До того, как стало поздно

Утро пришло в поместье тихо и влажно. Ночь оставила после себя тонкую дымку над газонами, и дальние деревья за кованой оградой казались размытыми, будто их нарисовали мягким карандашом и слегка растерли ладонью. Дом еще спал. Огромный, светлый, с длинными коридорами и лестницами, он всегда казался Натаниэлю слишком неподвижным по утрам — как будто затаившим дыхание. Он проснулся по привычке задолго до остальных. Несколько секунд лежал неподвижно, глядя в потолок, прежде чем память услужливо подкинула вчерашний вечер: торговый центр, бесконечные разговоры, фильм, Кейтлин, которая почти час объясняла ему разницу между «культовым кино», «кринжем» и тем, почему нельзя всерьез оценивать людей по их музыкальному вкусу. Потом разговор про пробежки. Натаниэль сел на кровати, машинально проверяя время. Слишком рано. Но тело уже проснулось окончательно. Он поднялся, быстро оделся в спортивную одежду, вышел из комнаты почти бесшумно и, поколебавшись пару секунд пошел туда, где была комната Кейтлин. Дверь была закрыта. Он постучал. Тишина. Еще раз. Изнутри донеслось что-то невнятное. Кажется, звук подушки, которой человека пытаются убить. Натаниэль приоткрыл дверь. Комната выглядела так, словно вчера вечером здесь взорвался гардероб. На кресле висели вещи, на столе стояла кружка, рядом валялась открытая косметичка, а сама Кейтлин лежала поперек кровати, завернувшись в одеяло так, будто собиралась пережить зиму. — Кейтлин. Никакой реакции. — Ты говорила про пробежки. Из-под одеяла донеслось очень тихое: — М-м-м… — Сейчас утро. — Это покушение… Натаниэль молча посмотрел на нее. Одеяло медленно натянулось выше, закрывая лицо полностью. Он подождал еще несколько секунд. — Я ухожу. — Предатель… — сонно пробормотала она. Натаниэль закрыл дверь и спустился вниз. На улице воздух оказался холоднее, чем он ожидал. Натаниэль побежал.тСначала медленно. Не потому, что устал — просто непривычно было бежать без цели. Без времени. Без маршрута, который надо запомнить. Холодный воздух обжигал легкие. Под подошвами тихо шуршал гравий, когда он сворачивал на дорожки вдоль живых изгородей. Где-то впереди пели птицы. Он ненавидел тишину большую часть жизни. Тишина означала ожидание. Ожидание означало опасность. Но здесь… Здесь она была другой. Странной. Почти мирной. Он сбавил темп возле невысокой каменной стены, за которой начиналось поле, затянутое утренним туманом. И только тогда понял, что остановился просто посмотреть. Не проверить. Не просчитать. Просто посмотреть. Это осознание оказалось неожиданно неприятным. И одновременно… не таким уж плохим. Натаниэль снова побежал. Когда он вернулся к поместью, солнце уже поднялось выше, а в нескольких окнах горел свет. Дом просыпался. И прямо у входа, завернувшись в огромную толстовку и держа кружку двумя руками, стояла Кейтлин. Волосы растрепаны. Взгляд сонный. Очень недовольный. Она заметила его и сразу прищурилась. — Ты реально ушел без меня. Натаниэль остановился. — Ты спала. — Я была в процессе пробуждения. — Ты пряталась под одеялом. — Это была стратегическая оборона. Он молча посмотрел на нее. Кейтлин сделала глоток из кружки и вздохнула. — Ну и как? Натаниэль перевел взгляд куда-то за ее плечо, на деревья. Немного помолчал. — Нормально. Она улыбнулась. Совсем чуть-чуть. — Значит завтра разбудишь меня снова. На этот раз он ответил почти сразу. — Хорошо. Кейтлин так и не поднялась наверх. Она пошла за Натаниэлем внутрь, запахивая на себе огромную серую толстовку. Рукава были длиннее, чем нужно, и почти полностью скрывали пальцы. Волосы она даже не пыталась привести в порядок — ветер растрепал их ещё сильнее, пока она сидела снаружи. Натаниэль шел на полшага впереди. Дом встретил их теплом. Где-то дальше по коридору уже двигались слуги; доносился звон посуды и приглушенные голоса. Сквозь высокие окна в холл лился бледный утренний свет. Кейтлин подавила зевок. — Я всё ещё считаю это предательством. — Ты спала. — Я была временно недоступна. — Ты назвала утро покушением. — И я всё ещё придерживаюсь этой позиции. Уголок его рта едва заметно дрогнул. Кейтлин тут же прищурилась. — Ты сейчас улыбнулся? — Нет. — Лжец. Он ничего не ответил. Это было равносильно признанию. Кейтлин довольно хмыкнула и первой свернула в столовую. Помещение, как и всё в поместье, было слишком большим. Длинный стол занимал почти всю комнату, тяжелые шторы были уже раздвинуты, а за окнами виднелись влажные после ночи сады. Но завтрак, вопреки размерам комнаты, выглядел почти по-домашнему. Чайник. Корзина с выпечкой. Тосты. Фрукты. Джемы. Кейтлин сразу села ближе к краю и потянулась за чайником. Натаниэль занял место напротив. Она подняла на него взгляд поверх кружки. — И всё-таки. Ты давно бегаешь? Он помолчал. — Всегда. Она не уточнила. Ответ прозвучал не как преувеличение. Просто факт. Нат взял чашку двумя руками. Движение было привычным, спокойным. Он вообще выглядел спокойнее с утра. Не расслабленным — это было бы слишком громкое слово — но тише. С лестницы донеслись шаги. Размеренные. Неторопливые. Через несколько секунд в дверях появился Стюарт. Он был ещё сонный, в темных домашних брюках и свитере, с чашкой кофе в руке. Остановился на пороге. Посмотрел на Кейтлин. Потом на Ната. Потом снова на Кейтлин. — Почему вы выглядите так, будто уже прожили целый день? Кейтлин сразу указала на Ната. — Он ушел на пробежку без меня. Стюарт перевел взгляд. — Ты реально пошел? — Да. — Один? — Да. Стюарт хмыкнул и сел рядом с Кейтлин. — А её будил? — Да. — Сколько раз? Нат задумался. — Два. Стюарт понимающе кивнул. — Тогда ты сделал всё возможное. — Спасибо. — Не за что. Кейтлин оскорбленно взяла булочку. — Я вообще-то проснулась! Нат поднял взгляд. — Через двадцать минут. — Это не важно. — Ты сидела на улице с чаем. Она замолчала. Стюарт медленно повернул голову. — Ты что? Кейтлин отвела взгляд. — Ну… я проснулась и увидела, что его нет… Пауза. — И решила подождать. Стюарт ничего не сказал. Только очень медленно перевел взгляд на Натаниэля. Натаниэль в этот момент спокойно наливал себе чай, будто разговор не имел к нему отношения. Стюарт прищурился. — Так. Мне кажется, я что-то пропустил. — Ничего ты не пропустил, — сразу сказала Кейтлин. — Вы вчера сходили в торговый центр, посмотрели фильм, сегодня она ждет тебя на улице с чаем, а ты уже улыбаешься чаще одного раза в месяц. Нат замер. Кейтлин подавилась чаем. — ЧТО?! Стюарт выглядел слишком довольным собой. Нат медленно поставил чашку. — Я не улыбаюсь. Кейтлин, всё ещё кашляя, подняла палец. — Нет-нет, улыбаешься. Он посмотрел на неё. Она расплылась в победной улыбке. — Я видела. Повисла тишина. Стюарт сделал глоток кофе. И с абсолютно серьезным лицом сказал: — Поздравляю. Социализация проходит успешно. Натаниэль уставился на него. Кейтлин рассмеялась. Настолько искренне и громко, что звук разнесся по почти пустой столовой. И впервые за всё утро Нат не отвел взгляд сразу. Просто сидел, слушая этот смех, пока за окнами окончательно просыпалось серое лондонское утро. Завтрак проходил спокойно. Слишком спокойно для дома, в котором последние дни всё постоянно менялось. Солнечный свет падал через высокие окна столовой, ложась на тёмное дерево стола и белую скатерть. За окнами поместье уже проснулось окончательно: где-то в стороне шелестели деревья, по дорожке у сада прошёл садовник, а утренняя прохлада постепенно уступала место теплу. Кейтлин сидела рядом с Натом, лениво помешивая давно остывший чай. Стюарт закончил завтрак раньше всех. Он отложил приборы и взглянул на часы. Кейтлин заметила первой. — Ты уже куда-то собираешься? — Да. Она нахмурилась. — Сегодня? — Через полчаса выезжаю. Тишина стала чуть плотнее. Натаниэль поднял взгляд. — Надолго? Стюарт посмотрел на него. — На несколько дней. Кейтлин вздохнула и откинулась на спинку стула. — Ненавижу твою работу. — Знаю. Она скрестила руки. — И кто будет спасать нас от скуки? Уголок его губ дрогнул. — Через два часа сюда приедут Алиса, Саймон и Мейсон. Кейтлин замерла. Потом медленно выпрямилась. — Все трое? — Да. Нат перевёл взгляд между ними. — Кто? Кейтлин повернулась к нему. — Твои будущие мучители. — Тренеры, — поправил Стюарт. — Это одно и то же. Он проигнорировал её. — Алиса будет заниматься стрельбой. Нат невольно сосредоточился. Это было почти незаметно — выпрямившаяся спина, чуть внимательнее взгляд. Но Стюарт увидел. — Саймон — рукопашный бой. Кейтлин тихо хмыкнула. — И постоянные разговоры. Нат нахмурился. — Во время тренировки? — Всё время. — Это неудобно. Она улыбнулась. — Именно это ему и скажи. Стюарт продолжил: — Мейсон — ножевой бой. Нат замолчал. Кейтлин повернулась к нему. — Не смотри так. — Как? — Как будто оцениваешь угрозу. Он отвёл взгляд. Стюарт едва заметно усмехнулся. — Мейсон хороший. — Мейсон хаос, — сразу возразила Кейтлин. — Мейсон профессионал. — Очень хаотичный профессионал. Нат слушал молча. Три человека. Стрельба. Рукопашный бой. Ножи. Это было знакомо. Слишком знакомо. Но впервые мысль об этом не вызывала напряжения. Только ожидание. Стюарт поднялся. — И ещё. Кейтлин посмотрела на него. — Пока меня не будет, они помогут тебе. Она прищурилась. — С чем? Он спокойно кивнул в сторону Натаниэля. — С этим. Наступила тишина. Потом Кейтлин возмущённо выдохнула. — Эй! — Ты сама сказала, что занимаешься его социализацией. — Да, но звучит ужасно. — Потому что это правда. Она повернулась к Нату. — Всё. Серьёзный тон продержался секунды две. — Теперь нас будет четверо. — Пятеро, — поправил Стюарт. Кейтлин задумалась. — А, точно. Нат спокойно поставил чашку. — Это начинает напоминать засаду. Она просияла. — Наконец-то ты понял. Через полчаса они уже стояли в холле. У дверей лежала сумка Стюарта. С улицы доносился звук заведённого двигателя. Кейтлин стояла рядом, засунув руки в карманы толстовки. — Ты быстро вернёшься? — Постараюсь. Она ничего не ответила. Только коротко обняла его. Нат стоял чуть дальше, у лестницы. Стюарт посмотрел на него. — Не пропускай тренировки. Нат кивнул. — Хорошо. — И не исчезай в лесу. Кейтлин сразу повернулась. — Подожди, что? Нат молча отвёл взгляд. Стюарт усмехнулся. — Удачи. Через минуту машина уже уехала. Тишина осталась почти сразу. Большой дом снова стал слишком просторным. Кейтлин ещё несколько секунд смотрела в сторону ворот. Потом повернулась. — Ну. Нат поднял голову. Она улыбнулась. Не весело. С предвкушением. — У нас полтора час до приезда трёх людей, которые перевернут этот дом. Нат помолчал. — Мне не нравится, как это звучит. — Мне тоже. Она улыбнулась шире. — Но будет весело. И почему-то Натаниэль ей поверил. Ровно полтора час часа тишина поместья закончилась. Они услышали машину раньше, чем увидели её. Низкий гул двигателя прокатился по длинной подъездной аллее, и Кейтлин, до этого лежавшая поперёк дивана в гостиной и безуспешно пытавшаяся объяснить Нату, почему культовые фильмы нужно смотреть добровольно, резко села. — Они приехали. Нат отложил книгу. За окнами показался тыльный блеск тёмного внедорожника. Машина остановилась у крыльца. Первой дверь открылась со стороны пассажира. Из машины вышла девушка. Невысокая, чуть выше Кейтлин, в чёрной куртке и тёмных джинсах. Светлые волосы были собраны в высокий хвост, но несколько прядей всё равно выбились и падали на лицо. Двигалась она спокойно, без лишних движений, почти лениво. Но Нат заметил другое. Руки. На пальцах — старые шрамы. Она оглядела поместье, поправила ремень спортивной сумки на плече и повернулась к машине. — Выходите уже. Следом появился высокий парень. Очень высокий. Широкие плечи, короткие каштановые волосы, загорелая кожа и настолько открытая улыбка, что Нат насторожился раньше, чем успел подумать. Он захлопнул дверь машины. — Боже, я скучал по этому месту. — Ты скучал по кухне, — сказала девушка. — И по кухне тоже. Третий вышел последним. Нат замер. Потому что мужчина выглядел… Опасно спокойно. Высокий, худой, в тёмном пальто поверх простой чёрной водолазки. Волосы тёмные, чуть длиннее обычного, убраны назад. Лицо слишком спокойное, движения медленные. И глаза. Светло-серые. Очень внимательные. Он закрыл дверь машины и спокойно оглядел дом. Кейтлин рядом тихо сказала: — Вот теперь можешь начинать волноваться. — Это Мейсон? — Да. — Он выглядит как человек, который знает, где закопаны тела. Она подумала. — Не исключено. Звонок в дверь прозвучал через минуту. Кейтлин вскочила первой. — Я открою! Она буквально вбежала в холл. Нат пошёл следом медленнее. Когда дверь распахнулась, высокий парень сразу широко улыбнулся. — Кейт! Она засмеялась и обняла его. — Саймон! Он легко поднял её над полом. — Ты выросла. — Поставь меня обратно! Алиса, стоявшая рядом, закатила глаза. — Каждый раз. Кейтлин уже отпустила Саймона и повернулась к ней. — Алиса! Объятие получилось спокойнее. Потом она перевела взгляд на третьего. — Привет, Мейсон. Тот кивнул. — Кейтлин. И только после этого все трое посмотрели за её плечо. На Натаниэля. Повисла тишина. Саймон моргнул. Алиса медленно перевела взгляд на Кейтлин. Мейсон остался абсолютно спокойным. Кейтлин шагнула в сторону. — Это Нат. Натаниэль стоял ровно. Не двигался. Не отводил взгляд. Саймон первым улыбнулся. — Так вот кто наш новый ученик. Алиса слегка наклонила голову, изучая его. Мейсон молчал дольше всех. Потом произнёс: — Нож держал? Кейтлин закрыла лицо руками. — Мейсон! — Что? Натаниэль ответил раньше неё. — Да. Мейсон едва заметно кивнул. — Хорошо. Тишина. Кейтлин медленно убрала руки от лица. — Вы не могли хотя бы поздороваться? Алиса усмехнулась. — Привет, Нат. Саймон протянул руку. — Рад знакомству. Нат посмотрел на неё секунду. Потом пожал. Крепко. Саймон удивлённо моргнул. — О. Кейтлин довольно улыбнулась. — Да. Мейсон всё ещё смотрел на Ната. Спокойно. Изучающе. Потом перевёл взгляд на его руки. На осанку. На то, как он стоит. И тихо сказал: — Интересно. Нат нахмурился. Кейтлин обречённо выдохнула. — Всё. Она повернулась к нему. — Поздравляю. — С чем? — Тебя только что профессионально оценили как проблему. Мейсон чуть приподнял бровь. — Я такого не говорил. — Но подумал. Он не ответил. И это почему-то было хуже. — Проходите уже, пока вы не начали разбирать человека прямо в прихожей, — Кейтлин отступила в сторону. Саймон первым шагнул внутрь, всё ещё с интересом поглядывая на Ната. Алиса сняла куртку и повесила её на спинку кресла у входа. Под ней оказалась простая тёмно-зелёная водолазка. На левом запястье — старые потёртые кожаные ремешки, а на шее тонкая серебряная цепочка. Мейсон куртку снимать не спешил. Он медленно прошёл в холл, остановился у лестницы и оглядел пространство так, будто отмечал окна, выходы и расстояния. Натаниэль заметил. И Мейсон заметил, что Нат заметил. Они несколько секунд молча смотрели друг на друга. — О нет, — тихо сказала Кейтлин рядом. — Они понимают друг друга. — Это плохо? — спросил Саймон. — Очень. — Почему? — Потому что обычно этот взгляд Мейсона значит: “эти двое сейчас уйдут тренироваться и вернутся через четыре часа с новыми шрамами”. — Не преувеличивай, — спокойно сказал Мейсон. Кейтлин повернулась к нему. — Ты в прошлый раз пришёл с рассечённой бровью. — Это был рабочий момент. — Ты сказал это с ножом в плече. Алиса невозмутимо прошла мимо них в гостиную. — Чай есть? — На кухне. — Отлично. Она исчезла за дверью. Саймон усмехнулся. — Ничего не меняется. — Это значит, что у неё с утра только кофе был, — пояснила Кейтлин. — Если она не выпьет чай, стрелять сегодня будет опаснее обычного. Из кухни донеслось: — Я всё слышу. — Я знаю! Нат молча наблюдал. Странное ощущение. Они вошли в дом так, словно уже давно были его частью. Будто возвращались. Саймон уже устроился на диване. Алиса что-то искала на кухне без всяких вопросов. Кейтлин выглядела заметно живее, чем утром. Даже Мейсон, молчаливый и собранный, стоял не как гость. А как человек, который знает это место. Кейтлин вдруг хлопнула в ладоши. — Ладно. Официальное знакомство. Она указала на Алису. — Алиса. Самый страшный человек с оружием и без. Из кухни донеслось: — Ложь. — Самый страшный человек вообще. Пауза. — Уже лучше. Саймон засмеялся. Кейтлин повернулась к нему. — Саймон. Терпеть не может молчание, бегает быстрее здравого смысла и считает отжимания развлечением. — Они и есть развлечение. — Ты больной. — Это не диагноз. Она перевела руку к Мейсону. Он стоял чуть в стороне. Спокойный. Неподвижный. — А это Мейсон. Нат посмотрел на него. Кейтлин вздохнула. — Он говорит мало, думает много и пугает людей просто существованием. — Не специально, — сказал Мейсон. Саймон хмыкнул. — Врёт. Кейтлин повернулась к Нату. — А это Нат. Повисла короткая тишина. Потому что представить его было сложнее. Она вдруг улыбнулась. — Любит бегать, смотрит на людей как на потенциальную угрозу, знает слишком много странных вещей и слишком мало обычных. Нат повернул голову. — Это ужасное описание. — Но правдивое. Саймон заинтересованно подался вперёд. — Насколько мало обычных? Кейтлин просияла. Нат уже понял, что сейчас будет плохо. — Он не знал, что такое мемы. Тишина. Саймон медленно посмотрел на Ната. Алиса вернулась из кухни с чашкой и тоже остановилась. Даже Мейсон поднял взгляд. Нат нахмурился. — Что? Саймон встал. Очень серьёзно. — Всё нормально. Нат насторожился. — Нет, не нормально. Почему ты так говоришь? Саймон положил руку ему на плечо. — Мы тебя спасём. Кейтлин согнулась от смеха. Алиса тихо фыркнула в чашку. Даже у Мейсона уголок губ едва заметно дрогнул. Нат медленно посмотрел на всех. Потом на Кейтлин. — Ты рассказывала им обо мне? Она невинно улыбнулась. — Немного. Из кухни донеслось тихое: — Она рассказывала много. Кейтлин резко обернулась. — Алиса! Предательница! Но Нат уже заметил другое. Они улыбались. Все. Не настороженно. Не натянуто. Просто так. И почему-то от этого становилось… непривычно тихо внутри. — Ладно, пошли посмотрим, что он умеет. — сказал Мейсон и остальные согласились. Лестница вниз оказалась уже, чем Нат ожидал. Дверь за кухней. Несколько ступеней. Бетонные стены. Он остановился. Всего на секунду. Взгляд зацепился за полумрак внизу, за уходящие ступени, за узкий проход — и тело среагировало быстрее мыслей. Подвал. Слово ударило раньше памяти. Запах сырости. Закрытые двери. Шаги сверху. Ожидание. Пальцы едва заметно сжались. Но потом снизу донёсся голос Саймона: — Я всё ещё считаю, что тир здесь — это лучшее решение Стюарта. — Ты это говоришь про всё, где можно что-то сломать, — спокойно ответила Алиса. — Неправда. Пауза. — Хорошо, правда. Нат моргнул. Запах был другим. Не сырость. Дерево. Металл. Свет тоже. Яркий. Тёплый. Никаких узких помещений. Кейтлин, уже спустившаяся на пару ступеней, обернулась. — Нат? Он ещё раз посмотрел вниз. И выдохнул. Не то. Совсем не то. — Иду. Подвал поместья больше напоминал полноценный тренировочный центр. Открытый зал с матами, тренажёрами, стойками оружия. Отдельная зона для рукопашного боя. Стеллажи. Манекены. И тир, отгороженный стеклом. Алиса сразу пошла туда. Не раздумывая. Будто это было самое естественное место в мире. Кейтлин рядом тихо усмехнулась. — Ну всё. — Что? — Она увидела тир. Теперь мы её потеряли. Алиса уже стояла у стойки с наушниками. — Начнём со стрельбы. Нат повернул голову. Саймон моргнул. — Сразу? — Да. Мейсон спокойно кивнул. — Логично. Кейтлин устроилась на скамье у стены. — Это будет интересно. Нат посмотрел на неё. Она улыбалась. Совершенно спокойно. Слишком спокойно. Алиса открыла шкафчик и достала тренировочный пистолет. Проверила магазин. Протянула ему. — Покажи базу. Нат взял оружие. И мир на секунду стал тише. Вес. Баланс. Положение пальцев. Слишком знакомо. Он поднял взгляд. Алиса уже наблюдала. Внимательно. Очень внимательно. Нат встал к линии. Надел наушники. Поднял оружие. Выстрел. Щелчок. Попадание. В центр. Второй. Третий. Четвёртый. Без пауз. Без поправок. Без колебаний. Когда он опустил руку, в тире стояла тишина. Саймон медленно опустил скрещённые на груди руки. Кейтлин закрыла лицо ладонью. — Да. Алиса не двигалась. Потом подошла к мишени на мониторе. Все попадания лежали почти вплотную. Слишком близко. Она вернулась. — Ещё раз. Нат взял второй магазин. Сменил стойку. Выстрел. Выстрел. Выстрел. На этот раз быстрее. Кейтлин перестала улыбаться. Потому что она уже это видела. Не здесь. Не с оружием. Но видела. Когда Нат делал что-то, что умел по-настоящему. Лицо становилось другим. Спокойнее. Холоднее. Почти пустым. Алиса забрала пистолет. Несколько секунд молчала. Потом спросила: — Сколько лет тренировался? Нат не ответил сразу. — Достаточно. — Военные? — Нет. Тишина. Алиса смотрела дольше остальных. Потом спокойно сказала: — Ты не самоучка. Это был не вопрос. Нат поднял взгляд. Она продолжила: — Это видно по хвату. По дыханию. По тому, как ты работаешь с отдачей. Мейсон стоял чуть позади. Молчал. Саймон больше не улыбался. Кейтлин тихо вздохнула. Алиса убрала оружие обратно. — Хорошо. Она повернулась к остальным. — Я беру его. Саймон моргнул. — Что? — Я сказала: беру его. Кейтлин засмеялась. — Алиса, это звучит ужасно. — Мне всё равно. Она снова посмотрела на Ната. Впервые за всё время в её голосе появилось что-то похожее на интерес. Настоящий. — Посмотрим, что ещё ты умеешь. Они вышли из тира обратно в основную часть зала. После резких хлопков выстрелов здесь было почти тихо. Нат задержался на секунду у входа. Подвал всё ещё был подвалом. Бетон. Закрытое пространство. Но здесь не было тяжёлого воздуха. Не было ощущения клетки. Только зал. Кейтлин устроилась на краю матов, поджав под себя ногу. — Итак, теперь Саймон будет страдать. — Спасибо за поддержку, — отозвался тот и вышел в центр. Он повернулся к Натаниэлю. — Спокойно. Просто проверим базу. Стойка, реакция, координация. Без жести. Нат кивнул и встал напротив. Саймон поднял руки. — Готов? Кивок. Первое движение было быстрым — не удар, проверка. Нат ушёл. Не шагом. Не обычным уклоном. Он будто сместился. Резко. Саймон моргнул. — Ладно… Второе движение. Быстрее. Нат снова ушёл. На этот раз почти пружиной — шаг назад, резкий перенос веса, поворот корпуса. Кейтлин выпрямилась. Саймон остановился. — Ты чего прыгаешь? Нат замер. — Прыгаю? — Да. Алиса нахмурилась. Потому что Саймон был прав. Натаниэль двигался… странно. Не как человек с обычной спортивной подготовкой. Не как боксёр. Не как боец рукопашки. Его движения были слишком резкими, слишком экономными. Он почти не атаковал, только уходил. И постоянно менял уровень. Шаг. Смещение. Поворот. Короткий прыжок в сторону. Саймон пошёл ещё раз. Нат уклонился. Ещё. Снова. Он не отвечал. Вообще. Только уходил. Саймон уже начинал смеяться. — Ты хоть ударить меня собираешься? — Нет. — Почему? Нат моргнул. — Не нужно. Кейтлин тихо фыркнула. Саймон вздохнул. — Ладно, тогда я сам— Он шагнул ближе. Натаниэль отступил. Споткнулся о собственное движение. Нога дёрнулась автоматически. Совсем немного. И Саймон внезапно потерял равновесие. — Какого— Он рухнул на мат. Тишина. Полная. Нат замер. Посмотрел вниз. Потом на свою ногу. Будто видел её впервые. Саймон лежал, моргая в потолок. Кейтлин уже смеялась. Не тихо. Совсем нет. — Я… я даже не поняла, что произошло… Нат нахмурился. — Я тоже. Все повернулись к нему. Он выглядел искренне растерянным. — Это случайно. Мейсон, до этого молчавший, впервые отошёл от стены. — Нет. Нат поднял голову. — Это рефлекс. Тишина. Нат ничего не ответил. Саймон сел, потирая затылок. — Мне начинает казаться, что с тобой опасно жить. Кейтлин, всё ещё улыбаясь, подняла взгляд на Ната. Он всё ещё стоял там. Спокойный. Немного озадаченный. Смотрел на собственные ноги так, будто пытался понять, когда они успели решить всё за него. И почему это получилось раньше, чем он вообще подумал. Саймон поднялся уже без шуток. Потёр шею, выдохнул и снова занял место напротив Ната. — Ещё раз. Нат кивнул. Кейтлин поудобнее устроилась на матах. Алиса стояла, скрестив руки на груди. Мейсон всё ещё молчал, но наблюдал теперь внимательно, почти цепко. Саймон пошёл первым. Быстрее, чем раньше. Нат снова не ударил. Даже не попытался. Уход. Смещение. Резкий шаг в сторону. Он двигался странно — слишком легко, будто вообще не задумывался о том, куда ставит ноги. Саймон сократил дистанцию. Ещё шаг. Попытка захвата. И всё произошло так быстро, что Кейтлин не сразу поняла, что именно увидела. Натаниэль развернулся. Всего на полшага. Коснулся запястья Саймона. Чуть сместился корпусом. И внезапно Саймон уже летел вперёд. Без удара. Без толчка. Просто его собственное движение ушло против него. Мат глухо принял удар. Тишина. Саймон остался сидеть на полу. Медленно поднял голову. Нат замер. — Я… Он нахмурился. — Опять случайно. Но Саймон уже не слушал. Он смотрел на него внимательно. Слишком внимательно. Потом медленно поднялся. Подошёл ближе. — Ударь меня. Нат моргнул. — Что? — Ударь. — Зачем? — Просто. Нат не двигался. Саймон поднял руку. — В плечо. Легко. Тишина. Нат всё ещё стоял. Кейтлин нахмурилась. — Саймон? Тот не отрывал взгляд от Ната. — Давай. Прошла секунда. Вторая. Нат поднял руку. Очень медленно. Неловко. Слишком неловко. Кулак сжался неправильно. Движение вышло коротким и каким-то… пустым. Удар даже не дошёл. Он остановился раньше. Саймон молчал. Алиса перестала опираться на стену. Мейсон впервые нахмурился. Саймон развернулся. — Груша. У дальней стены висел тяжёлый мешок. Он подошёл к нему и хлопнул ладонью. — Ударь. Нат остался стоять. — Зачем? — Потому что я хочу кое-что проверить. Кейтлин поднялась с матов. — Что именно? Саймон не ответил. Нат медленно подошёл к груше. Остановился перед ней. Сжал кулак. Замер. Тишина растянулась. Потом он ударил. Груша едва качнулась. Не потому, что удар был слабым. Потому что он был… неправильным. Никакого разворота корпуса. Никакого веса. Никакой постановки. Просто движение руки. Саймон смотрел молча. Потом перевёл взгляд на остальных. — Он не умеет бить. Кейтлин замерла. Нат повернул голову. — Умею. Саймон покачал головой. — Нет. Тихо. Без насмешки. Просто факт. — Ты умеешь выживать. Уклоняться. Уходить. Использовать чужое движение. Но бить… Он снова посмотрел на грушу. — Тебя этому не учили. Нат ничего не ответил. Только отвёл взгляд. И это молчание сказало больше, чем любые слова. Мейсон крутнул тренировочный нож между пальцев и поймал его обратным хватом. — Ладно, стрелок из тебя странный, боец — ещё страннее, — хмыкнул он. — Посмотрим ножи. Натаниэль замер. Не испугался. Не напрягся заметно. Просто… застыл на секунду. Нож. Это слово никогда не было для него спортом. Не тренировкой. Не дисциплиной. Дом Веснински сделал нож чем-то другим. Не оружием даже. Языком. Языком угроз, наказаний, приказов и выживания. Кейтлин, стоявшая у стены рядом с Алисой, заметила, как у Натаниэля едва заметно изменился взгляд. Потускнел. Ушёл куда-то глубже. Но уже через секунду он шагнул вперёд. — Тренировочные? — спросил он спокойно. Мейсон моргнул. — Ага. Нат кивнул. Они встали друг напротив друга. Подвал был тихим. Свет ламп отражался от металлических стоек, от стекла тира, от матов. Совсем не тот подвал. Совсем не те стены. Мейсон атаковал первым. Быстро. Проверка дистанции, выпад, смена угла. Нат ушёл. Не шагнул. Скользнул. Будто тело вообще не думало. Он двигался иначе, чем раньше в спарринге с Саймоном. Там он уворачивался. Здесь — предугадывал. Ещё до движения. Ещё до удара. Мейсон ускорился. Нат отбил руку запястьем. Поворот. Касание по предплечью — туда, где нерв. Мейсон поморщился. Ещё атака. Нат сместился за спину. Снова. И снова. Не бил. Никогда не шёл на прямой удар. Но каждый раз оказывался там, где его не должно было быть. — Да ладно… — пробормотала Алиса. Мейсон уже не улыбался. Он менял ритм, ложные выпады, работал агрессивнее. И тогда Натаниэль вдруг… исчез. Не буквально. Просто взгляд ушёл. Лицо стало пустым. Спокойным. Холодным. Словно он больше не был здесь. Не в поместье. Не среди людей. Он двигался быстрее. Слишком быстро. Перехват. Шаг внутрь дистанции. Поворот корпуса. Тренировочный нож Мейсона вылетел из руки и со стуком упал на мат. Через секунду Нат стоял у него за спиной. Острие своего тренировочного ножа упиралось Мейсону между лопаток. Тишина. Полная. Мейсон медленно поднял руки. — Я проиграл. Натаниэль не двигался. Секунда. Две. Кейтлин уже сделала шаг вперёд. И только тогда Нат моргнул. Будто очнулся. Нож опустился. Он отступил сразу на несколько шагов. Посмотрел на свои руки так, словно не совсем понимал, что произошло. Мейсон повернулся к нему. В его лице больше не было привычной лёгкости. Только ошеломление. — Тебя этому не учили для спорта, да? Нат молчал. Алиса перестала улыбаться. Саймон скрестил руки. Кейтлин смотрела только на Ната. Тот долго не отвечал. Потом тихо сказал: — Нет. Пауза. — Меня учили не проигрывать. И почему-то от этих слов в зале стало холоднее. Мейсон не сразу заговорил. Он смотрел на него дольше остальных. Потом медленно поднял с пола нож и покрутил его в пальцах. — Еще раз, — сказал он спокойно. Нат поднял взгляд. — Зачем? — Потому что я хочу убедиться. Они снова встали друг напротив друга. Кейтлин осталась рядом с Алисой и Саймоном у стены. Саймон уже не выглядел так расслабленно, как утром. Мейсон двинулся первым. Нат ушел. Не шагом. Не обычным уклонением. Он будто исчезал из линии атаки. Плечо уходило в сторону раньше удара, корпус поворачивался, ноги перестраивались без пауз. Иногда казалось, что он вообще не думает — тело двигалось само. Мейсон сменил ритм. Быстрее. Ниже. Резче. Нат снова ушел. Выбил нож. Поймал запястье. Надавил куда-то под локоть. Мейсон резко выдохнул и отступил. И в этот момент Кейтлин заметила. Взгляд Натаниэля. Он был здесь. И одновременно нет. Пустой. Отстраненный. Смотрящий куда-то сквозь комнату. Мейсон замер. Потом опустил нож. — Стоп. Нат остановился не сразу. Еще секунда. Две. Только потом взгляд сфокусировался. Тишина стала тяжелой. Мейсон убрал нож на стойку и повернулся к остальным. — Вот это, — сказал он спокойно, — проблема. Нат напрягся. — Я проиграл? — Нет. — Тогда проблема где? Мейсон посмотрел прямо на него. — Во время боя тебя здесь не было. Нат ничего не ответил. Саймон нахмурился. Алиса скрестила руки. Кейтлин только тихо смотрела на Ната. Мейсон подошел ближе. — Ты дрался не со мной. Молчание. — Где ты был? Нат опустил взгляд. Слишком быстро. Слишком привычно. И этого оказалось достаточно. Мейсон выдохнул. — Ладно. Не отвечай. Он потер шею и снова посмотрел на остальных. — Но это надо исправлять. Нат медленно поднял голову. — Зачем? Вопрос прозвучал совершенно искренне. Не упрямо. Не резко. Он действительно не понимал. Мейсон чуть улыбнулся, но улыбка вышла усталой. — Потому что однажды рядом будут люди, которых нельзя потерять. Тишина. Кейтлин замерла. — И, если в этот момент ты снова уйдешь куда-то в свою голову, — продолжил он, — ты можешь не успеть вернуться. Нат ничего не сказал. Только отвел взгляд. Мейсон хлопнул ладонями, будто сознательно разрывая тяжелый момент. — А теперь вторая проблема. Саймон фыркнул. — Та самая? — Та самая. Мейсон посмотрел на Натаниэля. — Ты вообще умеешь бить? Пауза. Нат задумался. Серьезно задумался. Потом медленно сказал: — Ножом. В зале воцарилась тишина. Алиса прикрыла лицо рукой. Саймон уставился в потолок. Кейтлин тихо закрыла глаза. Мейсон потер переносицу. — Нет. Руками. Нат нахмурился. — Зачем? — Потому что не все ситуации заканчиваются ножом. — Я могу убежать. — Не всегда. — Тогда уклоняться. — Не всегда. Нат задумался снова. И наконец нехотя произнес: — Тогда… нож? Саймон не выдержал и рассмеялся. Даже Алиса фыркнула. Мейсон закрыл лицо рукой. Кейтлин тихо улыбнулась впервые за последние минуты. — Отлично, — сказал Мейсон обреченно. — Значит, начинаем с абсолютного нуля. Нат моргнул. — Я умею драться. — Нет, — спокойно ответил Мейсон. — Тебя учили выживать. И впервые за все время Натаниэль не нашел, что ответить. Саймон уже шёл к груше. — Иди сюда. Нат не двинулся. — Зачем? — Будем учить тебя драться как человека, а не как призрака из страшных историй. Мейсон усмехнулся. — Сначала удар. — Потом второй. — Потом объясним, что не всё решается уклонением. Нат медленно подошел. С грушей они провозились ещё почти час. Саймон оказался ужасно упрямым тренером. Натаниэль — ещё более упрямым учеником. Потому что учился он действительно быстро. Слишком быстро. Стоило показать движение дважды — и он уже повторял. После третьего раза исправлял ошибки сам. После пятого начинал подстраивать под себя. Это одновременно восхищало и раздражало. — Нет, нет, нет, — Саймон опустил лапы. — Ты опять ушёл в свою фигню. Нат нахмурился. — Какую? — Эту. Он показал руками что-то неопределённое. — Ты опять делаешь движение слишком эффективным. — Это плохо? — Иногда да. Нат искренне не понял. Мейсон, сидевший на мате, усмехнулся. — Ты за пять минут превратил обычный удар в способ сломать человеку ребра. Нат помолчал. — Но я же не сломал. — Потому что груша сопротивляться не умеет. Кейтлин тихо фыркнула со своего места у стены. Она уже давно перестала вмешиваться и теперь наблюдала за происходящим с явным удовольствием. Алиса сидела рядом, крутя в руках пустую бутылку воды. — Он быстро схватывает, — заметила она. — Слишком быстро, — вздохнул Саймон. — Это нечестно. Натаниэль посмотрел на него. — Почему? — Потому что нормальным людям нужно время. Нат пожал плечами. — Меня учили быстро. Тишина продержалась секунду. Мейсон первым её разбил. — Ладно, оставим философию. Переходим к следующей части воспитания. Нат подозрительно посмотрел на него. — Воспитания? — Социализации. — Кейтлин уже этим занимается. Кейтлин довольно улыбнулась. — И он делает успехи. — Да? — Алиса заинтересовалась. — Проверим. Нат посмотрел на них спокойно. Вчера он путался в половине разговоров. Сегодня уже нет. — Хорошо, — Алиса подалась вперёд. — Кто такой Дарт Вейдер? — Отец Люка Скайуокера. Спойлер, который знают все. Мейсон моргнул. — Ладно. Что такое мем? — Шутка, распространяющаяся через интернет. Часто визуальная. Саймон медленно повернулся к Кейтлин. — Что ты с ним сделала за один день? Она гордо выпрямилась. — Просвещала. Алиса не сдалась. — Марвел или DC? — Зависит от фильма. — Интернет-сленг? — Часть знаю. — TikTok? Нат слегка поморщился. — Источник деградации и хороших рецептов одновременно. В подвале повисла тишина. Кейтлин выглядела слишком довольной собой. Мейсон медленно поднял руки. — Нет, всё. Он обучается как ИИ. Саймон кивнул. — Реально страшно. Нат нахмурился. — Это плохо? — Нет, — сказала Алиса. — Просто жутко. Кейтлин улыбнулась. — Я же говорила. Он быстро учится. Нат перевёл взгляд на неё. И впервые за тренировку уголок его губ едва заметно дрогнул. Совсем немного. Но Кейтлин заметила. Мейсон тоже. И тут же ухмыльнулся. — О-о, смотрите. У нас тут уже улыбки пошли. Нат моментально перестал улыбаться. — Нет. — Да. — Нет. Кейтлин рассмеялась. Саймон хлопнул его по плечу. — Ладно, гений адаптации. Перерыв десять минут, потом продолжаем. На очереди — учить тебя бить так, чтобы не превращать это в покушение. Перерыв длился не десять минут. Минут двадцать. Потому что после часа спаррингов, ударов и попыток объяснить Натаниэлю разницу между «ударить» и «нейтрализовать», все дружно решили, что им нужен воздух. Дверь на террасу рядом с лестницей в сад была открыта. Весенний ветер тянул прохладой, солнце уже поднялось выше, и поместье казалось слишком спокойным для разговора, который они вели час назад. Нат сидел прямо на мате, прислонившись спиной к стене. Рядом лежала бутылка воды. Кейтлин устроилась рядом. Мейсон и Саймон спорили у груши. — Нет, я серьёзно, — говорил Саймон. — Он учится ненормально быстро. — Нет, серьёзно, — передразнил Мейсон. — Меня больше волнует, что он за полчаса подстроил мою технику под себя. Нат поднял голову. — Не твою. Оба повернулись. — Что? — Вашу. Тишина. Алиса засмеялась первой. — Нет, он реально сказал это. Нат нахмурился. — Это плохо? — Нет, это пугающе. Кейтлин тихо усмехнулась. Саймон опустился на мат напротив Ната. — Ладно. Раз ты такой быстрый ученик, проверим ещё кое-что. Нат насторожился. — Что? — Насколько ты понимаешь обычную жизнь. Кейтлин заинтересованно подняла голову. — О, это уже интересно. Мейсон сел рядом. — Допустим. Тебе семнадцать. Ты идёшь гулять с друзьями. Что делаешь? Нат задумался. — Иду. — Дальше. Пауза. — Гуляю? Алиса фыркнула. Саймон потёр переносицу. — Конкретнее. Нат посмотрел на Кейтлин. Она улыбалась. Предательски. — Разговариваю? — Уже лучше. Мейсон включился: — Куда идёшь? — Не знаю. — Кино? — Можно. — Торговый центр? — Уже был. Кейтлин довольно кивнула. — Он выбрал одежду. — Сам? — удивилась Алиса. — С моей помощью. Нат поправил: — Ты выбирала. Я соглашался. — Это называется помощь. Мейсон хмыкнул. — Ладно. Последний вопрос. Ты гуляешь с друзьями. Они предлагают сфотографироваться. Что делаешь? Нат замолчал. Долго. Слишком долго. Кейтлин уже начала догадываться. — Нат?.. Он медленно повернулся. — Зачем? Тишина. Алиса закрыла лицо рукой. Мейсон тихо засмеялся. Саймон уткнулся взглядом в потолок. Кейтлин покачала головой. — Потому что люди любят фотографии. — Но зачем? — Память. Нат задумался. Серьёзно. Как над тактикой. Как над спаррингом. — У меня нет фотографий. Тишина исчезла мгновенно. Кейтлин перестала улыбаться. Мейсон отвёл взгляд. Алиса медленно опустила руку. Нат, кажется, только сейчас понял, что сказал. Спокойно добавил: — Только документы. Кейтлин молча достала телефон. Нат посмотрел на неё. — Что ты делаешь? Она подняла камеру. Щёлк. Нат моргнул. — Что— — Теперь есть первая. Он замер. Кейтлин посмотрела на экран. На фотографии Нат сидел у стены подвала, слегка растрёпанный после тренировки, с непонимающим выражением лица и бутылкой воды в руке. Живой. Настоящий. Не документ. Она улыбнулась. — Начало коллекции. Не спорь. Нат открыл рот. Закрыл. И впервые за весь день не нашёл, что ответить. Нат ещё несколько секунд смотрел на телефон в её руках. Потом перевёл взгляд на неё. Потом обратно. Будто пытался понять, что именно сейчас произошло. Кейтлин уже убрала телефон. Слишком быстро. Подозрительно быстро. Мейсон усмехнулся. — Всё. Поздно. Теперь ты официально существуешь. Нат нахмурился. — Я и раньше существовал. — Не так. Он не стал объяснять. Кейтлин тоже. Потому что не знала как. Как объяснить человеку, у которого были только фотографии для документов, что иногда снимки делают не для отчётов. Не для дел. Не потому, что нужно. А потому что хочется запомнить. Саймон хлопнул ладонями по коленям и поднялся. — Ладно. Хватит сентиментальности. Продолжаем. Натаниэль сразу встал следом. Слишком быстро. Будто отдых закончился ещё минуту назад. Саймон повёл плечами. — Хорошо. Следующий урок. Он снова поднял лапы. — Удар. Нормальный удар. Нат встал напротив. Кейтлин осталась сидеть, а Алиса уже устроилась рядом с ней. Мейсон прислонился к стойке с ножами. — Помни, — сказал Саймон. — Не целься убить лапу. — Она же не живая. — Ты понял, о чём я. Нат не ответил. Первый удар. Глухо. Слишком резко. Второй. Лучше. Третий. Саймон остановил его. — Стоп. Нат замер. — Ты опять уходишь. Пауза. — Что? Саймон опустил лапы. — Взгляд. Кейтлин подняла голову. Нат стоял неподвижно. И правда. Опять. Глаза стали другими. Тише. Дальше. Мейсон выпрямился. — Эй. Нат моргнул возвращаясь. — Что? Мейсон подошёл ближе. — О чём думал? — Ни о чём. — Врёшь. Нат опустил взгляд. Тишина. Саймон вздохнул. — Ладно. Меняем тактику. Он убрал лапы. — Перерыв от ударов. Нат поднял голову. — Что тогда? Мейсон вдруг усмехнулся. Плохо. Очень плохо. Кейтлин сразу это заметила. — Нет, — сказала она раньше, чем он успел открыть рот. — Да. — Мейсон. — Кейтлин. Он повернулся к Нату. — Раз уж ты так быстро учишься… Нат подозрительно сощурился. — Что? — Проверим культурную адаптацию. Алиса уже улыбалась. Саймон тоже понял и тихо засмеялся. Кейтлин закрыла глаза. — Вы ужасные. Мейсон сел напротив Ната. — Итак. Ситуация. Нат напрягся сильнее, чем на спарринге. — Ты идёшь гулять с девушкой. Нат моргнул. Кейтлин медленно повернула голову. Алиса перестала дышать от интереса. Мейсон продолжил с абсолютно серьёзным лицом: — Что делаешь? Пауза. Долгая. Очень долгая. Нат наконец ответил: — Иду. Саймон согнулся пополам от смеха. Кейтлин зажала рот рукой. Мейсон держался. Пока. — Хорошо. Она говорит: «Мне холодно». Нат задумался. Серьёзно. Слишком серьёзно. — Проверяю температуру. Алиса сползла со скамьи. Мейсон отвернулся. Саймон уже не смеялся — он задыхался. Кейтлин закрыла лицо руками. Нат переводил взгляд с одного на другого. Искренне не понимая проблему. — Что? Мейсон выдохнул. — Господи, мы его ещё и этому учить будем. — Чему этому? — насторожился Нат. Мейсон посмотрел на него с выражением человека, который внезапно осознал масштаб работы. — Социальным взаимодействиям. — Я умею взаимодействовать. Четыре взгляда одновременно повернулись к нему. Нат нахмурился. — Что? Кейтлин всё ещё сидела, закрыв лицо ладонью, но плечи подрагивали от смеха. Алиса уже откровенно лежала на мате. Саймон вытирал глаза. Мейсон вздохнул. — Ладно. Ситуация номер два. Девушка говорит: «Мне холодно». Нат кивнул. — Да. — Что делаешь? Он подумал. — Даю плед. Мейсон поднял палец. — Уже лучше. Нат чуть выпрямился. — Или чай. — Хорошо. — Или закрываю окно. — Отлично. — Или проверяю, не заболела ли она. Кейтлин тихо хмыкнула. Мейсон кивнул. — Нормально. Нат немного расслабился. И тут Мейсон добил: — А ещё можно отдать куртку. Тишина. Натаниэль моргнул. — Зачем? Саймон снова согнулся. Кейтлин уткнулась лбом в колени. Алиса застонала: — Он безнадёжно практичный… Нат всё ещё выглядел оскорблённым логикой происходящего. — Но тогда холодно будет мне. Мейсон молча посмотрел в потолок. — Всё. Я сдаюсь. Кейтлин наконец подняла голову. — Нет, подожди. Все повернулись к ней. Она улыбалась. Очень нехорошо. Нат сразу это заметил. — Что? — Моя очередь. — Нет. — Да. Она пересела ближе. — Ситуация. Ты гуляешь с человеком, который тебе нравится. Нат замер. Мейсон резко заинтересовался стеной напротив. Саймон перестал смеяться. Алиса села. Кейтлин продолжила слишком спокойно: — И этот человек устал. Нат молчал. — Что делаешь? Пауза. Долгая. — Спрашиваю, хочет ли он домой. Кейтлин кивнула. — Хорошо. — Или отдохнуть. — Ещё лучше. Нат нахмурился. — Или… Он замолчал. Все ждали. — Купить кофе? Алиса прижала руку к груди. — Это даже мило. Нат повернулся к ней. — Почему? Мейсон усмехнулся. — Потому что это забота. Нат замер. Будто слово было новым. Кейтлин заметила это первой. Он правда задумался. Не над ситуацией. Над словом. Забота. Она тихо сказала: — Ты уже это делаешь. Нат поднял взгляд. — Что? — Заботишься. Он нахмурился сильнее. — Нет. — Да. — Нет. Кейтлин улыбнулась. — Ты вчера вернулся в торговый центр за пакетом, который я забыла. Нат открыл рот. Закрыл. — Это было логично. — И сегодня утром ушёл бегать один, потому что не смог меня разбудить. — Я не хотел мешать. — И на завтраке отдал мне последний тост. Нат молчал. Мейсон тихо ухмыльнулся. Саймон выглядел так, будто смотрел сериал. Алиса вообще не скрывалась. Кейтлин наклонила голову. — Ты заботишься, Нат. Тишина. Он отвёл взгляд. Очень быстро. Слишком быстро. И Мейсон вдруг хлопнул в ладони. — Ладно! Хватит психологических атак. Все дёрнулись. Он встал. — Возвращаемся к тренировке. Нат поднялся почти сразу. Слишком быстро. Будто побег. Мейсон заметил. Кейтлин тоже. Но ничего не сказала. Пока Нат отходил к груше, она только посмотрела ему вслед. А потом опустила взгляд на телефон. На первую фотографию. И улыбнулась. Натаниэль встал перед грушей раньше, чем Мейсон успел договорить. Слишком быстро. Слишком ровно. Будто разговор последних минут вообще не происходил. Будто он не сбежал. Мейсон переглянулся с Саймоном. Саймон едва заметно качнул головой: не сейчас. Кейтлин тоже ничего не сказала. Только поднялась с мата и отошла ближе к стене. Нат уже стоял в стойке. Собранный. Спокойный. Закрытый. Саймон подошёл к нему. — Ладно. Продолжаем. Но теперь по-другому. Не бей. Нат моргнул. — Что? — Не бей. Двигайся. Это он понял сразу. Первый шаг. Второй. Уклон. Поворот корпуса. Смена позиции. Он двигался легко. Слишком легко. Почти бесшумно. Не как боец. Как тень. Мейсон нахмурился. Алиса тоже перестала улыбаться. Саймон резко шагнул вперёд. Нат ушёл. Ещё шаг. Снова ушёл. Быстро. Странно. Красиво. И неправильно. Потому что это не было спортом. Это было выживанием. Саймон остановился. — Стоп. Нат замер. — Что? Саймон посмотрел на него несколько секунд. — Тебя так учили двигаться? Тишина. Нат молчал. Кейтлин напряглась. Мейсон тоже выпрямился. — Я так привык, — спокойно ответил Нат. Саймон медленно кивнул. — Понятно. Он отошёл назад. Потом вдруг улыбнулся. — Тогда меняем тему. Нат насторожился. Слишком быстро. Саймон усмехнулся шире. — Раз уж сегодня день просвещения. Кейтлин сразу поняла. — Нет. — Да. Алиса уже улыбалась. Мейсон выглядел заинтересованным. Нат обречённо посмотрел в потолок. — Почему я чувствую угрозу? — Потому что она есть, — честно сказал Мейсон. Саймон сел на край мата. — Вопрос. Что ты знаешь о музыке? Натаниэль чуть расслабился. — Немного. — Исполнители? — Несколько. — Любимый жанр? Пауза. Нат задумался. — Не знаю. Кейтлин моргнула. — В смысле? Он пожал плечами. — Я не слушал достаточно. Тишина. Алиса первой поднялась. — Всё. Экстренная музыкальная терапия. Она уже тянулась к телефону. Нат сразу насторожился. — Что ты делаешь? — Исправляю ситуацию. Через секунду по залу заиграла музыка. Нат вздрогнул. Не сильно. Почти незаметно. Но Кейтлин увидела. Алиса ничего не заметила. — Так. Классика. Современное. Немного рока. Потом поп. Нат посмотрел на неё. — Это тренировка или пытка? Мейсон фыркнул. Саймон усмехнулся. Кейтлин подошла ближе. Музыка всё ещё играла тихо на фоне. Она встала рядом. — Расслабься. Нат перевёл взгляд. — Я расслаблен. Она улыбнулась. — Ты стоишь как человек, который готов выпрыгнуть в окно. Пауза. Нат посмотрел на окно. Кейтлин засмеялась. — Нет, Нат. Это была не инструкция. Мейсон согнулся пополам. Саймон закашлялся от смеха. А Нат, к всеобщему удивлению, вдруг тоже чуть улыбнулся. Совсем немного. Но уже без попытки спрятать. Улыбка исчезла почти сразу. Но недостаточно быстро. Все заметили. Абсолютно все. Нат понял это секунды через две. И сразу вернулся к привычному лицу. Поздно. Мейсон ухмыльнулся. — О, нет. Всё. Записано. Нат посмотрел на него. — У тебя тоже фотография есть? Алиса прыснула. Мейсон замер. Саймон медленно повернулся. Кейтлин прикусила губу. — Что? Нат спокойно стоял. — Раз уж мы документируем всё подряд. Тишина. Мейсон медленно прищурился. — Это была колкость? Нат пожал плечами. — Нет. Наблюдение. Саймон засмеялся первым. Алиса почти сползла обратно на мат. Кейтлин уже откровенно улыбалась. Мейсон ткнул в него пальцем. — Всё. Он научился. — Чему? — Сарказму. Нат нахмурился. — Я и раньше умел. — Нет, раньше ты угрожал людям фактами. — А сейчас? Мейсон оскорблённо приложил руку к груди. — Сейчас ты угрожаешь мне лично. Музыка сменилась. Что-то более быстрое. Алиса оживилась. — Ладно! Раз уж тренировка пошла куда-то не туда— — Она туда и не шла, — заметил Нат. Саймон закашлялся от смеха. Алиса указала на него. — Вот! Вот это! Нат непонимающе моргнул. Кейтлин тихо сказала: — Ты стал чаще отвечать. Он повернулся к ней. — Я и раньше отвечал. Мейсон сразу: — Нет. Раньше это было «да», «нет» и взгляд, будто мы все умрём. Нат задумался. Потом серьёзно кивнул. — Справедливо. Тишина. Саймон снова засмеялся. Кейтлин уже не скрывала улыбку. Алиса вдруг хлопнула в ладоши. — Хорошо. Новый урок. Нат устало посмотрел в потолок. — Сколько их вообще? — Много. — Это был риторический вопрос. Мейсон усмехнулся. — Поздно. Алиса встала перед ним. — Учимся шутить. Нат нахмурился. — Зачем? — Потому что ты смешной случайно. Надо научить специально. — Это оскорбление? — Немного. Он задумался. Потом спокойно кивнул. — Тогда у меня получается. Кейтлин отвернулась. Плечи уже дрожали. Мейсон посмотрел на неё. — Ты чего? Она сквозь смех махнула рукой. — Ничего… просто… он реально отвечает… Нат перевёл взгляд. — Это плохо? Она подняла голову. Улыбка всё ещё оставалась. — Нет. Тихо. — Наоборот. На секунду стало тише. Даже музыка будто ушла на задний план. Нат замер. Кейтлин тоже будто поняла, что сказала это слишком искренне. Мейсон медленно посмотрел в сторону. Саймон резко заинтересовался грушей. Алиса — потолком. Нат отвёл взгляд первым. И очень спокойно произнёс: — Хорошо. Пауза. Потом добавил: — Тогда продолжу. Мейсон медленно повернулся. — О нет. Нат посмотрел прямо на него. Лицо абсолютно серьёзное. — Ты выглядишь как человек, который спорит с инструкциями. Секунда тишины. Кейтлин согнулась пополам. Саймон сел на мат прямо там, где стоял. А Мейсон молча смотрел на него. — Я забираю свои слова обратно. — Какие? — Ты опасен. Не из-за ножей. Из-за языка. И это мы сами сделали. — Поздно жаловаться, — невозмутимо сказал Нат. Саймон всё ещё сидел на мате, пытаясь перестать смеяться. — Нет, серьёзно… ещё пару часов нвзвд он смотрел на нас как на странных людей… — Вы и есть странные люди, — заметил Нат. Тишина. Алиса медленно повернулась. — О. Кейтлин закрыла лицо рукой. Мейсон уставился на потолок. — Я воспитал монстра. — Ты знаком со мной меньше суток. — Но каких суток! Нат чуть склонил голову. — Справедливо. Кейтлин уже откровенно смеялась. Музыка снова переключилась. На этот раз — что-то более спокойное. Алиса поднялась. — Ладно. Перерыв. Саймон тоже встал. Мейсон потянулся. А Нат остался стоять у груши. Руки опущены. Плечи ровные. Взгляд куда-то в сторону. Кейтлин заметила это первой. Он не подошёл к ним. Не сел. Просто остался там. Будто автоматически занял место подальше. Она подошла сама. Нат повернул голову. — Что? — Ничего. Она остановилась рядом. — Просто стоишь отдельно. Он посмотрел на остальных. Они спорили о чём-то у колонны. Алиса что-то доказывала, размахивая руками, Мейсон спорил ради спора, Саймон смеялся. Нат пожал плечами. — Привычка. Ответ прозвучал слишком быстро. Кейтлин немного помолчала. — Не обязательно. Он перевёл взгляд. — Что? — Стоять отдельно. Тишина. Издалека донеслось: — Это был мой чай! — Теперь наш! — МЕЙСОН! Нат невольно посмотрел туда. Кейтлин улыбнулась. — Видишь? — Вижу хаос. — И людей. Он замолчал. Потом неожиданно сказал: — Это одно и то же. Она тихо засмеялась. Позади них раздался голос Мейсона: — Так! Социальный эксперимент! Нат сразу нахмурился. — Нет. — Ты ещё не знаешь какой. — Это не влияет на ответ. Саймон фыркнул. Алиса уже улыбалась слишком подозрительно. Мейсон подошёл ближе. — Задание простое. Мы показываем тебе вещи из поп-культуры, а ты говоришь, что о них думаешь. Нат подозрительно прищурился. — Это безопасно? — Нет, — честно ответил Саймон. Кейтлин тихо засмеялась. Алиса уже открывала телефон. Первая картинка. Нат посмотрел. Пауза. — Кто это? Все замерли. Кейтлин медленно моргнула. Мейсон подался вперёд. — Ты не знаешь? Нат ещё раз посмотрел. — Нет. Саймон выдохнул. Алиса прижала руку к груди. Кейтлин почти шёпотом: — Нат… это Шерлок. Нат посмотрел на неё. Потом снова на экран. Потом очень спокойно сказал: — Он выглядит как человек, который не спал трое суток и осуждает чужие решения. Молчание. Мейсон согнулся пополам. Саймон отвернулся. Алиса уже не дышала от смеха. Кейтлин медленно села обратно на мат. Нат нахмурился. — Что? — Ничего, — выдавил Саймон. — Ты только что идеально описал его. Нат пожал плечами. — Тогда он мне не нравится. Кейтлин подняла голову. — Почему? Он подумал секунду. — Конкуренция. На секунду стало тихо. Потом Мейсон просто рухнул на ближайший мат. — Всё. Я больше не могу. Саймон уткнулся лбом в ладонь. Алиса уже смеялась в голос. Кейтлин смотрела на Ната так, будто не понимала, шутит он или нет. Сам Нат выглядел абсолютно серьёзным. Она осторожно спросила: — Ты пошутил? Он немного подумал. — Возможно. Мейсон резко сел. — О нет. Он ещё и сам не понимает, когда шутит. — Это называется талант. — Это называется угроза обществу. Нат перевёл на него спокойный взгляд. — Ты преувеличиваешь. — Нет, я защищаю мир. Саймон поднялся с пола. — Ладно. Следующий. Алиса уже листала телефон. Нат обречённо выдохнул. — Сколько их? — Много. — Вы все любите это слово. Следующей была фотография супергероев. Нат посмотрел. Долго. Очень долго. Потом указал на одного. — Этот. — Почему? — Выглядит как человек, который сначала делает, потом думает. Мейсон немедленно: — Тони Старк? — Нет, этот, — Нат указал на другого. Саймон прыснул. — Это Тор. Нат задумался. — Тогда логично. Кейтлин уже улыбалась. Алиса перелистнула. Следующее фото. Нат замер. Кейтлин сразу заметила. Экран показывал сцену из старого боевика. Человек с пистолетом. Тёмный коридор. Подвал. Всего на секунду. Но этого хватило. Нат моргнул. Один раз. Плечи слегка напряглись. И исчезло всё. Улыбка. Сарказм. Спокойствие. Кейтлин сразу забрала телефон у Алисы. — Дальше. Алиса замерла. Тоже поняла. — Прости. Нат уже смотрел в сторону. Лицо снова стало пустым. Мейсон тихо выпрямился. Саймон больше не улыбался. Кейтлин сделала шаг ближе. — Нат? — Всё нормально. Слишком быстро. Она вздохнула. — Это не ответ. Он молчал. Тишину неожиданно разорвал Мейсон. Очень обычным голосом. — Ладно, новая тема. Все повернулись. Он сел на мат, облокотившись о стену. — Кто в мире поп-культуры больше всего похож на Ната? Нат посмотрел на него. — Никто. — Это не тебе решать. — Мне кажется, мне. Саймон снова хмыкнул. Напряжение чуть ослабло. Алиса задумалась. — Не Шерлок. — К счастью, — заметил Нат. — Не герой боевика. — Тоже к счастью. Мейсон прищурился. — Знаете… он чем-то напоминает кота. Тишина. Нат медленно повернулся. — Что? — Ну серьёзно! Смотри. Худой. Подозрительный. Шипит на людей. Убегает от чувств. Иногда исчезает. Иногда смотрит так, будто знает, где спрятан труп. Кейтлин закашлялась от смеха. Саймон отвернулся. Алиса уже не пыталась держаться. Нат молчал. Очень долго. Потом спокойно сказал: — Я принимаю только последние два пункта. Мейсон победно ткнул пальцем. — Значит, остальное тоже правда. — Это не так работает. — Уже работает. Нат посмотрел на Кейтлин. — Они всегда такие? Она улыбнулась. — Обычно хуже. Он вздохнул. И впервые за последние минуты снова немного расслабился. — Ужасно. Но в голосе больше не было холода. Только усталое, почти привычное смирение. Но он не ушёл. Не отошёл к стене, не закрылся, не сделал того почти незаметного шага назад, который делал всегда, когда людей вокруг становилось слишком много. Он остался сидеть рядом. Кейтлин заметила это первой. Нат сидел на краю мата, локти на коленях, в руках всё ещё крутил тренировочный нож — уже автоматически, почти не замечая. Металл исчезал между пальцами и снова появлялся. Мейсон проследил за движением. — Это, кстати, тоже жутко. Нат не поднял головы. — Что именно? — Ты не смотришь на нож. — А зачем? Мейсон уставился. — В смысле «зачем»? Нат наконец посмотрел на него. — Я знаю, где он. Повисла тишина. Саймон медленно повернулся к Алисе. — Я забираю назад слова про кота. — Нет, кот остаётся, — невозмутимо ответила она. Кейтлин тихо фыркнула. Мейсон покачал головой. — Ладно. Раз уж у нас перерыв… Нат, вопрос. Он сразу насторожился. Это было почти незаметно — чуть поднялись плечи. — Какой? — Тебя вообще чему-нибудь учили для обычной жизни? Нат замолчал. Прокрутил нож ещё раз. Ещё. Потом пожал плечами. — Выживать. Тишина снова опустилась. На этот раз тяжелее. Кейтлин отвела взгляд. Мейсон перестал улыбаться. Саймон сидел неподвижно. Нат будто не заметил. Сказал спокойно, почти равнодушно: — Бегать. Прятаться. Запоминать маршруты. Следить за людьми. Менять внешность. Стрелять. Ножи. Не спать долго. Уходить быстро. Он немного подумал. — Ещё готовить. Кейтлин моргнула. — Готовить? — Да. — Что? — Всё. Мейсон недоверчиво прищурился. — Всё? — Всё. — Блины? — Да. — Лазанью? — Да. — Пирог? — Да. Саймон поднял брови. — Серьёзно? Нат пожал плечами. — Если долго жить в мотелях, учишься. Алиса смотрела на него несколько секунд. Потом тихо спросила: — А что тебе нравится? Он поднял взгляд. — В смысле? — Из еды. Он замолчал. По-настоящему замолчал. Не потому, что не хотел отвечать. Потому что… думал. Долго. Очень долго. Мейсон первым понял. Улыбка исчезла. Нат медленно опустил взгляд обратно на нож. — Не знаю. Комната затихла. Он сказал это спокойно. Без горечи. Без боли. Просто факт. Как будто вопрос был странным. Как будто у него никогда не было причины об этом думать. Кейтлин почувствовала, как что-то неприятно сжалось внутри. Мейсон выдохнул. И вдруг хлопнул ладонями по коленям. — Всё. Решено. Нат поднял голову. — Что? — Сегодня вечером готовим. — Что? — Семейный совет постановил. — Я не в семье. Фраза вылетела быстрее, чем он успел подумать. Тишина. Нат замер. Кейтлин резко повернулась. Мейсон больше не улыбался. Саймон спокойно посмотрел на него. А потом сказал: — Пока спорный вопрос. Нат нахмурился. Алиса закрыла телефон. — Но ты уже живёшь в доме. Саймон кивнул. — Споришь с нами. Кейтлин тихо добавила: — И бегаешь один, пока я сплю. Нат посмотрел на неё. Она улыбалась. Совсем немного. — Так что привыкай. Он отвёл взгляд. Покрутил нож. И впервые за день не нашёл колкости. Вечер подкрался незаметно. День, который утром казался бесконечным, рассыпался на тренировки, споры, замечания Саймона, спокойные объяснения Алисы, язвительные комментарии Мейсона и бесконечные попытки заставить Натаниэля ударить хоть что-нибудь сильнее груши. Безуспешно. Он бил уже лучше. Но всё ещё не так, как человек, который хотел причинить вред. Скорее как человек, который учился существовать по новым правилам. К тому моменту, когда они поднялись из подвала, за окнами поместья уже темнело. Нат машинально задержался у двери. Обернулся. Зал пустел. Маты лежали на месте. Свет тира был выключен. Оружие убрано. Тихо. Обычно подвалы заканчивались иначе. Криками. Кровью. Приказами. Он моргнул. И пошёл наверх. Кухня оказалась шумной. Мейсон уже объявил себя главным поваром, Саймон выглядел так, словно жалел обо всех жизненных выборах, Алиса резала овощи с точностью хирурга, а Кейтлин сидела прямо на столешнице и наблюдала за хаосом. Нат остановился в дверях. — Почему ощущение, что сейчас что-то взорвётся? Мейсон повернулся. — Потому что Саймон готовит. — Я буквально режу хлеб. — И всё равно опасно. Нат хмыкнул. Кейтлин сразу подняла голову. Поймала этот звук. Он заметил слишком поздно. — Что? Она улыбнулась. — Ничего. — Ты странная. — Ты тоже. — Меня уже уведомили. Мейсон фыркнул. — Сарказм крепнет. Саймон поставил перед Натом тарелку. — Держи. Он машинально взял. Замер. Потом поднял взгляд. — Почему мне первому? Все вдруг стали очень заняты. Мейсон изучал потолок. Кейтлин рассматривала ногти. Алиса продолжала резать овощи. Саймон пожал плечами. — Потому что ты после тренировки. Нат смотрел ещё пару секунд. Потом сел. Тихо. Без спора. Позже, когда ужин закончился и дом начал затихать, Нат стоял у окна своей комнаты. За стеклом темнел сад. Фонари мягко освещали дорожки. Где-то далеко шумел ветер. Снизу доносились голоса. Обычные. Спокойные. Живые. Он опёрся плечом о раму. Сегодня его проверяли. Учили. Спорили с ним. Смеялись над ним. Кормили. Заставляли отвечать. Считали частью разговора. Это было странно. Непривычно. Пугающе. И почему-то… Нормально. Стук в дверь. Нат сразу обернулся. — Да? Кейтлин заглянула внутрь. — Не спишь? — Пока нет. Она кивнула. Помолчала. — Доброй ночи, Нат. Он замер. Простые слова. Настолько простые, что почти нелепые. Но почему-то ответ пришёл не сразу. — …Спокойной ночи, Кейтлин. Она улыбнулась и закрыла дверь. Комната снова погрузилась в тишину. Нат ещё несколько секунд смотрел на неё. Потом отвернулся к окну. За стеклом ветер качал деревья. А внизу кто-то смеялся. Впервые за очень долгое время дом не казался временным. И это было страшнее любой тренировки. И одновременно — почему-то — немного меньше пугало. Завтра будет новый день. Новые тренировки. Новые правила. И, кажется, новые люди, которых он уже не мог назвать чужими.