Генезис. Том 2.

1 октября 1986 года. Брукфилд. Подвал дома бабушки Дженни. Полдень. Гараж на Третьей улице закрыли ещё летом. Сосед нажаловался на подростков, полиция приезжала дважды. Теперь они собирались в подвале у бабушки Дженни. Старуха не спрашивала, зачем им ключи. Протянула связку и ушла греметь кастрюлями наверху. В подвале пахло углём и старой мебелью. Вдоль стен — стеллажи с банками варенья, в углу ржавая печка. Посередине складной стол, заваленный конвертами. Лиза сидела на перевёрнутом ящике и разбирала почту. Артур вошёл через минуту после неё. Бросил на стол жёлтый билет с цифрой 3. — Нашёл в шарике, — сказал он. — Не говорил по дороге. Думал. Лиза взяла билет, повертела в пальцах. — О чём? — О том, что это значит. Тройка. Первая была у Эрика. Вторая — у Эмбер. Третья — у кого? — Ни у кого, — Лиза положила билет обратно. — Мы не нашли тело Дерека. А Брайса он вернул. Может, цифры вообще не про убийства. — А про что? — Не знаю. Артур сел на другой ящик, упёрся локтями в колени. — Покажешь матери? — Нет. Лиза не стала спрашивать почему. Просто кивнула. Она разбирала конверты уже час. Большинство писем были короткими — «я видел», «помогите», «у нас пропала девочка». Она раскладывала их в три стопки: пустые, подозрительные, важные. В важной стопке лежало три письма. Лиза подняла первый конверт. — Из Чикаго. От Клэр. Пишет, что нашла ещё двоих выживших. Театр «Палас». Боится идти туда одна. — Чикаго потом, — сказал Артур. — Что ещё? Второй конверт. Без обратного адреса, штемпель Детройта. Внутри — газетная вырезка: пропавший мальчик, Маркус, семнадцать лет. Под вырезкой карандашная строчка: «Я помню клоуна. Помогите». — Он жив, — сказала Лиза. — Раз написал. — Или кто-то написал за него. Как тогда, в особняке. Мальчик в подвале. Она помнила того мальчика. Серое лицо, просвечивающая кожа. Он исчез, когда они ушли. Артур сказал — навсегда. — Проверим, — Лиза отложила конверт. — Как с Клэр. Поедем, поговорим. — Денег нет. — Эмма копила всё лето. Хватит на автобус до Детройта и обратно. Артур помолчал, постучал пальцами по ящику. — Третий конверт. Откуда? Штемпель Нью-Йорка. Внутри — пустой лист, только одна фраза посередине: «Кинжал в цирке. Но не берите его без карты». — Что за карта? — спросил Артур. — Понятия не имею. Может, Элиас прислал. — Или ловушка. Лиза отодвинула конверт на край стола. — Когда едем в Детройт? — Через две недели. Родителям скажем — конкурс рисунков. Я придумаю. — Ты всегда придумываешь. — Кто-то должен, — она дёрнула плечом. Лиза посмотрела на билет с цифрой 3. Он лежал на столе, жёлтый, истончившийся на сгибах. — Что с ним сделаем? — Оставим здесь, — Артур встал. — Как напоминание. Он подошёл к стене, где висела карта Брукфилда, и пришпилил билет рядом с двумя другими — такими же жёлтыми, с цифрами 1 и 2. — Три, — сказал он. — Кто следующий? Лиза не ответила. Она смотрела на конверт из Детройта. На имя — Маркус. Попыталась представить его лицо. Не получилось. Она взяла карандаш и принялась рисовать на чистом листе. — Что ты делаешь? — спросил Артур. — Портрет. Того, кого мы ещё не встретили. — Зачем? — Чтобы не забыть. Линии выходили резкими, почти злыми. Мальчик с бритой головой, пустые глаза. Под рисунком она вывела: «Маркус. Детройт. Помогите». — Теперь точно не забудем, — сказала Лиза. Артур перевёл взгляд с рисунка на карту, с карты на билеты. — Позвони Эмме. Скажи, завтра встречаемся. Все. — Дженни тоже? — Дженни тоже. Мы теперь одна сеть. Лиза кивнула и сложила конверты в рюкзак. В подвале стало тихо. Только печка потрескивала, и наверху бабушка Дженни передвигала что-то тяжёлое — наверное, кастрюлю. — Артур. Он стоял у карты, спиной к ней. — М? — Ты помнишь, как мы нашли имя? Томас Кроули. — Помню. — А кто нам сказал про кладбище? Артур замер. Медленно обернулся. — Мальчик, — сказал он. — Тот, в подвале. — Как его звали? — Он не назвался. — А лицо ты помнишь? Артур хотел сказать «да». Открыл рот — и осёкся. — Забыл, — выдохнул он. — И я, — Лиза смотрела на свой рисунок, но говорила не с ним, а куда-то в стол. — Я забыла его лицо. И голос. И как он выглядел. Только слова: «Имя вырезано на камне». Она положила карандаш. Он покатился по столу и остановился, упёршись в банку с клеем. — Что, если мы начнём забывать не только лица, но и то, зачем мы здесь? Артур не ответил. Он смотрел на три жёлтых билета, пришпиленных к карте. — Тогда напомнишь мне, — сказал он наконец. — Я напомню тебе. — А если оба забудем? — Тогда некому будет помнить. Лиза встала, закинула рюкзак на плечо. — Пошли домой. Завтра рано вставать. Они вышли из подвала. На крыльце стояла бабушка Дженни — маленькая, сгорбленная, в тёмном платке. Она посмотрела на Лизу, потом на Артура. Глаза у неё были светлые, почти прозрачные. — Вы нашли то, что искали? — Пока нет, — сказал Артур. — Ищите дальше. Только не потеряйте себя. Дверь закрылась. Щёлкнул замок. Лиза и Артур пошли по улице. Ветер срывал с деревьев жёлтые листья, швырял под ноги, гнал по асфальту. Лиза сунула руки в карманы куртки. — Артур. — М? — Ты сорвал шарик. Что было внутри? Он шагал, глядя прямо перед собой. — Ничего, — сказал он. — Пустой. Лиза не поверила. Но не спросила снова.