Два сердца бьются как одно

— И, оп! Осторожней, господин Шэнь. Сильные руки без особого труда подняли его в воздух и усадили в простую деревянную повозку, наполовину наполненную разными поклажами. Шэнь Цзю уже даже несколько привык к таким вольностям, и позволял. Они тронулись, и довольно быстро покинули город. Солнце стояло высоко, когда повозка, наконец, выбралась из тенистой местности на открытую дорогу, и колёса застучали по сухой земле, поднимая лёгкие облачка пыли. Шэнь Цзю сидел, прислонившись спиной к плетёным корзинам, с равнодушием осматривая проплывающие мимо холмы. Лето было в самом разгаре. Поля уже стояли в золотистом мареве, ветер нёс запах нагретой солнцем травы и полевых цветов — здесь, без гула города, мир казался совсем иным. Птицы пели где-то вдалеке. А подёрнутые сиреневой дымкой очертания горного хребта Цанцюн уже угадывались на горизонте. Он поймал себя на том, что впервые за много лет просто… Смотрит. Не выслеживает, не оценивает, не ищет пути к отступлению. Просто смотрит на дурацкие холмы и слушает, как Тяньлан без умолку болтает рядом. Ветер трепал волосы, и юноша прикрыл глаза, позволяя солнечному свету согреть лицо, пока демон снова что-то увлеченно рассказывал: — …и тогда я подумал: если в человеческом мире столько всего, о чём мы даже не догадываемся, почему бы не воспользоваться? Возьмите хотя бы медицину. У нас, демонов, регенерация отличная, но когда случаются осечки — это всегда смертельный исход. А у людей столько трав, настоек, хитрых способов… Я уже отправил в наше царство несколько трактатов и образцов. Тяньлан говорил, и его голос то повышался, то снова становился задумчивым. Шэнь Цзю покосился на него — на этот раз без привычной насмешки: — Ты читаешь медицинские трактаты? — Да, — Тяньлан не считал это чем-то выдающимся, закинув руки за голову и глядя в небо. — И по астрономии, и по градостроительству, и по земледелию. У вас, людей, столько всего, что мы даже не думали развивать. Демоны сильнее — но именно из-за этого застыли в своём величии на тысячу лет. — Он презрительно усмехнулся, — Высокомерие мешает прогрессу, влечёт за собой войны и хаос. А вы — такие слабые, поэтому вынуждены изобретать. С резким порывом ветра, на голову Шэнь Цзю мягко спикировал почерневший лепесток бамбука. Он лениво прикрыл глаза и едко заметил: — Если в царстве демонов нет ремесленников и врачей, кто будет эти трактаты читать? — О, вы не правы, господин Шэнь. — Тяньлан чуть повернул голову, — Ремесленники и врачи у нас тоже имеются. И они вряд ли откажутся от новых знаний. Шэнь Цзю не ответил сразу. Вместо этого он проводил взглядом одинокого ястреба, чертившего круги над полем. От вида этого становилось тревожно: — Хм. Но разве было обязательно отправлять правителя собирать информацию? Ты слишком важная персона для этого. Слишком важная персона, да? Тяньлан замолчал, и едкое, неприятное чувство снова подступило к горлу. В его голове пронеслись воспоминания о прошлом: пустые дворцовые коридоры, где шаги отдаются эхом от стен — и никогда ни одной живой души, если он не позовёт сам. Бесконечные лживые улыбки демонов, которые шепчут слова почтения, но в глазах читается жажда наживы. Советники, что кланяются в пояс, а за спиной плетут интриги. Он ненавидел всё это. Статус правителя для него оказался не славой, а клеткой — на него навесили пустые обязанности, от которых он в конце концов и сбежал. Он считал: с чего бы я должен себя ограничивать? Променял трон на дорогу, да... Но ведь все ещё не отрекся. Эти сомнения... Что, неужели тебе не плевать на свою страну и на то, как в будущем царство демонов будет существовать, Ван Тяньлан? Сколько ещё ты будешь бежать от ответственности? Сколько... Он отбросил эти неприятные мысли, решив скрыть правду. Только небрежно пожал плечами: — Я сделаю всю работу намного качественнее и быстрее, чем мои подчиненные, и меня, в отличии от них, не так уж легко убить. Выходит, отдавать это задание слугам — слишком много пустых затрат ради посредственного результата. Не стоит того. — Да, да. Простого «я хочу» было бы достаточно. — Ха-ха-ха! Демон, на мгновение впавший в задумчивость, беззаботно рассмеялся и снова расслабился. Шэнь Цзю же подумал: «Само твое нахождение здесь слишком подозрительно, вне зависимости от причин. Не жди, что я поверю в твою отговорку» Демон, тем временем, убрал листок с головы Шэнь Цзю и меланхолично спросил, слегка наклонив голову: — Господин Шэнь. Вы, кажется, первый человек из тех, кого я встречал, кто не изменил своего отношения после того, как узнали, что я правитель демонов. Вы совсем меня не боитесь. Почему? Шэнь Цзю вздохнул, и снова цокнул языком, закатив глаза. То не бойся меня, то почему не боишься. Чего ты, блять, пристал ко мне? Человек ответил демону, даже не задумываясь: — Разве мы с тобой чем-то отличаемся? Шэнь Цзю повернулся на демона, и от взгляда его зелёных глаз у Тяньлана пробежали мурашки. Искренность и равнодушие, но... — Вы действительно... Ха-ха-ха-ха, господин Шэнь. Вы не перестаете меня удивлять, — он улыбнулся очень искренне, — Разве вы встречали демонов раньше, чтобы так думать? — Раньше... «Люди отвратительны, про демонов говорят тоже самое. Не вижу никакого конфликта в своем суждении» Шэнь Цзю потянулся к фляге с водой, сделал маленький глоток, чтобы затем вернуться к интересующему его вопросу: — Вы сказали о гончих. Как именно вы с ними связываетесь? Как они выглядят и как им удаётся обходить заклинателей стороной? — О! Я могу показать хоть сейчас. Но вы не отве- — Покажи. Тяньлан обреченно вздохнул: ладно, он не будет настаивать. Он щёлкнул пальцами — и в тот же миг между ними возникло существо. Оно было небольшим, лохматым, и легко помещалось у него на ладони. Маленький чёрный шарик лежал неподвижно, и только Шэнь Цзю осторожно протянул к нему руку, как бац! Шарик распахнул свои крошечные круглые глазёнки и широко раскрыл пасть, будто новорождённый птенец, требующий пищу. Шэнь Цзю на мгновение замер, сосредоточенный, но немного сбитый с толку: — Что… Он пытается меня укусить? — Ха-ха-ха, нет, господин Шэнь. — Тяньлан откинулся на тюки, довольно наблюдая за его реакцией. — Он ждёт, чтобы вы дали ему табличку с сообщением. — А дальше? Шэнь Цзю никогда не видел демонов или духов вживую, даже путешествуя с У Яньцзы. Он с научным интересом осматривал чёрный комочек, наклоняя голову то в одну, то в другую сторону. Когда же тот, не дождавшись еды, мило чихнул, Шэнь Цзю невольно улыбнулся — краешками губ, почти незаметно. Ван Тяньлан не торопил. Он только смотрел на эту улыбку и находил её крайне привлекательной: — Эти существа возникают ради одной простой задачи, — мягко продолжил он объяснение. — Как только выполняют её, доставляя сообщение получателю, то тут же исчезают. Удобно то, что духовной энергии на их создание требуется немного, и они совсем незаметные. Многие заклинатели о них даже не знают. Шарик устал ждать, и, не получив пищи, растворился в воздухе — медленно, будто растаял на солнце. Шэнь Цзю только разочарованно посмотрел на опустевшую ладонь. Затем перевёл взгляд на демона: — Как они называются? Хочу прочесть про них позже. Демон слегка улыбнулся, в уголках глаз собрались мягкие морщинки: — Боюсь, господин Шэнь, вы не найдёте о них информацию в книгах. — Он гордо сказал, — Я сам их придумал. Повисла пауза. Ветер шевельнул волосы Шэнь Цзю, растрепав их. Он вдруг заметил, что смотрит на Тяньлана так, будто видит его впервые. — …Конечно, это не сложно, — добавил демон, даже не придавая своим талантам значения. — И всё же… Но Шэнь Цзю уже не слушал. Он просто смотрел на этого странного, опасного, бесконечно болтливого демона, который создавал духов из воздуха и отправлял знания в своё царство, записывая по памяти каждую мелочь, в каждом вопросе со страстной жаждой желая добраться до сути. «Я уверен, что знаю едва ли достаточно, чтобы судить, — подумал он. — Но… Его способности действительно заслуживают восхищения. Язык больше не повернётся назвать его идиотом» Он помолчал. «Но он всё ещё очень болтливый» Шэнь Цзю, обладая похожей страстью к изучению нового, как и Ван Тяньлан, поинтересовался: — Тогда, возможно, Достопочтенный мог бы меня научить? — спросил он, убирая прядь волос за ухо. — Создавать этих существ. — Конечно! — Тяньлан просиял. — Протяните руку. Человек спокойно выполнил просьбу, уже нисколько не опасаясь демона, и тот принялся сосредоточенно и вдумчиво объяснять: — Демоническая энергия и энергия, что формируется в золотом ядре заклинателей, имеет разную полярность, но по сути своей аналогична друг другу. Смотрите: вы можете направлять ее, усиливать тело, переводить ее в меч, или даже придавать физическую форму для ударов и прочего. С этими существами всё немного сложнее — ... Шэнь Цзю очень внимательно слушал, но понимал от силы лишь часть. Неудивительно — даже основы заклинательства у него не было возможности выучить хорошо, что уж говорить о слиянии силы и таком точном контроле. Немного отвлекшись, юноша принялся изучать лицо демона перед ним, будто встретив его впервые. В этот момент, он выглядел... Иначе. Вдумчивый, расчетливый, мудрый правитель. Но затем, тот картинно вздохнул и откинулся назад, развалившись на груде мешков: — Вот и всё! Пара движений, и вы сможете повторить. Попробуете? Шэнь Цзю уязвлено подумал про себя: «Ах да, тот самый раздражающий тип людей: я могу сделать это с легкостью, значит это не сложно, и любой так сможет» Он посмотрел на него уничижительно, и признался: — Достопочтенный обо мне слишком хорошего мнения. Я ещё не научился управлять своей духовной энергией, особенно на таком уровне. Он помолчал, собираясь с мыслями. Даже если не может повторить это сейчас, нельзя ударить перед демоном лицом в грязь: — Однако… Общий принцип я понял. Сначала собрать энергию в золотом ядре, затем выпустить её тонкой струёй через кончики пальцев, закручивая в тугую сферу. После этого — мысленно вложить в неё «домашний адрес»: имя того, кому предназначено сообщение, и примерное место, где его искать. А когда сфера замкнётся — отпустить контроль, позволив ей жить свою короткую жизнь. И она сама найдет путь. Тяньлан всё это время слушал, не перебивая, и в его глазах теперь светилось мягкое одобрение. Шэнь Цзю продолжал: — Надеюсь, смогу воссоздать это позже. А сейчас… — юноша запнулся, чувствуя лёгкое смущение. — Не могли бы вы записать это для меня? — Ах? Никак проблем. — Тяньлан полез в рукав и извлёк несколько тонких деревянных пластин, гладких, с едва заметными прожилками древесины. Пластины повисли в воздухе, и на их поверхности сами собой начали проступать символы — будто кто-то выжигал их невидимым огнём. Чёрные, чёткие, без единой помарки. Но Тяньлан даже не прикасался к дереву — его пальцы лишь плавно двигались в воздухе, и каждое движение оставляло след. Шэнь Цзю смотрел, не отрываясь. Это было красиво. Магия, лишённая показной торжественности, простая, но такая могущественная. — Признаться в том, что чего-то не знаешь, тоже нужно иметь смелость, — заметил Тяньлан, не поднимая глаз. — Вы ещё молоды, успеете научиться. Желаю вам успехов на вашем пути. Он закончил писать, аккуратно сдул с пластинки невидимые щепки и протянул Шэнь Цзю. Тот принял подарок, бережно, словно это было не просто дерево, а нечто большее. — Если в Цанцюн вас не примут, — добавил Тяньлан, уже несколько заискивающе, — я мог бы научить вас демоническому искусству. Подумайте об этом. Его собеседник тут же нахмурился: — Разве могут люди использовать демонические техники без вреда для души? — Вреда? — Тяньлан на мгновение замер, будто впервые услышал об этом. Спустя миг, его лицо озарилось пониманием, — Ах, так вот почему все демонические заклинатели из мира людей со временем сходят с ума..! Тогда забудьте, — он махнул рукой, — Цанцюн — неплохой выбор. Уверен, вы там найдёте себе подходящего наставника. Шэнь Цзю пораженно выругался про себя: «То есть, я мог бы свихнуться от твоих демонических техник, а ты даже не знаешь, как это работает?! Стоит будет найти ученика для тренировки и сначала опробовать магию из свитка на нём, а не рисковать самому» Вслух же он сказал: — Найти учителя? Надеюсь, уж получше прежнего, — буркнул юноша, пряча пластинки в рукав. — Самого лучшего, — Тяньлан посмотрел на него с неожиданной серьёзностью. — На другое не соглашайтесь. Школ заклинателей в мире людей достаточно, а раз у вас уже сформировано золотое ядро, всегда можно выбрать другую. Шэнь Цзю ничего не ответил. Он снова откинулся на корзины — дорога перестала быть такой ухабистой, и можно было немного поспать. Но демон, тем временем, принялся рыться в своём мешочке цянькун и с тяжёлым вздохом достал купленную ранее цитру: — Скучно ехать в тишине, — добавил он с ленцой и нотками заигрывания. — Давайте лучше споём! Человек ничуть не удивился и хмыкнул, снова закатив глаза: «Правитель, а развлекается, как ребенок. Однако... За этой легкостью скрывается глубокое дно, — подумал он. — Нужно быть осторожнее» Устроившись поудобнее, юноша снова заправил непослушные пряди волос за ухо, и... Вдруг обнаружил серьгу в ухе. Он растерянно посмотрел на Тяньлана: — Это... Ты сделал? Из-за провалов памяти в последнее время он боялся, что и сам мог ее купить и надеть, а потому даже не мог толком стребовать с Тяньлана ответ. Ему повезло, что на этот раз вина действительно лежала на его демоническом спутнике, и тот без лишних вопросов пояснил: — А, это. Вам было дурно. Эта серёжка — небольшой артефакт из мира демонов. Она собирает духовную энергию и сохраняет избыток, чтобы в момент слабости вы могли использовать этот ресурс. Оставьте себе, не брезгуйте. Она абсолютно безвредна, не волнуйтесь! Заклинатели тоже часто носят подобное. Считайте, это подарок. «...С какой радости демоны дарят что-то малознакомым людям?» Шэнь Цзю благодарить не стал, однако и сережку оставил — решил проверить всё позже, без лишних любопытных глаз. Тяньлана это вполне устроило, и он снова сосредоточил своё внимание на потрепанном музыкальном инструменте: подтянул струны, несколько раз провёл по ним пальцами, а затем, словно кошка, втянул когти на правой руке, и начал играть. Первые ноты звучали уж слишком неловко. Шэнь Цзю в этот момент как раз протянул правую ладонь, чтобы потрогать струны, но его ладонь вдруг... Раздвоилась??? Всё быстро вернулось в норму, будто просто показалось, и ничего не произошло, ничего ведь не произошло? «Галлюцинация? Твою мать@#..!» — Кхм. Этот достопочтенный давно не играл. Позвольте, я попробую снова. Не обратив внимание на неловкость демона, Шэнь Цзю несколько раз нервно провел по руке и внимательно её рассмотрел — видимых изменений нет. Всё тот же уродливый шестой палец, бледная кожа, изящные тонкие пальцы и запястье. Видение быстро растворилось в памяти, словно дурной сон, и он уже спокойнее повторил про себя: «Все в порядке, просто, от жары голова немного... Плывёт. Я...» Шэнь Цзю прижал руку к груди, и растерянно посмотрел вдаль. Повозка двигалась медленно, и две маленькие пичужки, что боролись в грязи, давно остались позади. Однако, у Шэнь Цзю было очень хорошее зрение: совсем в отдалении, ему показалось, он увидел, как одна из птиц, отвоевав свое место под солнцем, выклевывает мозг своему сородичу через глазницу. Вкупе с мерзким видением, Шэнь Цзю затошнило от этой сцены. Он с отвращением отвернулся. Демон, тем временем, сосредоточенно повторял аккорды. Небольшая цитра была довольно старой, с маленькими потертостями и трещинами, но все ещё могла верно служить своему новому хозяину, и спустя некоторое время перестала издавать ужасные звуки, зазвучав мягко, будто строптивая жена наконец подобрела и уделила мужу немного ласки. Он вернул себе немного уверенности, и решился начать играть всерьез: — Ах, не вините меня. Я не слишком хорошо играю, еще только учусь. Шэнь Цзю, только сейчас опомнившись, случайно прокомментировал: — Разве вам свойственна подобная неуверенность? Всё в порядке. У вас еще будет время научиться. Играйте уже. Тяньлан посмотрел на него с благодарностью, и коснулся струн. Шэнь Цзю же плотнее закутался в свой дорожный плащ, и приготовился слушать. Не то чтобы он ожидал чего-то особенного, но демон начал не только играть, но и петь: его низкий бархатный голос успокаивал и перекрывал все фальшивые ноты музыкального инструмента. Песня текла плавно и мягко, и Шэнь Цзю сам не заметил, как немного расслабился, и начал тихо напевать в такт музыке. Приятная спокойная песня о путешествии и жажде свободы прогоняла нарастающую тревогу, и ветер мягко ласкал кожу, а солнце все также согревало... — Вы поёте вместе со мной? — Тяньлан остановил пальцы, и поднял взгляд. — Могу я считать это признанием своего таланта? — Просто от скуки, — ровно ответил Шэнь Цзю. — Иначе вы не попадаете в ритм. — Ха-ха-ха! Тяньлан, вместо того, чтобы рассердиться, расплылся в довольной улыбке, но комментировать не стал. Он запрокинул голову и, глядя на небо, сказал: — Вы знаете, господин Шэнь, я очень рад, что встретил вас. Но мне жаль, что вы меня просто терпите. Даже голову не повернув, уже привыкший к подобным выпадам с его стороны, Шэнь Цзю только лениво перевел на демона взгляд, вопросительно поднимая брови. Повисла пауза. — Не станете отвечать? — Не вижу в этом никакого смысла, — всё же подал голос человек, — Мне удобно путешествовать с вами, а вам, кажется, нравится путешествовать со мной. Разве нужно что-то еще? — Хм. Вы правы, — Тяньлан пожал плечами, и взгляд его снова стал беззаботным. — Мне весело. Вы интересный. Я давно так не развлекался. Пусть будет так. Он сказал это так легко, будто речь шла о погоде. Шэнь Цзю почувствовал странный укол — то ли раздражение, то ли... Его использовали всю жизнь. Сам он использовал других — в ответ, в защиту, в выживание. Но чтобы кто-то позволял себя использовать... Это было за гранью его понимания. — Ты ненормальный, — выдохнул он. — Вовсе нет! — Тяньлан приложил руку к сердцу. — Я ведь, как вы сказали: бестактный, высокомерный... — Разносторонний, образованный, мудрый и романтичный. Не цепляйся к словам. И, хватит расспросов. Вы очень хорошо поете: спойте для меня ещё, Достопочтенный. И Шэнь Цзю широко улыбнулся, зная, что это сработает — и Тяньлан не смог устоять, тут же отвлекаясь от своих мыслей. Его глаза вспыхнули возбуждением: — О, — выдохнул он. — О! — Заткнись и играй, — беззлобно бросил Шэнь Цзю, отворачиваясь. Тяньлан заткнулся. Ненадолго, конечно, но в наступившей тишине Шэнь Цзю кожей чувствовал его взгляд — тёплый, внимательный, какой-то... другой. «Неважно», — оборвал он себя. Демон снова начал играть: уже особенно не стараясь, просто лениво перебирая струны. Однако его пение пробуждало в груди теплое чувство безопасности и покоя, которое Шэнь Цзю никогда ранее не знал. Они продолжили путь. *** Его спутник давно провалился в сон, и Ван Тяньлан остался наедине с мерным стуком колёс. Тени удлинялись, небо на западе налилось багрянцем, потом лиловым, и вот уже первые звёзды проступили сквозь акварельную синеву сумерек. Темнота сгущалась. А вдалеке, там, где дорога ныряла в низину, замерцали живые огоньки — город у подножия Цанцюн был совсем рядом. Тяньлан смотрел на спящего подле него юношу: тот свернулся калачиком на тюках, подложив ладонь под щёку, и его лицо — обычно такое напряжённое, колкое — сейчас смягчилось. И всё же, даже во сне этот человек хмурился. Вдалеке послышался топот копыт. Несколько всадников — грязных, вооружённых, с явно недобрыми намерениями — выехали из-за поворота и поравнялись с повозкой. Их предводитель, коренастый мужчина с рваным шрамом через всё лицо, оскалился: — Эй, старик! Товар оставляй, башку — себе. Проваливай, пока цел. Возничий всхлипнул и съёжился, но Тяньлан даже не повернул головы. Он смотрел на спящего Шэнь Цзю, проверяя, не проснулся ли тот от шума и резкой остановки, хоть ранее предусмотрительно наложил простой барьер тишины. — Тихо, — сказал он, не повышая голоса. — Он спит. Разбойник не понял: — Чего? Ты ещё кто? Тяньлан поднял глаза. И следа улыбки не было на его лице. Взгляд стал пустым, холодным — и от вмиг распространившейся демонической ауры ледяной ужас сковал нападавших. — Я сказал — тихо. Он даже не встал. Просто щёлкнул пальцами. Трое разбойников захрипели одновременно. Их глаза вылезли из орбит, лица посинели — как если бы кто-то невидимый пережал им глотки. Ни возгласа: только хрип и глухой стук тел, падающих с лошадей. Жаль этот фокус работает только с теми, у кого нет духовной энергии. Тяньлан предупреждающе взглянул на возничего, а затем снова перевел взгляд на Шэнь Цзю. Тот даже не шелохнулся. — Продолжайте ехать, — тихо сказал демон. Старик судорожно кивнул и хлестнул лошадей. Повозка покатилась дальше, оставляя за спиной три неподвижных трупа. Лошади разбежались. Тяньлан проводил их взглядом и тихо вздохнул. «Хм... Кажется, собирается дождь» Но затем, его мысли снова вернулись к спящему на мешках человеку. «Эти несколько дней выдались довольно странными, — подумал Тяньлан, не отрывая взгляда. — Я многими вещами легко увлекаюсь, но чтобы человек — и так сильно… Ха» Он тихо усмехнулся своим мыслям. «Хотя, неудивительно, что мы нашли общий язык. Его поведение больше смахивает на демоническое: притворство, изворотливость, скрытая агрессия. Открытая агрессия, в том числе. Вот только… Я чувствую, что он отличается от других» Повозка мягко покачивалась на ухабах, а где-то в ночи были слышны лай и завывания — то ли бездомные собаки, то ли лисы — в темноте было не разглядеть. Тяньлан меланхолично провожал взглядом проплывающие мимо силуэты. «Как долго я собираюсь за ним следовать? Дойти до подножия горы? Или попробовать притвориться заклинателем? Ха. Такой шутки человеческий мир ещё не видел» Он представил себя в белых одеждах с мечом, идущим по коридорам Цанцюн вместе с Цинцю, и снова усмехнулся — на этот раз горьковато. «Эта встреча... Была, на удивление, интересной. Но мне нужно продолжать своё путешествие. Глупо будет зацикливаться на одном единственном человеческом подростке» Тяньлан знал, что мыслит логично. Он знал, что эта логика — единственно разумная. И всё равно, когда он смотрел на спящего Шэнь Цинцю, внутри что-то трепетало. Он... Не хотел расставаться. Шэнь Цзю, будто ощутив пристальный взгляд, заворочался. Дрогнули ресницы. Юноша открыл глаза — мутные со сна, но сразу напряжённые, оценивающие, и барьер тут же рассеялся: — Мы уже приехали? — спросил он, садясь и потирая затекшую шею. Голос был хрипловатым. — Почти. Подъезжаем. Тяньлан помедлил, глядя, как Шэнь Цзю пытается пригладить растрепавшиеся волосы, и вдруг сказал: — Кстати! Раз уже стемнело. Чжуджи. Выйди на минутку. Вдруг, одна из корзин за ними зашевелилась. Шэнь Цзю снова вздрогнул и выругался: из под крышки выползла совсем крохотная, но змея, болотно-зелёного цвета. Та недовольно зашипела — то ли от того, что её потревожили, то ли от присутствия человека. Шэнь Цзю опасливо отстранился, однако следующая фраза демона его шокировала: — Мой племянник, — представил Тяньлан, погладив змейку по голове кончиком пальца, не обращая внимания на недоверчивый взгляд человека напротив. — Ещё слишком молод, не любит превращаться в человека. Чжуджи, не будь таким невежественным — поздоровайся с господином Шэнем. Змея замерла. В её маленьких блестящих глазах мелькнула неприязнь, и опасливая нерешительность. Однако: перечить Достопочтенному она не смела. Одно мгновение — и вместо змеи на тюках сидел хрупкий мальчик лет одиннадцати. Худой, но не слишком, с темно-зелёными волосами, собранными в низкую косу. На лице, и там, где едва виднелась открытая полоска кожи, можно было разглядеть ряд неровных чешуек. Одежда на нём была простая, из чёрного сукна, и Шэнь Цзю подумал, что в ней легко затеряться в ночной толпе. «У демонов как-то иначе родство определяется? Мало того, что они совсем не похожи... Он тоже в змею может превращаться?» Чжуджи приветственно поклонился, но в его взгляде читалось всё то же: настороженность, холод. Угроза — в память об отравлении. — Цзюнь-шан… — начал было он, голос тихий, почти неслышный. Тяньлан поднял руку, жестом останавливая племянника. — Он все равно что мой дорогой гость. Не цепляйся к тому инциденту, мы все давно уже разрешили. Шэнь Цзю вздохнул. Ему не нравилось, когда на него смотрели с такой откровенной неприязнью. Особенно дети — они, как правило, были честнее взрослых. Если Чжуджи его невзлюбил — это всерьёз. «Но мне лучше дружить с этим ребёнком, чем наоборот. Иначе ударит в спину, когда я не смогу среагировать», — рассудил он. Шэнь Цзю, на сколько мог мягко, сказал: — Пока твой дядя не проявляет враждебности, я больше не буду пытаться его отравить, — он криво улыбнулся. — Нет нужды беспокоиться. Человек протянул мальчику руку — открытую ладонь, без оружия, без угрозы. Жест примирения. Чжуджи напряженно посмотрел на протянутую руку. Потом — на дядю. Тяньлан едва заметно кивнул. Только после этого, разочарованный, мальчик с неохотой сказал: — Н-надеюсь, господин Шэнь сдержит с-с-слово, — тихо, запинаясь, но решительно произнёс мальчик. Он осторожно коснулся пальцев Шэнь Цзю, и человек с трудом удержался, чтобы не отдёрнуть руку: ладонь у «племянника» была узкая, прохладная — и скользкая, будто вымазанная в болотной тине. «Это постоянная характеристика, или только после превращения? Вот же мерзость...» Но Шэнь Цзю не показал своего отвращения, и они примирительно пожали друг другу руки. Как раз в этот момент возничий осадил лошадей, и повозка остановилась. — П-приехали, господа, — донёсся слабый голос старика. — Город у подножия Цанцюн: Цанчэн. «Денег заплатили, но спасибо, что не убили — это ж надо, столкнуться! Сразу трех демонов везти! Тьфу, тьфу, нужно будет в храм горного божетсва сходить и усердно три ночи подряд молиться, чтобы избавило от негативной энергии!» Старик поспешил уехать как можно дальше, стоило только высадить путников. --- Пару минут спустя, человек в компании двух небесных демонов неспешно шёл по улицам города. Была еще ночь, и хоть близилось время рассвета, лавочки и рестораны были закрыты, ставни заколочены: лишь изредка где-то вдалеке слышались пьяные выкрики, да лай собак. Город спал. — Какая скука, — протяжно выдохнул Тяньлан, заложив руки за голову. — Я думал, ночью здесь кипит жизнь, как в мире демонов. А люди, как оказалось, не любят шуметь по ночам. — Любят, но не в таких маленьких поселениях, — поправил Шэнь Цзю. Он шёл чуть впереди, зорко всматриваясь в темноту. Рядом, едва поспевая, семенил Чжуджи, то и дело поглядывая на человека из-под подола Тяньлана. До приема в секту оставалось не так много времени, но каждым мгновением правитель дорожил. Он остановился и хлопнул в ладоши, объявив: — Может, поищем постоялый двор? — Тяньлан остановился, задумчиво глядя на тёмные улицы. — Я слышал, в таких городах утром продают отличные лепёшки с мясом. Стоит попробовать, пока есть возможность. Шэнь Цзю обернулся, сощурившись: — Ты хочешь есть? — Не то чтобы... Просто... — Тяньлан пожал плечами, пряча глаза. — Чжуджи хочет? Когда ещё мы сможем просто посидеть в тишине? Завтра начнётся ваша новая жизнь. А я... уйду. Может, не стоит торопиться? Шэнь Цзю нахмурился. В груди кольнуло — то ли тревога, то ли что-то ещё, чему он не хотел давать названия. — Мы не для того прошли весь путь, чтобы торчать в городе, — отрезал он. — Идём к секте. Чем быстрее я поступлю, тем быстрее ты уйдёшь. — Но нам ведь ещё нужно пройти вступительное испытание. Следует хорошенько отдохнуть, чтобы были си-... — Нам? — Шэнь Цзю обернулся, сощурившись. — Ты же говорил, что в Цанцюн едешь за компанию. — Ах, господин Шэнь! — Тяньлан картинно всплеснул руками, и его рукава взметнулись, словно крылья, случайно проехавшись по лицу мальчика позади. Тот обиженно потер нос. — Но мне так не хочется с вами расставаться! Вы не разрешите побыть с вами ещё немного, прежде чем наши пути разойдутся? Шэнь Цзю недовольно поджал губы. Тревога, которая никогда не отпускала, снова усилила хватку и сдавила грудь. Но он уже привык, что с этим демоном спорить бесполезно, и махнул рукой: — Ладно. Пойдёмте. Но не в постоялый двор, — он окинул взглядом Тяньлана, его роскошную чёрную с золотом одежду, и покачал головой. — Тебе не помешает маскировка. — М? — Тяньлан удивлённо поднял бровь, оценивающе, будто впервые, осмотрел свой наряд и лишь недоумённо пожал плечами. — А что не так? Простая дорожная ряса. Шэнь Цзю только вздохнул, вспоминая, как золотые элементы блестят на солнце и слепят глаза: — Как ты вообще до сих пор умудрялся не привлекать внимание заклинателей? — О. Я привлекал. — ...Ясно. Чжуджи тихо фыркнул в кулак. *** Они пробрались в ближайшую лавку одежды и тканей. Дверь поддалась легко — Чжуджи, превратившись в змею, просочился в щель и откинул засов. Обратно в человека он больше не захотел меняться: снова спрятался в рукаве своего дяди. Шэнь Цзю выдохнул, впервые за долгое время оставшись без пристального настороженного взгляда, и осмотрелся. Внутри лавки пахло деревом, тканью и чем-то сладким — то ли травяными сборами, то ли благовониями, но свет не проникал сквозь закрытые ставни, и в помещении царила темнота. Тяньлан прошёл вперед, зажёг на ладони небольшую сферу, и отпустил в воздух. Комната тут же показала себя. Закатав рукава, Шэнь Цзю быстро наметил план: полки с дешёвой одеждой для простолюдинов, пара потрёпанных плащей, грубые штаны и рубахи. То, что нужно. Он принялся перебирать стопки, пальцы скользили по грубому сукну, и юноша спросил, стараясь, чтобы голос звучал беззаботно: — Давно вы путешествуете со своим... Племянником? И почему он показался только сейчас? Тяньлан, уже стоявший у другого конца прилавка и разглядывавший какую-то выцветшую накидку с вышивкой лотоса, задумчиво ощупывал её край, брезгливо проверяя качество ткани, и вскользь ответил: — Он не очень общительный. И не очень хорошо переносит солнце. Шэнь Цзю кивнул, не оборачиваясь. Ну да, конечно, вряд-ли ему расскажут всё напрямую. Он отобрал тёмно-бордовый нижний халат попроще — плотную ткань, почти не мнущуюся — и повесил его на плечо. Пальцы нащупали пояс, грубый, кожаный, без украшений. Однако, Тяньлан неожиданно продолжил: — До того, как я подобрал его из горы трупов после осады змеиного поселения, — демон обернулся, — он и говорить-то не умел. Но как только научился, сам решил называть меня дядей, ха. Я не стал возражать. Шэнь Цзю замер на мгновение, затем переложил пояс в другую руку и взял ещё одну рубаху — серую, почти неотличимую от пыльной дороги. — Осады змеиного поселения? — переспросил он. — Демоны иногда воюют. — Тяньлан пожал плечами, — Сильные вырезают слабых. Забирают земли, ресурсы. Ничего нового. Демон скинул с себя верхнюю одежду — роскошный чёрный халат с золотыми вставками — и аккуратно оставил её на прилавке, ведь Чжуджи всё ещё прятался в рукаве — Шэнь Цзю, мельком взглянув, заметил, как юркий хвост мелькнул в складках. Но он быстро отвёл взгляд, и протянул демону бордовый и серый халаты: — Раздевайся, — бросил он. — Должно подойти. — Ох, господин Шэнь! Неужели вы хотите со мной..~ — Я тебе за такие шуточки лицо расцарапаю. — Понял. Виноват. Но Тяньлан не растерял приподнятое расположение духа, и лишь покорно выполнил указания: стянул через голову шёлковую рубаху, небрежно бросил её в сторону, и выжидающе посмотрел на юношу перед ним, красуясь. О, там было на что посмотреть. Тусклый свет скользнул по его торсу, обрисовывая рельефные мышцы — ровные, подтянутые, без капли лишнего. Молодое тело было почти безупречным: широкая грудь, узкая талия, чёткие линии пресса, спускающиеся к поясу штанов. Без преувеличения: само совершенство! Только шрам на груди всё портил. — Чжуджи оказался крайне полезным, — продолжал Тяньлан, пока Шэнь Цзю изучал его взглядом. — Делает всё, что я скажу. Благодарен за спасение. Признаёт меня своим господином. — А ещё стал племянником, — заметил Шэнь Цзю, — Как вышло? — Я дал ему своей крови, — сказал Тяньлан, и в его голосе появилась странная задумчивость. — Чтобы он мог превращаться в человека. И, к моему удивлению, после этого у него проявилась метка небесного демона. Шэнь Цзю одернул себя, отвернулся и отступил на шаг. Хватит уже глазеть. Одетый в серую халщовую ткань, небрежно подвязанную шнуром вместо пояса, Тяньлан выглядел почти как обычный путник — если бы не его глаза. Слишком опасные, слишком внимательные. — Метка небесного демона? — переспросил Шэнь Цзю, нахмурившись. — Я думал, это наследие. Что она передаётся только по крови. — Такое часто встречается. Но дело не в родстве: метка небесного демона — это метка силы, — ответил Тяньлан, поправляя рукав. — Да, чаще она встречается у правящих семей. Но если ты слаб, родство не поможет. Он усмехнулся, глядя на свои руки. — Сила не даётся с рождения. Ты должен доказать, что достоин, пробудить в себе способности предков, закаляя тело и ум в смертельных сражениях. И... Этот халат слишком грубый. Давайте поищем ещё. «Ох, ну конечно. Снова все серьёзные темы сводишь на нет. Но... Это интересно. Выходит, любой демон может стать небесным?» Шэнь Цзю недовольно цокнул, но снова пошел искать. Тяньлан, тем временем, снова разделся, и расхаживал с голым торсом. Он, ожидаемо, оказался слишком капризным: это слишком броское, то некрасивое, здесь ткань грубая и колючая. У Шэнь Цзю, спустя более получаса препирательств, уже нервно дёргался глаз. Он, в конец потеряв терпение, прошипел: — Достопочтенный. Если ты сейчас ничего себе не выберешь, я замотаю тебя в мешок от риса, и мы на этом закончим. — Ну вот, мы и перешли к прямым угрозам! Это оскорбление чувств демонов! — Заткнись и решай уже! Скоро рассвет! «Конечно, я могу поспешить. Но... Мы ведь можем остаться здесь ещё немного?» Тяньлан легко увернулся от летящего в него свертка, и в нём проснулось шкодливое желание почудить. Демон незаметно нарисовал печать в воздухе, использовал технику подмены, чтобы снять верхнее одеяние с Шэнь Цзю, и принялся убегать: — Господин Шэнь. Раз я не могу решить, надену ваши одежды, вы не против? — Что... Да когда ты..! Отдай немедленно! «Я даже не почувствовал! Когда он успел стащить мой халат?!» Шэнь Цзю попытался выхватить одежду из рук мужчины, но промахнулся. — Господин Шэнь, вы же можете тоже выбрать себе что-то? Зачем забирать у меня последнее? Ах, этот Достопочтенный такой несчастный. — Мне ничего из этого не нравится! Ай, разбросано где попало... Хватит убегать от меня, ты что, ребенок?! — Ха-ха-ха, — демон смеялся и ловко петлял между стеллажей, — Чжуджи, лови! Мальчика неожиданно с головой накрыла мягкая шелковая ткань, но как только он выполз из-под неё, к нему уже тянулась рука этого раздражающего и опасного человека. — Даже не вздумай, ты... «А-а-а, страшно!!!» Разъяренный вид, и рука с длинными острыми когтями, что тянется к нему! Нужно спасаться! Чжуджи спрыгнул со стойки и тоже побежал, а Тяньлан, широко улыбаясь, крикнул ему: — Бросай мне! Шэнь Цзю, от абсурдности ситуации, ещё больше вспылил: — Ты, и твой мелкий засранец! Сейчас получите оба! — Да, но сначала нас нужно поймать, — с нотками заигрывания пропел демон. «Я хочу его избить!!!» Нужно было придумать стратегию. Если он будет просто суетиться между ними, результата не будет. Он прищурился, оценивая обстановку: лавка была небольшой — ряды стеллажей, полок, несколько манекенов в углу, но... Внизу всегда были прорези. Места было не слишком много, однако, достаточно. Он сделал вид, что бежит за Тяньланом, а сам резко развернулся и рванул назад, с легкостью перепрыгивая через стеллаж, и схватил демонического мальчика за косу: — Стой, уж болотный! — Я не уж!!! Тяньлан поправил: — Чжуджи, ты уж. — А... Ну ладно. Но, хоть Чжуджи и поймали, он не собирался сдаваться так легко. «Я превращусь, а потом снова, и сбегу!» Он тут же обернулся в змею, но... Увы, милый, ты ещё слишком мал и не можешь превращаться так часто. Змейка с лёгким стуком упала на доски, а одежда плавно спикировала на пол, и Шэнь Цзю наконец смог её подхватить... Однако в руках у него оказалось свадебное женское платье. «Да твою мать... А это что за способность?» Тяньлан, спокойно наблюдавший с другой стороны комнаты, насмешливо объяснил: — Господин Шэнь. Не всегда стоит доверять своим глазам. Иногда, желаемое — это фальшивка. Шэнь Цзю посмотрел на него взглядом: ну, ты сам напросился. Они ускорили гонку, больше не ограничиваясь тем, чтобы бегать по кругу. Перепрыгивали через стеллаж, отталкивалсь от пола и пролетали от стены до стены. Догонялки переросли в настоящее сражение. Тяньлану ненадолго даже пришлось стать серьезным, но... Он обнял Шэнь Цзю, и прежде, чем тот успел ударить, прошептал: — Ох, кажется, Чжуджи остался не у дел. Могу я вас попросить немного ему подыграть? У этого ребенка слишком редко есть возможность повеселиться. «Что? Ты решил вывести меня из себя, а теперь просишь...» Шэнь Цзю хотел отказать. «У меня есть дела поважнее! Черт. К тому же, ты слишком близко, демоническое отродье» Но, с другой стороны... Шэнь Цзю вспомнил этого наивного и робкого мальчика, что вечно прятался у демона в рукаве или за подолом. Это напоминало ему то время, когда он с Ци-гэ... Хм. Пусть будет так. Он тихо ответил: — Ладно, Достопочтенный. Я подыграю. Бросай. «Я ещё не успел ударить тебя, чтобы заканчивать» Тяньлан улыбнулся ему с искренней благодарностью. Так как Чжуджи всё это время внимательно наблюдал за боем, когда дядя передал ему инициативу, он тут же поймал халат, и снова побежал в сторону. Если до этого, Шэнь Цзю воспринимал эти догонялки скорее как издевательство, и был зол, то немного сменив угол обзора, он обнаружил... Разве это не просто игра? Ладно. Он не против поиграть. Он фальшиво пропел: — Чжу-джи-и, я поймаю тебя! И Тяньлан... Вдруг сменил сторону! Вместо того, чтобы помочь племяннику, теперь он на одной стороне с этим человеком?! — Дядя! Ты предатель! — Мир жесток, дорогой племянник. Никогда не знаешь, кто может оказаться твоим противником~ — Ты дурак!!! Шэнь Цзю не выдержал, и рассмеялся: — Ладно, это... Ха-ха-ха. Это ведь правда нечестно, ты так не думаешь? Не будет ли лучше нам с Чжуджи объединиться? М, как думаешь? — О, — Тяньлан ненадолго задумался, но тут же просиял, — Хорошо! Я — против вас двоих. Если выиграю, пойду в своей мантии. Если нет, надену то, что скажешь. Десять минут на испытание. Сфера погаснет, когда время истечёт. Столько времени на решение такого тривиального вопроса... Бегать по кругу, без цели — да что вообще за глупость? Кажется, ни разу в жизни он так не играл. Шэнь Цзю подумал ещё мгновение, а затем на скорую руку подвязал волосы, и хищно улыбнулся: — Принято. Чжуджи сначала хотел отказаться, но, когда этот человек нагнулся, и, с сияющими глазами, по-заговорщески сказал ему: — Давай сделаем его. Чжуджи пораженно замер, и задумался. Победить... Дядю..? Правда, можно? Хм... Но мальчик все же обиженно сказал: — Не называй меня ужом. Мне не нравится. — Ладно. Тогда по имени? — Я — змеиный генерал! — ...По имени. Протест был очень быстро подавлен лёгкой щекоткой. Они недолго перешептывались, придумывая стратегию, и мальчик, настроившись на бой, побежал занимать позицию. Шэнь Цзю же выпрямился, и их взгляды с Тяньланом снова встретились. «Если проигрываю в силе и скорости... Нужно отвлечь его. А потом сработать на неожиданности» Демон начал обратный отсчёт: — Три, два, один... Начинаем! Тяньлан в один миг оказался рядом с племянником, и тот едва смог сбежать, заливаясь звонким смехом. — А ну стой! — Ха-ха-ха! — Ужик, ужик, выходи, и одежду мне верни~ — Дядя ты дурак!!! Тяньлан беззаботно пел песенку, но про него никто не забывал: быстрая подсечка сквозь полки сбила его с ног, и демон не успел выхватить одежду из рук ребенка. Шэнь Цзю победно воскликнул: — Ха! Отвлекся! Чжуджи тем временем притаился в одном из стеллажей, бесшумно, как настоящий хищник, но Тяньлан тотчас выхватил одежду, снова убегая. Шэнь Цзю попытался ухватиться за край одежд, но момент был упущен. Следующие десять минут превратились в хаос. Тяньлан метался между стеллажами, уворачиваясь от выпадов, и его смех разносился по всей лавке. Чжуджи, получая сигнал, носился следом, сотрудничая с Шэнь Цзю, пытаясь перехватить одежду, но Достопочтенный был слишком быстр. Он перепрыгивал через прилавки, скользил по полу, уходил от захватов. Шэнь Цзю стиснул зубы, и старался не отставать. Один раз ему почти удалось выхватить одежду, но Тяньлан в последний момент отдёрнул руку, и Шэнь Цзю пролетел мимо, врезавшись в манекен. Тот закачался и рухнул на пол, поднимая облако пыли. — Осторожнее, господин Шэнь! — крикнул Тяньлан, отпрыгивая в сторону. — Здесь хрупкие вещи! — Заткнись! — Шэнь Цзю поднялся, отряхиваясь, и снова ринулся вперёд. Но десять минут подходили к концу. Чжуджи, набегавшись, забился в угол между стеллажами, тяжело дыша и утирая пот со лба. Его глаза всё ещё смеялись, и в них впервые не было настороженности. Шэнь Цзю, тем временем, выпрямился, и уставился на демона. В глазах Ван Тяньлана плясали огоньки азарта — он явно наслаждался игрой. — Ну что, господин Шэнь? Готовы проиграть? Время почти вышло. — Это мы ещё посмотрим, — ответил Шэнь Цзю, и в его голосе появилась та самая хищная нотка, которая заставляла Тяньлана улыбаться шире. Чжуджи, получив сигнал, в последний раз рванул вперёд, отвлекая внимание Тяньлана на себя. Мальчик ловко перепрыгнул через низкий стеллаж, и Тяньлан, усмехнувшись, потянулся за ним — ровно настолько, чтобы открыть бок. — Дядя! Я тебя люблю!!! — А..? Такого маневра даже Достопочтенный не ожидал. Тяньлан в растерянности замер, а Шэнь Цзю не упустил момент: он сделал шаг вперёд, разворачиваясь всем корпусом, и коротким, точным движением ударил Тяньлана под дых ножнами меча, которые держал в левой руке. Удар был не сильным, но неожиданным — демон выдохнул от удивления и на мгновение ослабил хватку на одежде, которую держал. — Чжуджи! Сейчас! — крикнул Шэнь Цзю. Чжуджи, оказавшийся за спиной Тяньлана, подпрыгнул, выхватывая одежду из рук демона, и с победным воплем отскочил в сторону. — Получилось! — заорал мальчик, взмахивая добычей над головой, как трофеем. Тяньлан пошатнулся, потирая живот, и с притворной обидой посмотрел на Шэнь Цзю: — Господин Шэнь, вы жестоки. Подговорили моего племянника, так ещё и удар в солнечное сплетение — это низко. — Это не низко, — парировал Шэнь Цзю, всё ещё тяжело дыша. — Это победа. Сразу после этих слов, сфера погасла, погружая комнату в темноту. Но все демоны хорошо видели в темноте: Чжуджи подбежал к нему и протянул одежду, сияя от счастья. В его глазах не было прежней настороженности, и он совсем забыл, что считал этого человека врагом — только восторг от того, что они вместе победили. — Мы выиграли! — выдохнул он, запыхавшись. Шэнь Цзю взял одежду и, взъерошив мальчику волосы, коротко улыбнулся. — Десять минут истекли, — сказал он, глядя на Тяньлана. — Мы победили. Ты в проигрыше. Тяньлан выпрямился, и на его лице появилась улыбка — не притворная, не театральная, а тёплая, почти нежная. — Ладно, ладно. Признаю поражение, — сказал он, поднимая руки в примирительном жесте, — Надену всё, что вы скажете, господин Шэнь. Он сделал шаг вперёд, сокращая расстояние. Шэнь Цзю попятился, но упёрся спиной в край стола. Выбора не оставалось. Демон оказался очень близко — раскрасневшийся, запыхавшийся, с лёгкой улыбкой на губах. Волосы растрепались, несколько прядей выбились из хвоста и падали на лицо. Он всё ещё был обнажён по пояс, и Шэнь Цзю вдруг остро почувствовал, как мало пространства осталось между ними. Тяньлан упёрся руками в стол по обе стороны от него, блокируя путь к отступлению. Шэнь Цзю же вжался спиной в деревянную столешницу, чувствуя, как нагретая древесина давит в спину. — Я победил, — выдохнул он, не сводя глаз с демона. Голос дрогнул. Тяньлан наклонился чуть ближе. Его дыхание коснулось щеки Шэнь Цзю, и человек выжидающе замер. — Но я с самого начала хотел заполучить лишь вас, — тихо сказал демон. Юноша раскраснелся после гонки, а двойной пульс заглушал всё вокруг, кровь шумела в голове. Темнота заставляла его нервничать, и он легко ударил Тяньлана ладонью, чтобы тот снова зажёг сферу. Демон просьбу исполнил. Однако, не отстранился. Когда комната вновь озарилась светом, внимание Шэнь Цзю привлёк сквозной шрам на груди Тяньлана — совсем рядом с сердцем. Он невольно задержал взгляд, и рука сама потянулась вперёд, коснувшись старой рваной раны. — Как это случилось? — спросил он тихо. Тяньлан опустил взгляд на его пальцы, потом поднял глаза. От этих догонялок, он расслабился и стал более искренним: — Я почти умер тогда. Но я победил. В глазах у него отразились воспоминания, и он на миг погрузился в них целиком. Шэнь Цзю тихо спросил: — С кем вы сражались? — С предыдущим правителем, — Тяньлан помолчал, потом все же добавил, — Правда, я тогда даже не знал, кто он. Я просто... Отомстил демону, который мне... Помешал. Кто же знал, что он окажется титулованной особой? Шэнь Цзю немного наклонил голову: — Как вышло, что вы его не узнали? — Я вырос в кочевом племени. Мы никогда не были удостоены аудиенции у правителя, и были далеки от распрей дворца. Да и не было нужды. Они стояли так ещё немного, а потом Шэнь Цзю убрал руку. Циничная мысль пронеслась в голове: «Шрамы украшают мужчину. Но только когда получены в битве. Не идёт ни в какое сравнение с тем уродством, что есть на моём теле...» Шэнь Цзю оттолкнул его, и отвернулся: — Надень уже хоть что-то. И повернись, — сказал он глухо. — Волосы тебе я сам подвяжу. Тяньлан перестал сопротивляться, и надел лучшее из этих тряпок, а затем повернулся спиной, и Шэнь Цзю, взяв длинную тканевую ленту, начал убирать его волосы. Они были тяжёлыми, холодными на ощупь, с едва заметным запахом дождя и старого дерева. Пальцы скользили по прядям, и Шэнь Цзю чувствовал тепло, исходящее от демона — живое, почти человеческое. — Готово, — сказал он, отступая. Тяньлан потрогал низкий хвост и улыбнулся. — Теперь ваша очередь, господин Шэнь? Шэнь Цзю замер. В груди кольнуло холодом и старым знакомым страхом: он терпеть не мог подставлять спину. Он посмотрел на Тяньлана, на его руки, на открытое лицо. Демон ничего не требовал, просто стоял и ждал. — Ученикам положено подвязывать волосы, — сказал Шэнь Цзю, стараясь, чтобы голос звучал естественно. — Не хочу показаться невежественным. Так что придется вас побеспокоить... Он обращался к нему уважительно только с насмешкой, или когда чувствовал себя неуютно. Тяньлан молча кивнул, и подошёл ближе. Его пальцы легко коснулись волос Шэнь Цзю — осторожно, почти невесомо. Юноша затаил дыхание, чувствуя, как внутри всё сжимается от чужого прикосновения. — Вы волнуетесь, господин Шэнь, — тихо сказал демон. — Нет. — Но вы дрожите. Шэнь Цзю дёрнул плечом, сжал ткань рукава, выдохнул: — Давай быстрее. Мы и так много времени потеряли. Тяньлан улыбнулся: — Да, конечно. Но стоило ему закончить, как его пальцы скользнули ниже, на талию, где висел пояс. Он и сам не знал, что хотел сделать: этот человек притягивал его к себе, как магнит, и он... Горячее дыхание опалило шею человека. Чжуджи в стороне заинтересовался огненным шариком, и взял его в руки, из-за чего в комнате свет снова стал приглушённым. Шэнь Цзю же окаменел. Прикосновение было лёгким, почти случайным — но этого было достаточно, чтобы волна отвращения и безосновательного страха вспыхнула в нем, как пожар. — Что ты делаешь? — спросил он, голос стал тише, напряжённее. — Просто... Хочу помочь вам с поясом, — ответил Тяньлан спокойно. — Здесь... «Не смей трогать его!!!» Ещё одного движения Шэнь Цзю не выдержал: он дёрнулся назад, отталкивая мужчину. Зрачки его сузились, дыхание стало рваным. — Убери руки, — сказал он, и голос его дрогнул. — Господин Шэнь, я просто... — Убери! Свои! Руки!!! Рука взметнулась, будто против его воли. Ногти полоснули по лицу демона, оставляя четыре глубокие царапины от виска до подбородка, временно лишая его зрения. Кровь выступила мгновенно — красная, живая. Тяньлан пошатнулся, отступая на шаг. — Цзюнь-шан! Чжуджи тут же подбежал, отталкивая человека, и был готов драться. — Чжуджи! — крикнул Тяньлан. — Подойди ко мне! — Н-но... — Подойди, я сказал! Чжуджи неуверенно, но отошёл. И в этот момент он увидел, что человек, стоящий в углу, плачет. Беззвучно, по щекам его текли слёзы, и он сжимает края собственной одежды, будто боится, что у него её снова отнимут. — Господин Шэнь... — тихо сказал Тяньлан, делая шаг вперёд. — Простите, я... — Убирайся! — выкрикнул Шэнь Цзю. — Господин Шэнь... — Тогда я сам уйду. Шэнь Цзю развернулся и быстрыми шагами дошел до двери, и выбежал наружу, не оглядываясь. В лавке повисла тишина. В один миг атмосфера беззаботного веселья превратилась уныние и напряжение. Такие реакции... Не всегда поддаются логике. Тяньлан стоял, прижимая ладонь к лицу, и смотрел на закрывшуюся дверь. Чжуджи неуверенно мялся рядом. — Так он... Плохой или нет? — Вовсе нет, Чжуджи. Это я... Сделал лишнее, — сказал Тяньлан, тихо, почти про себя. Чжуджи не понимал. Но он чувствовал себя виноватым. Тяньлан повернулся к нему: — Забирайся в рукав. Мы уходим. — Д-да, дядя... Тяньлан быстро оделся и тоже вышел за дверь. Он ускорил шаг, и через пару минут догнал своего человека. Он заметил его, но не сказал ничего против — просто шёл, бледный, с красными глазами, злой, но уже успокоившийся. — Господин Шэнь... — Недостаточно сильно расцарапал тебе глаза для такого. Каждый имел свои раны в прошлом, и если раны Тяньлана уже затянулсь, то рана Шэнь Цзю всё ещё была свежей. Иногда, боль усиливалась, и она снова начинала кровоточить... Демон тихо сказал: — Мне жаль. Прости меня. Они продолжили путь в тишине. *** Благодаря маскировке, Тяньлан стал похож на обычного странствующего заклинателя — серый халат, волосы стянуты в низкий хвост, на поясе — обычная деревянная табличка, которую Шэнь Цзю выменял на пару медяков из кошелька самого же демона. Единственное, что его выдавало, — это глаза. К их счастью, свой демонический облик Тяньлан уже давно без труда научился скрывать. Алый цвет вмиг обернулся простым, глубоким черным. Раненный глаз к тому моменту уже полностью зажил. — Сойдёт, — буркнул Тяньлан, стараясь говорить поменьше. — Ну и чучело, — мелочно фыркнул Шэнь Цзю, все еще раздраженный. Пока они возились, марево рассвета уже тронуло горизонт — светало. Где-то вдалеке, на вершине горы, угадывались едва заметные огни — там, в секте, уже начали просыпаться заклинатели, готовясь к новому дню: полировать мечи, вставать на утреннюю тренировку, сменять караул. «Скоро мы разойдёмся, — подумал Шэнь Цзю, глядя на эти далёкие огни. — И, надеюсь, никогда больше не встретимся. Поскорее бы» Демон вызывал у него тревогу. Предстоящее испытание для поступление в секту вызывало у него тревогу, проблемы с телом и памятью вызывали у него тревогу... Может ли это просто закончится наконец? «Главное — нельзя допустить, чтобы его раскрыли. Не хватало ещё прослыть заклинателем, который с демонами путается», — твёрдо сказал он себе. Но сзади снова раздалось это раздражающее: — Господин Шэнь? Куда дальше? Шэнь Цзю моргнул, прогоняя наваждение, и всё же ответил: — К стойке регистрации. Он ускорил шаг. Демон уязвленно сжал кулаки, но продолжил следовать за ним. Очень скоро они дошли до подножия. Подъём к секте оказался длиннее, чем казалось. Ступени уходили вверх, теряясь в утреннем тумане. Город теперь остался далеко внизу, и только ветер составлял им компанию. У ворот их встретил скучающий за столом адепт — молодой человек в простых одеждах ученика внешнего круга, с перепачканным чернилами лицом. Он сидел за шатким столиком, подперев голову рукой, и явно клевал носом. — Так, двое для прохождения испытаний? — спросил он зевая, даже не подняв глаз. Перевернул страницу в журнале, макнул кисть в тушь. — Староваты вы... — Тяньлан положил золотой слиток на стол. — Ладно, проходите. Имя? Шэнь Цзю шагнул вперёд, чувствуя, как где-то рядом замер Тяньлан. — Он — мой слуга и сопровождающий, имени вписывать не нужно. Меня... Зовут Шэнь Цинцю, — сказал он твёрдо. Писарь равнодушно кивнул, спокойно вписал имя, но затем резко поднял голову. К его несчастью, люди уже забрали таблички-пропуска и ушли вперед. На мгновение его лицо исказилось, будто он увидел привидение: — Шэнь Цинцю... Чего, блять?! — выдохнул он. «Ещё слишком рано! Система!!! Система, что происходит?!»