чтобы щенок этот лучший уход получил. Тьфу. Маг раздраженно отправился на верх в свою комнату, наказав домовикам подготовить ванну, а себе найти успокаивающую настойку, которую можно принимать после алкоголя. Горячая вода и тишина помогли больной голове пройти. Северуса разморило. Задней мыслью подумал, хорошо, если Тамерлан вообще в эту больницу переедет, не видеть его убитый вид. На встрече он едва держался, собрав все остатки рассудка и мужества, а глаза красные, на мокром месте. И что он нашел в Девии – непонятно. Домовик мягко разбудил Хозяина, провожая в свежезастеленную кровать. Зельевар открыл глаза с тяжелым вздохом, переворачиваясь на бок. Приснился Поттер. Просто отлично. Это от недотраха. Именно. Тамерлан виноват. Мужчина накрыл глаза ладонью, собираясь выплеснуть всю дурь и злость на встрече с тренером-мракоборцем. Напавшие на людей и дом, залегли на дно. Идиоту понятно – затишье перед бурей. Вечером Северус нашел себя в Лептире. Хесед не без удивления изогнул бровь: - Мистер Снейп, не ожидал столь повышенного интереса к Гарри Поттеру. - Меня интересует лишь выкупили его или нет, - сквозь зубы процедил волшебник. С утра злости и дури лишь прибавилось. Хесед затянулся, электронная сигарета загорелась красным на конце. Мужчина расположился в кресле, наливая им обоим чай. Северуса нельзя было не уважать. Достойный волшебник. Сильная аура. Хесед позволил себе ленивое любование. - Полагаю, ваша вчерашняя встреча на приеме с мистером Поттером, оставила неизгладимое впечатление, -  Снейп терпеть не мог манеру управляющего борделем общаться. Тот спокойно пил горячий напиток, улыбаясь одними уголками губ. – Он вырос в прекрасного мужчину, несмотря на ваши старания, - зельевар холодно глянул, чуть подняв подбородок. Блондин изменился в лице, серьезно посмотрев на волшебника. – Он вам откажет, мистер Снейп. У него есть покровитель. Вам лучше не умалять собственного мнения на свой счет, и не ждать, пока парень рассмеется вам в лицо на предложение о разовом перепихоне, - прижег управляющий, не сводя глаз с брюнета. - Я лишь спросил продали его или нет. Не умаляйте себя до поспешных выводов, - не остался в долгу колдун. Хесед продолжал смотреть, вновь поднося трубку к губам, ожидая, пока гнев гостя схлынет, и он сможет взять себя в руки, признавшись себе в истинной причине появления здесь. Снейп приподнял брови, ожидая, видимо, того же самого от мальчишки, считающего себя лучшим леггилиментом, чем есть Северус. – Три ночи со мной, и я прощаю ему долг. Разумеется, бумаги о свободе тоже будут готовы, -  зельевар поднялся, делая предупреждающий жест аврору, мол, выход знает где. Надо же – покровитель. Не столь серьезный, как хочет преподнести Хесед, раз не выкупает наложника. Когда Северус остыл, понял, что брякнул глупость и пошлость. Не любил, когда последнее слово остается за кем-то другим и тем более мнение, что кто-то вроде Поттера имеет право сказать «нет». Пока носился со своими мыслями о правильном и неправильном, не заметил, что Тамерлан не выходит из комнаты или из больницы. Зайдя в чужие покои, взгляд зацепился за роскошный хвост, аккуратно лежащий на спинке стула перед будуаром. На столике лежал первый подарок Снейпа Тамерлану. Мужчина подошел ближе, беря в руки подвеску. Значит, он сбежал вместе с Девией. Колдун хмыкнул, опустившись на стул. Сам виноват. Надо лучше следить за своей собственностью. Подвеска раскачивалась маятником меж пальцев, напоминая о более спокойных временах, о чужой благодарности и решении Северуса взять парня под крыло. Тамерлан ведь прошел с ним через многое. Был рядом в отведенной для него роли комнатной розы. Осточертело играть под чужую дудку даже во благо старых дней. Кто бы мог подумать, что все ниточки, связывающие с прошлом, разом порвутся: Владислав в коме, Тамерлан сбежал, Поттер «рассмеется в лицо». Услышав занимательную весть от Хеседа, Гарри действительно смеялся, правда, недолго и скупо. - Неужели твоя свобода не стоит пары сеансов секса? – фальшиво удивился управляющий, закидывая ногу на ногу. Охранник был отправлен спать, а они с Гарри полуночничали, сплетничая. Не в дружбу, а в службу, в борделе друзей несложно найти, сложно удержать, и этот мальчик наотрез отказывался пересекать границу, несмотря на прямой намек на более тесные, приятельские взаимоотношения. - Да ни в жизни. Я уж поживу пять лет тут как-нибудь на попечении Хару, - Поттер сел по-турецки, цапнув с подноса сушеную хурму. – У меня дела завтра. Решил наведаться в Хогвартс. Когда-то давно был в Гринготсе по делам Рода, да меня отослали, как помойного кота. Отец там учился. Может быть, удастся что-то выяснить на счет наличия долга. - В течение пяти лет могут быть и другие люди, ты же понимаешь. Да и нет гарантии, что мистер Ито всё ещё будет о тебе печься, - проигнорировал вторую часть сказанного Хесед. - Кто угодно лучше, чем Снейп. Он выжил из ума, если решил, что я по собственной воле прикоснусь к нему, - парень вцепился зубами в яблоко, ждущее своей кровожадной участи. Ублюдок. Поди, Тамерлан сбежал, вот Снейп побежал себе новую игрушку искать. Поинтересоваться было не у кого. В меноре Гарри ни с кем, кроме Владислава, не общался, но чуйка подсказывала, что наложник поддался чарам любви и кочует с Девией где-то за границей Британии. Хогвартс встретил прохладной, готической залой. Студенты, одетые в форму, быстро передвигались, игнорируя молодого мужчину, который не без интереса разглядывал трофеи, посвященные победителям квиддича. Гарри слышал об этих играх, но никогда на них не бывал, как не держал в руках Нимбуса или волшебной палочки. Удивительно, родиться магом, но не являться им. Хару показывал разные заклинания и даже пытался учить любимого наложника. Вечерами парень пытался повторить, что-то даже получалось, от этого становилось только горше. Взгляд зацепился за кубок и колдографию ловца. «Джеймс Поттер. Лучший ловец факульта Гриффиндор».  Со снимка смотрел парень в очках, с торчащими во все стороны волосами, счастливо машущий и пышущий жизнью. Гарри прилип к стеклу, приложив ладонь. Неизвестно сколько он там простоял, когда рядом раздался голос: - Ты так похож на него, мой мальчик. Не думал, что увижу сына Джеймса и Лили в этих стенах, - Поттер повернул голову, во все глаза разглядывая пожилого колдуна с длинной бородой, в просторной голубой мантии. - Лили? Так звали мою мать? Колдун улыбнулся в бороду, показывая ладонью вперед и предлагая прогуляться. Гарри с готовностью встал плечом к плечу, не сводя глаз с незнакомца. - Да. Твои родители учились здесь. Выдающиеся волшебники. Джеймс – душа компании, активный, подающий большие надежды, а рядом с ним первая красавица школы Лили Эванс. Чудесная девушка. Бойкая, с характером. Никому не позволяла собой крутить. Они были очень рады стать родителями. Гарри слушал, разинув рот. Ему следовало приехать раньше. Зайти в кабинет с купольным, стеклянным потолком, погладить чудесного феникса, съесть кучу лимонных долек; трясущимися руками листать альбом одного из выпусков Хогварса, слушая про неизвестных Люпина и Сириуса Блэка – своего крёстного. На глаза навернулись слезы. Лучше бы он умер. Всё могло быть иначе. Старик усмехнулся, украдкой поглядывая на парня, вытирающего пальцами глаза. - Мне так жаль, что всё так обернулось для тебя, мой мальчик. Я думал, что Северус сразу же дарует тебе свободу и вернет менор его владельцу, - волшебник тяжело вздохнул. – Я ошибался на его счёт. - Что? – непонимающе моргнул брюнет, подавшись вперед. – А при чём тут Снейп? - Как же? – голубые глаза удивленно расширились. – Менор, который принадлежит сейчас Северусу, ранее был фамильным гнездом Поттеров. – Альбус не без удовольствия позволил мальчишке осознать суть происходящего. – Он выкупил дом у Джеймса за долги и тебя заодно. Я-то думал, позаботиться о тебе хочет, всё-таки Северус и Лили были лучшими друзьями, а вышло абсолютно не так. Ты уж прости, я не смог прийти в твой дом и отстоять твоё право. Стар я, а Северус в силу вошел. Побоялся. - Друзьями? Моя мама и он? – к такой информации Гарри готов не был. Её тяжесть по тонне легла на плечи. Спал на обсосанном матраце рядом с картошкой в собственном доме – не может такого быть. - Да, были. Но Лили предпочла Джеймса, с тех пор Северус возненавидел твоего отца и вечно третировал. Лили так и не смогла простить бывшего друга за резко изменившееся к ней отношение и грубые слова в адрес будущего мужа. - Вы знаете почему мой отец влез в долги? Как вообще к этому оказался причастен Снейп. - Лили умерла. Джеймс не смог справиться с утратой. Чтобы спасти ее, он продал все имущество, заложил дом. Она отошла в мир иной, а следом и он. Это была великая любовь, Гарри. Снейп сразу же выкупил закладную и тебя, как обнищавшего аристократа, которому сразу повесили непомерный долг. Потом я узнал, что ты пытаешься этот долг отработать, но не смог навестить, мне стыдно смотреть тебе в глаза. Когда умру, твои родители будут ругаться, что не доглядел. Позволил Северусу уничтожить твое достоинство и обречь на… такую жизнь. Ему не стоило брать чужое и вести себя соответственно статусу, а он подло обобрал сироту. Гарри спрятал лицо в ладонях. Гнев перебивал отчаяние и боль. - Извините, я пойду, - мужчина поднялся, быстро покидая кабинет и бегом по коридору на улицу, вдохнуть кислорода. Голова кружится. Твою мать, этот Снейп еще больший ублюдок, чем казался. Дамблдор снял очки-половинки, подойдя к клетке с фениксом. Фоукс потерся о подставленные пальцы, вопросительно уркнув. - Всё складывается как нельзя лучше.    *** Хесед не ожидал, что на него обрушится несчастье. До мертвых наложников никому не было дела, кроме управляющего борделем. Аврорат слабо шевелился и даже угрозы в духе: «до ваших мальчиков и девочек тоже могут добраться» - слабо работали. Мужчина уткнулся лбом в бумаги. Благо, удалось снять копии по трем делам и самостоятельно изучить. Лептира несла моральные и финансовые убытки. Трое элитных проституток найдены мертвыми в каких-то канавах. Тела изуродованы, и только судебно-медицинская экспертиза смогла установить личности. Уже поползли слухи. Сливки общества стали реже заглядывать, а наложников Хесед запретил забирать из борделя. Господа уходили на сторону к более сговорчивым конкурентам, отпускающих своих птичек полетать на свежем воздухе. Именно тогда случилось четвертое убийство. Дебет с кредитом не сходился, скоро не на что будет продукты закупать, не то, что коммунальные услуги и зарплату птичкам. - Устройте аукцион. Наверняка много господ хотели бы забрать к себе ухоженные цветы, особенно, если на них будет хорошая скидка, - аврор уселся на диван в кабинете. Сам он отказался от жалования за последний месяц. Семьи не было, кормили на работе, спит здесь же, да и без общества Хеседа остаться не хотелось. Завидный предприниматель. Мужчина оглядел понурый профиль. Это идея. Управляющий откинул голову назад, вглядываясь в потолок. Птичек, не имеющих постоянников и приносящих малый доход, можно легко сбыть. Кого-то вроде Поттера, доход приносящего, Хару со скидкой оторвет с руками, ногами и головой. Парню даже так будет лучше. Долговые обязательства лягут на Ито. Разницу долга колдун будет уплачивать рассрочкой Снейпу на банковский счет. Есть еще несколько девушек и парней, которых однозначно выкупят и не придется расставаться с публичным домом. Тем не менее Хесед тянул сколько мог. Но через два месяца произошло пятое убийство молодой девушки из борделя среднего уровня, находящегося в магическом квартале. Тело изуродовали и разрезали от лобка до груди, искусно выполнив женское обрезание. У всех жертв были отрезаны гениталии. Аврорат начал наконец шевелиться. Поговаривали, что последнюю убитую видели сопровождающей кого-то из высокопоставленных мракоборцев. Лептира под соусом «развеять грусть и тоску» выпустила рекламу в Пророке об аукционе, где аристократия может выбрать себе полюбившейся цветок. Наложники были в предвкушении, предварительно переговорив с потенциальными покупателями. Гарри кусал губы, не веря в такую удачу, одновременно чувствуя вину за радость из-за атмосферы горя из-за смертей себе подобных. Харуки целовал руки, клялся заплатить любые деньги, учитывая, что начальная цена чуть ли не в трое меньше той, сколько наложник уровня Поттера реально стоил. Японец постоянно куда-то отлучался, пытаясь ссудить как можно больше денег. За Гарри он был готов последние трусы продать. Праздничная атмосфера именно то, что нужно британцам, ставшим опасливыми и осторожными. Да, маньяк выбирал исключительно работников борделей, но мало ли с каким настроение он проснется в очередное утро. Жонглеры подкидывали хрусталь, файер леди играли с огнём, вызывая восхищенные вздохи. Русский балет короткой сценкой сорвал бурю овацией. Даже Министр с супругой посетили сие мероприятия, окрестив его «культурным». Северус не удивился: здесь собрались все колдуны магического Лондона и окрестностей. Кто, как Министр – окультуриться и насладиться прекрасными постановками, а кто, как он сам, в ожидании главного меню. Тамерлан сделал свой выбор, оставив одежды, украшения и пустые покои. Сколько можно им простаивать, а Снейпу носить траур, будто его предал любимый человек? Между ними никогда не было ничего кроме отношений Хозяин-Наложник. Это рамки ролей, за которые не было желания выходить. По крайней мере у зельевара. Ни разу за все прошедшие годы. Если Тамерлан и предпринимал попытки, они остались незамеченными. Колдун понимал, что Лептира терпит убытки, решение Хеседа – грамотное для предпринимателя. Бизнес сможет простаивать год на полученном доходе с этого мероприятия, а за год маньяк либо успокоиться, либо его поймают. Узнав об убийствах наложников, Снейп задней мыслью подумал о Поттере. Зельевары между собой шушукались в клубе, перемывая косточки убийце и его жестоким методам. На всякий случай, Северус убедился, что Поттер сидит под замком, живой и обделенный свободой передвижения. - Дамы и господа, добрый вечер! – голос Хеседа, усиленный заклинанием, разнесся по банкетному залу. Раздались аплодисменты. – Надеюсь, вы довольны нашей программой, - управляющий поклонился, срывая повторную овацию. – Итак, начнем наши торги! Управляющий, затянутый в переливающийся блеском смокинг, пригласил на небольшую платформу первый очаровательный лот, который тут же вызвал восторженные охи и ахи. Первыми шли наложники, не имеющие постоянных покровителей. Снейп протиснулся поближе, желая рассмотреть товар, всё-таки один он сегодня точно не уйдет. Красивые, игривые, живые, начищенные до блеска и абсолютной роскоши. Не то. И это не то. Может быть вот этот? Очаровательный шатен с желто-карими глазами, смущенно мнущийся рядом с Хеседом? Северус не вступал в торги, ожидая пока ёкнет. Но никакого намека на искру. В каждом следующем маг пытался найти хоть что-то цепляющее глаз – без результата, пока к ведущему не подошел Гарри. Спокойный, уверенный в себе, прямо смотрящий на толпу. Они пересеклись взглядами, наложник не сразу отвел взгляд, в отвращении дернув уголком губ. А секунду назад, Снейпу показалось, что сердце пропустило удар. Стоило господину Ито вступиться в борьбу, Северус вновь почувствовал внутри укол, да такой силы, что пришлось дернуть плечом. - Удваиваю, - поднял руку зельевар. Хару яростно вперился взглядом в конкурента, сразу признав в нем недавнего знакомого, который пялился на Гарри. - Утраиваю от начальной цены! – Харуки не собирался сдаваться. Поттер сцепил зубы, с ненавистью глядя на кажущегося равнодушным Снейпа. Вид такой, будто он на рынок за яблоками пришел. - Удваиваю текущую цену, - ровно отозвался колдун, смотря исключительно на бледнеющего Поттера, который понимал, чем может закончится эта игра. Харуки и присутствующие потрясенно охнули. Цена уже превалировала над той, если бы наложника выкупали напрямую из борделя. - Добавляю сверху еще… четыреста галлеонов, - японец не мог поверить в происходящее. Мерлин Всемогущий, неужели этот человек заберет Гарри? - Две тысячи сверху последней цены, - Северус повернулся в пол-оборота, смотря, как японца трясет. Он не даст больше. Не сможет. Повисло трехсекундное молчание, обозначившего победителя. - Продано! Уважаемый господин, прошу, - Хесед подтолкнул Поттера в спину, подумав, что Снейп явно не дурак и неслабо заинтересован. Пожалуй, он даже в Тамерлане так заинтересован не был. Гарри остался стоять на месте, как вкопанный, отказываясь верить в происходящее. Зельевар без издевки усмехнулся, выходя вперед. Толпа расступилась, позволяя мужчине забрать свою дорогую покупку. - Нет… - прошептал Гарри, скрытый от общественности спиной Снейпа, пытаясь упереться тому руками в грудь. Но Северус не стал церемониться с парнем, присел, подхватив, уложил себе на плечо задницей вверх и пошел на выход к площадке для аппарирования. Кажется, мистер Поттер забыл: на чужом несчастье счастья не построишь.