Генезис. Том 2.

4 октября 1986 года. Детройт. Фабрика «Форд-Парк». День. Обратно к этой кирпичной махине они притопали всего через час. Артур всю дорогу крутил в пальцах ключ Маркуса, а Макс то и дело нащупывал в кармане рукоять ножа. Небо над головой оставалось всё таким же глухим и серым, а в воздухе висел приторно-кислый душок гари. Но теперь они хотя бы понимали, к чему готовиться. — Эта тварь нас засекла, — Макс сплюнул в жухлую траву у забора. — Стопудово запомнила. — Ну и отлично, — Эмма равнодушно дёрнула плечом. — Меньше времени уйдёт на знакомство. Железная дверь поддалась с тем же противным, режущим уши визгом. Внутри их встретила привычная серая полутьма, ряды молчаливых чугунных станков и густая ржавчина. Ну и тишина, конечно. Группа цепочкой двинулась вперёд, держась поближе к левой стене. Лиза шла чуть боком, на ходу сжимая раскрытый блокнот и наточенный карандаш. Вскоре они поравнялись с массивной бетонной колонной — тем самым местом, где в прошлый раз у всех сдали нервы. — Чего, прём дальше? — Макс остановился, глядя на Артура. — Идём, проверим, что там, — Артур коротко кивнул. Лиза первая осторожно заглянула за бетонную опору и сделала шаг вперёд, сразу принимаясь за набросок нового пролёта. На листе замелькали чёткие штрихи — очертания стен, дверные проёмы, тёмные коридоры. Грифель тихонько шуршал по плотной бумаге, попадая в такт её неровному дыханию. Эта пакость возникла не сразу. Сперва по ногам ударила удушливая волна жара. Буквально через секунду воздух прямо перед ними пошёл плотной рябью и задрожал на уровне глаз, будто над раскалённой дорогой в самый спёк. Артур среагировал мгновенно: ухватил Лизу за куртку и с силой дёрнул обратно, пряча за колонну. Бесформенное серое марево лениво перетекало по ржавому металлу, плавно огибая массивные опоры. Тварь не пыталась броситься на них, она просто зависла совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки. Дженни резко выдохнула — красная нитка на руке выдала мощный тепловой толчок. В тот же миг где-то глубоко внутри у неё будто выключили важный тумблер. Больно не было, просто в голове образовалась пугающая пустота. Дженни судорожно попыталась вытащить из памяти лицо того парня, с которым целовалась на прошлогодней тусовке. И ни черта не вышло. Имя стёрлось. Очертания его губ, улыбка — всё просто испарилось. Осталось лишь смутное знание, что это вообще было, но с кем именно — полная загадка. — Она утянула это, — тихо, почти безжизненно произнесла Дженни, глядя перед собой. — Мой первый поцелуй. Я даже имя его забыла. — В смысле — имя? Какое имя? — Макс непонимающе уставился на неё. — Я же говорю — не помню. Голос её звучал пугающе ровно, но Эмма заметила, как сильно Дженни сжала кулаки, так что костяшки пальцев побелели. — Так, сдаём назад, — негромко, но твёрдо скомандовал Артур. Серая тень плавно качнулась в их сторону. Но стоило удушливому мареву коснуться самого краешка бумажного листа, который сжимала Лиза, как Пустота резко отпрянула. Будто наткнулась на раскалённую сковороду. Лиза застыла, удивлённо моргнула, а потом упрямо выставила блокнот прямо перед собой. Тень тут же попятилась ещё на шаг в темноту. — Она не лезет на чертёж, — взволнованно прошептала Лиза. — Реально боится этих линий. — Черти круг! — Артур быстро сориентировался. — Прямо вокруг нас давай! Лиза мигом бухнулась на колени прямо в заводскую пыль. Из кармана она выудила обломок мела, который успела прихватить у ворот, и принялась яростно возить им по серому бетону. Из-под её руки выходили кривые дуги, защитные подковы и жирные пересекающиеся линии. Тварь замерла у самого края белой черты, словно наткнулась на глухую стену. Воздух внутри этого неровного круга сразу стал прохладнее, дышать сделалось легче. — Надолго этой защиты не хватит, — Лиза поднялась, вытирая испачканные мелом ладони о джинсы. — Мел ведь стереть запросто. — Ничего, сейчас нам этого за глаза, — Артур быстро огляделся. — Макс, держи под прицелом выход. Эмма, не отходи от Дженни. Пустота застыла на месте. Она медленно колыхалась перед ними, переливаясь грязными оттенками серого дыма. Но если присмотреться, там, в самой глубине этого удушливого облака, время от времени проступали человеческие лица — смазанные, едва различимые маски тех несчастных, чью память эта дрянь выпила досуха. — Смотрите-ка, не лезет, — Макс расслабил плечи, но нож убирать не стал. — Она выжидает, — тихо отозвалась Дженни, по-прежнему баюкая горящую руку. — Мы для неё просто очередной обед. Но прямо сейчас она не голодная. Наелась теми, кто шарился здесь до нас. — Теми рабочими из старых газет? — Лиза поёжилась. — От которых одни тела без лиц остались? — Да хрен её знает, может, она просто никуда не спешит, — буркнула Эмма. Артур перевёл взгляд с колеблющейся тени на открытую дверь позади них. — Всё, сворачиваемся. На сегодня с нас точно хватит. Он аккуратно взял Лизу за локоть и подтолкнул к выходу. Остальные дружно двинулись следом, стараясь не делать резких движений. Тварь не сделала ни попытки пойти вдогонку, она просто провожала их своим жутким невидимым взглядом. И стоило Максу, который шёл последним, перешагнуть порог, как в глубине цеха разом пропали все остатки света — даже тот тусклый серый день, что шёл из окон, растворился в кромешной тьме. Артур с силой притянул железную створку и дважды повернул ключ в ржавой скважине. — Точно говорю, она нас срисовала и запомнила, — Макс шумно выдохнул, пряча нож в карман. — Да она нас и без этого прекрасно помнила, — Дженни устало прислонилась спиной к кирпичной кладке. — По нашей крови. Для неё фамилия Брукс — это что-то вроде старых знакомых. Эмма чиркнула зажигалкой и с наслаждением затянулась сигаретой, выпуская тонкую струйку дыма, чтобы хоть как-то унять дрожь в пальцах. — Ладно. Завтра придём сюда уже нормально подготовившись. С нормальными чертежами и готовым планом. — И Дженни обязательно берём с собой, — добавил Артур, закидывая рюкзак на плечо. — Её кровь и этот запах — наш единственный работающий пропуск внутрь. Они развернулись и побрели по разбитой дороге обратно в сторону мотеля. Лиза на ходу на секунду притормозила и оглянулась на заброшенный корпус фабрики. Окна здания чернели пустыми, мёртвыми провалами. Но девчонке на мгновение показалось, будто из этой кромешной темноты за ними кто-то пристально наблюдает. Кто-то совершенно без глаз и без лица. Кто-то, кто умеет очень хорошо ждать.