Французский поцелуй

Кейн стоял перед дверью с табличкой «Учительская» и почему-то не спешил заходить внутрь. После встречи в парке ему начало казаться, что за каждой новой дверью его ждут неприятности. Он посмотрел на ручку, потом на дверь, потом снова на ручку. — Только первый день, а я уже боюсь дверей... — пробормотал он себе под нос. Сделав глубокий вдох, мужчина всё же открыл дверь. Внутри оказалось неожиданно уютно. Вдоль стен стояли шкафы с документами, возле окна расположился большой стол, а в углу тихо работала кофеварка. За столом уже сидели трое учителей, о чём-то негромко разговаривая между собой. Все трое одновременно обернулись на звук открывшейся двери. Кейн тут же выпрямился, словно его поймали на чём-то запрещённом. — Здравствуйте. Я Кейн, новый преподаватель французского языка. Первой улыбнулась женщина с длинными рыжими волосами. — Так это вы! Наконец-то. — Наконец-то? — удивился Кейн. — Мы уже несколько недель ждали нового преподавателя французского, — ответила она. — Меня зовут Рагата. Я преподаю психологию. — Помни. Английский язык. Девушка с коротким каре слегка кивнула. — Зубл. История. Девушка с тёмно-фиолетовыми волосами коротко подняла руку в знак приветствия. — Очень приятно познакомиться. — Взаимно, — улыбнулась Рагата. — Проходите, не стойте в дверях. — Спасибо. Кейн осторожно присел рядом. Несколько секунд стояла тишина. Не неловкая, скорее выжидающая. Он чувствовал на себе любопытные взгляды новых коллег и никак не мог придумать, что сказать дальше. — Вы нервничаете, — вдруг сказала Помни. — Так заметно? — Очень. — Катастрофически, — добавил Зубл. — Я старался это скрывать. — Не получилось, — спокойно ответила Помни. Кейн тяжело вздохнул. — Ну замечательно. Рагата тихо рассмеялась. — Не переживайте. В первый день почти все такие. — Даже вы? — Особенно я. — Правда? — В первый рабочий день я так переволновалась, что перепутала расписание и полурока рассказывала тему не тому классу. — И что было потом? — Потом дети сами объяснили мне, что я нахожусь не в том кабинете. Кейн невольно рассмеялся. — Это хотя бы смешно. — Сейчас да. Тогда мне хотелось провалиться сквозь землю. Разговор постепенно становился всё живее. Рагата рассказывала о школе и учениках, Помни время от времени вставляла короткие сухие комментарии, от которых почему-то становилось ещё смешнее, а Зубл говорила редко, но каждый раз настолько точно, что после его слов обычно никто не находил, что добавить. Сам того не замечая, Кейн начал расслабляться. Напряжение постепенно уходило, плечи больше не были так напряжены, а бабочка на шее наконец перестала подвергаться постоянным попыткам её поправить. — Так вы недавно приехали в Германию? — спросила Рагата. — Да. Чуть больше месяца назад. — И сразу устроились в школу? Даже без знания языка? — Не совсем сразу. Сначала пришлось разобраться с документами. А с языком думаю освоюсь постепенно. — Звучит утомительно. — Это потому что так и было. Помни понимающе кивнула. — Немецкая бюрократия. — Именно. — Тогда поздравляю. Самое страшное уже позади. — Надеюсь. — Не надейтесь, — невозмутимо произнёс Зубл. Кейн несколько секунд смотрел на него. — Спасибо за поддержку. — Всегда пожалуйста. Рагата тихо рассмеялась. В какой-то момент разговор зашёл о школьных мероприятиях. — А кто вообще отвечает за организацию праздников? — спросил Кейн. — Обычно директор, — ответила Рагата. После этих слов атмосфера неожиданно изменилась. Помни отвела взгляд. Зубл внезапно заинтересовался какими-то бумагами на столе. Рагата кашлянула. Кейн нахмурился. — Что? — Ничего. — Нет, я же вижу. — Просто директор очень... требовательный человек. — Вы его боитесь? — Нет, — слишком быстро ответила Рагата. — Конечно нет, — поддержала Помни. Повисла пауза. — Вы его боитесь. — Немного, — призналась Рагата. — Все его немного боятся, — вздохнула Зубл. — Даже ученики? — Особенно ученики. Кейн удивлённо моргнул. — Он настолько строгий? — Может, но там все сложно..— задумчиво ответила Помни. — Настолько сложно?. Кейн несколько секунд ждал продолжения. Продолжения не последовало. — Кажется, я чего-то не понимаю. — Поймёте, — вздохнула Рагата. Но прежде чем Кейн успел задать новый вопрос, его глаза внезапно расширились. — Подождите... — Что такое? — Директор! — Что директор? —спросила Зубл. — Мне же сказали обязательно зайти к нему до начала занятий! В учительской повисла тишина. — Ой, — сказала Рагата. — Вот именно "ой"! Кейн резко вскочил со стула. — Спокойно, вы ещё успеваете, — поспешила успокоить его Рагата. — Второй этаж. Поднимаетесь по лестнице, потом направо. Последняя дверь в конце коридора. — Спасибо огромное. — Не за что. — Если через десять минут я не вернусь, считайте меня съеденным директором. Помни хмыкнула. — Удачи. — Она вам понадобится, — добавил Зубл. Под смех коллег Кейн поспешил к выходу. Коридоры становились всё оживлённее. Кейн быстро шёл к лестнице, мысленно повторяя указания Рагаты. Второй этаж. Направо. Последняя дверь в конце коридора. Всё просто. Именно поэтому в следующий момент он в кого-то врезался. Папка вылетела из рук. Листы разлетелись по полу. — Ай! — Смотри куда идёшь. Перед ним стоял высокий мужчина лет тридцати с крайне недовольным выражением лица. Кейн тут же присел, начиная собирать бумаги. — Простите, я вас не заметил. — Это заметно. — Вообще-то мы оба не смотрели по сторонам. — Нет. Это ты в меня влетел. Кейн поднял на него взгляд. — Ладно. Если вам так легче, виноват я. — Издеваешься? — Нет. — Врёшь. — Да господи... Удар оказался настолько неожиданным, что Кейн даже не успел среагировать. Перед глазами вспыхнули искры. Он потерял равновесие и рухнул на пол. Разбитую губу мгновенно обожгло болью. Щёку царапнул острый край папки. По коже потекла тонкая струйка крови. Несколько секунд Кейн просто сидел на полу, пытаясь понять, что вообще произошло. — Совсем ненормальный... — выдохнул он. — Следи за языком. — Это вы меня ударили! Холодный голос прозвучал позади них. — Джекс. Всего одно слово, но мужчина мгновенно замолчал. Он очень медленно обернулся, а Кейн невольно последовал его примеру. По коридору к ним приближался тот самый незнакомец из парка. Чёрное пальто, белые перчатки, спокойный взгляд голубых глаз. Сейчас он выглядел ещё холоднее, чем утром. Кейн вдруг понял, почему учителя говорили о директоре таким странным тоном. Этот человек даже не выглядел злым. Он выглядел спокойным. Слишком спокойным. И именно это пугало больше всего. Незнакомец остановился рядом, окинул взглядом разбросанные по полу бумаги, кровь на губе Кейна и царапину на его щеке, после чего перевёл взгляд на Джекса. — Объясни. Голос прозвучал тихо и ровно, без малейших эмоций. — Он первый начал. Несколько секунд незнакомец смотрел на него. — Извинитесь. — Простите. — Искренне. — Но я... Белая перчатка легла ему на плечо. Со стороны жест выглядел почти дружелюбным, однако Джекс мгновенно побледнел. Кейн заметил, как напряглись его плечи и дрогнула челюсть. Пальцы незнакомца медленно сжались поверх ткани пиджака. Никакой резкости, никакой видимой силы, но мужчине этого хватило, чтобы едва заметно поморщиться. — Искренне, — повторил он. На этот раз в голосе не изменилось ничего. Именно поэтому стало ещё страшнее. Джекс нервно сглотнул и перевёл взгляд на Кейна. — Простите. Я не должен был вас бить. Несколько секунд незнакомец смотрел на него, словно оценивая ответ, а затем отпустил плечо. — Свободен. Джекс не стал ждать второй раз. Он резко развернулся и почти сразу исчез за ближайшим поворотом. Кейн проводил его взглядом. — Спасибо... Незнакомец перевёл взгляд на него. — Не стоит. Мне бы не хотелось начинать учебный год с объяснений, почему один из преподавателей оказался в травмпункте. И только сейчас Кейн окончательно осознал. Это был тот самый мужчина из парка. Тот самый незнакомец. — Вам куда-то нужно было? — К директору. — Тогда идёмте. Кейн поспешил следом. Они поднимались по лестнице в полной тишине. Незнакомец шёл впереди уверенным шагом, не оглядываясь, а Кейн молча следовал за ним, всё ещё чувствуя неприятное жжение в разбитой губе. В голове вертелось слишком много мыслей одновременно. Встреча в парке, странный разговор утром, драка в коридоре и внезапное появление этого человека — всё это произошло за один день, а до начала занятий оставалось ещё совсем немного времени. Через несколько минут они остановились возле двери. На табличке было написано: «Директор школы». Кейн замер. Посмотрел на табличку. Потом на незнакомца. Потом снова на табличку. — О нет... — Боюсь, что да. — Вы директор? — Иногда мне кажется, что это проклятие, а не должность. Кейну захотелось провалиться сквозь землю. Желательно прямо сейчас. Он уже успел нагрубить директору в парке. Потом устроить драку в коридоре. Точнее, стать жертвой драки. Но звучало это всё равно плохо. — Я могу всё объяснить... — Не сомневаюсь. — Правда могу. — Я верю. — И? — Позже. После этого Грант открыл дверь кабинета и жестом пригласил его внутрь. Кабинет оказался просторным и удивительно аккуратным. У дальней стены стояли шкафы с документами, возле окна находился письменный стол, на котором не было ничего лишнего, кроме нескольких папок и аккуратно сложенных бумаг. Даже это почему-то выглядело пугающе. Люди обычно не бывают настолько организованными. Грант тем временем подошёл к одному из шкафчиков и достал аптечку. — Садитесь. — Куда? — На стол. — На стол?! — Если хотите, можете стоять. Кейн уже хотел отказаться. — Но тогда кровь продолжит течь на воротник вашей рубашки. Отказ сразу потерял смысл. Через минуту Кейн уже сидел на краю стола. Грант открыл аптечку, достал антисептик и ватный диск. — Имя? — Кейн. — Полностью. — Это обязательно? — Я директор. — И? — Это является частью моих профессиональных обязанностей, поэтому мне необходимо узнать Ваше имя и фамилию. Кейн тихо фыркнул. — Кейн Эверлейт. — Хорошо. Грант осторожно коснулся царапины на его щеке ватным диском. Прикосновение оказалось неожиданно аккуратным. Настолько аккуратным, что Кейну стало неловко. Он ожидал чего угодно. Но не этого. — А вас как зовут? — Грант Кингерли. — Очень приятно познакомиться. — Возможно. Кейн невольно улыбнулся. Грант закончил обрабатывать царапину и слегка приподнял его подбородок. — Здесь тоже кровь. У Кейна мгновенно сбилось дыхание. — Я.. — Не двигайтесь. Грант подошёл чуть ближе. Настолько близко, что Кейн смог уловить лёгкий запах..кажеться лаванды.. и мёда.?  Директор внимательно осмотрел рассечённую губу, после чего нахмурился. — Джекс ударил сильнее, чем следовало. — Со мной всё нормально. — Это я уже слышал. Прежде чем Кейн успел придумать ответ, большой палец в белой перчатке осторожно коснулся уголка его губ. Очень медленно. Очень аккуратно. Грант словно вовсе не замечал, насколько это смущает собеседника. Он провёл пальцем по коже, стирая тонкую полоску крови, затем слегка повернул голову Кейна к свету и внимательно осмотрел результат своей работы. Прикосновение длилось всего несколько секунд. Но почему-то показалось гораздо дольше. Сердце вдруг начало биться быстрее. Настолько быстрее, что это начинало раздражать. Это была обычная обработка раны. Абсолютно обычная. Тогда почему он вообще об этом думает? — Вот так, — спокойно произнёс Грант. — Теперь лучше. Только после этого он убрал руку. Кейн несколько секунд просто смотрел на него. — Спасибо... — Не за что. Грант закрыл аптечку и убрал её обратно в шкаф. — Обычно сотрудники держатся дольше пяти минут, прежде чем ввязаться в конфликт. — Это был несчастный случай. — Разумеется. — Вы мне не верите. — Я этого не говорил. — Но подумали. — Возможно. Кейн прищурился. Грант выглядел настолько невозмутимым, что невозможно было понять, шутит он сейчас или говорит серьёзно. — Помимо должности директора я преподаю немецкий язык. — Правда? — Да. Грант поднялся со стула. Кейн наконец слез со стола и тут же понял, насколько это была плохая идея. Пока он сидел, разница в росте ощущалась не так сильно, но теперь стало очевидно, что рядом с директором он выглядит почти ребёнком. Сто шестьдесят два сантиметра против почти двух метров. Это было совершенно несправедливо. — Если у Вас возникнут какие-либо сложности при взаимодействии с людьми, Вы всегда можете обратиться ко мне. Кейн удивлённо моргнул. — К вам? — Вы производите впечатление человека, который легко находит общий язык с окружающими. — Серьёзно? — За десять минут знакомства вы уже успели разговориться с половиной учительской. Кейн невольно усмехнулся. — А вы посчитали? — Работа директора располагает к наблюдательности. — А у вас самого бывают трудности в общении? — Нет. Кейн фыркнул. Кажется, уголок губ Гранта едва заметно дрогнул. — Вы весь красный. — Неправда. — Правда. — Нет. — Хорошо. Тогда мне, видимо, срочно нужен окулист. — Я не покраснел. — Разумеется. — Вот именно. — Если вам станет легче, можете продолжать придерживаться этой версии событий. Из-за этого Кейн окончательно смутился. Грант же выглядел так, словно разговор о покрасневшем собеседнике был самым обычным делом на свете. Он протянул ему документы. — Добро пожаловать в школу, мистер Эверлейт. — Спасибо, мистер Кингерли. Собрав бумаги, Кейн поспешил к выходу. Однако всю дорогу до учительской его не покидала одна мысль. Зачем директор провёл пальцем по его губам? И почему воспоминание об этом заставляло сердце биться быстрее?.