Новый Прайм.

Прошло долгих шесть месяцев. Полгода изнурительных, ежедневных тренировок в сухом и раскаленном воздухе Невады полностью изменили атмосферу на базе «Омега». Ракетная шахта больше не казалась подросткам подземной тюрьмой или чужим секретным объектом — она стала их крепостью.Показатели молодых бойцов взлетели до уровня, который заставил даже вечно ворчливого Рэтчета уважительно качать головой перед экранами диагностических терминалов.Джек больше не паниковал и не прятался при виде огромных трансформеров — Сэм выковал из него хладнокровного, выносливого полевого командира, способного за секунды просчитывать пути отхода для группы. Маленький Раф совершил колоссальный прорыв в кибертронской аналитике: парень теперь щелкал зашифрованные частоты десептиконов как орехи и знал анатомические схемы вехиконов наизусть, безошибочно подсказывая точки для критического удара.Но самые разительные, невероятные изменения произошли с Мико.Ворвавшись в этот мир беззаботной шестнадцатилетней бунтаркой с крашеными прядями волос, искавшей лишь адреналина для эффектных селфи, за полгода она превратилась в любимицу Сэма. Нет, Сэм не выделял её перед парнями и гонял всех абсолютно одинаково, по суровым методикам отряда «NEST». Но именно с Мико он занимался дополнительно, задерживаясь в ангаре до глубокой ночи.Сэм хладнокровно, методично учил её рукопашному бою, тактическому анализу местности, умению читать следы и двигаться в тени так, чтобы кибертронские радары видели лишь пустое место. 30-летний ветеран, потерявший всю свою семью в огне прошлой войны, подсознательно видел в Мико самую уязвимую мишень. Он помнил, как на его глазах погибла Карли. Этот кошмар преследовал его каждую ночь. И Сэм дал себе глухую, нерушимую клятву: он натренирует эту девчонку так, чтобы она могла защитить себя сама, даже если весь мир вокруг взлетит на воздух. Она должна была стать его стальным щитом.Сэм изменился и сам. Хриплый, сорванный голос после пыток «Могильного ветра» никуда не исчез, но в нем появилось больше спокойной, весомой уверенности. Он больше не метался по базе, как в первые дни, и почти перестал ворчать в своей старой хаотичной манере. Мужчина стал собранным, монолитным и пугающе эффективным. Его М4 теперь была модифицирована совместно с Рэтчетом — патроны со смещенным центром тяжести были усилены жидким энергоном, способным прожигать обшивку десептиконов Локти ниже, Мико. Центр тяжести назад. Не пытайся пересилить меня — используй мою же инерцию, — тихо, со скрежетом разнесся хриплый голос Сэма по полутемному ангару.Было далеко за полночь. Джек и Раф уже спали в жилом блоке. На тренировочной платформе, освещенной лишь тусклым светом неоновых ламп, Сэм и Мико сошлись в плотном спарринге. На девушке были плотные армейские штаны, берцы и майка-борцовка. Её движения стали быстрыми, хищными и невероятно точными.Мико сделала резкий выпад вперед, пытаясь провести подсечку, но Сэм мгновенно перехватил её руку, развернул спиной к себе и жестко, заблокировав её манипуляции, прижал к своей груди, фиксируя в замке.Они замерли. В тишине ангара было слышно только их тяжелое, прерывистое дыхание.Сэм держал дистанцию. Все эти полгода он сознательно выстраивал между ними невидимую, ледяную стену. Мужчина прекрасно видел, какими глазами смотрит на него Мико. Он читал в её взгляде эту безумную, чистую, безграничную преданность. Она больше не была для него просто взбалмошной девчонкой. Мико повзрослела, поумнела, и в её глазах горело истинно женское, глубокое желание — стать для этого выжженного дотла одинокого ветерана той самой силой, которая растопит его внутренний лед и согреет эту мертвую пустыню.Сэм чувствовал это каждой клеточкой тела. Но он отчаянно сопротивлялся. Ему было тридцать, ей — шестнадцать. Разница в возрасте, груз его страшного прошлого, шрамы на теле и выжженная душа заставляли его держать её на расстоянии вытянутой руки. Он защищал её в том числе и от самого себя, боясь подпустить близко и снова испытать эту разрывающую боль потери.Мико медленно повернула голову, и её лицо оказалось в каких-то сантиметрах от его лица. Она посмотрела прямо в его уставшие, серьезные глаза. В её взгляде не было страха — только немая, кричащая клятва преданностиТы слишком напряжена в корпусе, — тихо, почти шепотом захрипел Сэм, аккуратно разжимая пальцы и отпуская её запястья. Он сделал шаг назад, разрывая физический контакт и возвращая привычную холодную маску на лицо. — На сегодня достаточно. Иди спать, Мико. Завтра Оптимус собирает нас на оперативную разведку в каньоне. Будет реальный боевой выход.Мико не двинулась с места. Она стояла на платформе, тяжело дыша и глядя на то, как Сэм отворачивается и идет к столу, чтобы убрать тренировочные ножи.— Я выдержу завтрашний день, Сэм, — негромко, но поразительно твердо произнесла она ему в спину. В её голосе больше не осталось подростковых интонаций. — И послезавтрашний тоже. Я выучила все твои уроки. Я стану достаточно сильной, чтобы тебе больше никогда не пришлось никого терять. Слышишь меня? Никогда.Сэм замер у стола, спиной к ней. Его пальцы на секунду крепко сжали край деревянной столешницы, а под тактическим жилетом едва заметно, тепло запульсировала скрытая энергия Матрицы. Он ничего не ответил, лишь молча кивнул, но Мико этого было достаточно. Она увидела, что её слова пробили его броню. Развернувшись, девушка уверенным шагом направилась к жилым отсекам, унося в сердце твердое намерение — дойти с этим мужчиной до самого конца.