Огонь, который согрел

Фаер Ринг сидела на своём привычном месте в С.Ф.О.Т.Х. Но её обычная гордая, неприступная уверенность куда-то бесследно испарилась. Вокруг кипела привычная жизнь, но Ринг не замечала ничего. Все её мысли были заняты лишь одним — её собственным, жестоким и ужасающим постуком. Из головы никак не выходило лицо Спавна в тот роковой день. Она раз за разом прокручивала в памяти то, как хладнокровно растоптала всё, что между ними было, и выбросила его из своей жизни. В груди заворочалось незнакомое, липкое и удушающее чувство вины. Маска боевой цундере дала глубокую трещину. — Может... Я совершила ошибку? — тихо, едва слышно прошептала Фаер Ринг в пустоту, обхватив плечи руками. — А может... Я сделала ему по-настоящему больно? Ведь мы же... мы ведь друзья детства... Она вспомнила ту самую серую спавн-зону, вспомнила, как много лет назад пообещала маленькому плачущему Спавну всегда быть рядом и защищать его. И что она сделала теперь? Сама же заперла его в этом одиночестве, заставив страдать в пустом доме. Гордость внутри неё всё еще упрямо боролась с раскаянием. Фаер Ринг мучилась целых два дня, бесконечно сомневаясь и взвешивая каждое «за» и «против»: стоит ли ей прийти и извиниться прямо сейчас или гордо промолчать? Это были два самых долгих, невыносимых и мучительных дня в её жизни. Огонь внутри неё больше не придавал ей сил — он жёг её изнутри чувством вины. На исходе вторых суток Ринг больше не смогла этого выносить. Осознание того, что она из-за своей глупой гордости может навсегда потерять единственного по-настоящему преданного человека, ударило в голову паникой. Фаер Ринг сорвалась с места и изо всех сил пробежала сквозь серые улицы. Она мчалась мимо бесконечных, безликих однотипных домов соседей прямо к его дому, молясь лишь об одном — успеть до того, как случится что-то страшное. В это же время Спавн сидел на полу своей пустой коробки дома, содрогаясь от беззвучных слёз и судорожно сжимая пальцами ткань серого худи. Навязчивые депрессивные мысли ходили в его голове по кругу, лишая остатков сил.Внезапно тишину дома разорвал настойчивый, громкий стук в дверь. Спавн вздрогнул, замерев на месте. — Спавн, открой дверь, пожалуйста! — из-за тонкого дерева раздался знакомый девичий голос Фаер Ринг. Он сильно дрожал, в нём больше не было прежней надменности. — Я... Я не знала, что могу причинить тебе такую боль. Спавн, я просто не думала о своих действиях! Спавн затаил дыхание, его сердце бешено заколотилось. Это был её голос. Голос девочки, которая выжгла его душу до основания. Разум Спавна мгновенно превратился в хаос. Открывать ей или нет? Защитить себя, прогнать её прочь, чтобы она снова не сделала больно, или поддаться глупой, отчаянной надежде? Он сидел на полу, не в силах пошевелиться. — Спавн... Прости меня, пожалуйста... — донеслось из-за двери совсем тихо, почти умоляюще.Эти слова ударили наотмашь. Спавн замер. Услышать извинения от неё прямо сейчас, после стольких ночей кошмаров, было для него чем-то невероятным. Ему показалось, будто его сам Бог услышал. Вся его удушающая депрессия на секунду отступила. Спавн поднялся на ноги, подошел к двери и дрожащей рукой повернул замок. Когда дверь распахнулась, Фаер Ринг не стала ждать ни секунды. Едва увидев его бледное лицо и серое худи, гордая цундере окончательно сломалась. Ринг сразу же, с разбегу бросилась ему в объятия, крепко смыкая свои руки на его шее.Спавн судорожно выдохнул, покачнувшись. Он абсолютно не ожидал таких отчаянных, сильных объятий. От Фаер Ринг по-прежнему исходило её яркое тепло — но теперь это пламя больше не обжигало его, а мягко и бережно согревало его грустную, замерзшую от одиночества душу. Лед внутри Спавна мгновенно растаял.Спавн медленно поднял руки и крепко обнял Фаер Ринг в ответ. Он уткнулся лицом в её плечо, чувствуя, как колоссальное облегчение затапливает его сознание. Она вернулась. Она пришла сама и извинилась. Фаер Ринг еще сильнее сжала его в объятиях, и Спавн почувствовал, как её плечи мелко дрожат от беззвучных слёз раскаяния. — Прости, Спавн... — всхлипнула она, утыкаясь в ткань его худи. — Я была такой бакой. Я обещаю, я больше так не буду... И Спавн, закрыв глаза, поверил ей. Их детская искра не погасла — она разгорелась с новой, исцеляющей силой.