Прощение

Ни ад, ни рай, ни лимб... Что это? Вечно зелёная трава колыхалась от малейшего движения, а иногда и сама по себе. Воздух всегда одной температуры, всегда одно и то же время суток. Ландшафты однообразны до невозможности. И в таком месте каждый находится свою вечность? Бобби искренне не понимал. Он шёл долго, снова и снова пытался найти хоть кого-то. Нет чувства усталости, нет чувства голода... От того и пусто в душе. Жизнь человека, да и не совсем человека, целиком и полностью завязана на чувствах, ощущениях. Голод или сытость, холод или тепло - не важно. Но в этом месте не было ничего из этого. Он мог спать, но это ничего бы не давало. С едой, наверное, всё то же... Одно и то же, одно и то же... Идя вперёд уже очень долго, Бобби потерял и смысл, и счёт времени. В какой-то момент он просто остановился и лёг на траву. Над головой распласталось пустое чёрное небо. Оно одновременно казалось глубоким, таким, что можно потонуть, и... Конечным. Будто это просто потолок мира и его можно коснуться. Пробить и вылезти... Куда-то. И эта тьма, стоящая перед глазами, со временем окутала парня, погружая в мир грёз... °*•———•*° В полной темноте, даже можно сказать пустоте, сидел Бобби довольно долго. Сознание было затуманено, заляпано, будто старая киноплёнка. Потом ослепительная вспышка света заставила парня жмурится. Теперь вокруг него стоял лес. Высокие величественные дубы и аккуратные берёзки. Зелёная трава, цветы... И они. Три застывшие фигуры и все смотрят на него. Столь знакомые и одновременно будто чужие. Только сейчас парень заметил странность... Ни единого звука. Полная тишина. Бобби стал вертеть головой в разные стороны, попытался что-то сказать, но из горла не вырвалось ни слова. Отчаявшись, он опустил голову. Сразу после этого парень вскочил, будучи в шоке от увиденного. Он стоял на собственном трупе. Разумеется, Бобби сразу попытался уйти, неосознанно перенося вес на одну ногу. Грудная клетка под тяжестью проломилась с противным хрустом, и нога рыжика провалилась внутрь. Оттуда вытекло что-то тёмное, даже не похожее на кровь. Уже в панике парень пытался вырваться из этой ловушки, но рёбра не давали этого сделать. Внезапно один из силуэтов стал подходить ближе. Всё чётче и чётче вырисовывалась высокая фигура его брата. Смотря на безжизненное тело, он молча оттряхивал руки от крови. Капли летели на Бобби, который уже ничего не ощущал. °*•———•*° Разбудил парня крик. Истошный крик, полный боли моральной и физической, такой горький, что передёрнет даже самого бесчувственного. Он растворялся в бесконечных зелёных лугах вместе с остатками сна. А Бобби вертел головой, в поисках его источника, пока не понял. Он проснулся от собственного крика. Руки мелко дрожали. Рыжик смотрел перед собой абсолютно пустым взглядом ещё минут десять, приходя в себя. Потом поднялся и молча пошёл вперёд, пытаясь выбить из головы воспоминания. На душе было пусто. Ни боли, ни обиды, ни гнева... Сплошная чёрная пустота, какая бывает только у самых добрых людей, когда их предают. Не было у Бобби и мыслей о том, что всё это неправильно, что ему надо мстить. Так искренне и чисто любить кого-либо... Одна сплошная пытка длиною в жизнь. А ведь конец всегда один. И сознательно к нему идти... Это заслуживает... Жалости. Бобби всегда почти физически ощущал, какая кровавая полоса шла за его братом. Куда бы он ни пошёл, где бы не находился, эта алая, с бордовыми вкраплениями линия тянулась следом. Но парень не мог ничего с этим сделать, точно так же, как и с собой. Он прекрасно помнит, как Зимбер, возвращаясь домой, скидывал обувь. По полу прихожей растекалась тёмная жидкость, и каждый раз рыжик гадал, что же это сегодня? Неизменным оставался и этот тон голоса. "Меньше знаешь - крепче спишь." "Опять ты сидишь до поздна?" "Сейчас тебе по лбу заряжу, будешь знать!" "Бобби, это моё призвание. Я не могу просто взять и прекратить." "Ну ладно-ладно, прекрати слёзы лить." "Я не в духе. Не лезь." Всё это вспоминал парень, пока шёл куда-то в даль. Наверное, только сейчас он понял, что Зимбер вёл себя так далеко не со всеми. Он всегда знал, что может сорваться и старался отгородить брата от этого. Но кто же знал, что всё закончится так... Из своих мыслей Бобби вывел силуэт, который он увидел вдалеке. Сердце колотилось как бешеное, а улыбка сама наползала на лицо. Несколько секунд парень даже не мог двинуться от шока и радости, после сорвался с места. В эту фигуру он чуть ли не влетел. Жёлтые глаза смотрели с таким искренним удивлением. Б - Боже мой! Я думал мы никогда больше не встретимся, думал, что здесь никого не найду, а тебя тем более! Я не могу... Не мог представить... О Господи, как я рад! Я так боялся, что никого не найду... Это невероятно... Невероятно! Слова сливались в сплошную кашу, казалось, Бобби и сам не понимал, что говорит. Зимбер же так и не слушал, лишь крепко прижал брата к себе, гладя по волосам. Они не могли нарадоваться друг другу. Слова перерастали в звонкий, чистый, счастливый смех. Они вместе повалились на траву и лежали так ещё долго. Потом вместе двинулись дальше, встречая по дороге людей и не́людей... И так тепло, так хорошо было на душе. Бобби был искренне счастлив. Иногда, смотря на него, невольно проводишь аналогию с щенком. "Нет, собаки такие глупые: ты причиняешь им боль, а они всё равно тянутся к тебе!" - может кто-то возразить. Но не в этом ли человеческая природа? Тянутся к другим. Теперь бездонное и одновременно такое конечное небо не казалось страшным, непонятным. Поля не казались чужими и странными. Всё было... Естественно. Рыжик мог бы часами смотреть в даль, если бы его не окликнул брат. Тот, кого он никогда, ни за что не обвинил бы. З - Бобби. Б - Да? З - Прости меня. Парень на это лишь усмехнулся. И не было в этой усмешки ни горечи, ни обиды, ни злобы. Лишь добрые, пустые глаза смотрели в ответ с этой глупой детской привязанностью.