Икона по памяти

      — И побольше! — догоняет голос.       — Хорошо, — уходит в глубь.       Деревья скрывают человека. Нависают, пряча вместе со звёздами и огнём позади. Бывшие скурсники продолжают расправлять лагерь, поддерживая свет костра. Тени от языков пламени краснеют. Хруст вдалеке стихает.       Сквозь мглу идёт рыцарь без знаков отличия. Только меч бьётся об броню, а после издаёт свист — рассекает путь. Ветки падают под ноги. Из них выбирают лучшие, склабывая в кучу. А он продолжает путь. Держится за рукоядь, оглаживая один из камушков. Всё собирает, никак не имея сил закончить.       И вскоре усаживается. Возле ног большая куча хвороста. Это должно хватить, чтобы согреться. И хотя ветерок не столь холодный — листья срываются, цепляясь друг за друга. Неофициальный воин вздыхает.       Клэй опирается мечом в землю. Осматривает узоры порезов, которые уже никак нельзя отполировать. Теперь оружие кажется даже маленьким. Не таким, где трибуны искрили хвалой, а участник турнира гордо передавал свой клинок. Сейчас, конечно, он не с ним. Есть новый меч, прочнее, роднее. Такой, который ковали под солнцем, а на руках остались ожоги от неудач.       Рассматривая клинок, который достался ему относительно недавно, цепляется за мелочь. Блёсточка в центре гарды. Незначительная, но он каждый раз её находит.       Ведёт по ней пальцем. Из-за металла перчатки вовсе не чувствует. Хотя до сих пор возникает то чувство, когда впервые подобрал драгоценность.       Кто знал, что бунтующая принцесса под конец одиннадцатого класса скинет корону, а из неё выпадет дорогой камень. Конечно, никто, даже она прикрывала рот. И кто знал, что он потеряется, чтобы найтись в руках юного лидера.       Только спустя минут пять он вскакиват. Подбирает ветки, идя на давно позабытый свет. Товарищи, наверное, заждались. Нужно обработать раны — стычки с разбойники заканчиваются одним и тем же.       Пройдя путь, впереди возникает тление.       В костёр подлаживают хвою, перевязывая гарь с цветущими листьями.       — Чего так долго, — бурчит Арчи, отпивая воду.       — Заплутал слегка, — тихо, всё ещё витая в облаках.       После ночь. Тьма и луна... Он всё сидит у огонька, пока остальные мирно спят. До Академии не далёкий путь — а он продолжает гладить украшение, повторяя, что это подделка.