Шепот ветра у пограничных врат

      Утро давно перевалило за середину, когда Сяо Чжань наконец открыл глаза. Солнечный свет проникал сквозь тонкие шёлковые занавеси, золотыми полосами ложась на пол и край постели. Обычно к этому часу он уже был на ногах, но сегодня никто не пришёл будить его на рассвете. Даже хозяйка позволила ему поспать., что было неожиданной  роскошью.       Сяо Чжань сидел перед медным зеркалом, лениво подпирая щёку ладонью. Утреннее солнце давно поднялось над городом, но он всё ещё чувствовал приятную сонливость. За окном шумел рынок, доносились голоса торговцев, скрип телег и далёкий звон колокольчиков, а в комнате было тепло и спокойно. Молоденькая служанка стояла за его спиной, осторожно расчёсывая длинные чёрные волосы. — А-Чжань, — хихикнула она, проводя гребнем по густым прядям, — кажется, вчерашний господин оказался очень хорош. — В каком смысле? — Сяо Чжань лениво приоткрыл один глаз. — В таком, что ты проспал почти до полудня. — Не говори глупостей. — Он закатил глаза. — А что ещё мне думать? Обычно ты просыпаешься на рассвете.       Сяо Чжань хотел возразить, но вдруг понял, что девушка права. Он действительно выспался. Впервые за много лет. Без кошмаров и  ощущения, будто просыпаешься после очередного падения в бездонную пропасть. Ночь прошла спокойно. Сяо Чжань задумчиво посмотрел на своё отражение. Растрёпанные волосы спадали на плечи. Ворот домашнего халата съехал набок, открывая шею и ключицу. Вид у него был совершенно несолидный. Почти как у обычного человека. Не у самой дорогой куртизанки Дома Цветов. Не у редкой игрушки богатых господ. Он поджал губы. На душе было неприятно. Вчера хозяйка наверняка заработала целое состояние. Каждая монета, заплаченная за него, казалась грязью. Словно очередной слой ржавчины на клетке. И хуже всего было не это. Хуже было то, что он снова позволил себе слушать. Позволил себе поверить. Хотя бы на мгновение. «Я заберу тебя отсюда».       Сколько раз он слышал подобные слова? Десятки. Сотни. Тысячи раз. Он давно перестал считать. И каждый раз всё заканчивалось одинаково. Люди уходили. Обещания оставались. А он продолжал гнить здесь. Поэтому сейчас ему следовало забыть тот бред и того парня. Как забывал всех остальных. Но почему-то это оказалось сложнее.  Он нахмурился. Именно в этот момент дверь комнаты распахнулась. На пороге появилась одна из девушек. Щёки её раскраснелись, глаза сияли от возбуждения. — А-Чжань! — Что случилось? — Сяо Чжань вздрогнул. — Он приехал! — Кто? — Сын генерала Вана! — Я не знаком с сыном генерала Вана. — Сяо Чжань непонимающе моргнул. — Вчерашний мужчина! — Девушка всплеснула руками. — Что? — Он приехал забрать тебя! — Не говори ерунды. — Сяо Чжань медленно отвернулся к зеркалу. — Я серьёзно! — Девушка подбежала ближе. — Эта старая ведьма уже полчаса торгуется с ним во дворе!       Сяо Чжань устало покачал головой. Наивно. Очень наивно. Он слишком хорошо знал хозяйку. Дом Цветов держался на нём. Он был её главным источником дохода. Даже если сам император пожелал бы выкупить его, старуха сначала попыталась бы удвоить цену. — Она его выставит. — Поэтому Сяо Чжань лишь отвернулся. — Не выставит. — Выставит. Я ему не по карману. — Не выставит! — Почему? — Девушка открыла рот. Но ответить не успела. Снизу донёсся чей-то вопль. Потом второй. Затем громкий женский визг. Сяо Чжань нахмурился. В доме стало неожиданно шумно. Словно внизу началась драка. По коридору пронеслись торопливые шаги. Кто-то пробежал мимо двери. Кто-то закричал. Потом раздался тяжёлый лязг мечей. Сяо Чжань медленно поднялся. Именно тогда он услышал топот множества сапог. Не одного человека и не двух. Такое чувство, что их были десятки.       Дверь распахнулась так резко, что ударилась о стену и комната замерла. На пороге стоял Ван Ибо. И на этот раз он выглядел совсем иначе. Не как вчерашний посетитель и не как любопытный молодой господин. Перед ним стоял командующий гарнизоном северной границы. Тяжёлые чёрные доспехи поблёскивали в солнечном свете. На плечах серебром сверкали накладки с изображением дракона. Меч висел у пояса. Тёмные волосы были собраны высоко в тугой хвост.       За его спиной коридор оказался полностью заполнен солдатами. Вооружённые, стояли строем, человек вадцать, не меньше. Судя по качеству доспехов — личная гвардия. За ними виднелись перепуганные служанки, любопытные куртизанки и сама хозяйка Дома Цветов, которая выглядела так, словно одновременно собиралась упасть в обморок и задушить кого-нибудь собственными руками. Ван Ибо оглядел комнату и встретился взглядом Сяо Чжаня, после чего широко улыбнулся. Будто вчера между ними не было тяжёлого разговора. Будто он просто приехал за старым знакомым. — Привет. — Сяо Чжань медленно моргнул. Потом перевёл взгляд на вооружённых солдат. Потом снова на Ибо. — Ты притащил сюда армию? — Нет. — Ибо обернулся через плечо. — Армия осталась в казармах. — Несколько гвардейцев за его спиной едва заметно кашлянули, пряча усмешки. — Это всего лишь сопровождение. — Для чего? — Чтобы забрать тебя. — Повисла тишина. Где-то позади жалобно всхлипнула хозяйка. Сяо Чжань прикрыл глаза. А потом очень медленно спросил: — Ты  всегда решаешь вопросы подобным образом? — Только когда меня пытаются обмануть с ценой. — Улыбка Ибо стала ещё шире. И где-то внизу снова раздался возмущённый вопль старой хозяйки: — Это был не обман, молодой господин Ван! Это была честная торговля! — Пятикратная цена не считается честной торговлей. — Считается! — Нет. — Да! — Сяо Чжань невольно прикрыл лицо ладонью. Кажется, этот человек действительно вернулся. И, что было гораздо страшнее... Вернулся всерьёз. — Ты сумасшедший. — Сяо Чжань произнёс это совершенно серьёзно. И Ван Ибо только довольно улыбнулся, словно услышал комплимент. — Мне это уже говорили.       Он прошёл в комнату, не обращая внимания на возмущённые вопли хозяйки где-то в коридоре. Солдаты остались за дверью, мгновенно перекрыв проход. Теперь в комнате были только они двое и перепуганная служанка, которая переводила взгляд с одного на другого, будто не могла решить, восхищаться происходящим или бежать спасать свою жизнь.       Ибо остановился перед Сяо Чжанем. Тот всё ещё сидел перед зеркалом, слегка растрёпанный после сна, в домашнем халате с небрежно распахнутым воротом. Совсем не похожий на недосягаемую красоту Дома Цветов. Просто человек. Ван Ибо протянул руку и легко сжал его ладонь. — Поедешь со мной? — Сяо Чжань посмотрел на их переплетённые пальцы. — Разве у меня есть выбор? — Горькая усмешка тронула его губы. Конечно. Именно так всё и должно было быть. Он слишком хорошо знал этот мир. — Есть. — Ибо нахмурился. — Нет. — Сяо Чжань покачал головой, — Ты же купил меня и теперь я твоя вещь. — Он поднял взгляд, совсем не радостный, спокойный и уставший. Слишком взрослый для своих лет. — Украшение. Игрушка. Аксессуар. Называй как хочешь. — Не говори так. — Улыбка медленно исчезла с лица Ибо. Сяо Чжань видел, как напряглась его челюсть. Как потемнел взгляд. Как будто эти слова задели его сильнее, чем любая грубость. — Почему? — Потому что это неправда. — Правда редко бывает красивой, господин Ван. — — Сяо Чжань тихо рассмеялся. Ему было совсем не весело.       Ибо вдруг опустился перед ним на одно колено. Так неожиданно, что служанка за спиной тихо охнула. Сын генерала. Командующий гарнизоном. Человек, главнее которого в городе был только его отец и император. Смотрел на него снизу вверх и  держал за руку так бережно, словно боялся причинить боль. — Посмотри на меня. — Сяо Чжань нехотя поднял взгляд. — Ты не вещь. Ибо говорил спокойно. Будто сообщал непреложную истину. — Ты прекрасный человек, который заслуживает гораздо большего. — Сяо Чжань замер. — Ты слишком долго прожил в этом месте. Слишком долго слышал, что стоишь ровно столько, сколько готовы заплатить за тебя другие. Слишком долго позволял им определять твою цену. — Он осторожно провёл большим пальцем по холодным пальцам Сяо Чжаня. — Но ты человек. Не товар. Не украшение. И не собственность. Просто человек, которому давно пора выйти из недр Диюя и наконец вдохнуть полной грудью.       Что-то болезненно дрогнуло в груди Сяо Чжаня. Он отвёл взгляд. Слова этого мужчины были слишком опасным. — Разве я могу? — Вопрос сорвался сам. Тихим, почти по-детски наивным голосом. Ибо улыбнулся. — Со мной можешь. — И что дальше? — Что? — Если я поеду с тобой.  — Он медленно обвёл взглядом комнату. Дорогие ширмы. Шёлковые ткани. Украшения. Всё то, что составляло его жизнь последние годы. — У тебя есть вещи? — Ибо растерянно моргнул. — Вещи? — Да. Одежда. Украшения. Любимые предметы? — У меня ничего нет. — Сяо Чжань усмехнулся. На этот раз совсем невесело. Он опустил взгляд на свои ладони. — Только я сам.       В комнате стало тихо. Служанка отвернулась, торопливо смахивая выступившие слёзы. А Ван Ибо вдруг понял. Человек перед ним не шутил. У Сяо Чжаня действительно ничего не было. Ни дома. Ни семьи. Ни имущества. Ни места, куда можно вернуться. Даже одежда принадлежала Дому Цветов. Даже украшения. И даже эта комната. Всё, кроме него самого. Ибо медленно поднялся. Потом неожиданно потянул Сяо Чжаня на себя. Не грубо, осторожно, побуждая встать на ноги. — Тогда забирай себя. — Что? — Сяо Чжань удивлённо посмотрел на него. — Остальное купим. — Ибо пожал плечами так буднично, будто речь шла о покупке новой чашки для чая. — Одежду купим. Украшения купим. Все что пожелаешь. — Он поднял руку и впервые сам поправил выбившуюся прядь волос с лица Сяо Чжаня. На этот раз без шпилек у горла. — Но тебя второго не существует. Поэтому забирай себя. Мне этого достаточно.       Ван Ибо несколько секунд молча смотрел на него, словно что-то обдумывая. Потом неожиданно снял с плеч тяжёлую меховую накидку. Тёплый мех ещё хранил его тепло. И Сяо Чжань не успел ничего сказать, когда Ибо осторожно набросил её ему на плечи, укутывая почти целиком. Огромная для него накидка тут же скрыла тонкую фигуру, белый халат и дрожащие от волнения пальцы. Ибо поправил воротник, чтобы холодный воздух из коридора не касался его шеи. — Можно?       Сяо Чжань моргнул. Он не понял вопроса. После всего произошедшего мозг отказывался поспевать за событиями. Можно что? Он растерянно кивнул, совершенно ничего не понимая. И сам того не замечая, чуть улыбнулся. Совсем немного. Но Ибо все увидел. Уголки его губ тут же дрогнули в ответ. А в следующую секунду мир перевернулся. Сяо Чжань тихо ахнул. Сильные руки подхватили его так легко, словно он ничего не весил. Ибо поднял его без малейшего усилия и прижал к груди. Так естественно, будто именно так всё и должно было быть. — Ван Ибо! — В голосе Сяо Чжаня впервые прозвучало настоящее удивление. — Что? — Поставь меня! — Нет. — Почему?! — Потому если тебя не держать — сдует ветром — Сяо Чжань возмущённо открыл рот. И тут же закрыл его обратно. Потому что спорить оказалось неожиданно трудно. От груди Ибо исходило приятное тепло. Пахло морозным воздухом, кожей доспехов и чем-то удивительно надёжным. Настолько надёжным, что становилось страшно. Поэтому вместо новых протестов он крепче ухватился за его шею и спрятал лицо в изгибе плеча. Не желая видеть окружающих. Особенно солдат.       Когда Ибо вынес его в коридор, там воцарилась такая тишина, будто весь Дом Цветов разом перестал дышать. Два гвардейца удерживали брыкающуюся хозяйку. А сама старуха размахивала руками и осыпала всех проклятиями сразу. — Разбойники! Бандиты! Я буду жаловаться! Я дойду до самого императора! — Обязательно, — невозмутимо согласился один из солдат. — Он меня разорил! — Не преувеличивайте. — Разорил! — Вам заплатили больше, чем стоит половина этого дома. — Всё равно разорил!       Ибо даже не посмотрел в её сторону. Остальные гвардейцы стояли вдоль коридора по стойке смирно. Мечи покоились на поясах, готовые к бою в любой момент, если на горизонте появится опасность. Но стоило их командиру появиться с драгоценной ношей на руках, как по строю словно пробежала невидимая волна. Кто-то едва заметно приподнял бровь. Кто-то поспешно отвёл взгляд. Один молодой солдат так старательно смотрел в потолок, будто именно там внезапно обнаружилось величайшее чудо Поднебесной. Сяо Чжань почувствовал, как уши начинают гореть. И ещё сильнее спрятал лицо у шеи Ибо. Тот тихо усмехнулся. — Не бойся. — Голос прозвучал совсем близко. Сяо Чжань медленно поднял голову всего на несколько цуней, чтобы посмотреть на него. На чёткую линию подбородка, на спокойное лицо и на глаза, в которых не было ни насмешки, ни жалости. Только уверенность. Словно всё происходящее было самым естественным событием на свете. Будто бы он действительно приехал сюда только ради него. Словно не существовало ни Дома Цветов, ни хозяйки, ни прошлых лет. Ничего. Только этот момент. Только его твердое  решение. У Сяо Чжаня болезненно сжалось сердце. Это было слишком. Слишком похоже на одну из тех красивых иллюзий, которые появляются перед пробуждением. Он смотрел на Ибо и никак не мог заставить себя поверить. — Это правда? — почти беззвучно спросил он. Ибо услышал. Он слегка наклонил голову и посмотрел прямо ему в глаза. — Правда. — Я не сплю? — Нет. — И ты действительно забираешь меня? — На этот раз Ибо даже остановился посреди коридора. Посмотрел на него так, словно ответ был очевиден. А потом мягко коснулся лбом его виска. — Сяо Чжань. — От его голоса внутри становилось удивительно спокойно. — Я же говорил. Я вернусь.       И в этот момент что-то внутри Сяо Чжаня окончательно дрогнуло. Потому что впервые за долгие годы он вдруг захотел поверить.

***

      Холодный воздух ударил в лицо сразу, стоило им выйти из Дома Цветов. Осень уже клонилась к зиме, на крышах соседних домов серебрился тонкий иней, а дыхание превращалось в белёсый пар. После душных комнат борделя этот воздух казался почти болезненно чистым. Сяо Чжань невольно глубже вдохнул. Он и забыл, каким бывает настоящий холод. Не тот, что живёт внутри человека годами, а обычный — осенний, пахнущий дымом, лошадиным потом и далёкими кострами. Меховая накидка надёжно укрывала его от ветра.       Ван Ибо нёс его так спокойно, словно это было самым естественным делом на свете. Словно каждый день выносил людей из борделей на руках. Сяо Чжань невольно крепче ухватился за его шею и спрятал лицо в меховом воротнике. Если бы он поднял голову, пришлось бы смотреть на людей. А людей оказалось слишком много. Казалось, весь квартал высыпал на улицу. Из Дома Цветов ещё никогда не выносили его главную драгоценность средь бела дня. Да ещё и в сопровождении солдат.       У ворот стояла группа гвардейцев в полном вооружении. Они сохраняли безупречное спокойствие, будто происходящее являлось частью обычного приказа. Но глаза у некоторых всё же были весьма красноречивы. Особенно когда их командир появился с омегой на руках. Возле чёрного жеребца Ван Ибо стоял Цзин Хэ. Он лениво покручивал поводья и что-то довольно насвистывал себе под нос. Увидев друга, он широко улыбнулся. — Ну наконец-то. Я уже начал думать, что ты решил остаться там жить. — А затем заметил, кого именно Ибо несёт на руках. Свист получился совершенно неприличным. — Ого. — Сяо Чжань почувствовал, как его уши начинают предательски гореть. — Так вот из-за кого ты устроил государственный переворот с утра пораньше. — Замолчи, — спокойно ответил Ибо. — Нет уж, теперь не замолчу. — Цзин Хэ обошёл их кругом, откровенно рассматривая Сяо Чжаня. — Я должен признать своё поражение. — В чём именно? — В том, что вчера назвал тебя сумасшедшим. — А сегодня? — Сегодня я считаю, что ты сумасшедший обоснованно. — Даже Ван Ибо усмехнулся. Сяо Чжань осторожно поднял взгляд. Цзин Хэ выглядел расслабленным и весёлым, но стоило присмотреться внимательнее, становилось понятно — этот человек тоже носит меч не для украшения. Он опасен. Просто предпочитает улыбаться. — Рад знакомству. Я тот несчастный, которого этот безумец поднял среди ночи. — Он встретился взглядом с Сяо Чжанем и неожиданно вежливо поклонился. — Среди ночи? — Сяо Чжань моргнул. — Среди глубокой ночи, — трагично подтвердил Цзин Хэ. — Представь себе: я мирно сплю. Врывается молодой господин. Хватает меня за одежду. Приказывает поднять весь дом. Потом требует пересчитать имущество семьи. — Ты преувеличиваешь. — Нисколько. — Цзин Хэ ткнул в него пальцем. — Он был похож на человека, который собирается штурмовать императорский дворец. Я побоялся за свою голову, приняв участие в пособничестве. — Сяо Чжань перевёл взгляд на Ибо. Тот выглядел совершенно невозмутимым. Будто речь шла  вовсе не о нём. — Потом, — продолжил Цзин Хэ, — он называет сумму. Я чуть не поседел. Потом сообщает, что хочет выкупить человека из Дома Цветов. Я решил, что он окончательно лишился рассудка. — А потом? — Сяо Чжань невольно замер. — А потом выяснилось, что этот человек - ты. — Цзин Хэ покачал головой. — И вот тогда я понял одну важную вещь. — Какую? — Что мой друг пропал. — Хватит болтать. — Ван Ибо закатил глаза. — Нет, серьёзно. — Цзин Хэ посмотрел на Сяо Чжаня уже гораздо мягче. — Я знаю его много лет. Он одержим мечом. Одержим верховой ездой. Одержим военной службой. Но никогда не видел, чтобы он был настолько сосредоточен на человеке. — Он помолчал и вдруг усмехнулся. — Поэтому, господин Сяо, боюсь, вам теперь от него не избавиться.       Сяо Чжань не нашёлся с ответом. Слова прозвучали шутливо. Но почему-то сердце пропустило удар. Он осторожно поднял глаза на Ван Ибо. Тот уже смотрел на него. Так, словно всё происходящее действительно было реальностью. Не сном. Не жестокой насмешкой судьбы. Не очередным обещанием, которое исчезнет к утру. Реальностью. И от этого становилось страшнее всего. Потому что если это правда... Если всё действительно происходит... То впервые за долгие годы перед ним открывалась дверь.       Дорога обратно действительно прошла в молчании. Ну... почти. Проблемы начались сразу, как только Ван Ибо попытался посадить Сяо Чжаня в седло. Тот честно попробовал забраться сам. Правда, результат оказался плачевным. Едва оказавшись наверху, он неуверенно качнулся, потерял равновесие и едва не свалился на другую сторону лошади. — Осторожно! — Рука Ибо тут же обхватила его за талию, удерживая. Сяо Чжань замер. Потом неловко кашлянул. — Я... давно не ездил верхом. — Давно? — Никогда. — На несколько секунд воцарилась тишина. Даже Цзин Хэ подавился смешком. Ван Ибо посмотрел на него сверху вниз. Потом перевёл взгляд на лошадь. Потом снова на Сяо Чжаня. И без единого слова поднял его обратно, устраивая перед собой. — Что ты делаешь? — Спасаю тебя от неминуемой гибели. — Я не собирался погибать. — Конечно. — Судя по тону, Ибо совершенно ему не поверил. Он легко вскочил в седло следом и тут же сильнее запахнул меховой плащ вокруг омеги. Тёплый мех практически полностью укрыл Сяо Чжаня от ветра. Тот оказался прижат спиной к крепкой груди воина. Непривычно близко. Но спорить почему-то не хотелось.       Лошадь тронулась с места. За ней двинулись остальные всадники. Солдаты отчаянно пытались смотреть куда угодно, только не вперёд. В небо. На дома. На фонари. На собственные поводья. На пролетающих птиц. На конец света. Куда угодно. Потому что смотреть на Сяо Чжаня было опасно. Не из-за страха наказания. Из-за того, что взгляд сам цеплялся за него. Даже сейчас, укутанный в огромный командирский плащ, растрёпанный после сна и пережитого волнения, он выглядел так, словно какой-то небожитель случайно заблудился среди смертных.       Ван Ибо прекрасно это видел. И с каждой минутой мрачнел всё сильнее. Ещё один такой взгляд. Ещё один. И ещё. Очень хорошо. Завтра весь гарнизон будет бегать. Часа три без остановки. А может и четыре.  Это для укрепления дисциплины. Ибо был уверен, что дисциплина солдатам сейчас крайне необходима.       Сяо Чжань, устроившийся перед ним, вдруг слегка повернул голову. Взгляд его скользнул по слишком довольному лицу мужчины. Бровь медленно поднялась вверх. — О чём ты думаешь? — Ни о чём. — Врёшь. — Думаю о дисциплине. — Звучит ещё подозрительнее. — На губах Ибо мелькнула улыбка. Сяо Чжань некоторое время изучал его лицо. Потом неожиданно спросил, — Итак... теперь ты беден? — Что? — Ван Ибо моргнул — Ты выкупил меня. — И? — За огромные деньги. Поэтому я пытаюсь понять. Ты беспокоишься о том, сможешь ли меня содержать... или о том, сколько я стоил? — Ибо уставился на него несколько секунд. А потом рассмеялся. Тихо, но искренне. Сяо Чжань нахмурился ещё сильнее. — Что смешного? — Ты решил, что я разорился? — А разве нет? — А если и так? — Тогда это была плохая сделка. — Улыбка Ибо стала шире. Он слегка наклонился ближе. — А если я беспокоюсь и о том, и о другом? — Тогда тебе следовало лучше считать деньги. — Сяо Чжань пожал плечами. На этот раз даже несколько солдат впереди едва заметно вздрогнули от сдерживаемого смеха. Ван Ибо покачал головой. — Не волнуйся. — Я не волнуюсь. — Я могу обеспечить тебя всем необходимым. — Сяо Чжань задумался. Потом спокойно спросил: — А если мне ничего не нужно? — Ты всё равно это получишь. — Сяо Чжань посмотрел на него. Ветер трепал выбившиеся пряди его волос. — Почему? — Потому что слишком долго никто не давал тебе выбора. — Сяо Чжань застыл. Совсем ненадолго. Но Ибо почувствовал, как напряглись его плечи. — Мне не нужны драгоценности. — Хорошо. — И дорогая одежда. — Хорошо. — И украшения. — Хорошо. — Сяо Чжань нахмурился. — Тогда что ты собираешься мне дать?       Ибо посмотрел вперёд на дорогу. На открывающиеся вдали городские ворота гарнизона. На небо. На мир, который постепенно становился миром и для человека в его объятиях. А потом ответил: — Всё, что ты сам захочешь выбрать.       Сяо Чжань ничего не сказал. Только отвернулся. Но впервые за весь путь не попытался увеличить расстояние между ними. И не заметил, как уголки губ едва заметно дрогнули. А Ван Ибо заметил. И от этого почему-то почувствовал себя победителем куда сильнее, чем после любой выигранной битвы.